Она все поняла

Ночь. Комнату освещает лишь маленькая лампочка, которую давно никто не менял. Она светит слабо жетлым светом и освещает только центр маленькой, холодной комнатушки. В воздухе пахнет хлоркой и какими то препаратами. Из окна падает яркий луч от луны. По кафельному полу бегают какие то люди, которые крахтят своими резиновыми тапочками, довольно раздражающий звук, когда это происходит уже около часа. Они что то сумбурно обсуждают, иногда переходя на крик. Говорят, кажется, в основном женщины, мужской голос, кажется, только один. Жесткие пружини кровати с болью впечатываются в спину, даже через матрас, но он настолько тонкий, что даже не чувствуется. В помещении очень холодно, волосы на теле стоят дыбом. Во рту неприятный привкус железа. Под ухом монотонно и противно пилькает какой то аппарат, который уже очень сильно надоел. Но, вдруг, этот аппарат начал пищать громче и еще противнее, люди начали опять носиться по комнате, мужской голос что то кричит женским. Прошло секунд сорок, как аппарат опять начал пищать и мужской голос, так жалостно и грустно говорит «Отключайте, мы не сможем» Я резко встаю на кровати и широко раскрываю глаза, жадно глотая этот вкуснейший воздух. «Доброе утро, соня» — вдруг как молния произносит кто то. Глаза еще не сфокусировались, я вижу только какое то синее пятно. Но по голосу я сразу его узнала. Сердце начинает бешено стучаться, я быстро протираю глаза. Я не ошиблась. Маленькая, но очень уютная комнатка, с бежевыми обоями, светлым потолком и небольшим окошком. В углу стоит кровать, на которой сижу я, рядом прикроватный столик, где стоит красивая лампа, в другом углу туалетный столик с зеркалом, посередины стены стоит светленький шкаф. Окно открыто, на зелёный, как трава, коврик падает солнечный свет и дует легкий ветерок. А передо мной сидит он. Как всегда, в синем кафтане с множеством медалей, синяя шляпа, которая свисает со лба, синие штаны, с золотыми пуговицами и синие сапоги до голени. Зелёные, добрые глаза и тонкая улыбка, смотрит на меня с такой душераздирающей нежностью. Этот взгляд, ах, как я по нему скучала. Но что это я? Нет. Нет, этого не может быть. Я просто сплю. Конечно. Сейчас ущипну себя и проснусь. Ну, пока, Страшила. Я щипаю себя за руку и чувствую боль. Что? Но как? «Кошмар приснился?» — опять этот нежный голос обращается ко мне. Я сглатываю комок в горле и еле еле говорю: «Что произошло?» — он непонимающе сузил брови. «Ну, ты проснулась. Ночью спала, а сейчас проснулась» — я не верю. Я судорожно оглядываюсь и вижу эту комнату, опускаю глаза на немного спутаные волосы и какую то белую с голубыми коемками, пижаму. «Ну ты даёшь, солнце. Давай вставай, Лев уже ждет тебя» — бордовая перчатка быстро придвинулась к моему лицу и указательным пальцем ткнула меня в кончик носа. Усмехнувшись, он вышел из комнаты и закрыл за собой дверь. Я подпрыгиваю с кровати, крутясь на месте, осматривая себя. Руки, ноги, все цело. Подбегаю к зеркалу- вижу заспаные глаза и лёгкий румянец на щеках. Все нормально, но это просто не может быть! Я точно сплю, да, бывают такие сны, когда чувствуешь прикосновения. Надо осмотреться. Я выхожу из комнаты, мои босые ноги шлепают по деревянному полу, я иду наугад направо и уже на пол пути понимаю, что я угадала. В нос попадает зарах теплого молока и чего то жареного. Потом улавливаю журчанье масла на сковородке. Я не решаюсь, но выдохнув, делаю последний шаг и оказываюсь на кухне. Большая, с множеством всяких тумбочек и шкафиков. Небольшая плита, на которой стояла сковородка, а на ней жарились блинчики. Возле плиты стояла зеленоватая тарелка с небольшой горкой блинов. Рыжая, шерстяная спина и рыжий хвост с бордовым бантиком. Всегда удивлялась его наличию. Я, когда зашла, слегка шоркнула ногой по полу. Услышав этот звук, он обернулся. Все такой же Лев. Высокий, широкий, но очень милый и добрейший лев на свете. Когда мы встретились взглядами, он улыбнулся, обнажая свои клыки и сказал: «Кто проснулся, доброе утро, котёнок» — боже, как это слово мне хотелось услышать. Я почувствовала как слезы подступили в глаза. «Тебе как обычно? С вареньем?» — я неловко качнула головой, сделав пару шагов вперёд. Смущенно сведя руки на животе, я неловко на него покосилась. «Не проснулась еще? Давай садись, держи чай» — он протянул мне кружку из которой вверх струился пар. Потом он опять повернулся ко мне спиной и начал мыть посуду. Когда я взяла кружку, я заметила, что мои руки трясутся. Я попыталась успокоится, но то, что произошло через буквально минуту, после того, как я отпила сладкий, вкусный чай. На моем животе, спереди, сомкнулись две железные руки и я спиной уперлась в тведую грудь. «Доброе утро, малыш» — хриплый голос дошел до левого уха. Я повернулась в его сторону. Все таки этот сон- один из самых лучших моих снов. Все слишком реалистично. Я слегка улыбнулась и прошептала: «Доброе» — на левое плечо, он положил свою голову. Я сделала еще один глоток, чтоб хоть немного смягчить горло. «Как спалось?» — он не унимается, не хочет меня отпустить и все тискает меня. Я набираю кислород в легкие, мне и так тяжело это делать, так еще он меня так сильно прижимает, что это делать еще сложнее. Я еле как выговариваю: «Х.хорошо, спасибо» — и опять. Теперь я слышу как сзади кто то идет. Это оказывается мой первый гость сна, который садится напротив меня и со своей доброй улыбкой спрашивает: «Ты что не выспалась? Странно себя ведешь» — говорит он. А Дровосек усмехнулся и сказал: «Эй, малыш. Давай, приходи в себя» — его пальцы, которые все это время противоположно лежали у меня на животе, скрестились еще сильнее, впились в мои бока и активно зашевелились. Рефлексы взяли свое и я попыталась остановить его деяния, но он все равно продолжал меня щекотать. Я тихо пискнула, после чего мне на ухо хихикнул Ник. Кажется, после этого горло все-таки прочистилось и я смогла сказать: «Ну все, все» — он хихикнул и слегка сдавив мои плечи, отпустил меня. После этого я начала сомневаться, что это все происходит. Это слишком правдоподобно, я никогда не видела такого. Может я просто так сильно по ним соскучилась, а болезнь дает мне такие яркие сны. Но все равно, почему я все чувствую? Как у меня колотиться сердце, как дрожат руки и колени, я чувствую все запахи вокруг, я чувствую как они прикасаются ко мне. Что со мной происходит? В глаза поступили слезы, которые выдержать было тяжело и я решила отойти. Я сказала «Я сейчас» — и быстрым шагом дошла назад в комнату. Так быстро зашла, что ударилась мизинцем о туалетный столик. Боль вылилась слезами, которые ручьем потекли из моих глаз. Я случайно громко всхлипнула, но поняв, что они могут услышать, быстро закрыла себе рот руками и начала пытаться успокоиться. Громкий ритс сердца громыхал в моих ушах, я не понимала, что происходит. Я хочу домой, хоть я и считала, что они- мой дом, но почему то меня сейчас это пугает. Я боюсь, очень боюсь. От тихого скрипа я дернулась. Впереди меня открылась мною запертая дверь. На полу появились синие сапоги, которые тут же приблизились ко мне. Он увидел, что я плачу, присел передо мной на колени: «Дороти, что случилось?» — обеспокоенно и испуганно спрашивает он, а я не могу остановиться рыдать. Уже не закрывая рот, я согнула ноги и положила лицо на колени. «Стра.Стра… Страшила что со мной? Почему я здесь» — он вдруг замолк. Я подняла на него глаза, они были полны сочувствия и боли. Его рука подняла меня за подбородок: «Ты дома, как всегда и хотела» — и тут я поняла. Через минуты 3 на полу появились еще двое, которые сели возле плачущей девочки. Она все поняла. Вот, что значили слова того мужчины…