Волчица и семеро козлов... и кот!

— Что же ты здесь забыла… Áлексис Блейк. Или, быть точнее… Áлексис Амелия Сайкс, — вдруг проговорил тимлид, и на меня будто ведро ледяной воды вылили, мои глаза расширились, я хотела хоть что-то сказать, но и слова не смогла из себя выговорить, только сидела и молча в оцепенении лупила на него во все глаза. — А ведь я фанат твоего отца, — между тем преспокойно продолжил тот. — Райан Сайкс. Именно он вдохновил меня на путь белого хакинга. Он многое сделал, чтобы очистить мировое киберпространство от криминала. Его технологии признаны во всём мире лучшими из лучших, и до сих пор никто не придумал ничего умнее. Поэтому его смерть — это большая потеря для всего IT-общества. — Откуда ты… — я, наконец, обрела дар речи. — ОН тебе всё рассказал? — Нет, — возразил тимлид. — ОН мне ничего не говорил. Да я бы всё равно его слушать не стал и уж тем более не поверил бы ни единому его слову… Я САМ всё узнал. Но вот кое-чего я всё ещё не могу понять. Что здесь забыла дочь президента Интерпола. На какое-то время у меня снова приключился ступор. Как ему удалось СТОЛЬКО обо мне нарыть? Даже Джокеру этого не удалось бы, не будь он знаком с Риком. — И давно ты всё знаешь? — в итоге спросила я, перестав паниковать (поздняк, как говорится, метаться). — И, вообще, как ты узнал? — Нууу, — тимлид откинулся на спинку кресла. — Это было не так-то просто. Поначалу я ничего не смог о тебе узнать, даже пробив по всем базам. Потом я оставил эту затею, подумав, что у меня просто паранойя, и что ты обычный человек. Ну, подумаешь, хакер. Мало ли в мире хороших хакеров. Однако… что-то не давало мне покоя, и ещё один случай, чтобы попытаться хоть что-то о тебе узнать, представился весной, когда приезжал твой бывший. Зря ты тогда назвала его имя. А ещё он случайно, но так удачно попал на видео, которое снимал Чонгук. Но, к сожалению, мне это тоже мало что дало. Я даже связи между вами обоими не смог найти. Я, вообще, не понимал, КАК вы двое могли повстречаться. Ведь он разведчик, а вот кто ТЫ… всё ещё оставалось для меня загадкой. Со временем я опять сдался. Я тебя даже по отпечаткам пальцев пробивал. И, только представь, всё было чисто. Пока… не появился ОН. Тут уж я не мог просто взять и оставить всё как есть. Его рожи было вполне достаточно, чтобы потом постепенно по цепочке, распутав целую кучу клубков, добраться, наконец, до той самой ниточки, которую я уже столько времени ищу. Что ж, я был очень сильно удивлён, кто приходится тебе родственником, но больше — озадачен. Увы, но в интернете мысли и намерения людей нельзя узнать, если только они их там не изложили. Прости, Алекс, но я не все остальные. Я не могу довольствоваться и смириться с тем, что ты позволяешь нам знать. Тем более, когда я узнал, что ты работала на НЕГО… это было последней каплей моего терпения. Но всё-таки злило меня даже не то, что я не могу найти на тебя никакой информации, а то… что ты постоянно врала мне. И продолжала врать. День за днём. Год за годом. Прямо в глаза. И даже СЕЙЧАС ты продолжаешь это делать. Зачем? Почему? КТО мы, вообще, для тебя? Даже ЕМУ ты доверяешь больше, чем нам. — Это не так, это… это не то, о чём ты подумал… — растерянно проговорила я. — А ЧТО тогда? Могу я уже, наконец, узнать, — он впился в меня взглядом. И тут я почему-то начала злиться. Опять защитные механизмы психики сработали. Будь они не ладны… — А кто тебе, вообще, давал право что-либо искать на меня? — раздражённо начала я. — Ты у нас сам-то кто? Полицейский, что ли? Вроде нет. Так какого, скажи мне, я должна тебе что-то о себе рассказывать. Не должна и не обязана. И я Алекс Райт. И теперь это моё имя. Единственное имя, — я резко встала и направилась к выходу. — Я бы мог и у НЕГО обо всём узнать, но я хотел услышать всё от ТЕБЯ. Но тебе, я вижу, глубоко насрать на это. Как, впрочем, и всегда так было. Поэтому… выйдешь из моей квартиры, больше никогда не смей возвращаться. Знать тебя больше не захочу. И что-либо о тебе — тоже, — вдруг сказал он, и ни грамма деликатности в его тоне (ух-ты!). Меня его слова словно парализовали и заставили остановиться. Немного сложно было поверить, что это сказал именно ОН. Но… в итоге ничего ему не сказав и даже не обернувшись, я покинула гостиную. Однако в прихожей на меня накатило сожаление, а ещё небольшой страх. Тимлид не тот, кто нарушит своё слово или возьмёт слова назад, зато… он умеет прощать. И с пониманием у него тоже всё в порядке. Наверное, уже бессмысленно лгать или убегать от ответов. Я, скорее, больше потеряю, чем смогу защитить. Так что… я вернулась в гостиную. Хозяин уже стоял у окна и невидящим, но мрачным взглядом смотрел сквозь стекло в ночную тьму. Меня он пока не видел, весь поглощённый не менее мрачными, чем его вид, мыслями. Я уже говорила, как мне нравится его сердитый репертуар? Но не в этот раз… Вздохнув и набравшись храбрости, я подошла к нему и просто обняла его сзади, уткнувшись в его спину лбом. Тот вздрогнул, но потом я ощутила его тёплую ладонь поверх своих предплечий, и это придало мне ещё чуточку смелости. Значит, ещё не всё потеряно. Но я не я, если до последнего не буду отстаивать свою правоту. — Если я скажу, что правда может оказаться не только болезненной, но ещё, возможно, и опасной, ты всё равно захочешь узнать её? — спросила я, уже наперёд зная его ответ, но всё-таки (надежда умирает последней). — Да, — к моему НЕ удивлению, ответил тот и, разъединив мои руки, повернулся. — Я хочу знать о тебе всё, — он заправил мои волосы за ухо, а после, приподняв моё лицо за подбородок, наклонился и поцеловал в губы. — Расскажи мне. — Ладно. Только пообещай мне кое-что. — Что? — его взгляд стал подозрительным. — Что больше никому ничего не расскажешь. — Но… — удивился он. — Намджун. Пожалуйста. Это очень важно. Пообещай мне, что больше никто об этом не узнает, а иначе я уйду отсюда, и можешь забыть обо мне, — я сердито зыркнула на него. — Ты не в том положении, чтобы угрожать, — усмехнулся тот. — Послушай, когда я тебе всё объясню, ты и сам поймёшь, почему я тебя об этом прошу. Несколько секунд он молчал, сканируя меня своим взглядом, я же стойко выдержала его рентгеновский напор. — Ну хорошо, — в итоге сдался он. — Обещай мне, — потребовала я. — Обещаю, что никому и ничего не скажу. Довольна? — тимлид вздохнул. — Вполне, — я расплылась в улыбке, а потом утянула его за собой на диван. Пару минут я молчала, не зная, с чего начать. Думаю, с чего-то, что меньше его шокирует или разозлит. В итоге я решила начать с моего детства… Сначала я рассказала ему о том, что когда-то уже приезжала сюда со своей семьёй. По программе защиты свидетелей. Однако программа не особо помогла. Мои родители погибли. Поэтому ещё я не особо долюбливала эту страну, и мой приезд сюда был для меня кошмаром. Благо, что из того времени я немногое помню. Лишь обрывки. К тому же мои первые годы жизни здесь были такими ужасными, что было даже не до воспоминаний… Потом я объяснила ему, что мой отец и мой дядя — всего-навсего лучшие друзья, а не родственники. И что мой дядя даже стал моим крёстным, настолько сильно они были близки. Я же была привязана к нему не меньше, потому что он часто бывал у нас. Он нам, можно сказать, больше, чем друг семьи. Поэтому все мои родственники не стали возражать, когда он захотел меня удочерить. Как, собственно, и я сама. Для меня он тогда был единственным близким и родным человеком, кого я знала, и я была только рада, если б он меня забрал. Далее шла история про Рика. Как и где мы, вообще, с ним познакомились, и почему расстались. Следом же — история о дружбе между «преступником» и разведчиком. Кое-кто был удивлён, узнав, что Джокер и Рик друзья. Но тут я мало, что знаю, потому как сама не захотела вдаваться в подробности. Так что, обрисовала в общих чертах. Теперь настал черёд моего спора с дядей. Я узнала правду о смерти своих родителей, что он к этому причастен. Это меня разозлило, но дядя тоже разозлился, в итоге он выдвинул мне условие: за пять лет я должна расплатиться с ним за его заботу, и тогда могу идти на все четыре стороны. Но тут есть «маленький» подвох… — Не факт, что дядя так просто отстанет от меня. Вся эта идея была им спланирована лишь для отсрочки времени, за которое я должна была остыть и простить его. Или доказать мне, что без него я никто. Вообще-то, если б не Алан, я бы тут и недели не продержалась. Мне бы пришлось вернуться домой: по собственной воле или меня бы депортировали на родину. Но срок почти уже вышел. И, если честно, радоваться тут нечему. Потому что какие меры дядя предпримет дальше, я не знаю. Может, он и вправду сдержит своё слово, а может… придумает что-то другое. Ведь он считает Алана угрозой для меня. Боится, что через меня тот ему отомстит. Поэтому и хочет держать меня всегда при себе. Он же не знает, что мы уже знакомы. Более того — он мне теперь никакая не угроза. Но сказать я ему об этом не решусь… Я его слишком хорошо знаю. Он обязательно это использует в своих корыстных целях. Так что… пока Алан на свободе, мне СВОЕЙ свободы не видать. И наоборот. Поэтому… если мне вдруг придётся уехать, я не хотела вас всех втягивать в наши с ним разборки. Я бы просто бесследно исчезла. И вы бы думали, что я последняя дрянь на этой планете. Однако это меньший вред, который бы я могла вам причинить. Дядя… он довольно опасный человек. Даже я сама не до конца знаю, на что он может быть способен. А знаю я о нём предостаточно плохого. Ну а так как мою историю с Джокером он уже знает, то осталось рассказать только одно… — А теперь… я расскажу тебе, как… умер Джихун. — Стоп. Что? Ты же сказала, что… — удивился он. — Я соврала, — произнесла я, опустив взгляд, тимлид промолчал, а мне было страшно на него смотреть и, пока я не передумала, я начала свой рассказ… — В общем… Последнее покаяние далось мне с большим трудом. Говорить правду — невыносимо тяжело. Особенно если она горькая. И я была готова ко всему. К тому, что он разозлится или возненавидит меня, но… я совсем не ожидала, что он… — Ты не виновата в его смерти, — вдруг сказал он, и я от неожиданности посмотрела на него, тимлид улыбнулся хоть и грустно, но он не сверлил меня ненавидящим взглядом, как в тот раз, когда узнал, что я работала на Джокера, и я была готова расплакаться. — Ты ни в чём не виновата, — он притянул меня к себе и обнял, в итоге я не выдержала и разревелась, но в этот раз это были слёзы облегчения. Это всё что мне нужно было услышать от него. Большего и не надо. Однако я ещё не закончила… — Вообще-то, я ещё кое-что должна тебе рассказать, — проговорила я сквозь слёзы. — Алан он… — я запнулась, просто мне было сложно это произнести. — В общем, больше ты его здесь не увидишь… Скорее всего, уже никогда, — наконец, сказала я, голос предательски дрогнул, а к горлу подкатил очередной ком слёз. И, конечно же, моя реакция не осталась незамеченной. — Тебя это огорчает? Так? — к счастью, в его голосе я не уловила и тени упрёка или недовольства, скорее… он как будто уже всё знал и сейчас лишь подтвердил свои догадки. — Меня нисколько его отъезд огорчает, а сколько… — я сглотнула ещё один ком. — Если бы он просто возвращался домой, если бы я могла знать, что с ним всё в порядке, позвонить в любое время. И пусть я его больше никогда не увидела. Главное, что я бы была уверена, что он жив. Однако… я не то что не смогу быть уверенной в том, что он хотя бы жив, да я даже ничего не узнаю, если с ним что-то случится. Максимум из новостей. А может, и вовсе не узнаю. От него могут избавиться в любой момент, без суда и следствия, словно его и не существовало. И я никогда об этом не узнаю… — я снова захлебнулась в своих слезах. Мой терпеливый слушатель погладил меня по голове. Я знаю, что ему неприятно это слышать, но больше мне не хочется лгать или недоговаривать. И надоело всё это держать в себе. У меня сейчас словно плотину прорвало. — Я, наверное, сейчас и сам себя удивлю, — раздался его голос. — Но… ему и вправду никак нельзя помочь? Просто он через такую жопу прошёл, что и врагу не пожелаешь. А он ведь даже мне не враг. Хотя это не первый тяжёлый случай в моей практике, но меня очень сильно поражает то, как он смог сохранить не только здравость рассудка, но и человечность после всего, — вдруг проговорил он, я аж реветь перестала. Похоже, тимлид теперь знает поболее меня. Но я ведь сама отказалась знать правду. Теперь вот, кажется, жалею об этом. Но в любом случае… — Увы, но мы ничем ему не поможем. Как, собственно… и мне, если случится то, что может случиться. Поэтому я хочу попросить тебя ещё кое о чём, — я слегка отстранилась от него и посмотрела в его глаза. — Обещай, что отпустишь меня, когда это потребуется. Тот почему-то промолчал. Более того… он отвёл от меня взгляд. — Намджун? — я с плохим предчувствием смотрела на него. — Извини, но я не буду обещать тебе того, чего не хочу, — в итоге выдал он. На секунду я растерялась. Этого я и боялась. — Но ты же понимаешь, чем это может обернуться для тебя. Для всех нас, — попыталась я его вразумить, но… — Я слишком много потерял, чтобы допустить ещё одну такую ошибку. Так что… никуда я тебя не отпущу, — и, улыбнувшись, он сгрёб меня обратно в объятия. — В любом случае пока ещё ничего не случилось. Так зачем торопить события. Не нравился мне его ответ, капец как, не нравился, но в то же время… мне совсем не хотелось ему возражать, а ещё мне хотелось верить в хорошее. Однако какое-то плохое предчувствие никак не давало мне покоя… **** — Сэр, у нас хорошие новости! — даже не постучавшись, в кабинет ворвался запыхавшийся молодой парень в деловом костюме. — Что же там за хорошие новости такие, мистер Беннетт, что вы даже позабыли про элементарные манеры приличия, — проговорил мужчина за столом, подняв на того взгляд, а потом снова вернув его в монитор компьютера. — Простите, сэр, но новости, действительно, хорошие, — парень улыбался, прямо-таки светился. — Что ж, я вас внимательно слушаю, — усмехнулся мужчина и, оторвавшись от своих дел, откинулся на спинку кресла, разминая пальцы рук. — Мы нашли его, — произнёс тот, и мужчина замер, уставившись на него, словно не веря своим ушам. — Да, сэр. Мы нашли его. Вот, — восторженно повторил он и протянул ему свой телефон, на экране была фотография. — А это с ним кто? — мужчина перелистывал фото за фото. — Мы не знаем. Какой-то мальчишка. Да это и неважно. Важно, что мы знаем, где он находится. Хотя мы немного потеряли его след, он всё-таки смог как-то обмануть спецслужбы, но это не особо что-то меняет. В этот раз ему от нас никуда не деться. Сейчас наши агенты прочёсывают город… — Так и… где он? — А да… Южная Корея. Сеул. Мы обнаружили его буквально несколько минут назад. Это большая удача, что он до сих пор там. Сейчас у нас есть все шансы, наконец, поймать его… Пока докладчик трещал без умолку. Мужчина снова застыл, уставившись в телефон. Казалось, новость его не только удивила, но и шокировала или даже, скорее… напугала. Очнувшись от ступора, он снова принялся перелистывать фотографии, но ни на одной из них не было видно лиц: либо они были в профиль или размытые. Поэтому, сложно было определить их владельцев. Но тут он вдруг остановился на одном из фото и приблизил его, во что-то внимательно всматриваясь. На не совсем чётком изображении можно было различить тату… в виде небольшого скорпиона на шее… — Нет, — уже с нескрываемым испугом произнёс мужчина, его зелёные глаза расширились от ужаса. — Не может быть, — бормотал он, и снова на время замолчал, о чём-то задумавшись. — Мистер Беннетт, — наконец, молвил он, вернув телефон парню. — Отзовите всех агентов и прекратите поиски. — Что? — парень в недоумении смотрел на него. — Я неясно выразился, — мужчина смерил его суровым взором. — Я сказал: отозвать агентов и отменить поиски. Что непонятного? — Но, сэр, — тот окончательно растерялся. — Мы ведь его упустим. А мы так близки… — Я приказываю! — ударив кулаком по столу, мужчина резко встал и уже гневно посмотрел на него. — Есть, сэр, — всё так же ничего не понимая, произнёс тот. — И отмените все мои встречи на ближайшее время, — он сел обратно в кресло. — Я лечу в Сеул. — Да, сэр. — Свободен. — Да, сэр, — парень удалился, а мужчина снова углубился в свои мысли, с хмурым видом уставившись в монитор. «Сукин сын! Что ты задумал?! Если с ней что-нибудь случится… тюрьма тебе ещё раем покажется. Хотя, может, и не всё так плохо… Возможно, я смогу извлечь из этого выгоду. Стоп! А как он… оставался незамеченным? У меня ведь там… Вот же… Что ж, недооценил…» — Уэйк… **** — Если хочешь, можешь не идти на работу. Я что-нибудь придумаю, — предложил тимлид, когда мне совсем не хотелось покидать его постель. — Да нет. Уже встаю, — проговорила я из-под одеяла. — Мне всё равно не хочется оставаться одной. К тому же… чем быстрее я смирюсь, тем лучше. А смирюсь ли я, вообще? Мне сейчас так паршиво, словно я заболела, но я здорова. Более того я хорошо поспала. Хотя тут уже заслуга одного психолога. Однако легче мне пока не становится. — По мне так тебе не помешало бы выстрадаться, — усмехнулся тот, погладив меня по спине. — Ну уж нет. Хватит с меня. Он же не умер, в конце концов, — откинув одеяло, я резко села. — Алекс, ты не можешь игнорировать это, — тимлид сидел рядом. — Да, но стоит мне только об этом подумать… — начала я и к горлу подкатил ком (мне сразу же хочется разреветься). — Короче, я одеваться, — я встала и направилась к себе. Однако в свою квартиру мне сейчас хотелось меньше всего. Ведь там абсолютно всё напоминает мне о нём. Надо скорее избавиться от его вещей, а иначе я с ума сойду. Блин, да как же так-то. И каким только макаром я к нему привязалась. Хотя отними у меня хотя бы одного из МОИХ, и мне будет не менее хреново. Поэтому я очень рада, что у меня есть они. За завтраком про моего «братца» никто даже словом не обмолвился. Все делали вид, будто всё нормально. Похоже, и тут тимлид постарался. Но за это я ему тоже благодарна. Второй раз я уже не смогу объяснить, куда подевался мой доставучий родственник. И, судя по настроению всех, не я одна была расстроена его внезапным исчезновением. Даже чуточку легче стало. На работе я постаралась полностью уйти в процесс. Так сказать, с головой. И вроде бы у меня неплохо получалось справляться со своим внутренним горем, пока… я снова не оказалась у себя в квартире. Сразу же захотелось уйти отсюда. Но… Тимлид говорил, что нельзя отмахиваться от эмоций. Их нужно выпускать. И неважно каким способом. Однако лить слёзы мне уже надоело. Это изматывает. В итоге… я решила поболтать с котом. Он-то, наверное, ещё даже не в курсе: что и к чему… **** — Кас, мне нужно с тобой поговорить. Я весь во внимании. Всё жду, когда же ты уже объяснишь мне своё состояние. И суток не прошло, а с тобой опять что-то не так. Тебя и на секунду оставить нельзя. — В общем… это касается… нашего с тобой друга. Друга? Ну, во-первых, это он МНЕ друг, а вот тебе он всё-таки брат. А во-вторых… помнится, ты его терпеть не могла. А что с ним? — Алан больше не придёт к нам. Почему? — Он уехал. И надолго? — И уехал он… навсегда. Жаль. Он мне нравился. Так вот в чём причина твоего мрачного настроения. Фух, я уж подумал, помер кто. Хотя навсегда — звучит так, будто это очень надолго. Есть чему расстроиться. Но, Клубника, ты ведь не одна. Есть и другие. В конце концов, у тебя есть Я. Кто может быть лучше меня? Ну ладно тебе, не плачь. Я-то тебя никогда не брошу. Да я за тобой хоть на край света! Ты, главное, не расстраивайся… Ох, уж, эти женщины… **** Впрочем, поплакаться коту — была неплохая идея. А ещё сегодня меня никто не тревожит. Даже греческий Бог. Я пропустила ужин, а от «мамы» ни слуху, ни духу, ни нотаций. Что ж, пожалуй, воспользуюсь этим и соберу, наконец, уже его вещи. Пока снова не раскисла. Но только я собралась с силами, как вдруг у меня зазвонил телефон. Глянув на дисплей, я чуть кони не двинула… Джокер?! Это галлюцинации или прикол? Однако оказалось, что ни то и ни другое… ~ Прости, что снова досаждаю, — раздался его голос, но был он каким-то странным, я поначалу даже и не узнала его. — Но мне очень нужна твоя помощь. Можешь приехать… Он назвал адрес. И, ничего у него не спрашивая, я сразу же рванули к нему, закинув кота Мордору и в двух словах объяснив ему ситуацию, а заодно и одолжив машину. По указанному адресу находился отель. На ресепшене меня спокойно пропустили. И только я добралась до нужной двери, как она вдруг сама распахнулась, не успела я ещё даже позвонить, а потом меня утянуло внутрь, дверь тут же захлопнулась. Я аж напугалась. Но, увидев знакомое лицо, успокоилась. Вот только… — Что с тобой? — спросила я, уже внимательнее приглядевшись к его виду, такое ощущение, что он еле стоит на ногах, и, вообще, видок какой-то… — Я просто заболел, — ответил тот и сгрёб меня в объятия, сразу же почувствовался жар. — Спасибо, что пришла. И прости, что снова втягиваю тебя в неприятности. — Да ерунда, — усмехнулась я. — Слушай, у тебя, кажется, высокая температура. — Это неважно. Нужно срочно кое-что сделать. Собственно, за этим ты и здесь, — взяв мою руку, он потащил меня вглубь номера (номерок, кстати, шикарный, люксовый не иначе), а потом усадил за компьютерный стол перед раскрытым ноутбуком, на экране которого отображалась какая-то бурная хакерская деятельность. — Короче… нужно взломать базу данных Интерпола, а точнее, сервис авторизации для входа во внутренние системы ведомства, и застопорить его работу, чтобы сотрудники на время потеряли доступ ко всем данным и своим личным кабинетам. Чтобы никто не мог пробить по базе разыскиваемых кибепреступников. Сама понимаешь, о ком я сейчас говорю. К сожалению, парни не смогут этим заняться, потому что они сейчас в самолёте. Летят в Швейцарию. Вообще-то, этим должен был заняться Я, но… — Джокер зажмурился от боли и приложил пальцы к вискам. — У меня так башка раскалывается. Боюсь, допущу ошибку. А у нас нет права даже на малейшую. Я уже начал, — он кивнул на ноутбук. — Тебе осталось только закончить. Много времени на это не должно уйти. Я бы и не просил приезжать тебя, но тогда бы тебе пришлось начинать с нуля, а времени нет. А ещё… я просто хотел тебя увидеть. Хотя бы раз. Впервые наблюдаю у него такой взгляд. Даже смутил. — Ладно, я всё сделаю, — я улыбнулась, а потом вдруг о кое-чём подумала. — Постой… а как же ты? Почему не полетел с ними? Почему ты остался? Ведь это опасно. Наверняка полиция уже весь город начала переворачивать. — Я всегда перемещаюсь отдельно от остальных, — ответил тот, и я вопросительно посмотрела на него. — По двум причинам: первая — я всегда всех страхую; вторая… я не могу вот так запросто сесть на самолёт или любой другой ОБЩЕСТВЕННЫЙ транспорт. Потому что я САМЫЙ разыскиваемый преступник. Я путешествую совсем другими способами. Альтернативными. — Это какими? — полюбопытствовала я. — Скажем так, — он расплылся в хитрой улыбке. — «Дырок» в границах так же много, как и в любой киберзащите. И в основном — это люди. Человек — лучшая брешь, какую можно найти. Знаешь сколько желающих, готовых за приличные бабки переправить тебя через любую границу. Те же пограничники за взятку у тебя даже паспорта не попросят. Разве мой словоблудливый друг не поведал тебе о забавных ситуациях, происходивших со мной на границах. И это он ещё половины не знает, — Джокер ухмыльнулся. — Мне не нравится всё это, — я нахмурилась, сейчас это выглядит совсем невесело, когда Тарантул рассказывал мне обо всём, теперь я понимаю, насколько это может быть опасно. — Ничего не поделаешь, — тот взъерошил волосы на моей голове. — Не против, если я прилягу? Ненавижу болеть, я как будто умираю. — Да. Конечно, — растерянно произнесла я, просто… не слишком ли много совпадений? Хотя многие тяжело болеют… Джокер тем временем дошёл до постели и просто рухнул на неё со страдальческими стонами. — Как закончишь, разбуди меня, — пробормотал он. А я приступила к делу. А по ходу процесса отписалась Мордору, предупредив, что вернусь нескоро. И чтобы остальные не волновались, пусть он скажет всем, что я уже сплю. А то ведь звонков и допросов мне будет не избежать. А мне сейчас нельзя отвлекаться. Мордор, как обычно, поворчал, поворчал, но в итоге сдался. Справилась я со своей задачей, в принципе, быстро. Так что, через каких-то пару часов на сайте Интерпола шли «ремонтные работы». Пока они найдут ошибку пройдёт не меньше суток. Этого вполне должно хватить. Встав и потянувшись, я направилась к кровати. Больной спал. Я дотронулась до его лба. Температуры уже не было. Будить мне его совсем не хотелось. И уходить мне тоже не хотелось. В итоге я просто сидела и смотрела на него. И на меня снова нахлынула бессильная злоба. Я совершенно ничего не могу сделать для него. Но и смириться со всем, я тоже не могу. Точнее, не хочу. А значит, остаётся лишь одно… влезть в это дело с головой. Но для начала мне нужна правда. Как только он проснётся, я вытрясу её из него. Хочет он этого или нет. Да, я не хотела во всё это ввязываться, но в последнее время моё мнение стало меняться. Я всё равно теперь не смогу жить спокойно, пока во всём не разберусь. И пока я сидела и думала о своём внезапном решении, в дверь кто-то позвонил. Джокер сразу же проснулся. — Ты ещё кого-то ждёшь? — спросила я, тот отрицательно помотал головой, настороженно смотря в сторону выхода, а потом, поднявшись с постели, направился к двери, попутно достав из-за пояса пистолет. А я не знала, что мне делать. Я, если честно, была напугана. А тем временем раздался ещё один звонок. Джокер посмотрел в дверной глазок и… почему-то замер на месте. И я уже заподозрила неладное, как вдруг… он опустил пистолет и… со словами: «Ох, мне сейчас и влетит», — просто открыл дверь. И тот, кто вошёл, явно не ожидал обнаружить меня здесь, как, впрочем… и я его… — Рик?! — Алекс?! В один голос произнесли мы, поражённо вытаращившись друг на друга, а кое-кто в это время лыбу давил. На пару минут повисло молчание. А потом… — Какого хрена, Ал! Ты же обещал мне! — Рик повернулся к Джокеру, тот сразу же поднял руки раскрытыми ладонями. — Погоди, Рик, дай всё объяснить, — проговорил он, и я удивилась его заискивающему тону, обычно он ещё та язва и грубиян, и гордыня его никогда не дремлет, а тут… как будто реально испугался. — Я её ни во что не втягивал. Ну… если только чуть-чуть. В любом случае она ничего не знает. Потому что сама не захотела что-либо знать. Скажи же? — тут он посмотрел на меня просительным взглядом, чем окончательно добил. Да чтобы сам Джокер, его императорское высочество всея Даркнета, кого-то боялся? Или подождите… Скорее, он боится потерять доверие к себе. Надо же. А он и вправду очень сильно дорожит дружбой с Риком. Немного ревную даже, пф… — Нууу, — протянула я, расплывшись в злорадной ухмылке (настал час расплаты!), Джокер сразу же перестал улыбаться, явно догадавшись, что я так просто не стану его отмазывать, и выражение его лица сделалось умоляющим. — Ты вломился в мой дом; угрожал мне, что убьёшь моих друзей, а после — и меня, но в итоге ты передумал, решив, что превратить мою жизнь в Ад — куда интересне; поэтому ты нагло поселился в моей квартире, а потом всячески надоедал мне и моим друзьям. Также благодаря тебе кое-что я всё-таки узнала. Например, что мы с тобой, типа, родственники. И что это ради тебя Рик бросил меня. А ещё буквально вчера мы убегали от федералов. А сейчас ты попросил меня взломать базу данных Интерпола, чтобы твоя кибершайка могла спокойно пересечь границу. А так, в принципе, ничего такого серьёзного. Ну, подумаешь, в моей хате поселился самый разыскиваемый преступник. Сосед по квартире ты вполне себе сносный, если только не трындишь часами, не дёргаешь меня по пустякам и постоянно не стебёшься надо мной. Ах, да, и ещё кое-что… ты пытался меня задушить. Но тут уж нет твоей вины. Ты в это время спал. Так что, проехали. — Ну спасибо, — буркнул Джокер, да с таким видом, будто я на него только что ведро помоев вылила. Ну не могла я ему хоть немножечко да не отомстить. Хе-хе. А кое-кто пока молча переводил шокированный взгляд с меня на него. — Ты совсем охренел?! — в итоге выпалил Рик, уже не на шутку разозлённый. — Я о твоей шкуре пекусь, а ты что в это время делаешь, козёл! Ни разу не видела его таким злым. А вообще… я рада его видеть. Теперь-то я уж точно не передумаю. — Да, я виноват. Прости, — Джокер смиренно опустил голову (вот вообще на него не похоже). — Однако обещание я сдержал. Я ни во что её не впутывал. Да разве ж её во что-то впутаешь. Она сама кого хочешь и куда хочешь впутает. Рик сердито смотрел на него и с недоверием, но потом он посмотрел на меня и сказал: — Ты должна отсюда уйти. — Никуда я не пойду, — возразила я. — По крайней мере, пока всю правду не узнаю. — Алекс, — Рик тяжело вздохнул. — Не нужно в это ввязываться. Пожалуйста. Ты и так из-за меня влипла. Да, Алекс, из-за МЕНЯ. Если б я не попросил ЕГО, — он махнул в сторону Джокера, который всё ещё стоял с виноватым видом. — Разузнать о смерти твоих родителей, то ничего этого не было бы. Понимаешь? Только Я виноват в том, что произошло с тобой. И я не хочу, чтобы всё стало ещё хуже. А оно станет. В этом я уверен. И я просто не могу этого допустить. Я была немного в замешательстве. Значит… и у Рика когда-то были на меня не самые добрые намерения. Однако… я уже всё решила. И поворачивать назад, не собираюсь. Неважно какая там правда, смысла убегать от неё, уже всё равно нет. — А это уже мне решать: во что влипать, а во что — нет. И вы оба теперь просто обязаны мне всё рассказать. Рик снова недовольно зыркнул на Джокера, судя по взгляду, явно обвиняя его во всех грехах, а тот был, похоже, растерян, не зная, как поступить. — Слушай, Рик прав. Это того не стоит, — в итоге сказал он. — Но разве ты не ЭТОГО всегда хотел? — я посмотрела на него. — Я передумал, — ответил тот. — Я тоже. Короче, я жду. Начинайте. И чем быстрее вы мне всё расскажете, тем быстрее я уйду. Так что, в ваших же интересах не ломаться как девчонки, — я скрестила руки на груди и смерила этих двоих суровым взглядом. Снова на какое-то время повисла пауза. Мужики были сбиты с толку. — Чувак, если она чего решила, то у нас выбор невелик. Либо сдаться, либо выпихнуть её отсюда силой. Но в таком случае нам будет точно кранты, — усмехнулся Джокер. — Ты, вообще, помолчи, — проворчал на него Рик. — Да чё я сделал-то. Ну, хочешь, вмаж мне. Главное, успокойся, — тот, как обычно, принял невинный видок, он всегда так делает, когда хочет избежать конфликта. — Подумаешь, лажанул разок… — Разок?! — Рик снова начал закипать. — Может, мне напомнить тебе твои «разки»? Опять наделал, блин, дел. И когда ты уже перестанешь думать только о себе, эгоист сраный. Тот промолчал, виновато уставившись в сторону. А я просто поверить не могла своим глазам. Это так забавно. Оказывается, даже на Джокера управа есть. Не такие уж мы с ним и эгоисты, как я погляжу. И тут я рассмеялась. Рик перестал ругаться и с каким-то отрешённым взглядом залип на меня, а потом… — Я с тобой ещё не закончил, — проговорил он на ходу, направляясь ко мне, и через несколько секунд я уже была в его объятиях. — Знала бы ты, как это невыносимо: быть к тебе так близко, но даже не сметь подойти, — раздалось его бормотание, его руки крепко стиснули меня, и они слегка дрожали. — Постой, — я вдруг неожиданно въехала в смысл его слов. — То есть… хочешь сказать, что… ты был здесь всё это время? Он отстранился, но не смотрел на меня, взгляд отвёл в сторону. А я, наконец, могла рассмотреть его вблизи. Совсем уставший и уже не такой улыбчивый, каким был раньше. И теперь в его взгляде поселилась какая-то тоска. — Я здесь с конца декабря. С тех пор как… — Маньяк умер, — припомнила я детали прошлого года. — Он не умер, он был убит. Отравлен ядом, который не оставляет никаких следов. И убил его… Я, — вдруг сказал он, и мне было сложно в это поверить, пока… — Точнее… мне пришлось это сделать. Это был приказ. — Дядя, — я сразу же догадалась, чьих это рук может быть дело. — Это расплата за мою ошибку, — Рик, наконец, посмотрел на меня и улыбнулся, и я вдруг поняла, что в его взгляде никакая не тоска, а… чистые муки совести. — Я заслужил это. — Нифига подобного, — разозлилась я, но злилась я не на него, а на кое-кого другого. — Рик, я хочу знать. Я абсолютно всё хочу знать. И ты не отговоришь меня. Просто меня эта вся ситуация уже… — пока из меня изливался праведный гнев, кое-кто вдруг поцеловал меня, моё негодование тут же стихло, и, похоже… я всё так же люблю его, а ещё безумно скучала. — Так ну всё. Хватит, — раздался голос Джокера, и теперь уже его привычный возмущённый тон вернулся. — А то я даже не знаю кого и к кому ревновать, — выдал он, и мы с Риком прыснули со смеху. — Ты точно хочешь правды? — он серьёзно посмотрел на меня, я кивнула. — Ну смотри, — взяв меня за руку, Джокер утянул меня за собой к дивану, а потом, усадив, сам лёг, положив свою голову на мои колени, в итоге Рику пришлось занять кресло, потому что у кого-то ноги длинные, даже с подлокотников свисают. — А можно мне для начала поподробнее узнать о том, как же вы всё-таки познакомились? — спросил Рик, озадаченно смотря на нас. — А чего тут рассказывать, — я пожала плечами. — Случилось это исключительно случайно. Он завербовал меня прямо в парке в первые же дни моего пребывания здесь. Увидел, как я делаю себе фальшивую визу, и просто не смог пройти мимо. А потом мне пришлось работать на него, потому что выбора у меня особо не было. Он был единственным работодателем, который не турнул меня последующие года два. Однако эти два года он пытался меня шантажировать. Но у него всё равно нихрена не вышло, в итоге этот несостоявшийся злодей решил взять реванш, снова вернувшись и возобновив свой терроризм, но уже с более серьёзными козырями, так как умудрился нарыть на меня инфы больше, чем я сама о себе знаю. Конец. — Можно было и не так красочно, — недовольно пробурчал Джокер. — Погоди-ка, — Рик смотрел на меня с каким-то прозрением. — То есть это ТЫ? Та самая девушка, про которую ты мне рассказывал, — теперь он посмотрел на Джокера. — Тогда я ещё не знал, что это она. Откуда бы мне было знать, — поспешил оправдаться тот. — Да, но, похоже, узнал ты обо всём именно тогда, когда я прилетал сюда в первый раз. Скажешь нет? — Ну да, да. Так и есть. Я козлина, — а кое-кому совсем не нравилась эта тема, что он готов был согласиться с чем угодно. — И ты всё равно поступил по-своему, хоть я тебя и просил, этого не делать, — Рик смерил его ледяным взором. — Блин, да сколько раз мне ещё повторить, что больше у меня нет корыстных намерений на её счёт, — теперь Джокер был обижен. Они так мило ругаются. Могу смотреть на это бесконечно. — И почему же? — Рик хмыкнул и закатил глаза. — Потому что, — буркнул тот, уставившись в потолок и скрестив руки на груди. Несколько секунд Рик внимательно смотрел на него, а потом вдруг рассмеялся. — Надо же. И даже ты не устоял, — выговорил он сквозь смех. — А что я, не человек, что ли, — проворчал Джокер. — К тому же, — он перевёл взгляд на меня и протянул свою ладонь к моей щеке, слегка проведя по ней пальцами. — «Битва» была на равных. И кое-кто тоже не устоял, — этот гад расплылся в самодовольной лыбе. — А разве ЭТО — не часть твоего плана? Поздравляю, ты успешно справился с задачей, — я усмехнулась, улыбка с его губ исчезла. — Короче, я начну, а ты продолжишь, — проговорил он, уже обращаясь к Рику, который в это время удивлённо смотрел на нас, будто не верил, что происходящее — правда. — В общем, — Джокер сложил руки на своём животе, скрестив пальцы, и закрыл глаза. — Всё началось с того, что я, вообще, на свет появился…