Один вдох, три выдоха

Хонджун не пришел на следующий день в университет. И через неделю тоже. Сонхва везде таскался с этим несчастным письмом об отчислении, и последней каплей стал вопрос преподавателя о том, передал ли он его. Бездумно переключая каналы на телевизоре, голова Пака была забита мыслями о Киме. В какой-то момент он отложил пульт в сторону и решил взглянуть на письмо. Обычный белый конверт. «Как, по их мнению, я должен знать адрес этого парня, даже учитывая то, что он живет неподалеку? А может?..» Пак долго смотрел на конверт, сомневаясь в своем следующем действии, но желание поскорее отдать его и больше не иметь к этому отношения заглушило последние нотки сомнения. Он аккуратно разрезал конверт и достал лист А4 аккуратно сложенный на три части. В верхнем углу письма был написан адрес. «Нужно поскорее сходить к нему и просто отдать письмо. Не думаю, что он сильно разозлится узнав, что я его вскрыл.» Собравшись, Пак вышел на улицу. Дом Хонджуна стоял через пару домов, на углу. Встав у входа в высотное здание, Пак остановился. Как он попадет внутрь? Конечно, можно было просто позвонить в квартиру и сказать, что это Пак, которого он видел в магазине, и он должен кое-что отдать. К счастью, все мысли прервала вышедшая пожилая женщина, открывшая дверь. Сонхва быстро собирался войти, однако бабуля его остановила. - Стой. Ты куда собрался? Я тебя не видела раньше. Ты не здесь живешь, верно? - Да, вы правы. Мне нужно кое-что передать своему другу (даже сам Пак ахуй словил оттого, что сказал именно это) из университета. Его долго не было, поэтому я пришёл его проведать. - Ох! Ты очень добрый. Желаю удачи. -Спасибо. «Нда, Пак, врать - не мешки ворочать, так ведь?» Но, по сути, он почти не врал. Поднявшись на лифте на нужный этаж, Сонхва еще раз сверил с листком номер квартиры. Он не ошибся, перед ним была нужная ему квартира, но, по сравнению со всеми остальными, она была ужасна. Не считая того, что этой двери, наверное, лет тысяча и ее видимо не меняли с самого открытия дома, по периметру двери и на ней самой красовались выцарапанные ножом оскорбления. Иногда это были лишь отдельные слова, а иногда это были полноценные угрозы. Паку стало не по себе. Так, помни о том, что ты здесь ненадолго. Звонка не было и Пак уже протянул руку, чтобы постучать, но остановился. «Здесь живет Ким? Если снаружи дверь такая, то что же тогда внутри этой квартиры?». Сжав кулак еще раз, Пак все же постучал и стал прислушиваться. За дверью, поначалу, не было никаких звуков, не было ни намека на то, что кто-то шел ему открывать. Собравшись постучать еще раз, послышались приближающиеся шаркающие шаги и гневные ругательства. Пак слегка отошел, чтобы дверь смогла свободно открыться и правильно сделал ведь тот, кто распахнул дверь, очевидно, надеялся с петлями выбить ее. Перед Паком стоял мужчина лет сорока. Его волосы были слегка отросшими и спутанными, они давали понять, что владелец за ними совсем не следит, также это можно было видеть и по щетине. Он был выше Пака на несколько сантиметров. Мужчина стоял, полностью облокотившись о дверной косяк, видимо ноги отказывались держать его. - Ты еще кто такой? Че надо? Сонхва задохнулся от запаха алкоголя, резко ударившего в нос. И он шел не только от мужчины напротив, вся квартира была настолько пропитана этим едким запахом, что, лишь открыв дверь на несколько минут, этим всем еще долгое время будет пахнуть и подъезд тоже. Слегка откашлявшись, Пак поднял глаза и произнес: - Здравствуйте. Вы скорее всего отец Кима, я пришел к нему. Могу я его увидеть? Выражение лица напротив резко сменилось, если до этого оно было раздраженным с примесью легкого веселья, видимо от алкоголя, то услышав имя, мужчина похолодел. Его глаза наполнились необъяснимой злобой и ненавистью, лицо полностью расслабилось и кончики губ опустились вниз. Мужчина долго и очень пристально смотрел на Пака, отчего у второго подкашивались ноги. - Отец?! Этого вот?! Да ни за что. Лучше сдохнуть, чем называть вот «это» сыном. Я просто опекун. Спрошу еще раз, че приперся, время не резиновое, у меня дела есть. «Это»? Пак не мог поверить своим ушам. Насколько же этому человеку неприятен Хонджун, что он даже не считает нужным указывать на его мужской род. - Мне нужно кое-что передать. Скажите он дома или нет? - Допустим. Но он наказан и не выйдет. Давай лучше я… - Милый ну ты скоро? Я тут соскучилась уже без тебя. Прервав его, за спиной мужчины показалась полуголая девушка. По ней сразу было видно, чем она зарабатывала себе на жизнь. Насколько нужно быть моральным ничтожеством, чтобы приводить таких женщин домой и забавляться с ними зная, что дома находится приёмный ребенок. Пака обуяла злость. - Мне нужно передать это ему лично. Лучше я зайду в другой раз. - Либо ты отдаешь мне эту дрянь сейчас, либо этот малолетний ублюдок не выйдет из дома еще месяц. – самодовольно выплюнул этот тип. Сонхва оцепенел. Он же все правильно расслышал? Наивно предполагать, что Кима просто запрут дома. Очевидно, что здесь творится что-то плохое. Нельзя отдавать это письмо. Не нужно давать еще повод для того, чтобы парня «наказали» за отчисление. Мурашки побежали по телу, а на лбу выступил пот. Нужно во что бы то ни стало увидеть сейчас Хонджуна. Он должен знать в порядке ли он. Паника начала нарастать в груди. Дыхание участилось. Черт. Нельзя поддаваться. Один вдох, ну же. Давай. Вдох, и три рваных выдоха. Повтори. Вдох, и три рваных выдоха. Подобно волнам, паника начала успокаиваться внутри и у Пака появилась идея. - Слушайте, давайте так. Вы дадите мне сейчас увидеть Кима и передать ему то, что нужно или я звоню в полицию. Скажу, что вы держите его в заложниках. А судя по-вашему фэншуйному интерьеру в квартире, нетрудно будет в это поверить. – монотонно произнес Пак смотря прямо в глаза. – Ну? Время не резиновое, у меня еще дела свои есть. - Ублюдок. - сквозь зубы процедил мужчина и, развернувшись, направился в одну из комнат. Прошло около 5 минут и все это время до ушей Пака доносились лишь обрывки ругательных слов и угроз. В конце концов из комнаты появился и сам Ким. Пак верил, что еще больше, чем все вокруг, его ничего не потрясет, однако, это было лишь репетицией к этому самому моменту. Парень был одет в свои привычные вещи. Толстовка чуть съехала вперёд, открывая вид на шею парня. На ней был след иссиня-фиолетового цвета. На лице красовались пару мелких синяков и один большой на носу, заклеенный пластырем. Губа была разбита. Взгляд Пака метался от одной ссадины на другую и не мог сосредоточиться на чем-то одном. В голове не было мыслей. Ни одной. Он просто смотрел и время от времени открывал рот и тут же его закрывал, не находя ничего, что могло быть сказанным вслух. Ким медленно шел к двери. Встав напротив, он поймал взгляд Сонхва. Ким смотрел на парня глазами полными слез. Ему было стыдно, что именно этот человек увидел его в таком состоянии. Он был отвратителен. Не выдержав такого жалостливого взгляда, Ким опустил голову. Теребя края толстовки, он спросил: - Откуда ты...? Зачем ты пришел? – Ким пытался придать своему голосу больше твердости, однако под конец он все-таки дрогнул, что заставило его опустить голову еще ниже. Встретившись за спиной со злобным взглядом опекуна, Пак наклонился к уху парня, чтобы кроме него, никто ничего не услышал. - Я заберу тебя отсюда. Обещаю. Постарайся прийти завтра в университет. Прошу тебя. – томный шепот полный уверенности и горячее дыхание, опаляющее ухо, заставило зрачки Кима расшириться в удивлении и легком возбуждении. Сделав пару шагов назад, Пак развернулся и направился к лестнице, оставив Кима так и стоять в недоумении, и смотреть на пустующую лестницу.