Разнообразие ужасов | Персона

Юншэн шёл медленно, не мешая Мирабелле осматривать улицы по дороге на площадь. Шинджу шла рядом, рассказывая о чём-то своём, и Юншэн кивал ей в такт, не перебивая и внимательно слушая, но молчал. Когда они наконец подошли к площади, часы пробили полночь. Система молчала, а Мирабелла всё также спокойно сидела на руках Юншэна рассматривая всё вокруг. Ребята вздохнули с облегчением. Вся площадь была освящена фонарями и многие развлечения так же наконец открылись: палатки с азартными играми для детей и взрослых; большая снежная горка; ещё больше мест с едой, где продавались не только сладости. И ещё много чего другого. Прилавки стояли в ряд, а продавцы в них громко зазывали прохожих. Среди белых эльфов мелькали тёмные макушки, указывающие на то что фестиваль был интересен не только местным жителям. Над площадью возвышался огромный белокаменный храм, но на нём не было символа богини гроз. Над входом в храм находились часы: лазурный циферблат в золотой окайме, цифрами и стрелками. Это так же не было похоже на символ Левиафана, скорее он напоминал символику Маргариты, богини времени и королевы Аира. Та несколько раз меняла свой символ, но в последний момент перед своей смертью она снова вернула на свои храмы часы, хоть и другие. По словам Калиссы последним символом этого божества были абсолютно белые мраморные часы. И стрелки на них стояли на месте, словно бы Маргарита заранее знала о своей скорой смерти. Эти же часы шли. Божество времени и мудрости даже после её смерти славилось небывалой популярностью. А уж тогда, когда она могла ответить на молитвы и подавно. Даже в день фестиваля многие люди ходили в храм и молились этому божеству. – Хочу! Юншэн вздрогнул, услышав громкий голос Мирабеллы, и почувствовал как она тянет его за край воротника, чтобы привлечь к себе внимание. Юншэн посмотрел туда куда указывала Мирабелла. Лавка с сувенирами. Улыбнувшись девочке, Юншэн кивнул и направился к лавке. – Выбирай что хочешь, это ведь день для тебя. Мирабелла посмотрела на него неуверенно, но начала рассматривать предложенный ассортимент на прилавке. Там было много чего интересного: деревянные фигурки птицы и девушки; кулоны, браслеты и кольца с изображением символа Виксаны, а так же обруч с фиолетовым камнем, который судя по всему был головным убором. Мирабелла долго осматривала прилавок пока все остальные скучающе перешептывались позади, но в конце концов показала на один из кулонов. Тот был единственным где кроме символа Виксаны был изображён так же и символ Левиафана. Два элемента переплетались вместе, рисуя потрясающую картину. — Мама с папой всё время ссорятся, поэтому я хочу подарить им это. – Мирабелла повернула голову и посмотрела на Юншэна. Юншэн не ответил. Но, не смотря на это, его взгляд на Мирабеллу изменился. Это была всего доля секунды, но знающий человек легко мог бы сказать, что в его глазах промелькнуло сожаление. В следующий момент он обратился к продавцу - ей была низенькая старушка с добродушным взглядом. Она с самого начала наблюдала за ними, не скрывая тёплой улыбки, но с лёгкой грустью отреагировала на столь печальные слова, которые с почти что взрослым спокойствием говорит маленький ребёнок. Лерайе внимательно следила за девочкой с самого начала, что изначально напрягло Юншэна, однако, на фестивале они были не одни. За его спиной в момент зарождения подозрений пронеслась пара фраз о старушке, принося ему спокойствие. Там же было упомянуто и имя – многие жители одобрительно отзывались о старушке, увидев её за прилавком. В основном, тихие сплетни были полны благодарности за помощь с детьми и постоянные угощения. Эта старушка не могла иметь собственных детей, но была талантлива в изготовлениях украшений и легко могла себя прокормить, поэтому всегда была рада угостить любого прохожего ребёнка. Наконец, полностью расслабившись, Юншэн нарушил напряжённую тишину, тепло улыбаясь женщине. — Мы бы хотели приобрести этот кулон, не подскажите нам цену?  По неизвестной причине, договориться с Лерайе было весьма легко, она без лишних слов отдала им кулон и даже предложила скидку, почти что даром отдавая желанную Мирабеллой вещь. И пока девочка с интересом осматривала её, он, наконец, обратил внимание на грустные лица своих сопровождающих, которые не напрягали свои мысли так сильно, чтобы заботится об окружении. Юншэн устало вздохнул, допуская возможность того, что без должного подхода к заданию все они провалят и эту попытку. Следующая будет последней и, скорее всего, очень напряжённой, если подобное произойдёт. — Ребята, нам стоит быть осторожнее. Всё же, господин Левиафан доверил нам своё самое ценное сокровище, – посмотрев на них, Юншэн пытался намекнуть, что сейчас не время расслабляться, и очень надеялся в душе, что его поняли правильно. Аика сразу же закивала, ударив Шинджу, которая хотела возмутиться, по руке. Она снова выступила вперёд и протянула руку к Мирабелле, желая погладить, но девочка увернулась. Мирабелла повернулась в объятиях и спрятала свою голову в шее Юншэна, рассматривая кулон в руке. Она перевела взгляд своих фиолетовых глаз на левый карман Юншэна, хмуря светлые брови. Её глаза засветились, а острые уши шевельнулись за волосами. – Спина чешется... – шёпотом, рядом с ухом Юншэна прошептала Мирабелла, а после убрала кулон себе в карман, плотно застегивая его на пуговки. – В такой плотной одежде неудобно ходить... И в самом деле. Остальные эльфы на улицах не носили тёплой одежды, поэтому их крылья на спине не были ничем стеснены, а свободно находились у всех на виду. Шинджу осмотрелась, хмурясь. Её всё никак не отпускало чувство неправильности происходящего вокруг. Слишком уж продуманным выглядит этот маленький мир. Пока они находились на площади и ждали Юншэна с девочкой, Шинджу обращала внимание на разговоры прохожих. Те говорили о других странах, которые находятся за пределами деревушки. Слишком. Слишком подробная жизнь у этих НПС. Из-за этого Шинджу начала подумывать что ребята могли быть и правы, но в то же время и слова Юншэна тоже верны. Будь такая волшебная цивилизация на Земле, то её бы уже давным давно нашли. Ну или хотя бы нашли намек, который на неё указывает. Но ничего нет. И это означает только две вещи: первый вариант - ей просто кажется и мир и в самом деле просто продуман настолько подробно, а вот второй вариант куда страшнее. Что эта цивилизация не известна землянам потому что она изначально не является частью Земли. Шинджу внимательно смотрела на Мирабеллу, продолжая хмуриться. Во время происходящего, Юншэн внимательно наблюдал за всеми, окружающими его людьми. Он молчал, не выказывая никаких признаков неудобства или же недовольства. На самом деле, его всё устраивало. Юншэн не планировал заводить дружбу с кем-либо из игроков и ему было важно лишь то, как хорошо и скоро они выполнят миссию. Вовсе не обязательно было заводить с ними хороших отношений, чтобы инстанс прошёл успешно. Однако к девочке он отнёсся с искренней внимательностью. Лишь услышав жалобу Мирабеллы, Юншэн сразу же взял её поудобнее и освободил одну из рук, чтобы хотя бы частично исполнить её желание через одежду. — Так...лучше? – посмотрев на ребёнка с некоторой неуверенностью в своих действиях, Юншэн мог только гадать, что их ждёт дальше. Мирабелла закивала головой в согласии и счастливо улыбнулась. — Да, мне немного лучше. – она обняла Юншэна за шею покрепче и смахнула снег с его макушки. – Если ты знаешь моего отца, то и моего дядю ты должен знать, не так ли? Мирабелла заглянула в зелёные глаза Юншэна, испытующе смотря на того. Она словно бы смотрела прямо в душу, погружая человека напротив в омут фиолетовых глаз. — Ты ведь знаком с моим дядей? – Мирабелла медленно повторила вопрос. — Я..не знаком с ним лично, но много раз слышал о нём, – улыбаясь девочке в ответ, Юншэн мысленно перебирал всевозможные связи и кровное родство Леви. Но из всех, кого он знал или видел, он не мог вспомнить никого, чьи связи с эльфом были настолько близки. — Может, и ты расскажешь о нём побольше? Мне нравились рассказы других, но, уверен, его племянница знает куда больше, – смотря на Мирабеллу с искренним любопытством, Юншэн вдруг заприметил краем глаза шатёр для посетителей фестиваля и принял решение пригласить остальных передохнуть. Он подумал, что такой повод станет подходящим моментом для того, чтобы узнать о Леви больше и сблизиться с Мирабеллой. — Мы довольно долго гуляем, давайте сделаем перерыв, – обернувшись к остальным всё с той же улыбкой, Юншэн двинулся туда раньше всех, занимая самый маленький из свободных столиков. Ребята переглянулись и направились за ним, садясь за соседний столик, чтобы иметь возможность слышать их разговор, но при этом не мешать девочке, которой они скорее всего совсем не нравились. — Мой дядя самый лучший! – Мирабелла села на соседний стул и широко распахнула руки, словно пытаясь показать насколько прекрасен её дядя, – Его зовут Нерин и он не мой кровный, так говорит папа, родственник. Он ангел и у него очень-очень красивые голубые крылья. Один раз дядя даже взлетел вместе со мной над нашей деревушкой, рассказывая мне о  том как она вообще появилась. Дядя очень умный. Мирабелла вновь замахала руками в воздухе. — На мой прошлый день рождения дядя смастерил мне музыкальную шкатулку. Если я поверну ключик, то она откроется и от туда прольётся колыбельная которую поёт мне дядя. Он сказал, что так я могу представлять что он рядом со мной всегда, а не только когда у него появляется возможность приехать. После этих слов Мирабелла опустила голову, переставая улыбаться. — Дядя всегда занят. — Я не сомневаюсь в том, что твой дядя прекрасен, Мирабелла, – улыбаясь, Юншэн внутренне перебирал всех знакомых с Левиафаном ангелов, судорожно пытаясь найти того, кто был бы с ним настолько близок по взаимоотношениям. Однако, увы. Никто из них не подходил ни под описание загадочного Нерина, ни под близкое знакомство с Леви. Так что теперь он и правда может только догадываться о его личности, блефом ведя диалог с маленьким ребёнком перед ним. — Кажется, тебе очень нравится та шкатулка. Она...важна для тебя? – пытаясь скорее перевести тему, Юншэн вдруг заинтересовался, казалось бы, неприметной частью рассказа. Разве может что-то, подаренное ангелом, быть обычным предметом? Но, если честно, он и не ждал, что Мирабелла ответит на его вопрос, вызванный любопытством. — Важна. Потому что дядя сделал это для меня самостоятельно. – Мирабелла вздернула подбородок вверх, гордо смотря на Юншэна, – И музыку, и песню он тоже сам вкладывал в шкатулку. Мирабелла вытащила из под кофты маленький ключик на цепочке и продемонстрировала его Юншэну. — Вот, мне нужно вставить в шкатулку именно его. — Твой дядя очень милый и хорошо заботится о тебе, Мирабелла, – нежно улыбаясь, Юншэн посмотрел на девочку. Он был искренне рад за то, что у неё есть хотя бы один член семьи, который заботится о ней как следует. Жаль, что его сейчас нет рядом. Отгоняя от себя грустные мысли, он посмотрел на ключик и кивнул головой. Эта шкатулка...может быть связана с сутью инстанса. Но, пока что, она ему не нужна, поэтому он встал с насиженного места и протянул Мирабелле руку, приглашая вернуться на руки. — Ты хотела бы посетить какое-нибудь место? – сказав это, Юншэн кивнул остальной группе игроков, показывая, что путь они продолжают. Мирабелла взглянула на него, убрала ключик обратно за ворот одежды, и протянула руки в сторону Юншэна, соглашаясь вновь оказаться на руках мужчины. Ей, честно говоря, очень нравилось так путешествовать. Она могла пройти куда больше, когда её несли на руках, чем на своих двоих. Оказавшись вновь в объятиях Юншэна, Мирабелла обняла его за шею и задумалась. Куда она хочет пойти? — Я редко бываю на улице, а фестиваль вижу впервые в жизни. – смущённо призналась девочка спустя несколько минут. Она подняла голову и посмотрела на Юншэна, – Поэтому я не знаю куда бы мне хотелось пойти. Мама и папа всегда заняты, а дядя, который и водит меня на улицу, приезжает редко. Она громко вздохнула и покачала головой, но после вновь улыбнулась. — Давай просто посмотрим всё подряд? Юншэн, убедившись, что игроки идут за ним, спокойно отвернулся, медленно гуляя по парку. Время от времени он отвечал на вопросы Мирабеллы или рассказывал что-то о себе. С момента начала второго раунда прогулки прошло порядком 20 минут, прежде, чем детский голосок восторженно задал вопрос игрокам. — Что это там? – когда Юншэн и остальные посмотрели в направлении маленькой руки, то увидели огромное множество палаток и целую кучу людей. Вероятно, здесь собралась большая часть людей, которая находилась на фестивале. Палатки были красиво и ярко украшены, пестрили разнообразием игрушек и фонарей. Подойдя поближе, можно было увидеть, что эти палатки являются местными развлечениями и вознаграждаются разными сувенирами. С интересом осмотрев их, Юншэн тепло посмотрел на Мирабеллу в своих руках: — Ты хочешь поиграть или конкретную вещь? Мирабелла кивнула и начала слазить с рук Юншэна. Оказавшись на земле, она неуверенно посмотрела на праздник, а после схватила Юншэна за подол пальто, начиная тянуть к палаткам. — Пойдём. Мирабелла всё время озиралась по сторонам, рассматривая эльфов и приезжих существ, среди которых была, судя по голубым волосам, даже русалка. — Как много гостей... И все пришли на фестиваль мамы. – Мирабелла широко улыбнулась и отпустила Юншэна, делая несколько шагов самостоятельно. Но далеко Мирабелла не уходила. Сделав несколько шагов, она оглянулась на Юншэна, проверяя идёт ли он за ней. Потом эта ситуация повторилась ещё раз. И ещё... Наконец Мирабелла остановилась у одной из палаток, рассматривая ассортимент горячей еды на вынос. Юншэн и остальные игроки с умилением смотрели на маленькую девочку. Им было приятно, что в такой толпе и с таким уровнем восхищения она не забывает, что пришла не одна. Юншэн всё это время старался не отставать от неё ни на шаг, на случай непредвиденной ситуации, но при этом шёл следом молча, позволяя Мирабелле определиться с тем, что конкретно она хочет. — Ты голодна? – осмотрев палатку с едой, он задумчиво перевёл взгляд на ребёнка, протягивая ей руку на всякий случай. — Вот. – Мирабелла вновь кивнула на вопрос и показала рукой на печенье в виде мордашки котика. Котик был белый, покрытый судя по всему либо шоколадом, либо глазурью. У него были прорисованы фиолетовые глаза и красный носик. — Он похож на моего папу! Но можно взять две? Когда папа вернётся, я один из них отдам ему. Мирабелла посмотрела на Юншэна, наклоняя голову на бок, а потом снова на печенье. — Извините, но это последнее печенье для продажи. – из-за прилавка высунулась маленькая, с детский кулачок, голова с сиреневыми волосами, — Они довольно популярны и поэтому уже всё разобрали. У говорившей девочки за спиной было два больших клыла и отдалённо она напоминала бабочку. — Платить не надо. С удивлением посмотрев на фею, Юншэн кивнул чему-то своему и улыбнулся, передавая печенье Мирабелле. — У нас...есть немного времени. Может быть, мы пойдём куда-нибудь и попробуем приготовить сами? Мне кажется, Левиафану будет ещё приятнее от подарка, сделанного руками, – присев на корточки рядом с девочкой, он перевёл взгляд на фею. — Вы не знаете, есть ли тут подобное место? Может быть, мастер-классы? – пока ребята недалеко от них только непонимающе и с интересом смотрели на происходящее, Юншэн размышлял, как можно это организовать. — Если я не ошибаюсь, то в нескольких палатках от сюда можно было самостоятельно сделать маленькую скульптуру изо льда. – фея взлетела над прилавком и показала в сторону где предполагаемо находилась палатка. Мирабелла просияла и с надеждой посмотрела на Юншэна. — Пойдём туда? — Нам же нужно заплатить. – Аика шагнула вперёд, собираясь достать из кармана несколько монет. — Нет, не предлагай деньги! Стоило девушке достать деньги и протянуть фее, как та отшатнулась. Её взгляд наполнился злостью, а кончики кральев словно бы заострились. Юншэн вздохнул и покачал головой. Он и забыл, что представители их планеты понятия не имеют о многих существах вроде феи. Однако, так как им ничего не грозило, он наконец посмотрел на Мирабеллу. — Да, пошли. Какую фигуру ты хотела бы слепить? – спросив об этом, Юншэн задумался - он думал, сколько ещё осталось до конца инстанса. Делать фигурки дело не сложное, но если девочка выберет сложную фигуру, то процесс определённо будет более долгим, чем они рассчитывали. Может, она хочет такого же котика? Подумав об этом, он снова обратил внимание на окружение: — Мы пришли. Вокруг было довольно много людей, вместо палатки они работали на пустой местности, которую, скорее, можно было назвать полянкой. Мирабелла взяла Юншэна за руку и улыбнулась ещё шире. — А можно сделать котика? – она показала печенье что несла во второй руке, – Вот такого хочу сделать. Мирабелла огляделась и замерла, не понимая куда идти дальше. Просить помощи она не хотела, а потому стояла в тишине, бдительно рассматривая всё вокруг. Наконец, спустя примерно пять минут, девочка заметила человека, который зазывал людей у одного из столиков, и медленно направилась к нему. Держа Мирабеллу за руку, Юншэн с интересом наблюдал за ней всё время. Он хотел подсказать ей, но если девочка хотела справиться самостоятельно, то он и в мыслях не думал ей мешать. Он просто будет идти рядом, пока Мирабелла сама не попросит его о помощи. Мирабелла подошла к мужчине и вскинула голову, смотря на того снизу вверх. — Извините, но можно сделать здесь статуэтку? – она осторожно спросила, а после вновь посмотрела на Юншэна. У самой Мирабеллы денег с собой совсем не было, а потому оплатить мастер-класс она не могла. — Я оплачу, – заметив встревоженный взгляд ребенка, Юншэн улыбнулся и достал кошелёк. Ему тоже была интересна реакция Леви на подобный подарок, поэтому, в какой-то мере, у него были скрытые мотивы по поводу статуэтки и он жаждал скорее закончить её. Хотя, он понимал, что задание инстанса связано с его дочерью, а не самим Левиафаном, но раз он его здесь уже видел однажды, то почему не сможет увидеть ещё раз? Мирабелла облегчённо кивнула и вновь посмотрела на продавца. — Можно? — Конечно, деточка. Продавец был высоким, хотя и не таким как эльфы, с угловатым подбородком, густым тёмными бровями из под которых виделись глаща бусинки и тонкими губами. Он улыбался и сразу достал все инструменты и кусочек льда, расчищая место на столе возле себя. — Присаживайся. — мужчина помог Мирабелле сесть, – Что ты хочешь слепить девочка? — Подарок папе! – Мирабелла покачала ножками в воздухе и взяла инструменты, начиная неумело ковырять лёд. От помощи продавца она отказалась и мужчина отошёл к другим покупателям, бросив напоследок что плата взымается уже после мастер-класса. Юншэн присел рядом и первое время наблюдал, как Мирабелла делает статуэтку, но потом он осторожно взял ещё один набор инструментов. — Надеюсь, ты не против помощи? Мне кажется, что так мы справимся быстрее, – улыбаясь, он начал делать фигурку с другой стороны, стараясь не мешать Мирабелле поработать и самостоятельно. Через какое-то время кошечка начала уже отчётливо проглядывать и они с девочкой обменялись лёгкими улыбками. Юншэн не хотел сидеть в стороне в такой момент, поэтому и решил помочь Мирабелле, однако, внутренне он об этом точно не жалел. У этого ребёнка была красивая улыбка. Когда они наконец закончили, Мирабелла захлопала в ладошки. Её творение не было идеальным, но девочка сделала его сама, а потому гордилась. Юншэн отошёл заплатить продавцу и за столиком Мирабелла сидела совсем одна. Мирабелла сидела в ожидании когда почувствовала нарастающую боль в груди. Её личико побледнело от боли, губы посинели, а сама девочка схватилась за груди, чуть сгорбившись на стуле. Она тяжело задышала, стараясь вздохнуть как можно больше воздуха, но только тихо вскрикнула, начиная кашлять. Убирая статуэтку в инвентарь, Юншэн обернулся и посмотрел на Мирабеллу. Выражение его лица сразу же сменилось на панику и тревогу. Подбежав к девочке, он приобнял её и пытался сделать хоть что-нибудь. — Мирабелла? Мирабелла, что случилось?! – от неожиданности он растерялся и совершенно не понимал, что ему делать. Точно также, как и подоспевшая команда игроков. Мирабелла одной рукой схватила Юншэна за рукав, крепко сжимая, и прохрипела: — Чай... Мамин чай... Мне надо его выпить.