Солнце

Сердце громко громко стучало. Падали холодными каплями слёзы, растекались по дереву палубы, путались с водой соленого моря, такие же соленые. Зоро подошёл сзади, обнял тонкое, бьющееся в конвульсиях тело, крепко крепко прижал к себе. Носом прошёлся по основанию шеи, громко вдохнул запах. — Что случилось, мой глупый кок? Шёпот был хриплым, разбавляющим стихающие всхлипы. Санджи прижался к крепкой груди за спиной, откинул голову на плечо мечника, громко вздохнул и успокоился. — Прошлое не отпускает меня. Если однажды я не смогу вернуться, не плачь слишком много маримо, — кок усмехнулся, дрожащими руками потянулся за сигаретами. Снова одно и то же. Однажды его заберут обратно в ад, он чувствовал так чувствовал это что сомнений не было, прошлое не отпустит так просто, прошлое поставит под угрозу его самое ценное и дорогое, то что дороже его жизни — накама. И одного глупого мечника. — Дурак, ты такой дурак. Я убью любого кто покусится на твою безопасность. Зоро выдохнул эти слова Санджи в ухо, сжал в объятиях ещё крепче. Сигарета выпала у кока из рук, в глазах снова начали скапливаться слёзы. Объятия стали крепче, шея покрывалась мокрыми поцелуями. Курить ему срочно нужно было покурить. Санджи достал сигарету ещё раз, прикурил от металлической зажигалки, блестящей на солнце и слепящей глаз. В небе стояла знойная жара, в глазах Санджи стояли знойные слезы. Снова одно и то же. Он ничего не рассказывал. Тихо плакал, проклинал пламенные воспоминания, полыхающие огнём обиды и горечи, огнём непонимания и отвращения к себе. Зоро забирал все себе, медленными касаниями, нежными поцелуями, горячими объятиями. Зоро редко что то говорил, молча прижимался лбом к затылку кока, тихо вздыхал и ждал. Слёзы снова высыхали, сигарета кончалась, кок тянулся за новой и так по кругу до бесконечности, до прощения и забытия. Они стояли так долгое время, опаляемые солёным ветром, брызгами морских вод, тишиной кричащих чаек. Сердце замедляло свой стук, сигарета снова кончалась, за новой тянуться не хотелось. Медленным взором Санджи обводил горизонт, лениво разворачивался лицом к Зоро, нежно целовал его в лоб и уходил на кухню.