Перемирие

      Каждую чёртову секунду случается какое-то дерьмо. Твари, созданные Силко всё ёщё крепнут и становятся сильнее, плодятся, как мухи. Многие и не подозревают, какие битвы идут там, глубоко в недрах Ущелья. Технологии Верхних против экспериментов Нижних.       Положение - как на самой верхушке конструкции карточного домика: малейший ветерок сведёт все их усилия к нулю. Но что это за бессмысленные усилия, которые так лёгко подавить?.. Ради чего всё это?..       Они опять в дерьме. Закрепившиеся тут как у себя дома флаги Ноксуса в порту прямое тому подтверждение. Время, когда мы могли услышать друг друга упущено.       Кто виноват? Все и никто одновременно. Череда роковых событий, с которыми люди и представители других рас не сумели совладать, а провокаторы умело использовали в своих интересах. Тысячи угасших жизней и поломанных судеб. Все проиграли. Чудовища внизу и в нас самих вырвались наружу. Их создали мы, своими собственными руками.       В последнее время Вай практически не снимала перчатки Атлас, разве что на время сна, да и то не всегда. Но сейчас она была за рулём, поэтому устройство было зажато меж её коленей на случай, если воспользоваться им придётся экстренно.       Без перчаток она чувствовала себя голой, как будто стала их частью, но вместе с тем была немного рада «подышать воздухом». Особенно после Ущелья.       Сейчас они возвращались обратно в Пилтовер с боевой вылазки, перемазанные с головы до ног фиолетовой жидкостью, что можно было назвать не Мерцанием, но биохимической реакцией организма на него. Существа, по-другому назвать их было трудно, что так долго мариновались в нём в скафандрах, словно растворялись сами в себе.       Вай чувствовала некое омерзение вкупе с лёгким жжением на открытых участках кожи, но опасности в этом не было. Бывало и хуже. Рядом сидела Кейтлин, а в грузовом отсеке наперебой галдели воодушевлённые голоса, вызывая у Вай в груди целую бурю эмоций.       Её подопечные заслуживали отдельного упоминания. Подразделение быстрого реагирования, которое имело доступ к хекс-устройствам и состояло из специально обученных бойцов, сказать по правде, удивило её.       Она уверенно вела машину одной рукой, а другой ловила ветерок из открытого окна, пальцами перебирая встречные, вечерние огоньки Верхнего города.       Да, их команда была не промах. Возвращались они не с пустыми руками, а результатами: все живы, да ещё и положили больше половины мутировавших, благодаря мерцанию, переростков. Один сектор из тысячи, но всё же!       Команда неплоха, но Вай сторонилась их, старалась не привязываться и говорила всегда сухо и по делу, но заметила, что к её назначению отнеслись без недовольства. Что было довольно профессионально, она не могла не признать это. Кажется, её даже уважали. По крайней мере приказы выполняли беспрекословно.       Не то, что Майло и Клэггор когда-то..       Вай резко вцепилась двумя руками в руль и с усилием сглотнула. Как же она устала.       Верхушки Пилтовера приняли её, но не доверяют ей, опасаются. Страх немного притупляет их высокомерное презрение, но уж лучше так. Она проглотит это, переварит и растворит в кислотах своего организма. Словом, по большому счёту плевать. Единственный человек, чьё мнение было действительно важно был рядом.       Она незаметно кинула взгляд на напарницу. Кейтлин сидела рядом на пассажирском месте и бегло делала записи, полностью погружённая в работу, с такими же мешками усталости под глазами, как и у неё самой. С её волос, лица и формы липко стекала эта люминесцентная жижа, пропитывая салон их рабочей машины и превращая её в помойку.       Когда дело касалось работы она забывала обо всём на свете и такая мелочь, как это зловонное желе, клубками запутанное в их волосах, или усталость не так уж и имели значение для неё. Её голубые глаза сияли, испускали искры не слабее магического самоцвета.       Вай слегка улыбнулась, подавая ей упавшую на пол карту, исписанную вдоль и поперёк её аккуратным почерком. — С каждой вылазкой мы всё ближе к цели, — пробормотала Кейтлин, обводя одну из маленьких областей в кружок несколько раз. Работать в таких условиях было крайне неудобно, поэтому она с каждой секундой всё ближе и ближе приближала своё лицо к бумагам, чуть ли не складываясь пополам.       Вай лишь хмыкнула, размазывая эту хрень по лицу, собрала пальцами то, что могла и смахнула в окно. Им срочно нужен душ. Шериф, может, и не жалеет себя, но вот Вай..       В который раз за вечер бросила взгляд рядом с собой.       В день их первой встречи Кейтлин спустилась с ней не только в Нижний город, но и вглубь её самой. Холодное и сырое пространство внутри неё никуда не отступило, но её присутствие придало ей необходимые силы. — Приехали.       Она заглушила мотор и, подхватив перчатки, вышла из машины. Миротворцы проворно выбрались из кузова и оперативно выстроились в шеренгу, ожидая приказа командиров. Розовые сопли так же свисали с их суровых, но довольных лиц.       Рука Вай, облачённая в тяжелую перчатку, опустилась на крышу пикапа, чуть ли не переворачивая его. Просунув голову в окно, она прошептала увлечённой Кейтлин на ухо: — Кексик, мы приехали, пора на выход.        Та изумлённо подняла на неё глаза и кивнула, собирая все свои записи в кучу и отстёгивая ремень безопасности. — А Капитан флиртует с Шерифом, - насмешливо прошелестел чей-то голос из построения. — Валентайн! Закрой рот! — щёки Вай слегка налились румянцем от возмущения: в памяти ещё был свеж предыдущий розыгрыш, поэтому оставаться спокойной ей было трудновато.       Кейтлин лишь слегка закатила глаза, отряхнула свой китель и гордо приосанилась, обращаясь к бойцам: — Отлично сработали, вы все молодцы! Нам предстоит ещё много работы, посвятите свободное время подготовке. На сегодня - все свободны! Разойдись! — Так точно, Шериф!       Вай лишь коротко кивнула им и поплелась следом за Кейтлин. Оставив машину, они вошли в просторный холл многоквартирного дома. — До сих пор не могу привыкнуть к этому званию. Особое отношение по состоянию здоровья словно приросло ко мне. Глупо, да? — Думаю, ты блестяще справляешься. Не могу представить никого другого, кроме тебя. Шериф, который суёт свой нос во всё подряд - настоящая заноза в заднице для негодяев. — Ну, спасибо, — Кейтлин и впрямь засияла от похвалы. — Но "по состоянию здоровья"? Что ты имеешь ввиду? — Своё родовое обаяние.       Пока они поднимались на второй этаж, их ботинки оставляли отвратительные следы на дорогом ковре, но обеим было всё равно: Вай - искренне, а Кейтлин - из упущения. Чуть позже горничная точно упадёт в обморок, когда увидит это, без сомнения, преступление против человечества. И виновников как обычно будет два, ведь квартиры их находятся по соседству, напротив друг друга.       Вай облокотила одну из перчаток на стену и полезла во влажный карман в поиске ключа. — Ты не зайдёшь? — Удивлённо спросила Кейтлин, вызывая у неё смешок.       Перчатка на левой руке описала круг почёта, указывая на потрёпанный вид своей хозяйки. — А ты как думаешь? — Можешь воспользоваться моим душем. — А как же ты? — Мне нужно сделать несколько звонков, поэтому он в твоём распоряжении. — Лады.       Они частенько обсуждали детали после работы, и не то, чтобы у Вай оставались на это силы сегодня, но она решила не отказывать. Да, и не хотела.       Заваливаясь следом и отправляя перчатки в дальний угол комнаты, она блаженно выдохнула, разминая шею круговыми движениями головы.       Проскользнула в просторную душевую, бросая взгляд через плечо.       Интересно, последует ли она за ней? Размышляла Вай, стягивая с себя пропитанную насквозь, до безобразия липкую одежду прямо на пол, наконец полностью оголяясь. В некоторых моментах Кейтлин ведёт себя как истинный моралист. Редкое качество, пронесённое ею сквозь годы.       Потоки горячей воды были сейчас чем-то спасительным: прикрыв глаза от удовольствия и оперевшись широко расставленными руками в стену, Вай подняла лицо вверх и застонала. Вода тут же попала в уши и наполнила рот, запечатала нос.       Она опустила голову на грудь, всё так же не раскрывая глаз, провела ладонью по волосам. Слив рядом с ней немного наполнился фиолетовыми остатками, рискуя засориться, но поток воды справился, унося неприятности этого дня в канализацию.       Неприятности были уже частью чего-то обыденного. Карусель мыслей разгонялась каждый раз, как она закрывала глаза. Прямо как сейчас. С недавних пор ей с трудом удавалось уснуть.       Комната быстро наполнилась горячим паром, слегка затрудняя дыхание и отяжеляя и без того усталое тело. Вай медленно опустилась на скамью, стоящую прямиком в центре, мысленно благодаря дизайнера за такую замечательную вещь, и обхватила себя за плечи, словно в попытке согреться.       Не переставая думать.       Для человека действия как она, это было равносильно пытке.       Дело переставало быть исключительно личным. Если в начале она хотела лишь одного - найти Паудер, спасти её, вытащить из того дерьма, что произошло по её вине, то теперь..       Призраки, с которыми та не смогла примириться изменили её, воспоминания разорвали связь с реальностью, а её собственные слова разбили ей сердце. Былое имело для них неодинаковую ценность, если бы только Вай поняла это чуть раньше..       Джинкс.       Она найдет её и закончит всё раз и навсегда. И когда это случится они будут вместе. До конца их жизней. Или.. в буквальном смысле этого выражения. Это при паршивом сценарии.       Больше никто не должен пострадать.       Особенно..       Дверь приоткрылась, выпуская жар, но тут же закрылась вслед за Кейтлин. — Уф, ну наконец-то! - Она села позади Вай, и, чуть задевая её плечом, указала куда-то рядом с ней, — Передай мне, пожалуйста, шампунь.       Вай в комичном изумлении уставилась на обнаженную руку, чувствуя как мокрые волосы, спина и другие округлости касаются её кожи. Ответить получилось чуть более хрипловато, чем ей хотелось. — Не перестаешь меня удивлять, Кексик. — Ты о чём? — Да так, — прошелестела Вай, всё так же не оборачиваясь, передала поверху шампунь, соприкасаясь с ней пальцами. — Я стучала и звала тебя, но без взаимности. А дело, как понимаешь, не терпело отлагательств.       Вай понимающе фыркнула, чувствуя эту приятную опору позади, и замолчала, наслаждаясь моментом. Ведь до этого они ещё никогда.. — О чём думаешь?       Голос Кейтлин был немного приглушенным из-за потоков воды, что наполняло происходящее каким-то таинством.       Обычно близкий контакт с другими подразумевал драку: выбитые зубы, сломанные конечности, кровь и хруст вывернутых суставов. Вся нежность осталась так далеко позади: объятия отца, нежное мамино прикосновение, маленькая ручка Паудер в её руке, тяжелая рука Вандера на плече. А затем бесконечное выживание в тюрьме: ярость, бессилие, слёзы и нескончаемая боль.       И так было до тех пор, пока Кейтлин не посмотрела на неё более пристально, разглядела в ней то, что она никому не показывала, чтобы выжить. Даже самой себе.        Кейтлин, будучи миротворцем, так же была и нарушителем: всегда нарушала её личные границы так мягко и искренне, что Вай полностью разоружалась перед ней. Это.. каждый раз причиняет боль, но эта близость исцеляет её израненное нутро, и она не хотела отказываться от неё. — Ты была неподражаема сегодня, - искренне пробормотала Вай, - Сколько целей удалось поразить? — Хм, конечно же, все. Кажется, забываешь, что я.. — Отличный стрелок. — .. отличный стрелок. Эй!       Всё так же не оборачиваясь друг к другу лицом они дурашливо прыснули со смеху. Кейтлин всегда быстрее «трезвела», чем Вай. — Ты неважно выглядишь в последнее время, — подметила она с беспокойством, — Иногда засиживаясь ночью, я слышу, как ты ходишь кругами по комнате. — А я думала, ты захочешь обсудить сегодняшний рейд, — устало обронила она. — Добавить особо нечего. Просто будь аккуратнее и не лезь на рожон, я не хочу потерять тебя.       Слова застревают в горле Вай, она чувствует, как невыплаканные слёзы подступают всё выше и выше, наровясь вырваться из уголков глаз.

Это я могу потерять тебя!

— Ох, Кейт, вот поэтому! Вот именно поэтому!.. Давай не будем это обсуждать.       Пальцы Кейтлин в её потемневших от воды волосах, напоминающих воды океана в бурю, замирают. Ей больно говорить об этом, но кто-то должен озвучить очевидное для них. Будучи бойцом дальнего боя, Кейтлин стиснув зубы, бросается напролом: — Я не буду лгать тебе: если я пойду за твоей сестрой, кто-то из нас вернётся назад в коробке.

«И снова выбор, сестрица.» — Знакомый голос искрит горькой издёвкой, с треском ломая рёбра Вай, не давая вздохнуть.

— Я могу сделать это сама! — тихо роняет она, чувствуя опустошение такой силы, что в глазах мутнеет, резко встаёт, чтобы покинуть душевую, — Никто больше не должен пострадать.       Последнее она произносит более твёрдо и бросается вон, хватая ртом прохладный воздух комнаты. Оперевшись руками о комод и свесив ставшей тяжелой голову, она чувствует, как горячие слёзы падают на дорогое дерево, огибают причудливый рисунок резьбы на нём и капают вниз на ковёр.       Её морозит, отчего мышцы живота начинают быстро сокращаться, переходя в дрожь.       Сцена эта беззвучна, но Вай совсем не замечает, как Кейтлин оказывается позади неё.       Та бережно опускает белый, такой же как на ней самой, махровый халат на её обнаженные плечи, и тело тут же окутывает тепло. Осторожными движениями Кейтлин касается её волос сухим полотенцем, вытирая их от влаги, но не поворачивает её к себе, долго молчит, прежде чем прошептать: — Прости. Мне не стоило подталкивать тебя к выбору. — Ты была права, Кейт. Всегда была. — Ты не одна.       Сдержанность Кейтлин стремительно трещала по швам рядом с Вай. Последняя путала её, выводила из себя, проверяла на прочность, отталкивала, но приняла её всерьёз, доверилась ей.       И когда их напускная враждебность лопнула, как мыльный пузырь, Кейтлин показалось, что прорвалась плотина внутри неё самой. Она никогда не позволяла себе влюбиться, обратить внимание на себя саму, подружиться с кем-то кроме Джейса. В своём стремлении быть чем-то большим, чем дочерью советницы, она оставалась слепой, высокомерием достойной любого члена совета.       Проклятие. Неудача. Джинкс.       Именно это свело их вместе.       Кейтлин была тверда в своём решении, при их встрече она больше не дрогнет, но видя то, как страдает Вай, всё же не могла не сочувствовать её сестре. Их связь, их прошлое и будущее никогда не было и не будет лёгким.       Когда у Кейтлин заканчиваются слова, она использует свой язык - прикосновения. Вай чувствует, как в её затылок упирается лоб Кейтлин, как её ладони скользят вниз по спине и, не доходя до поясницы, разворачиваются и оказываются на её животе, бережно притягивая их ближе друг к другу.       Кейтлин молчит.

Я с тобой. Я рядом.

      Ощущение безопасности окутывает грудную клетку Вай. Лишь мама и Вандер давали ей его, она знала, что что бы не случилось, одно лишь их присутствие в её жизни надёжно защищало её от бед, прогоняло тревоги.       Когда Кейтлин отстраняется, она чувствует себя несколько растерянно, она полностью надевает халат, словно восполняя потерю, и слабо завязывает пояс.       Звучит несколько щелчков, приводя устройство в работу. Это Кейтлин повернула ручку завода патефона. Она неуверенно улыбается, словно сомневается в своём выборе песни, и вновь приближается к ней.       Комнату наполняет неспешная мелодия. Слова слишком романтичны для слуха Вай, привыкшей к другим мотивам, но глядя на протянутую руку Кейтлин, она готова попробовать.       Сказать по правде, они обе смущены. Ни совместный приём душа, ни летящие между ними искры до этого не имели подобного эффекта, как сейчас.       Танцевала ли Вай до этого с кем-то? Танец смерти, разве что. А вот Кейт.. Вай подняла на неё глаза, и чуть ли не рассмеялась, видя как зарделись её щеки и лицо приняло такое смущённое выражение, что она не решилась.       Когда Кейтлин нервничает, она бессознательно прикусывает нижнюю губу и мелко постукивает ногой, прямо как сейчас. Видя это, Вай тут же делает шаг навстречу, принимая приглашение.       Кейтлин тотчас привлекает её ближе к себе, завладевая и второй рукой.       Минуя кисти, она забирается во внутрь рукавов её халата, проводит пальцами по внутренней стороне запястий, крадётся по предплечьям и неспешно возвращается обратно. Соприкасаясь с ней лбами, она наблюдает за своими движениями, её губы чуть приоткрываются. Вай следит за ними, поддрагивающими пальцами, касается её рук в ответ.       Она чуть подаётся навстречу, приподнимает голову и оставляет лёгкий поцелуй на её виске.       Кейтлин делает небольшой шаг в право, а затем влево, вынуждая их мёдленно покачиваться из стороны в сторону. Вай, посмеиваясь, подражает ей, следуя этим плавным движениям, почти мурлычет: — А ты знала, что танец - это лишь легальный способ полапать человека. — Значит, закон мы не нарушаем. — Мм, опять это пилтоверское ханжество. — Много болтаешь.       Глядя на то, как горделиво расправляются плечи Кейтлин, а в глазах загорается почти генеральское достоинство, Вай больше не может сдержать смех.

Ну вы только посмотрите на это..

      Кейтлин терпеливо ждёт, пока очередная насмешка над её правильностью стихнет, и нежно берет в руки её лицо, большими пальцами поглаживая скулы, чувствуя тонкие ниточки шрамов, обрамлённые мелкими веснушками. — Ты заслуживаешь счастья, Вай. Я не хочу, чтобы ты чувствовала себя уязвимо рядом со мной, но тебе не нужно быть сильной в одиночестве, понимаешь?       Серые глаза смотрят в голубые чуть исподлобья, но теплеют, загораются надеждой. Из-за небольшой, но всё-таки ощутимой, разницы в росте Вай чуть приподнимается на носках и целует Кейтлин в губы. Целует со всей накопленной любовью, чувственно, влажно, долго.       Они сталкиваются бёдрами, тяжелеют, покрываются испариной. Отрываются друг от друга лишь когда кислорода становится недостаточно, чтобы сделать вдох.       Кейтлин делает нечто потрясающее: делает полшага назад и неспеша развязывает аккуратный узелок своего халата. Слабым движением плеч она сбрасывает его на пол, оставаясь полностью раскрытой перед ней. Выдыхает и смотрит на неё с таким выражением лица, которое можно было бы назвать обнажённым.       Это был их подходящий момент.       Вай разрывает их зрительный контакт, сглатывает, любуется ею так, словно видит впервые. Видит, в каком она напряжении в ожидании прикосновения. Но было бы нечестным не ответить тем же. Свой халат она срывает с себя, можно сказать, грубо, словно в очередной раз указывая на разницу между ними.       Но, какая может быть разница, когда они по новой сталкиваются губами, почти одновременно бросаясь друг к другу навстречу. Кейтлин взъерошивает её короткие волосы, притягивает ближе к себе. Она же, напротив, стягивает их на затылке в кулак, чуть оттягивает назад, получая от неё первый стон возбуждения. Это будоражит её настолько, что она одним грамотным движением поваливает их двоих на кровать.       Предплечья Вай продавливают матрас, а их бёдра оказываются прижатыми друг к другу. Мышцы живота Кейтлин твердеют и она подаётся вперёд, когда чужое колено надавливает на неё, и отвечает ей тем же.       Внимательно прислушиваясь к ощущениям друг друга, они двигались неспеша, показывая этой плавностью, как наслаждаются процессом. Кейтлин направляет её движения, чувствует, как невидимые волоски под её пальцами приподнимаются, образуя россыпь мурашек. Краешком сознания она отмечает, что у Вай есть ямочки на пояснице, и от этого её дыхание учащается, а влажность и пульсация только усиливается. Чуть ли не зарычав, она подаётся вперёд, сжимая её упругие ягодицы.       Их глаза сталкиваются, и на лице Вай появляется победная улыбка, она ощущает каждый вдох и выдох Кейтлин, чувствует, как та близка к разрядке. Её толчки усиливаются, а взамен ей открывается восхитительный вид: губа прикушена, грудь выгибается навстречу, с шумом выдыхает в сторону. Вай чуть отодвигает колено, наслаждаясь их влажностью и осторожно проникает внутрь двумя пальцами, провожая остатки пульсации, но не давая им так быстро затихнуть.       Кейтлин всё так же не раскрывая глаз, дрожащими пальцами проводит по своему мокрому лбу, отводя волосы в сторону. Вай наблюдает за ней, покачивает на волнах, углубляется и отступает, пока стенки в последний раз не сжали её пальцы. — Ты потрясающая, Кейт, — выдохнула она ей на ухо, нависая над ней. В ответ та находит пальцами её лицо и направляет к себе для поцелуя.       Колено Кейтлин возвращается к Вай и та шумно выдыхает, не разрывая поцелуй. Они прикусывают, вбирают в себя, смазывают все возможные между ними границы - надуманные и настоящие.       Когда обе руки Кейтлин опускаются в самый низ, Вай комкает простынь и чуть приподнимается, усиливая давление. Капелька пота падает с кончика её носа прямо на грудь Кейтлин, и у неё возникает непреодолимое желание накрыть это место губами, что она и делает, падая к ней обратно.       Она ощущает себя слишком тяжёлой, пунцовой, горячей, распаренной. Каждый выдох Вай становится вдохом для Кейтлин.       Не в силах сдерживаться, Вай почти что наваливается на неё сверху, прерывисто дыша ей в шею. — Ну и кто тут потрясающий, — освобождая руки из-под неё, сказала Кейтлин, за что получила слабый поцелуй в шею. —Хм, — Похоже сил на разговоры больше не осталось.       Кейтлин дотянулась до лежащего с другого края кровати пледа и кое-как попыталась их укрыть. — Может, мы немного переместимся?.. — начала было она.       Дыхание Вай подсказало ей верно: полностью оставшись без сил, слегка надувая губы, как ребёнок, она наконец заснула. Это был мирный сон, длинные ресницы слегка подрагивали.       Кейтлин немного полюбовалась ею, улыбнулась. Сама она не любила засыпать со светом, а Вай, так бесхитростно придавившая её, лишала возможности решить это дело мирным путём.       На прикроватном столике рядом с ними лежал только её значок шерифа. И выходка в духе Вай напрашивалась сама собой.       Кейтлин протянула руку и подцепила его пальцами, схватила. Чуть поиграв им в руке и не сомневаясь, что веса будет достаточно, она ещё раз проверила, действительно ли её девушка спит.       Прицелилась, сощурив один глаз, и бросила. Меткость стрелка не поддавалась сомнению: единственная лампочка, мешавшая их здоровому сну, разбилась вдребезги, погружая комнату в темноту. — Шериф на страже вашего сна, мисс, — она сложила пальцы «пистолетиком» и дунула на верхушки пальцев, прогоняя невидимый дымок.       Чмокнув Вай в бровь, Кейтлин бережно приобняла её, чувствуя, как и сама проваливается в сон.