Бумажные котики во фруктовом чае

кто бы мог подумать, что такой парень как чонвон, будет вести личный дневник с наклейками котиками и обведенным в сердечко имя симпатизирующего ему человека, с расписанными эмоциями за день и закладками. никто, правильно. ведь задумываться об этом причин нет, а мальчик скрывает и сам не расскажет. яну пару раз сказали, что это хобби лишь для девочек, и в его, не самой умной детской на тот момент, головушке, это отложилось и въелось. так он и прожил , держа это в секрете, до своих восемнадцати. чонвону повезло жить в комнате вместе с сонхуном, сону и ни-ки. что на деле означало: никакого личного пространства. поэтому шатену приходилось ютиться в каком то ином месте, когда трое этих неугомонных были в общежитии. благо комната двух J часто либо пустовала, либо там был один только чонсон. джейк попросту пропадал в комнате хисына, старший жил один и против присутствия своего раменджи-донсена не был, а джей часто убивал время в спортзале. оно и к лучшему. пак пусть и был комфортен чонвону и не пристыдил бы его за такой, казалось бы обыденный, секрет, но старший и был тем самым "симпатизирующим человеком" чье имя красным карандашом было обведено в дневнике. а значит знать ему об этом было так же под запретом. и вот очередной насыщенный работой день подошел к концу. лидер группы заварил себе вкуснейший фруктовый чай в любимой кружке и спрятав, как ребёнок, под пуловер блокнот, направился в пустующую комнату дж-хёнов. развалившись на кровати пака и оставив напиток рядом на тумбе, ян начал неторопливо письменно размышлять о прошедших сутках. чонвон старается писать аккуратно, заполнять листы мини рисунками и стикерами. знает, что никто не увидит, но для себя все равно ведет красиво. строчки постепенно пополняются предложениями. о том, как рики опять подшутил сегодня над кем то из мемберов, о проведенном вилайве, о хорошо законченной фотосессии. и конечно о том, как потрясающе сегодня выглядел чонсон. как он позировал под прицелом камер, как заливисто смеялся со своей же дедовской шутки, как сосредоточено высматривал что то на своем ноутбуке. само его существование, даже бездейственное, уже вызывало у чонвона непонятное скрученное ощущение в животе. но от чего-то оно казалось ему невероятно приятным. увлеченно рассуждая обо всем подряд, ян не заметил как один из жителей комнаты вернулся. и наверное лучше бы это был джеюн. чонсон заходит тихо, а может так показалось лишь слишком занятому лидеру. старший оставляет сумку с вещами возле двери, плететься к собственной постели и садиться на край. матрас под весом пака прогибается и в этот момент чонвон понимает, что в комнате больше не один. резкое осознание бьет в голову огромной кувалдой, заставляет замереть, боятся сделать лишнее движение или даже вдох. но парень знает, что нельзя. нельзя что бы хён узнал о небольшом хобби яна, которое он так усердно скрывал уже на протяжении нескольких лет. с огромным трудом чонвон двигает конечностями, ему кажется будто за собой он тащит невообразимый груз, состоящий из выдуманного презрения со стороны близких и любимых людей и стыда за неподходящее увлечение. подминая под себя ежедневник, любимые наклеечки, стикеры для заметок и прочее, молится что бы оно все не помялось. и что бы джей не задавал вопросов. -я тебя прервал? — вытягиваясь рядом с младшим чонсон привычно пускает пальцы в чужие волосы. перебирает, массирует кожу головы, спускается на затылок и широко проводит теплой ладонью по шее. — прости, я ужасно устал после вечерней тренировки. хотел выпить кофе, но моей кружки не оказалось на кухне. — бросает взгляд на почти допитый чонвонов чай и по доброму усмехается. на дне оставались лишь листья заварки и жидкость собравшаяся на них, уже явно остывшая. — но смотрю ее и без меня эксплуатируют по полной. -в..все в порядке. я ведь даже не спросил могу ли побыть в вашей комнате. мне стоит уйти. — младший избегает зрительного контакта с паком, игнорирует его приятные касания, хочет, планирует сбежать. -нет, почему? твоей компании я всегда буду рад. — дарит теплую улыбку, которая буквально уговаривает остаться. может ну его все к черту? джей ведь не из тех, кто осудит за такое, правда? всегда ведь хочется поделиться тем, что нравится с кем то особенно любимым. только в таких случаях, человеку становится важно, что бы его вкусы, умения и желания были разделены. в случаях, если есть тот самый человек, с которым ты хочешь иметь что-то общее, что-то, что принадлежало бы только вам. и чонвону хотелось что бы это его хобби, было разделено с джеем. наверно печальней всего живут люди, которые ожидают того, в чьем существовании они не уверены. но ян был уверен. чонсон это тот, с кем он хочет поделиться всем: чувствами, переживаниями, теплом, сердцем и кружкой. -расскажешь, чем занимался? -хён, ты точно хочешь, что бы я рассказал? — чонвон замирает в положении: в зависимости от твоего ответа, я либо сбегу, либо останусь с тобой навсегда. в руках сжимает, уже не так сильно переживая помнутся ли, бумажки и ручку. -конечно. назови причину, почему я не должен интересоваться тобой. еще скажи, я пустое место и не должен тебе улыбаться. — звучит шуточно-обиженно из уст джея, который уже целиком лежал на кровати, пытаясь протиснутся под чонвона. хочет увидеть его лицо, которое младший так усердно пытается не показывать. увидеть милые щечки с милейшими ямочками от улыбки, красивые кошачьи глаза, покрасневшие от смущения ушки. джей не спеша, аккуратно что бы не испортить, вытаскивает из под чонвона все секреты и другой ладонью нежно проводит по скуле. ян оборачивается, ещё пара миллиметров и их носы соприкоснутся. по спине будто проходит разряд тока. ужасно опасная близость. будто нереальная. лидер думает, что если это сон, то он хотел бы спать вечно. губы чонсона сухие, чонвон подмечает это, думая, что был бы рад поделиться с хёном ещё и своим бальзамом. поцелуй выходит коротким, но от этого не менее теплым и важным. ян не помнит как они вообще соприкоснулись, чья это была инициатива. но это было абсолютно бессмысленно в тот момент. смысл имели глаза напротив. переполненные любви и желанием дарить ласку, всю, что вообще можно подарить. джей тянет младшего в объятия и дарит короткие чмоки по щекам, носу и лбу.