Магистр тёмных искусств: адское пламя.

«По области орудует серийный маньяк. Никто не знает как он выглядит. Ему всегда удаётся скрыться с места преступления прежде чем приедет полиция. Свидетели лишь пожимают плечами и говорят, что видели только силуэт. На каждой жертве, на коже левой руки, остаётся искусно вырезанное животное а рядом фотография. «Адский Фотограф» — так прозвали маньяка — нападал исключительно на девушек и юношей 19 — 30 лет. Возможно из личных соображений… " Девушка выключила телевизор. Это не первый раз. Все уже знают, что когда-то спокойный городок стал пристанищем всего криминального мира. Кэре было все равно. Мысли девушки были полностью поглащены одной наглой личностью. Нет, Кэра была ему очень благодарна за то, что он стал её поддержкой, помог снова войти в колею, но иногда наглость Эда поражает до глубины души. К тому же её никак не отпускал вопрос, откуда парень её знает. Почему-то девушке казалось, что она что-то упускает, что-то не помнит. Однако, сколько бы она ни думала, сколько бы ни размышляла, все упиралось в тупик в виде зияющей дыры в памяти. — Да выброси ты его из головы! — сказала сама себе Кэра и встала из-за стола. — Надо заварить ромашковый чай. Может успокоюсь. Дойдя до кухни девушка остановилась. Над дверью весели часы. Стрелки на них не двигались и это пугало. Но страшнее всего было то, что это были часы покойной бабушки. Кэра сняла их сразу после похорон — они напоминали о всем, что было раньше. Когда девушка снова смогла двигаться она подошла ближе. За часами был листок. «Опять паранормальщина какая-то», — подумала Кэра, вынимая странный клочек бумаги. «Бьют — улыбайся. Унижают — улыбайся. Болеешь — улыбайся. Да даже подыхая ты должен улыбаться, ведь иначе тебя обвинят в нытье. Да почему всем так важна дурацкая репутация?! " Девушка вздохнула и, вскинув глаза в потолок и потирая переносицу, сказала в пустоту: — Выходи давай. И прекращай копировать мой дневник. Это бесит. Из темного угла между комнатами вышел юноша. — Ха-ха-ха! Ты уже настолько хорошо меня знаешь или что-то вспомнила? — Кончай дурака валять. Ближе к делу. Я уже поняла, что ты друг, поэтому спокойно пускаю в дом. Что тебе нужно на этот раз? И совет на будущее: научись заходить через дверь, предупреждая о визите, — девушка устало посмотрела на незванного гостя. — Через дверь не интересно, — парень перестал смеяться и сделал серьезное лицо. — Что ты думаешь на счёт смены академии? Будешь развиваться в магическом направлении. Что скажешь? — Какова причина? Просто так ты мне ничего не предлагаешь. К тому же уже второй раз эту тему поднимаешь. Да и переводить меня в опасную для человека зону не в твоих интересах, — Кэра заинтересованно посмотрела на парня. — Да, причина есть. Но ты узнаешь о ней позже. Так ты согласна? — Посмотрю по обстоятельствам. Не хочу, чтобы я опять стала подопытным кроликом, — девушка кивнула на часы. — Разморозь уже, а? Раз снова висят, так пусть ходят хотябы. И пойдём чай пить. Ты ведь не завтракал ещё? — О! Не откажусь. Ты редко предлагаешь поесть вместе. — В период, который помню, я вообще ничего тебе не предлагала. А раньше не знаю. У меня словно амнезия на отрезок до 15 лет. Студенты прошли на кухню. Кэра приготовила чай и достала из холодильника салат. — Скудненько… Ты вообще не ешь ничего? — Я не голодна. Тебе можно салаты? — девушка вопрошающе посмотрела на собеседника. Эдгар нахмурился. После что-то прошептал и начал читать пространство, словно открытую книгу. — «Мне страшно. В жизни у меня был момент, я не могла есть совсем. Знаешь, такое жуткое чувство, когда приходит осознание, что ты не можешь есть. Просто физически. Твой организм отторгает любую пищу. Я не дошла до анорексии, но в тот момент, понимая, что с огромной скоростью приближаюсь к этому состоянию, мне было страшно. Мне было больно. Меня тошнило от любой еды, от её вида. К счастью это закончилось. Но сейчас… Сейчас всё повторяется. Мои друзья твёрдят, что у меня депрессия и мне надо срочно обратиться к психологу. Но это ведь не так? Пожалуйста, скажите, что это не правда. " — Эдгар закатил глаза. — Ты действительно с ума сошла? Это уже переходит все границы! — парень вскочил со стула и начал медленно двигаться в сторону своей Кэры. — Я долго молча смотрел как увядает мой цветочек, но ничего не мог сделать. Ты хоть знаешь как это бесило?! Ты знаешь, как это больно?! Девушка напряглась и испуганно попятилась назад. — Т… Ты опять… — голос дрожал, а руки тряслись. Вот поясница уперлась в подоконник. От неожиданности Кэра охнула и упала на него. Эдгар упёрся руками, заточая девушку в живую клетку, его глаза горели. Он был зол. — Да что ты вообще творишь?! Ты хоть раз подумала, как за тебя беспокоилась бы бабушка? Кэра сползла на пол, но парень ухватил её за подбородок и резко дёрнул на себя. Быстрым и ловким движением он поменял позиции. Теперь Эд сидел на подоконнике, а Кэра у него на коленях. По щекам девушки потекли слезы. Она была напугана, ей было больно и одновременно приятно. — Кошечка… — нежная, теплая улыбка озарила лицо парня. — Ну что же ты? Успокойся. Парень нежно провел тыльной стороной ладони по влажной от слез щеке. Его взгляд излучал заботливое беспокойство, от ярости не осталось и следа. Неожиданно приятная дрожь прошлась по всему телу. Эд потянулся к губам девушки и нежно накрыл их своими губами. От неожиданности Кэра приоткрыла ротик, чем не приминул воспользоваться парень. Язык ловко скользнул внутрь и неуверенно лизнул верхнее нёбо. Причудливый танец, которому поддалась Кэра просто сводил с ума, заставлял отдаться опытному партнёру. Это было прекрасное чувство. Словно за спиной выросли крылья. Щеки девушки покрылись алым румянцем. Она уже хотела отодвинуться, но Эдгар неожиданно притянул её за талию и углубил поцелуй. На секунду у Кэры распахнулись глаза, но потом сразу же закрылись. На ресницах снова заблестели кристальные капельки. Поцелуй стал настойчивым, грубым, а в какой-то момент и болезненным. Вдруг девушка резко прогнулась в пояснице и с её губ сорвался стон. — Что ты себе позволяешь?! — Кэра толкнула Эда и убежала. — Уйди! Знать тебя не желаю! — крикнула девушка, запираясь в ванной. В быстром темпе студентка достала бинт, всегда лежащий на краю тумбочки и завязала себе руки, чтобы не иметь возможности нанести хотя бы один малейший порез. Кэра всегда так делала, когда понимала, что уже на грани. Она упала на холодный кафель и свернулась в клубок. Ей было плохо. Судороги, схватывающие тело, заставляли биться о пол, где-то уже поступили вены и кровоподтеки. Связанная по рукам девушка лежала бледнее плитки, которая, к слову, была нежного молочного оттенка. Это было при каждом срыве. Это была ужасная боль, к которой невозможно было привыкнуть. — Кэра! Открой! — в дверь колотили. — Ответь мне! Девушка не отвечала. Теперь была просто не в силах. Из-за резкого скачка давления у Кэры началось носовое кровотечение. Уже не в состоянии ждать Эдгар выбил дверь. Картина, представшая перед глазами привела его в ужас. Юноша быстро развязал руки девушки и сразу получил удар в солнечное сплетение. Судороги не прекращались, а девушка начала рыдать. Вся одежда Эда в крови и слезах, но парня это не волновало. Он быстро снял с себя пальто и, смяв, положил под голову девушке, после чего лёг рядом и сильно прижал к себе, чтобы Кэра не нанесла себе ещё больше травм из-за судорог. Так продолжалось минут 15. Придя в себя девушка сразу же обмякла. Тяжёлое, но уже спокойное дыхание окончательно показало юноше, что все кончилось. Он поднялся и взял Кэру на руки. — Не пугай меня так больше, принцесса, — произнёс Эдгар унося её в спальню. Положив девушку на кровать парень нашёл сменную одежду и начал переодевать её. — Я… Сама, — на бледном лице блестнул застенчивый румянец. Девушка положила свои ручки на руки Эда. Её ледяные пальцы обхватили запястья парня от чего тот вздрогнул. — Не волнуйся, я ничего не сделаю. Просто переодену, — Эд нежно улыбнулся, аккуратно убирая маленькие, бледные ладошки. — А ты поспи. Не надо доводить себя до подобного состояния. Эдгар поцеловал Кэру в щеку и послал сонные чары.