Борьба с отчаянием в стиле Вонголы

Ламбо на пару с Франом удается довести Бельфегора до белого колена. Тот действительно интересно (и очень забавно) бесился, шипел и плевался, будто кот, которого намочили водой. Возможно, если бы Бовино находился с ним непосредственно рядом, он бы не рискнул так сильно злить Каваллини — все-таки, инстинкт самосохранения у него все же был (впрочем, учитывая его Пламя, Ураган не был бы для него столь опасным, однако получать травмы ему тоже не нравилось). Однако, сейчас, когда он находился на другой стороне мира, то есть очень и очень далеко от блондина, то развернуть пакостничество на полную брюнету никто не мешал. Тем более, что в отличии от него, Фран уж точно не питал к Бельфегору какого-либо пиетета или даже легкого опасения (иногда Гроза думал, что Айроне — бессмертный, как Кавахиро). Поэтому и измываться над Каваллини мог так, насколько ему хватало фантазии и сил. А хватало ему обычно на многое (впрочем, дерьмовый характер явно передался ему по наследству от Мукуро, хотя последний заявлял, что мелкий лягушонок и до него был невыносим; а в силе Пламени Тумана у него тем более отказа не было), поэтому блондину частенько приходилось ходить по замку, развеивая все иллюзии. Из-за своего сумасшествия блондин не страдал физически, но это не значит, что подобное его не бесило. Впрочем, особенно сильно его злило, когда он развеивал все иллюзии, а потом его подлавливала какая-то элементарная обычная ловушка. Например, в этот раз его облило ведро ледяной воды. Та, конечно, быстро испарилась благодаря Пламени урагана, а также Бельфегор высох, но это все равно задело его гордость. Гроза искренне старался не ржать, когда получил фотку, где Каваллини стоит мокрый, как мышь, и еще и с ведром на голове. Потом, правда, Франу пришлось быстро удирать по всему замку, а потом спрятаться в медпункте под защитой Луссурии, но это того стоило. Ламбо, кстати, просто искренне радовался, что сейчас находится не в Италии, хотя, если честно, ему бы очень хотелось посмотреть на это из первых рядов. И даже поучаствовать в забеге, потому что Бовино был явно более быстрым и ловким, чем Айроне, а значит бегали бы они с блондином очень и очень долго. Честно говоря, мальчик уверен, что Урагану пришлось бы сдаться, потому что у брюнета, в отличии от него, запас энергии просто неисчерпаемый. Он искренне старается не смеяться, мысленно представляя их игру в кошки-мышки (может быть, стоит когда-нибудь предложить подобное Бельфегору, когда у того будет более благодушное настроение, чем сегодня), а потом закрывает фото и переключается на книгу «Радиевые девушки». Впрочем, если честно, Гроза не столько хочет ее прочитать, сколько скрасить время, ожидая возвращения Такеши. Однако, вскоре он полностью втягивается в сюжет, потому что книга действительно очень крутая и интересная. Ламбо очень жалко глупышек, которые начали работать с радиевой краской, хотя совершенно не знали, чем им это грозит. Да, им хорошо платили, а светиться в темноте было еще одним интересным бонусом, но какая у этого была цена… Впрочем, учитывая время, о котором велась речь, тут никто даже не мог предположить, к чему может привести постоянный контакт с радием. Это сейчас известно, что большое количество радиации смертельно для организма, а тогда она, наоборот, казалась каким-то чудодейственным эликсиром, который добавляли во все, что только можно. В общем, смертельную болезнь Бовино вполне закономерно предугадал заранее. Однако, раздражало желание компании полностью отрицать их причастность к этой болезни из-за их радиевой краски (не то чтобы так не поступила бы любая компания, отказывающаяся платить до последнего), а потом еще и затянуть время с судами до последнего, ожидая, когда же погибнет последняя девушка, у которой были против них какие-либо серьезные доказательства. В общем, сюжет настолько поглотил мальчика, что когда он услышал крик Тсунаеши, что Ямамото пришел и пора идти, брюнет с трудом сдержал желание отказаться от всего и продолжить чтение. Однако, он все-таки пересилил себя и закрыл книгу, не забыв отметить нужную страницу закладкой. После Гроза поскакал вниз, с радостным криком прыгнув на руки к Дождю, который встретил его мягкой улыбкой и тихим смехом. А после они отправились в путь к Шахматноголовому. К сожалению, похитители оказались достаточно тупы, чтобы попытаться напасть, даже когда рядом с Ламбо находился Такеши. Впрочем, не то чтобы он ожидал от них чего-либо (например, здравого смысла или хотя бы высокого интеллекта), учитывая, что за предыдущие годы до них совершенно не дошло, что пытаться его украсть максимально тупая и плохая идея. Причем, даже когда Бовино ходил один (что случалось редко, так как Тсуна волновался), потому что его Пламя достаточно сильно и разрушительно само по себе (а в случае, когда он не может справиться сам, что приблизительно к слову «никогда», он вполне может призвать Гьюдона). Что уж говорить о ситуациях, когда рядом с мальчиком находится другой Хранитель. Так что похитители в очередной раз разочаровали брюнета (честно говоря, они снова и снова пробивали дно, и когда он думал, что это уже в принципе невозможно, те опускались еще ниже), так как Гроза все же думал надеялся, что до них хоть что-то должно было дойти. Впрочем, люди часто бывали слишком самоуверенны и глупы. — Нда. — только протянул Гроза, когда вырубил с помощью молнии (он снизил ее силу, так как трупы ему не были нужны) ближайшего нападавшего, который с какой-то дури решил попереться на него в лоб. А потом обернулся, с интересом наблюдая, как Ямамото с кровожадной милой улыбкой держал за шиворот еще двух, изучая их таким взглядом, что сразу становилось понятно, что планирует их убить. Если Савада думал, что ребята мало изменились с тех пор, как оказались в мафии, то он сильно ошибается. Тем более, что не зря Такеши все, кто его видел, называли прирожденным убийцей. Ламбо закатил глаза, подумав, что несостоявшиеся похитители будут ему должны, а после капризно топнул ногой и протянул. — Такеши, брось их! Пойдем к дядюшке Кавахиро! Я хочу лапшу! — О, ты прав. Ха-ха-ха, это была забавная игра. Я почти поверил, что они хотели нас убить. — согласно улыбнулся тот, хотя пронзительный (как острие катаны) взгляд не давал обмануться. Тот небрежно оттащил нападавших к ближайшему забору и бросил там, образовав из них небольшую пирамидку. Бовино с трудом сдержал веселое фырканье и ухватил Дождь за руку, потащив его за собой быстрее, чем тот все-таки решит окончательно избавиться от этих людей. Не то чтобы мальчик так уж сильно ценил чужие жизни или боялся кого-либо убить (или стал бы осуждать, если бы кто-то из его семьи кого-либо лишил жизни), но они пока все еще считаются условно (очень сильно) гражданскими, поэтому давайте без убийств. К счастью, дальнейший их путь проходит спокойно и без каких-либо неожиданностей. Брюнету хочется верить, что другие, кто еще не успел напасть, все-таки научились на чужих ошибках, поэтому ничего не предприняли. Возможно, они просто ушли. Или же увидели, как он с Такеши победил их сейчас, и решили сдаться. Но что-то — наверное, знание о чужой тупости (и упрямстве) — подсказывает ему, что они лишь затаились до обратного пути, чтобы попытаться застать их врасплох на нем. Те были до боли предсказуемы, что тоже совершенно не гасило раздражение Грозы. В общем, никакого ума и никакой фантазии. Ламбо совершенно разочарован, что подобного рода люди охотятся за ним. Все же, он рассчитывал на кого-то поумнее или хотя бы более хитрого. Впрочем, в жизни всегда бывают разочарования. Зато что точно не разочаровывает, так это лапша дядюшки Кавахиро. Она горячая, вкусная, ароматная. Еще и фруктовый чай действительно великолепен, даже если Бовино больше предпочитает сладкую газировку, молоко или сок. Они с удовольствием едят на пару с Такеши, пока Шахматноголовый, абсолютно довольный их компанией, рассказывает им множество историй, которые повидал за свою слишком долгую жизнь. Шаман вообще любит рассказывать. Иногда мальчику кажется, что тот воспринимает их кем-то вроде своих внуков (если подобное сравнение вообще можно использовать, учитывая, что они говорят о существе, который родился из Пламени и которому больше четырех с половиной миллиардов лет), о которых нужно заботится и приглядывать. С тех пор, как его освободили от Три-ни-сетт, у него стало куда больше свободного времени. Вот тот и приглядывает за ними, даже если не всегда вмешивается. Видимо, считает, что каждый должен набить свои шишки, чтобы получить жизненный опыт. Древний Туман любит рассказывать истории о своей жизни. Главное, чтобы у него были слушатели. Чаще всего у него проводят время как раз-таки брюнет, Фуута и И-пин, как самые свободные. Впрочем, И-пин теперь приходит реже, так как находится в разъездах с Фонгом, с которым тренируется. Однако, Гроза очень любит забегать к Кавахиро. Не только для того, чтобы послушать его истории и помочь, но и для того, чтобы потренироваться. Все-таки, пусть Шахматноголовый и обладает другим Пламенем, но знает он действительно невероятно много. И самое хорошее, что с удовольствием делится своими знаниями, если кто-то что-то может понять из его пространственных объяснений. Ламбо понимает. Поэтому и бегает сюда настолько часто, насколько может, ведь это куда эффективнее, чем тренироваться с тем же Лампо. Или Леви-а-Таном, потому что к этой горилле Бовино и на пушечный выстрел не подойдет. Тот хоть и силен, но если дело не касается его обожаемого Босса, то туп, как пробка. Довольно полезно периодически попробовать свои силы с Верде или Гаммой, но с Шаманом все равно эффективнее. — Дядюшка Кавахиро, а могут быть другие Шаманы, кроме вас? — спрашивает мальчик, потому что не собирается ходить долго вокруг да около. О таком стоит спрашивать прямо и в лицо, чтобы Туман не нашел тысяча и один способ избежать четкого ответа. Разумеется, это все еще не дает гарантии, что тот совсем не будет юлить, но брюнет привык, что тот всегда говорит ему правду. Довольно иронично, что тот, кто имеет полное право относиться к нему, как к несмышленому младенцу в силу своего возраста, один из тех, кто воспринимает Грозу, как равного. Ну, или почти. — В живых, имею ввиду. Кавахиро смотрит растерянно, явно не готовый к такому вопросу. Мог ли он вообще предположить, что кто-то однажды его ему задал? — Это из-за Данганронпы. — быстро понимает Шахматноголовый. Он ведь умный и очень долго живет. В общем, Ламбо совершенно не удивлен. Шаман не отрицает сразу, как это сделал бы любой другой человек на его месте, а серьезно задумывается, за что Бовино его и ценит. Проходит почти десять минут, которые растягиваются до предела, прежде чем древний Туман наконец не выдыхает устало и горбится, будто мгновенно состарившись внешне на десяток лет. — Знаешь, вот ты спросил, и я правда задумался над этим. По идее, все должны быть мертвы, потому что прошло слишком много времени. — Однако, кто-то все еще может быть жив? — быстро спрашивает мальчик, который прекрасно улавливает подтекст. — Нас было десять Шаманов. Я видел, как на моих глазах умерло восемь, и своими руками хоронил их. — медленно произносит Кавахиро, и по нему видно, что ему все еще трудно. Это была его семья, и пусть он гордится, что они до конца выполнили свой долг перед Три-ни-сетт, ни на миг не отвернувшись от нее, он не может не грустить. А потом поправляет очки, медленно произнося. — Один пропал без вести. Но прошло больше двух миллиардов лет, и я думал, что он тоже… Однако, если он действительно все-таки жив… — Какое Пламя? — спрашивает брюнет, потому что это сейчас самый важный вопрос. — Облако. — короткая пауза. — И Туман.