Белые розы кровавого заката

       — Уже готовы сдаваться, герои? — насмешливо протянул Монома, когда они встретились у уже созданного «купола».       Утром, когда «А» класс только собрался в классе, Айзава объяснил им, что тренировка и правда будет похожа на Фестиваль, только на этот раз она будет только между двумя классами, а потому не должна вызывать у героев слишком сильного ажиотажа. Однако, уже перед выходом из класса, учитель вдруг добавил, что всё равно ждёт от них всех победы.       Сотриголова никогда раньше им так прямо не говорил, что любит их всех (сейчас он тоже, собственно говоря, этого не сказал), однако студенты поняли это просто по его голосу и виду (который, однако, тоже ничем не отличался от обычного).       И вот они уже стояли на тренировочной площадке и переговаривались, когда к ним вдруг обратился Монома из класса «В».        — Чё ты там сказал? — сразу же взбесился Бакуго. В его правой руке заиграли взрывы, но атаковать насмехающегося парня из параллели он не спешил.        — Успокойся, Бакуго. Он всего лишь обращался к своим одноклассникам, — спокойно фыркнула Миола, даже не обратив внимания на то, как исказилось от её слов лицо Нейто.       Оба класса находились вместе, но всё равно держали дистанцию, стараясь находиться ближе к тому коллективу, с которым учились.       А Бакуго, на удивление, прекратил использовать причуду и усмехнулся, глядя на лицо блондина перед собой.        — Хах, не думай, что я буду извиняться за то, что прервал твоё обращение к одноклассникам, — усмешка после этих слов стала больше похожей на оскал, но Кацуки всё же отвернулся от парня и подошёл ближе к Киришиме, который смотрел на него с недоверием и одобрением. Как эти две эмоции могли сочетаться между собой на одном лице, Бакуго решил не задумываться.       А спустя ещё несколько минут к ним подошли четыре учителя — Цементос, Айзава, Полночь и Всемогущий.        — Участников и их соперников будет выбирать компьютер, — устало вздохнул Сотриголова. — Сражайтесь так, словно вы на ещё одном Фестивале. Но не поубивайте друг друга.        — Если что-то вдруг пойдёт не так, то мы сами остановим бой, — добавил после него Всемогущий, и все перевели взгляд на компьютер позади про-героев.       Миола, если честно, даже не представляла, что из себя будет представлять сегодняшняя тренировка. Нет, она видела Фестиваль (ещё бы она его не посмотрела!) и смогла себе составить представление о происходящем со слов Айзавы и остальных одноклассников, которые, к её удивлению и, немного, разочарованию, словно не видели в ней будущего врага. Но девушка не представляла, как эта тренировка пройдёт для неё и зачем она ей вообще нужна. А учитывая, что она сразу всех предупредила о своём намерении вернуться в Лигу Злодеев, то вообще не понимала, почему ей словно специально показывают причуды всех, против кого она потом выступит. Это напрягало и заставляло задуматься и злиться, потому что у Ван Арт было стойкое чувство, что она что-то упускает.       Но делать было нечего, поэтому она лишь перевела взгляд с учителей на «купол» (почему его так назвали девушка тоже пока не понимала, потому что это было лишь поле, с одной стороны которого были места для зрителей, коими они сейчас и являлись).       Первыми на бой вышли Сэро и Мина. Против них были два студента из параллельного класса, которые не показались Миоле особенно сильными. А после того, как они встали на поле, Цементос вдруг создал вокруг них больших размеров купол, и все вопросы к названию отпали сами собой. Происходящее за его стенами транслировалось на просто огромный экран перед трибунами, и все студенты и учителя могли видеть происходящее.       Но уже на середине боя Ван Арт вдруг заметила, что по краям экрана пробежала почти незаметная зелёная полоса. Если бы девушка не знала о такой способности одной из старых знакомых, то и не заметила бы.        — Какого чёрта ты творишь, Кьяра? — беззвучно прошептала Ван Арт, чуть заметно нахмурившись.       Но изображение не искажалось и казалось, что компьютер как продолжал спокойно работать без постороннего вмешательства, так и продолжает. Это напрягало, и девушка решила быть предельно осторожной, если ей всё же придётся тоже сражаться (как никак, но она всё же из Лиги, поэтому на периферии сознания мелькала мысль, что её на бой не выпустят).       Сражаться ей пришлось уже в следующем бою после победы её одноклассников. В пару ей компьютер поставил Асуи Цую, а в соперников — Тецутецу вместе с девушкой, у которой вместо волос были лианы. Её имени Миола не запомнила, но причуду помнила отлично после просмотра боя той с Каминари на Фестивале.       Не сказать, что причуда была особо сильной, но она могла доставить множество проблем при правильном и продуманном использовании. В отличие от прежнего Бакуго и ещё некоторых своих знакомых из Лиги, Ван Арт никогда не преуменьшала способности соперников и не преувеличивала собственные силы.       На ринг она вышла напряжённая и внимательно следящая как за состоянием одноклассницы, так и за местоположением соперников. Когда над ними закрылся купол (а изнутри он казался ещё больше, чем снаружи, и с различными приспособлениями по всему периметру, если вдруг сражающиеся решат зацепиться где-то на «втором этаже»), Миола поняла, что их выбрали довольно разумно — девушка из «В» класса и Цую сражались на дальних дистанциях, а Тецутецу (стоит заметить, что его имя Ван Арт запомнила лишь из-за того, что о нём как-то упомянул Киришима. Понимание этого заставило её раздражённо фыркнуть, потому что в последнее время этого парня было слишком много в её жизни) и она сама предпочитали ближний бой.        — Мы не собираемся вам проигрывать, — сказал Тецутецу, а по его коже поползла стальная защита.        — Взаимно, парень, — оскалилась Миола, а под её ногами задымился круг пламени. — Цую, будь настороже. Тут что-то происходит, и мне пиздецки это не нравится. А ещё будь добра — прикрой меня, если что.       Не слушая ответа от одноклассницы, Ван Арт одновременно с Тецутецу бросились друг на друга. Спустя минуту рукопашного боя при использовании причуд Миола кинула взгляд сначала на стоящую спокойно вторую соперницу (видимо, у них был какой-то план перед началом боя (сама Миола такие вещи не любила — план мог вывести из равновесия любой недочёт)), а затем — на одноклассницу. Та поняла её без слов и попыталась схватить языком парня из параллели.       Асуи удалось это благодаря эффекту неожиданности, и Миола, воспользовавшись его заминкой, направила струю пламени прямо в девушку. Та не растерялась, и почти сразу перед ней возникла стена из лиан. Но они не могли выдержать пламя слишком долго, а потому начали слишком быстро сохнуть и гореть.        — Прекрати! — крикнул ей Тецутецу. — Очень грубо использовать причуды против тех из соперников, кто заведомо не сможет противостоять им. Я же не атакую твою подругу, — добавил он и, наконец-то высвободившись из чужого языка, снова бросился на Миолу.       Раздражённо фыркнув, девушка всё же перенаправила свою причуду, стараясь обжечь парня. Это было тщетно, ведь его причуда как раз позволяла ему защититься от этого.        — Тогда мы отсюда никогда не уйдём, — крикнула ему Ван Арт. — Я слишком быстрая для тебя, ты — невосприимчив к огню. Девочек мы не трогаем из соображений солидарности или ещё какой-то херни, чьё название не помню.       Тодороки, наблюдавший за боем с трибун, вдруг в неверии распахнул глаза.        — Чё с тобой, двумордый? — спросил его Бакуго, заметив, что разноцветные глаза чуть ли не сияют.        — Она сделала свой выбор, — спокойно ответил ему Шото.       Не обращая внимания на ожидавших продолжение одноклассников, которые с неким шоком смотрели на его лёгкую улыбку, парень продолжил наблюдать за боем, не зная, сумеет ли он сдержать порыв обнять Миолу после её победы. В этом он, между прочим, ни капли не сомневался.