Белые розы кровавого заката

       — Итак, мы снова сражаемся, — вздохнула Миола, стоя на уже знакомом поле в присутствии знакомых учителей и соперников из их параллели.        — Только на этот раз знаем тех, с кем сражаемся и против кого, — сказал Киришима.       Неизвестно как их выбирали, однако именно с ним Миола должна была сражаться бок о бок против Нэйто и, как ни странно, снова против Тецутецу.        — И хуй поймёшь, как нас выбирали, — фыркнула Ван Арт, глядя в сторону.       Там уже в который раз о чем-то спорили Бакуго и Тодороки, которые, по словам Всемогущего, «прекрасно гармонировали в паре».       Когда герой номер один сказал это при всем классе, девушка не смогла сдержаться и, уткнувшись лбом в сложенные на парте руки, рассмеялась. А потом добавила, что, да, в паре они и правда прекрасно гармонировали.       Взрыв смеха после этих слов поддержали также Киришима, Каминари, Сэро и ещё некоторые из их одноклассников, начисто игнорируя крик и взрывы со стороны взрывного одноклассника.       Не факт, что Символ Мира понял их смех, однако отвернувшийся Айзава точно все понял, раз прикрыл рот рукой и, кажется, тоже издал несколько смешков.       Сейчас же эта «прекрасно гармонирующая пара» издавала шума больше, чем все остальные герои вместе взятые. Правда после подзатыльника от Сотриголовы им обоим пришлось успокоиться и занять пока только места для наблюдения — их бой был третьим по счету. А сразу после них — Миолы и Эйджиро.       Но, на удивление, четвертый бой начался довольно скоро. Не то, чтобы Ван Арт удивилась быстрой победе своих одноклассников, однако она и правда считала, что третий бой затянется. Соперниками Кацуки и Шото были не особо сильные герои из параллели, однако девушка думала, что эти двое, скорее, начнут драться друг с другом, начисто игнорируя соперников.        — Мы победим, — сказал Монома, когда они вышли на площадку. В этот раз Цементос снова закрывал их куполом, как и во время прошлой тренировки.        — Мы тоже не собираемся вам проигрывать, — весело сказал Киришима. Миола решила промолчать.       У нее снова было непонятное предчувствие, и она с досадой подумала, что, видимо, ей не дадут нормально сражаться во время тренировок многие люди, которые хотят убить ее. Причем убить как по своей собственной воле, так и после заказа от более обеспеченных врагов, которым она слишком много и часто насолила ещё во времена ее «работы» в Лиге Злодеев.       И вот бой начался. Соперников они с Киришимой разделили сразу, как услышали их имена, поэтому не было ничего удивительного в том, что парень сразу кинулся в сторону Тецутецу.        — Сорян, — пожала Миола плечами, а затем сразу же выпустила в сторону Мономы струю пламени.       Что ж, когда он ответил ей тем же, Ван Арт немного опешила, однако успела уклониться.        — Я копирую причуды других героев и использую их против них же, — хмыкнул Нейто.        — У тебя все равно есть лимит сил, — нахмурилась девушка.       На этот раз она чуть пригнулась, вставая в боевую стойку, а затем отправила в парня сразу несколько струй пламени. Тот отвечал ей тем же, поэтому отвлечься и убедиться, что с напарником все в порядке у нее не было времени. Однако слышался звук ударов, поэтому девушка решила, что все в порядке, а значит она может сосредоточиться на своем сопернике.       Через пару минут их боя Шото встаёт с кресла и подходит к поручням, крепко вцепляясь в них обоими руками.        — Это плохо, — хмурится парень, напрягаясь всем телом.        — Тодороки-кун? — хмурится Мидория, прижимая к себе сломанную руку. Он открывал бои вместе с Милой и, как обычно, перестарался.        — Ей нельзя долго сражаться с таким остервенением, — объясняет Тодороки, хмурясь ещё больше.       А уже в следующее мгновение Миола отпрыгивает соперника, упирается ладонями в колени и кашляет, после чего вытирает ладонью кровь со рта и подбородка.        — Ты в порядке? — Монома сразу останавливается, обеспокоенно глядя на девушку, к которой сразу подлетает Киришима, тоже прекративший бой.        — Миола? — испуганно выдыхает Эйджиро, держа девушку под локоть.        — Я в порядке, — отвечает Ван Арт, однако снова закашливается кровью. — У меня тоже есть свой лимит, — объясняет она, одной рукой цепляясь за одноклассника, а другой — за горло.       На трибунах про-герои переглядываются, решая остановить бой, однако вдруг вмешивается Тодороки и говорит, что это — плохая идея, потому что Ван Арт чисто из гордости не отступит сейчас. Немного подумав, Айзава решает дать им ещё пять минут, а затем окончить бой с победой «В» класса, потому что рисковать жизнью ученицы не имеет права.        — Тогда почему бы тебе не воспользоваться силой матери и не увеличить свой лимит в десятикратном размере? — раздается мужской голос.        — Наконец-то появился? — фыркает девушка и выпрямляется, глядя на мужчину у стены. — Я ждала тебя.        — Ты не могла знать, что я приду, — хмурится тот.        — У меня хорошее шестое чувство, чтобы понять, что кто-то обязательно припрется во время моего боя, — хмыкнула Миола, но затем нахмурилась. — Но ты не хочешь меня убивать или ещё кого-то. Кто ты и зачем ты здесь?        — Ох, видишь ли, дорогая, я психолог, — восхищённо ответил мужчина и всплеснул руками. — Разбираю странные прецеденты. И ты подходила по всем параметрам, ведь из геройской семьи сначала вступила в Лигу Злодеев, но затем вернулась. И для моей научной работы я выбрал именно тебя. Так что послужило причиной для всего этого?        — Ты ебанутый? — выслушав незнакомца, выдал Монома.        — Что послужило причиной? — неожиданно хмыкнула Ван Арт. — Причиной всей хуйни в моей жизни является Шото. Если ты спросишь об этом у него, то он с уебанской улыбкой ответит, что знает, и что его все устраивает. Это реально всё, что тебя интересовало? Тогда проваливай, потому что это вторжение на почти частную территорию.        — Нет-нет-нет! — оскорблено воскликнул тот. — Меня интересует именно то, что ты чувствуешь. Почему ты вообще стала злодеем?        — Предрасположенность? — фыркнула Миола, подняв бровь и, если честно, не понимая, почему она до сих пор не прибила этого «психолога».        — Но ведь ты добрая! — возразил тот. — Ты была готова пожертвовать жизнью, чтобы спасти одноклассницу!        — Я была готова убить наёмника, но Даби и Кей появились слишком вовремя, — девушка напряглась, потому что не знала, что известно стоящему напротив человеку, и это заставляло ее волноваться.        — Хорошо, а как насчёт того же дня? Ты отправила ещё одного наёмника, но на этот раз снайпера, в Лигу, когда он целился в твою одноклассницу. Урараку, верно? — усмехнулся мужчина.       На трибунах все снова переглянулись, а затем посмотрели на испуганную Очако, которая во все глаза смотрела на события, разворачивающиеся на экране.        — Даби и Кьяра появились слишком вовремя во время моего боя, так что я всё ещё хотела драться, — прошипела Ван Арт. Ей все больше не нравился происходящий разговор.        — Хорошо, а как насчёт вчерашнего? — насмешливо прищурился незнакомец. — Ты сломала парню нос только из-за того, что он сказал, что Кацуки Бакуго не станет героем из-за своего характера.       Миола вдруг запнулась и издала несколько непонятных гортанных звуков, ладонями вцепляясь в свои предплечья, тупясь и краснея.        — Говорил мне Шото не вмешиваться, — тихо и смущённо протянула Миола.       На трибунах Бакуго неуверенно прокашлялся, кинув взгляд на Шото. Тот, не отрываясь от наблюдения за девушкой, выглядел более чем довольно.        — Вот видишь! — продолжал мужчина. — Ты герой в душе! Так почему же ты выбрала сторону зла?!        — Потому что грёбаный Шото Тодороки обзавелся шрамом, защищая меня! — прорычала девушка, не выдержав морального давления. — Ты, блять, думаешь, что в Лигу идут от хорошой жизни?! Так вот хуй тебе! У Даби все тело в шрамах было ещё до вступления! Кьяру пытались ввести в эвтаназию! Томуру просто убить пытались! Так что, блять, не смей судить по человеку, опираясь на внешний вид! Ты психолог? Так вот хуй у тебя получается людей читать! В Лиге нет ни одного, кто пришел бы туда от хорошей жизни!       Мужчина опешил, не ожидая такого массива информации. Как и все остальные герои, стоящие как в куполе, так и за ним.        — Я в порядке, — тихо сказала Миола, когда Киришима обнял ее.       Вопреки своим словам, девушка сильнее прижалась к парню, мелко дрожа и стараясь моргать как можно реже — стоило хоть на секунду прикрыть глаза, как перед ними пролетали пугающие воспоминания из прошлого…        — Все, хватит, закончили… — сказал Тодороки и спрыгнул с трибун, направившись к куполу и впиваясь ногтями в ладонь.       Кинув взгляд на Айзаву, Цементос опустил купол.       Подойдя к Ван Арт, Тодороки положил ей руку на плечо. Девушка взглянула на него и позволила подхватить себя на руки, обнимая за шею и скрывая лицо на его плече.       Уже вторая тренировка заканчивалась непонятным чувством в груди у всех героев. Они все чувствовали, что им что-то не договаривают, однако что именно — не знали…