Злосчастный переулок

— Конечно, братик. Риндо аккуратно поднял Рана и понёс в комнату. После чего вернулся за Харучиё, вот только тот оказал сопротивление, из-за чего и был оставлен в гостиной. — *Ну и хрен с ним. Из-за этого дебила всё желание кого-то трахнуть исчезло.* — *Алкаш.* — Рин… — Что? — Блондин присел на кровать, рядом с братом и приложил руку ко лбу, — Да ты горишь. Голова не болит? — Раскалывается… — Оно и понятно, алкоголь — зло, — проворчал парень направляясь к столику на против кровати, за таблетками, — Тебе жаропонижающее дать? Или только от головы? — Давай всё. — Ага. Больше пить так не будем. — Риндо, ты випыл втрое, а то и вчетверо больше меня, как ты вообще жив? Ты до этого алкоголиком был? — Неа, это наверно раз седьмой, как я пью. — Что?! — Не ори, голова заболит сильнее, — Найдя нужный препарат блондин вернулся к брату и протянул таблетки. Спустя пару секунд он подошел к двери и скрылся за ней, со словами — «Сейчас воду принесу, подожди.» — *Монстр… Я еле жив после четырёх бутылок, а он после двадцати держится* — Я вернулся. Вот вода. — Спасибо. Где ты будешь спать? — С тобой. Подойти к бухому Санзу я не рискну. — Ясно, тогда можно я кое-что сделаю? — Окей, чт- Ран резким движением повалил брата на кровать, а спустя мгновение уложил на подушку. — Это что было. — … Я хочу тебя обнять, можно? — Да..? А спрашивать-то зачем? Мы как бы пара… — … — Это что за взгляд, ты расстроен? — Угу… — *Дитя малое… * — И чем? — Ты переспал с Харучиё, а со мной — нет. — *Аферист, не иначе. Знает когда надо давить и куда. * — Ран, ты не в том состоянии. — В том! Всё со мной нормально! Я в руках себя удержать не могу, когда ты рядом. Как ты не понимаешь? — Я понимаю. Но всё же… *Щенячьи глазки?! Это против правил* — Ран, я убью тебя, если сделаешь мне больно. — Согласился! Ты согласился! — *..... Тут попробуй, откажи… * *** — *Солнце моё ещё спит? * — *Вымотался, бедняжка* — Хули на меня палишь? — А чего так грубо, Ринни? — Я тебе эти щенячии глазки знаешь куда засуну? — Представляю… Может договоримся? — Договор!?, Риндо резко вскочил с кровати, — Окей! Вы с Харучиё сваливаете отсюда послезавтра, на весь день! — Зачем? — Надо. — Ну ладно, теперь ты меня простишь? — Прощу. — Тогда~ Ран приподнялся на локти и прилёг на колени брата. Удобно устроившись он взглянул в ярко-фиалковые глаза. — Рин~ — М? — Я могу понаглеть? — Можешь? Ну смотря, что ты хочешь сделать. Риндо запустил руку в распущенные волосы Рана, и мягкими, нежными движениями начал гладить их. — Мммм, продолжай~ — Так что хотел? — Уже ничего… Просто продолжай~ — *Ну хозяин барин. * Тремя часами ранее, зал. — *Уже утро? * — *Блять… Ебаный сушняк… Не думал я, что проиграю в выпивке какому-то пацану. Так ещё и несовершеннолетнему… * Харучиё встал с дивана и пошёл к барной стойке, за водой. — *Я никогда не замечал интерьер. Несколько светлых стен, несколько тёмных. Телевизор… Просторная большая кухня, совмещённая с залом. Вместо столешницы барная стойка, плита на ней же. Четыре больших книжных шкафа и маленький, уютный уголок, отделённый ими. Весьма утончённо. У Риндо хороший вкус.* Закончив осмотр помещения за минут пять Акааши всё же сделал себе крепкий-крепкий кофе и принялся выбирать книгу. Читать он любил, не смотря на свой род нынешней деятельности он два года проучился на архитектурном, и проучился очень даже неплохо. В студенческие годы, хотя таковых было всего два Санзу даже увлекался писательством. Он даже выпустил несколько частей одноимённого романа, который пользовался популярностью. Вокруг него до сих пор ходят слухи о продолжении. Хотя сам Харучиё даже не знает об этом. Бродя между стеллажами, уходящими с основанием в потолок он выбрал пару-тройку книг. Среди них были и работы Дадзая, Масахико, Нацумэ и работы Гоголя, Достоевского, Пушкина. — *Интересный выбор для домашней библиотеки. Атмосферно конечно, старинные шкафы и люстра, колонны, бархатное кресло. Образ дополняет панорамное окно. Читать в таком уголке — одно наслождение. Харучиё удобно устроился в кресле и принялся за книги. На удивление быстро он прочитывал одну за другой. Романы и повести, тексты описывающие и рассуждающие. Казалось будто он рождён для литературы, для понимания всего написанного. Для прочтения произведений коротких и длинных, сложных и простых, интересных и не очень. Это всё столь подходило ему. Что архитектура, что литература. Он мог бы стать великим писателем или поэтом, а избрав другой путь прекрасным и талантливым архитектором. Вот только стал он бандитом. — *Весьма интересные произведения. Но до чего же простые. Может выбрать современный детектив? Или триллер? Есть ли что-то необычное? * Подойдя к самой отдалённой полке он наткнулся на надпись «Россия» на самом верху шкафа. — *Так на каждом шкафу была дописана страна авторов? * — *Тут Россия? Что здесь у нас? Ммм… «Евгений Онегин», «Дубровский», «Преступление и наказание», «Мёртвые души», «Война и мир»? — Вот это толщина. Каково же содержание? На половину первого тома у Санзу ушло два с половиной часа. Читая с вовлечением и удовольствием время всегда пролетает незаметно для Акааши. — *Который час? * — *Одинадцать, пока будить этих сонь* Харучиё подошёл к двери в комнату Риндо и открыл её. Стоя в дверном проёме он застал картину, как Риндо поглаживает волосы Рона и мило с ним беседует. — Доброе утро, Санзу. Как спалось? — Замечательно, как давно вы встали? — Ну минут десять назад. — Вот как, — Санзу подошёл и сёл рядом Риндо, закидывая свою голову ему на плечо, — у тебя довольно специфические вкусы. — Всмысле? — Я про совмещение модерна и винтажа. — Ах… Да так получилось, мне захотелось сделать домашнюю библиотеку, а там модерн не смотрелся. А что? — Ничего, просто поражён твоей библиотекой. Я тот ещё книгоман. — Правда? Рад слышать, что тебе понравилось. Что выбрал? — Дадзая, Достоевского, Пушкина, Масахико, Нацумэ, Юкио и Толстого. — Толстого? Войну и Мир? Весьма интересный выбор… Я бы сказал специфический. — Согласен. — Ей, парни, хватит! Я чувствую себя Незнайкой. Совсем не понимаю о ком вы… — Ран, не хочу тебя огорчать, но в плане литературы и интеръера ты и правда Незнайка. — Растраивать не хотел, но растроил… — Ну уж прости, на правду не обижаются. — Харучиё, а откуда ты столько про интерьер знаешь? — Ну, сейчас мне почти двадцать. А в семнадцать я поступил в университет, на архитектора. Оттуда и знания. А если говорить про литературу, ещё в студенческие года я увлекался писательством, даже пару частей знаменитого романа написал. — А как называется? — Ммм… Вроде «Снова холодает» — Ты серьёзно?! Твой роман обогнал многих знаменитых писателей! Он был самым обсуждаемым в стране! До сих пор все ждут продолжения! — Мой роман?! Продолжения?! — Да! Санзу, ты литературный гений! Этот роман купили больше двух миллионов человек! — Епт… Мой счёт должно быть переполнен. — Конечно! Прости за такой вопрос, но ты не хочешь продолжить писать его? — Ну… Можно, но зачем? — У тебя талант! Его нужно развивать! Тебе оскар дадут за него! — Ты преувеличиваешь… — Вовсе нет, Хару! Хоть в интернете посмотри! — Эм… Сейчас. Епт… В натуре? — *Нихуя, вот это отзывов… 900.000.?! Многовато. Я же это… А может и правда к выпуску вернуться? Почему нет-то? * — Ну, вот видишь. — Ага, я пока в шоке… Думаю может выпустить ещё часть. Только мне бы образ сменить. Я ж криминальная знаменитость. — Может тогда все вместе покрасимся? — Ну давайте. Я в синий. — Мы тогда в фиолетовый. Идём через час, всем собираться.