Fell on my head from the sky

После осмотра дома и поняв, что нигде не спряталась никакая летучая тварь, я со спокойной душой поднялась наверх. Все столпились вокруг кровати Нэнси, я подошла поближе к Нэнси и увидела пыльцу на кровати. Она начала выводить там: «Привет». -Что вы делаете? — спросила я, явно не понимая задумки. -Связываемся с Дастином, — после этих слов я услышала возгласы Дастина, что-то по типу: -Почему не можете выбраться? — некоторые слова обрывались, но смысл был ясен. Нэнси начала отвечать на вопрос. -Охраняется! — крикнул Хендерсон с другой стороны. -Мы знаем, как вам выбраться! — дополнил он. -Порталы появляются на каждом месте убийства! — ещё громче произнёс он. -Чего? — спросил Стив. -Нам надо в трейлер Эдди, — хлопнув в ладоши, ответила я. -Туда идти пешком два часа, — с усталостью сказал Мансон. -Может у тебя остались велосипеды? — с огромным энтузиазмом выразилась Робин, Нэнси закивала. Мы все спустились вниз, я уставилась, на детские велики. -Они вообще выдержат нас? — поинтересовалась я. -Других нет, — Нэнси пожала плечами и уселась на один из них. С неохотой я залезла на один из велосипедов и погнала за Эдди, который уже почти скрылся за углом. Весь город был, как мёртвый. Вокруг отвратительно пахло. Иногда в нос попадала непонятная пыль, от которой я фыркала. Некоторые дома были полностью перекрыты лозой, и их вид знатно отличался от тех маленьких домиков, которые я помнила. Стив останавливался два раза, и я делала тоже самое. Он делал передышку и дотрагивался до бока, вся перевязка была окрашена в багряно-красный. Я послушно ждала, и мы отправлялись в путь. Когда мы доехали до трейлерного парка, все с лёгкостью вздохнули. Робин чуть не вприпрыжку побежала за Эдди, я улыбнулась, глядя на неё. Мы зашли в трейлеры и на потолке красовался такой же портал, как и в озере. Он был сильно затянут, но вдруг кто-то начал буквально разрывать его и лоза сама отступила. Наверху я увидела улыбающегося Дастина, Макс и Лукаса. Рядом с Лукасом стояла какая-то неизвестная девочка. Дастин довольно быстро соорудил что-то похожее на канат. Стив первый подошёл к канату, а я быстро отодвинула его и взобралась наверх. Упав на матрас, я быстро выпрямилась и пожала руку Хендерсону. Вскоре я помогла опуститься Робин, Эдди сам спрыгнул. Остался Стив и Нэнси. -Вы собираетесь прыгать или нет? — поинтересовалась я у парочки и взглянула наверх. Стив тряс Нэнси за плечи. -Нужна музыка! — крикнул Стив, и я приказала детишкам быстро искать. Все разбежались, а я осталась рядом с канатом. -Быстрее! — орал Стив. -Быстрее! — вторила я, осматривая друзей, которые копались в кассетах. -Нэнси! — вопил Стив и вдруг я увидела, как она дотрагивается до его плеча. -Она вышла из транса! — звала друзей я. Все столпились вокруг меня и задрали голову, к нам спустилась Нэнси. Робин даже потрогала её за плечо, не поверив, что перед ней подруга. Через несколько секунд к нам спустился Стив. Мы все расселись, Стив и Эдди ушли в другую комнату. -Нам же лучше тут не находиться? — спросил Лукас у Дастина, друг кивнул ему. Неизвестная девочка подошла ко мне и села на край дивана, чтобы осмотреть меня. -Чего смотришь? — оскалилась я. -Хочу убедиться, что ты хорошая русская. -У вас все тут судят по национальности? — фыркнула я. -Это моя сестра, Эрика, — между нами встрял Лукас. -Ты уверен, что ей можно здесь находиться? — поинтересовалась та, у брата. -Разве десятилеткам можно здесь находиться? — передразнила я её. -Мне не десять! — проголосила она мне в лицо. Из другой комнаты вышел Стив и оттащил меня за руку. -Я не убиваю детей, — вытащив руку из его хватки, буркнула я. -Нам нужно сматываться отсюда, — сказал Эдди, и все согласились. -Можем ко мне, — предложила Макс. -Стойте, нужно посмотреть, нет ли полицейских рядом, я схожу, — выдвигаясь к двери, трактовала я, кто-то опять схватил меня за запястье. Обернувшись, я, конечно же, увидела Стива. -Ты со мной, да? — перебив его, сообщила я, он кивнул. Я покрепче взяла его за руку, и мы вышли из трейлера. На дороге не стояли полицейские машины и нас это обрадовало. Мы пошли вдоль дороги, на улице сидели люди. Я примерно построила маршрут, по которому нужно было идти нам, чтобы добраться до трейлера. После наблюдения мы со Стивом пошли обратно. -Подожди тут, — я оставила его у почтового ящика и зашла в трейлер одна. -Все слушаете меня и молчите, ясно? — все закивали. Я вышла из трейлера и за мной выстроилась длинная шеренга. -Лукас, Эрика, Макс к Стиву, быстро, — скомандовала я и увидела, как дети подбегают к Харрингтону. Я махнула рукой Стиву, чтобы они шли первые, и он отправился в сторону трейлера. -За мной, — мы все сумели обойти два трейлера, и отошли подальше от людей, сейчас нужно было перебежать дорогу. -Нэнси, Робин, перебегайте первые, — девочки быстро перешли и отправились к остальным. Я взяла Дастина справа за руку, а Эдди слева. Я была похожа на их мамочку, которая учит их правильно переходить дорогу, если бы я не умела сдерживать эмоции, то я сейчас бы очень сильно смеялась, прям на траве. Но я даже бровью не повела и сумела довести парней до трейлера. -Нас никто не заметил, — победно произнесла я и встала рядом со Стивом, облокотившись на тумбочку. Немного помедлив, Нэнси начала нам рассказывать, что она видела в трансе. Все молча, слушали её, и Стив громко перебил рассказ Нэнси. -Ты же понимаешь, что он просто хотел напугать тебя. -Мне кажется, что он показал мне наше будущее. Это все было реально, — на её глазах подступили слёзы. -Мы должны убить его, — убрав горькие слёзы со щёк, произнесла она, выпрямляясь. -Но как? — махнув руками, спросил Стив. -Подождите, если мы знаем, что он, как Оди, то мы знаем его слабые стороны. Когда Оди была в трансе, её физическое тело было уязвимо, — предположил Дастин. -То есть ему нужна приманка? — воскликнула Робин. -Я могу ей быть, я до сих пор чувствую связь с ним, — выходя из темноты, сказала Макс. -Что? Нет! — противился Лукас. -Лукас, я хочу помочь! И ты не остановишь меня, — она повысила голос на паренька, и тот быстро сдался и замолчал. -Нам нужно оружие, — открыла рот я, после долгих минут молчания. -Я знаю одно место, — Эдди потянулся к карману и кинул какой-то яркий флаер на стол. -Но он находится на выезде из Хоукинса, и нам нужна машина. -Я могу это устроить, — Стив, подняв брови, взглянул на меня. Приказав всем, как обычно держаться меня и ступать только, когда я это делаю, мы отправились на улице. Всё-таки я отличный командир. Как раз, когда мы осматривали местность, я приметила одну пару рядом с трейлером. Обогнув несколько трейлеров, я подбежала к заднему окну трейлера. Сумев открыть его, я прыгнула внутрь и побежала к водительскому месту. Я открыла одну из панелей и принялась искать нужные провода. Синий и красный. Как учил Арсений. Я справлюсь. Всё будет хорошо. Я начала тереть два провода друг об друга и, не обращала внимание, на кричащих Стива и Эдди. И вот двигатель издаёт, тот самый звук. Он как симфония для моих ушей. Я усаживаюсь на водительское сидение и понимаю, что не дотягиваюсь до педалей. Стив, увидев это, заставляет встать, хватая мою руку. -Держитесь! — кричит он, вылетая из трейлерного парка. Я успеваю ухватиться за переднее сидение и остаюсь стоять на месте, после резкого толчка. Я падаю на сидение, которое сейчас помогло мне устоять и перевожу дыхание. -Где ты научилась этому? Такому явно не учат в армии, — повернув голову ко мне, спрашивает меня шатен. -Друг научил. Мы хотели покататься по городу, но машины у нас не было, — пожав плечами, ответила я и облокотилась на окно. -Расскажи мне о себе, я ничего не знаю о тебе. -Я просто не привыкла говорить о себе, я не знаю, что рассказать. -Так, любимого фильма у тебя нет, — он начал загибать пальцы, а я перебила его. -Есть! Это «Ирония Судьбы» просто ты же не видел наши фильмы, а я не видела ваши. И если ты сейчас будешь говорить про музыку, то у меня есть любимая группа. Просто ты даже представить не можешь, о чём они поют. Я люблю группу «Кино», но тебе это ничего не даёт, — он кивнул в ответ. -А какое у тебя любимое время года? -Осень, она прекрасна, в Ленинграде. -У меня лето. -Я знала это! Это блин самое заезженное время года! -Не правда! -Правда! — я ударила кулачком его по плечу, а он начал кричать и тереть якобы «рану». -Не притворяйся! -Ты очень сильно ударила! — я фыркнула и закатила глаза. -Что нужно покупать против этих монстров? -Вообще смотря с кем, сражаемся, но огонь не любят все, вроде. -Ты уже привык сражаться с этим? -Ну да. -Просто, да этого я думала, что нет существ или людей, которых я не могу убить. Я не колебалась и не боялась. А тут вся эта сверхъестественная херня вывела меня из колеи. -Ты убивала людей? -Нам лучше не говорить об этом, я не хочу, чтобы ты меня боялся. -Всё так плохо? Я задумалась. Я никогда не считала трупы, никогда не жалела, для меня это было привычно. Это была работа или защита. И меня это устраивало. Но когда говоришь об этом обычным людям, они начинают считать тебя монстром, не человеком. Но я человек, просто в моих условиях не было выхода. Был только приказ стрелять. Я была на войне в Афгане всего месяц. Но именно этот месяц поменял мою жизнь. Отец сослал меня туда, после происшествия с офицером. Он считал, что если я увижу те ужасы, то я вырасту, стану лучшим солдатом, но он не знал, что сломает меня ещё сильнее. -Начинаем налёт! — кричит кто-то в рацию, и я слышу звуки взрывов. Перед глазами вспышки света, в ушах кровь и сильный писк. Я складываюсь пополам и закрываю уши. Как только я начинаю нормально видеть, я иду в сторону дома. Мой командир смотрит на меня и машет рукой в сторону двери. Я киваю, выставляю оружие на расстояние вытянутой руки и приоткрываю дверь, передо мной гостиная, самая дешёвая версия из них. Я начинаю двигаться в сторону проёма. Слышу движение, крепче придерживаю автомат и захожу в проём. Я вижу движение и стреляю на поражение. Закрыв глаза, стою несколько секунд. Передо мной лежит мальчик лет 10, он прикладывает свои маленькие ручки к кровавой ране в груди. Я падаю к нему и начинаю плакать, давя на рану. -Тут ребёнок! — кричу я, остальным. Кто-то оттаскивает меня за плечо, я брыкаюсь. -Он мёртв, — шипит мне командир в лицо. -Это я его убила! — я закрываю лицо руками и прячу голову в коленках. Мне хочется биться, хочется умереть, забыть это, как страшный сон. Первый, кого я убила — ребёнок. Маленький ребёнок, который мог бы скоро пойти в школу, бегать по детским площадкам, вырасти хорошим человеком. Но я помешала ему. Помешала ему жить. Кто-то скажет всю нашу жизнь, пишет судьба, она делает правильные вещи. Неужели убийство ребёнка это правильно? Это чертовски неправильно, никогда и нигде. -Он мог убить тебя, ты правильно поступила, — встав с коленок, добавляет командир. Откуда он знает правильно это или нет? Откуда? Он, что бог? Я не хочу вершить чужие судьбы. Не хочу! Я начинаю бить кулаками об деревянный пол и получаю занозы. Но это никак не останавливает меня, я лишь больше сержусь. В этот день, я попросила отца забрать меня, и он впервые помог мне. Я ходила к психологу, около полугода борясь с посттравматическим стрессовым расстройством. Именно так это назвал худощавый мужчина лет 40 в огромных очках. Этот период помог мне, в начале, я думала, что не возьму пушку больше никогда в своей жизни. Но потом я поняла, что могу останавливать плохих людей, как я. Поэтому я пошла в КГБ и мой отец оценил это. -Обычным людям не понять этого, Стив, — пряча свои руки, в огромных мешковатых рукавах свитера. -Я не обычный, я тоже убивал, только монстров, — я усмехнулась от его поддержки. -Что смешного? -Убивать людей и монстров немного разное. -Вообще-то один раз, я чуть не избил одного парня до смерти. -Не было такого! — орёт Дастин сзади. -Ты даже в драках никогда не выигрываешь, да тебе Джонатан зад успел надрать, — размахивая руками объясняет он, я громко смеюсь. Харрингтон с переднего сидения кидает на него убийственный взгляд и тот замолкает. -Не бойся, я научу тебя драться, — прикрыв рот от смеха, произношу я. -Я умею драться! -Хорошо, хорошо, — хихикнув отвечаю я, он становиться очень серьёзным, а я умиляюсь с этого. Он такой невинный, что мне аж приторно. Любая другая девочка, знающая короля школы, никогда бы так его не назвала. Да, это бы просто не сумело вырваться из-за рта. Назвать человека, который спал с половиной школы, оскорблял почти всех, кроме своих друзей, нельзя, просто, нельзя назвать так. Но у Сони это получается, потому что она хуже его, она хуже всех тут. Она делала, самые ужасные вещи, которые Стив даже представить не сможет. Поэтому она, правда, считала так и не врала. Подъехав к довольно людному месту, мы остановились. Я выбежала одна из первых, но Стив приостановил меня и сказал, что я пойду с Нэнси покупать оружие. Мне не нужна нянька, я могу стрелять из любого оружия, которое находится тут, и я разбираюсь в нём, лучше всех здесь. Поэтому меня это раздражает. Меня раздражает, что Нэнси не может определиться с калибром. -У вас есть Калашников? -Конечно, — доставая из прилавка автомат, говорит продавец. Я прошу несколько магазинов с патронами, и продавец отдаёт мне какую-то анкету. Быстро заполнив её, я иду искать бронежилеты. Отойдя на несколько секунд к ближайшему стеллажу и вернувшись с бронежилетом, я подхожу к Нэнси и к какому-то парня. У него огромные синяки под глазами, блондинистые волосы. На его плечах красуется школьный бомбер. Встав за Нэнси, он с удивлением осматривает меня. -Вы куда собрались? -Не твоего ума дела, — буквально выплёвываю ему эти слова в лицо, показывая неприязнь. -Вы пользоваться, то умеете? -Хочешь, покажу пример на тебе? — направив на него автомат, проговариваю я. -Нэнси, кто эта смелая девчонка? — смотря в глаза, спрашивает у шатенки он. Я подхожу к нему и демонстративно давлю ему на ногу. -Проваливай, — шиплю я ему на ухо, он скукоживается и отбегает от нас. -Мы ещё встретимся! — кричит он напоследок. -Нам нужно валить, — говорит кудрявая, утаскивая меня за руку, и я бегу за ней. Собрав всех остальных, мы забегаем в машину. -Лукас, там твои друзья и они ищут нас, — говорит Эрика, своему брату и Харрингтон бежит к рулю. Я иду следом. Мы все резко выезжаем с ярмарки, и Эдди говорит адрес Стиву, и мы едем на сборы. Останавливаясь на какой-то поляне, мы все вылезаем на свежий воздух. Я начинаю надевать бронежилет, и засовывать магазины. Хотя бронник мне и не нужен, никто не будет стрелять по мне, как я понимаю, но мне нужно было быстро убирать и доставать магазин. Вскоре я подхожу к Нэнси, которая собирается сделать обрез. -Зачем? — спрашиваю я. -Так удобнее будет. -Да носить удобнее, но дульная энергия меньше и тебе придётся выходить на ближнюю дистанцию, а это не очень удобно. Давай я лучше сделаю, самое оптимальное, — я помогла ей определиться с тем, сколько надо обрезать и со спокойно душой ушла к Робин и Стиву. Они делали коктейли Молотова, и я решила помочь им. -Зачем тебе бронежилет? — интересуется Робин, осматривая меня -Для хранения патронов, тем более так спокойнее. -Ты убивала людей, да? — спрашивает она, не скрывая любопытство. -Да, — холодно отвечаю я, взяв новую бутылку. -Какое у тебя было первое убийство? — продолжает интересоваться она. -Робин! — кричит на неё Стив. -Всё нормально, — успокаиваю его я. -Я была на афганской войне и убила там ребёнка. Он бежал на меня, а я стреляла на поражение, — мой голос дрогнул, а в уголке глаз появились слёзы, я осторожно стряхнула их и продолжила делать коктейли. Робин открывает рот и хлопает ресницами. -Ты была на войне, тебя можно понять, — спокойно говорит Стив, и я поднимаю на него глаза. Он первый, кто так сказал. Мне плевать врёт он или нет, но он сказал это. И меня это тронуло до самой души. Робин ушла переваривать сказанное, а мы со Стивом сидели молча. Через несколько минут мы закончили работу и Стив скрепил наши руки. -Ты не боишься меня? -Нет, я боюсь Векну, но не тебя. Я никогда не буду бояться тебя, — он целует мою тыльную сторону ладони, и я приподнимаю уголки губ. Он целует меня прямо туда, и я улыбаюсь ещё шире. Мы начинаем с ним хихикать и смеяться с самых глупых вещей. На сердце приятно и тепло, внизу живота, скапливается тугой узел. А я улыбаюсь во все 32, заправляя прядь своих непослушных волос. И он называет меня: -Ты, как одуванчик, — Одуванчик. Одуванчик. Одуванчик. Эти слова записаны на подкорке, они выжжены. Они были на так долго забыты, спрятаны в самый дальний ящик моих воспоминаний. Но он открыл его, я не хотела этого делать. Но я не виню его, нет, он не виноват. Я начинаю трястись, и он впервые видит меня такой. Слабой, уязвимой. Отец учил, никому не показывать себя такой, наедине, да. Но в обществе никогда, лучше умереть, чем быть слабой. Но я слабая и я это знаю. -Что случилось? — волнующе спрашивает он. Из глаз текут слёзы. Обычно я молчу, прожёвываю язык на долго. Не могу говорить об этом. Но сейчас всё по-другому. -Моя мама так называла меня, — трясущимся голосом, отвечаю я. -Прости меня, я не знал, — он поближе укутывает меня в свои объятия, и я плачу ему в подмышку. -Ты не виноват, — шепчу я, крепче хватаясь за его плечи. Слёзы перестают течь, после недолгих покачиваний от Стива и мне становиться легче. -Спасибо, — он целует меня в щёку, в то место, где остановилась последняя слеза. Он хочет поддержать, забрать всю боль себе, не может видеть меня, такой грустной. И я благодарна ему за это. Он поднимает меня за руку и все начинают подходить к трейлеру. Не когда весёлые ребятишки, начинают грустить. Они понимают их ждёт решающий бой. Я видела такой настрой только у взрослых солдат, и такая собранность у детей удивляет меня. И сейчас я сажусь рядом с детьми и остальным. -Вы, правда, хотите, чтобы я пошла со Стивом в логово. Я могу помочь вам Дастин или Лукас, — предлагаю я. -Мы справимся с Макс и Эрикой, — говорит Лукас. -А мы всего лишь приманка, мы справимся, — подбадривает Дастин и хлопает меня по плечу. -Если что я могу вам помочь, только скажите, ладно? -Ладно, — дети начинают кивать, а я ухожу обратно на своё привычное место рядом со Стивом. Он одаривает меня улыбкой, а я говорю ему следить за дорогой.