Закрытые чувства

— Я хочу стать другом Мастера. — Но разве ты уже не мой друг? — Я… я думаю, вы видели во мне только подчинённого. — Ерунда, Би Соль, я действительно считаю тебя другом все эти сотни лет проведённые вместе. — Но… Мастер… — Никаких но, Би Соль, ты мой друг, самый лучший друг, которого я видел. С чего ты взял, что я не считаю тебя близким мне? Кто-то снова наговорил? — Чок Ён сосредоточилась на Ён Гёне. — По возможности старайся не пересекаться с ним. — Хорошо, Мастер, но это мои собственные мысли… меня поглощает тьма, когда я думаю об этом, — Би Соль заслонил спиной дверь и закрыл глаза. — Я слишком ужасен для вас, господин. Я уродлив… — Разве в подчинённом принца так должна быть важна красота, Би Соль? — Чок Ён провела по воде ладонью, отчего на её поверхности появились маленькие волны. — Даже, если ты уродлив, я бы все равно привёл тебя с собой в этот дворец и ты даже тогда был бы моим подчинённым. — Мастер, вы так милосерден… я этого не заслуживаю. — Прекрати себя недооценивать. Я хочу после купания привести твои мысли в порядок. Они тебя пугают, не стоит так оставлять. — Господин, простите, я доставляю вам неудобств, — Би Соль медленно осел на пол и слезы навернулись на глаза. — Я хочу поблагодарить вас… Чок Ён блаженно закрыла глаза, сказав: — Ты сделаешь это чуть позже. Снаружи все еще пусто? — Да, никого поблизости нет. — Ну хорошо. Би Соль услышал звук капающей воды и тут же встал с пола, вытирая рукавом слёзы. — Ты плакал? — Перед ним стоял Чок Ён, прекрасный, в тёмных одеждах, покрывавших белоснежную кожу и далеко не хрупкое, крепкое и подтянутое тело. Только что появившаяся улыбка сразу же исчезла с её лица. На самом деле Би Соль страдал от чувства вины за то, что настроение Мастера слишком быстро переменилось. Поэтому он попытался поспешно исправить это. — Мастер, я… — Помолчи, — Би Соль не успел даже договорить, как рука Чок Ён накрыла ему рот, из-за чего он внезапно замолчал. — Я знаю, что ты решил скрыть правду, но Би Соль, что ты еще прячешь в своем сердце? Какие мысли тебя пугают? Почему ты в последнее время стал закрываться? Би Соль широко раскрыл глаза от удивления, но его лицо быстро обрело себе спокойное выражение. — Господин, я многое вам уже рассказал, но есть одни слова, которые навсегда останутся в моем сердце и их никто не услышит… — Эти слова так важны для тебя? — Чок Ён прислонилась к стене. Би Соль отвернулся от неё и закрыл ладонью лицо. — Достаточно важны, очень, они мне дороги, но боюсь, мне придется лелеять прошлое до конца жизни, если я скажу что-то не то. — Лелеять прошлое? Неужели до такого могут дойти обычные слова? Поистине занимательно… — Чок Ён улыбалась, гладя подбородок. — Господин, иногда слова могут пробить грудь как камень, иногда растопить лед. Вы во время учений в имперском дворце следили за каждым своим словом и поэтому вы прекрасно знаете, когда нужно говорить что-либо. Но иногда такое случается, что слова не произносятся вовремя и это может привести к большой ошибке. Я бы не хотел дать этому случиться. Чок Ён сказала: — Би Соль, иногда мне не хватает слов, как же мне повезло, что у меня такой подчинённый, — она повернулась к выходу из бани. — Нам пора идти. — Мастер… Они вышли из бани и направились к дворцу. Впереди еще много чего интересного.

***

— Прибыл Его Величество Император! — Ах, я не ожидал, что именно он станет следующим императором! — Смотрите, как он красив, его чёрные волосы цвета вороньего крыла необычайно прелестны! — Да где ты видишь, что они так необычайно прелестны? Прекрати ему льстить! Чок Ён продолжила слушать краем уха возгласы жителей империи, находясь так далеко от шума. Она заметила Би Соля, прятавшегося среди толпы людей и улыбнулась, увидев, как он внезапно пропал из её поля зрения. — Ваше Величество! — Чок Ён обернулась и увидела Ён Гёна, некогда девятнадцатого принца в белоснежном одеянии. — Рад встрече. Иногда она любила рисковать и изо ее рта вылетали фразы, после которых бы хотелось сначала думать, а потом говорить. — Любопытно… Ваше Высочество, вы стали монахом? Или богиней, что надевает белые одежды? — Ён Гён фыркнул, его кулаки слабо сжались. — Я богиня? Ни за что! — Господин Ён Гён, пожалуйста будьте потише, — Би Соль вовремя оказался между ними, становясь к Чок Ён ближе, рядом с троном. — Поберегите свою репутацию, она и так не в лучшем состоянии, — он потянул Ён Гёна за рукав, из-за чего тот сморщил нос. Но остался. Чок Ён вновь устремилась к возгласам жителей империи. — Девятнадцатый принц вернулся? Его совсем недавно изгнали из его ж дворца за грубость по отношению к остальным принцам! Почему Его Величество Император вернул его в императорский дворец? — Наш правитель хоть и молод, но очень умён! Думаю, у него есть причины, дабы возвратить господина Ён Гёна! — А я слышал, что господина Ён Гёна лишили титула принца! — Ох, я не ожидал такого. Что же еще случилось? — Я не так груб в отличие от вас, Ваше Величество, — Ён Гён был зол и с трудом контролировал себя, но он выстоял. — Из-за ваших слов я оказался в затруднительном положении, моя репутация крайне низка. Пожалуйста прекратите спрашивать у меня странные вещи и впредь не приглашайте меня на праздники, где присутствуете вы и большинство жителей империи. — Со дня вашего изгнания вы заметно выросли в своем развитии, — Чок Ён горько рассмеялась. — Можете идти. Ён Гёна и след простыл. Он хотел поскорее уйти подальше от всех людей и быть в тишине.

***

После окончания празднества Чок Ён решила отдохнуть в покоях, почти запершись в одиночестве. Би Соль находился по другую сторону дверей и беспокойно расхаживал по коридорам. — Мастер… — Би Соль, так что за эти слова, которые скрыты в твоём сердце? У Би Соля заалели уши и он в попытке их спрятать, понимая, что она их не видит, остановился на одном месте, рядом с дверью покоев. — Господин, думаю, не время об этом рассказывать… вам необходимо отдохнуть. — Мой интерес глубже, чем кажется. Би Соль прислушался к её голосу и с нежностью посмотрел на двери. — Мастер… — Я хотел бы услышать, что ты так скрываешь. Би Соль стиснул зубы и произнес еще слышно, надеясь, что Мастер этого не услышит: — Вы мне нравитесь, Ваше Величество. — Нравлюсь? Би Соля чуть не пробило током. Он слишком надеялся на то, что эта такая значимая для него фраза останется в сердце, не произнесённая, чтобы он с этим быстро мог покончить. Но он быстро забыл, что у Чок Ён хороший и острый слух. — И как давно я нравлюсь тебе, Би Соль? — С того дня, когда вы меня спасли, Мастер. — Столько лет и ты все же молчал? Ты слишком терпелив. — Вы хотите меня отругать? — У тебя нежные сердце и душа, я не могу высказать тебе что-то против. И ругать тоже не могу. — Простите, что перекладываю ответственность за мои чувства на вас. И поэтому я не хотел говорить об этом. Я знаю, что вы не можете ответить на них, я… — Прекрати. Это не твоя вина. Но скажи, ты бы и правда хотел быть со мной? — Господин, о чем вы говорите? Конечно. Я не могу никуда уйти, потому что я всегда оставался с вами все три столетия, проведённые вместе. Я не хочу находиться подальше от вас! Дверь со скрипом открылась и Чок Ён стояла на пороге. Би Соль прекрасно слышал шелест её одежд и приблизился к ней. — Мастер. — Би Соль, — она наконец заговорила, но Би Соль заметил странное в её голосе: он будто стал другим, таким нежным, что он чуть не узнал его. — Мой хороший… — Чок Ён подошла к нему слишком близко: он мог услышать её сердцебиение и то, как она дышит. О Боги, ему очень стыдно за свои мысли, и за то, что он слишком близок со своим мастером. Господин положил руку ему на голову и нежно погладил по волосам, не давая Би Солю передышки из-за большого волнения. — Мастер, ч-что вы делаете? — он чуть не сошёл с ума от таких жестов со стороны Чок Ён. А она убрала пальцы с головы и поднесла их к его губам. У Би Соля на миг сердце прекратило стучать и вовсе. Он не издал и звука, лишь таращился на своего мастера, пока она делала такими постыдные вещи. Чок Ён указательным пальцем дотронулась до его губ и затем резко схватила за подбородок. — А прежде я хоть и считал тебя красивым, но не замечал, что твоя внешность уникальна. Ты мне нравишься. — Господин… Когда Мастер вдруг коснулся его губ и Би Соль не выдержал. Их «поцелуй» длился недолго и за это время сердце Би Соля умудрилось трижды прекратить биться и снова продолжать в своем темпе стучать. Прежде он не боялся за себя, но теперь ему страшно. Что же может еще сделать его господин? Неужели снова что-то постыдное?