redecorate?

there was a wonderful structure to the city and it put my cares to rest

«Привет, меня зовут Пак Чимин, мне двадцать семь, и я не помню почти все свое детство». Такие слова были написаны на первой странице личного дневника Пак Чимина, блондина с непримечательной корейской внешностью. «Наверное, это странно. Я не помню почти ничего, кроме каких-то плохих моментов и редких счастливых. Возможно, моя жизнь покажется остальным скучной, ведь так и есть, но я считаю, что мне есть, что рассказать, хотя бы написать сюда». Чимин отложил ручку, которой собирался написать о своей жизни, чтобы встретить своего любимого человека. Мин Юнги. Мин Юнги — парень, который показал ему другую жизнь без страданий и слез, без закапывания своих эмоций и чувств на благо других. — Ох, Юнги, привет. Ты сегодня рано, а я ведь только приготовился, чтобы написать что-то в своем дневнике. — Привет, фея. Сегодня было мало работы, поэтому я вернулся пораньше для тебя, — слегка устало произнес Юнги и поцеловал блондина в щеку. — Ты большой молодец, раз наконец-то решился вести дневник. Я горжусь тобой. — Спасибо, мне приятна твоя поддержка. Твой ужин на столе. Я не смогу к тебе присоединиться, потому что хочу вернуться к тому делу, от которого ты меня отвлек. Надеюсь, ты не против, — сказал смущенный Чимин, все еще учившийся говорить «нет». — Конечно нет, ты можешь заняться, чем захочешь. Я справлюсь без тебя. Иди, — мягко ответил Юнги и ушел в ванную комнату. Чимин же бегом вернулся в их комнату, где на столе лежал раскрытый дневник.

***

В восемнадцать лет Пак Чимин уезжал от своих родителей, а точнее от матери, с которой жил. Он поступил в престижный университет на другом конце страны. Счастью не было предела. Его брат помог накопить денег на поездку, ведь на мать никто из братьев не полагался, зная, насколько она жадная в этом плане. Таким же был их отец, с которым они прекратили общение, но тот все же пытался влезть в их жизнь разными путями, тем самым вскрывая старые раны и нанося новые. Что-то подсказывало ему, что он должен осмотреться и навести порядок. Разбирая очередной шкаф со всякими вещами, парень натыкается на старые снимки, аккуратно сложенные и связанные ленточкой. Чимин собирал множество вещей, но их никогда не хватало. Начиная смотреть фотографии, парень лег на спину. Он пытался увидеть в них что-то хорошее, но все омрачалось указаниями и приказами из того угла, где всегда жила эта тень. Он пытался посмотреть на всё это с другой точки зрения, но ничего не получалось. Со вздохом Пак откинул фотографии, почти не просмотрев их. Чимин просто надеется, что его простят когда-нибудь самые близкие люди за то, какие ужасные воспоминания он оставил для них. — Я не хочу уходить вот так. По крайней мере я должен со всеми попрощаться. Ведь мне меньше всего этого хочется. С тяжелым сердцем Пак Чимин поднялся и вышел из комнаты, направляясь к выходу из дома. Он понимал, что люди, к которым он идет, вряд ли захотят его даже видеть, что уж говорить про разговор и прощение. Так и получается: самый близкий, но уже бывший друг плюет в него оскорбления и закрывает дверь перед самым носом. Но на какие-то эмоции такое обращение с ним не выводит. И он просто идет обратно домой. Совсем один. Совсем потухший.

***

В девять лет Пак Чимин видит, как сильно отец избивает мать. Он кричит, плачет, просит отца остановиться, а старший брат, которому на тот момент было всего пятнадцать, уводит его в их общую комнату, быстро обнимает и возвращается к тому ужасу, что ждал его в коридоре. Крики. Синяки. Слезы. И медленно умирающие внутри дети. Именно после того вечера подобное начало происходить чуть ли не ежедневно. Родители напивались, мать устраивала скандал, ведь думала, что отец изменяет ей, а тот бил ее за то, что она на самом деле была права. Чимин и его брат видели все эти ужасы. Они переживали только начало их общего ада, который сначала разъединит их, а потом соединит, дав им шанс исцелиться вместе.

***

Это случилось за день до дня рождения Чимина. Ему исполнялось десять. Родители подарили ему новый телефон, который он и его брат рассматривали очень долго, выискивая что-то необычное на маленьком сенсорном телефоне. По правде в этом телефоне было много чего необычного. Но это не то, чем запомнился им вечер. А запомнился он тем, что старший брат не смог остановить отца от избиения матери и ему пришлось вызвать полицию. Началось все с ужина. Мать приготовила суп, который отец отверг из-за того, что он был слишком горячим. И снова ссора. Маленькая, ведь пока что они оба трезвы. Через час мать попыталась повеситься в туалете. Ее спас отец. Дети плакали. Чимин просто не понимает, почему ему досталась эта жизнь. Что он сделал такого, чтобы заслужить это? Чем он провинился в прошлой жизни? Он был Гитлером? Убийцей, который сумел забрать сотни жизней? Что? Что он сделал? Именно в десять лет Чимин впервые подумал о самоубийстве. Он хотел скинуться с окна, перед этим написав записку, в которой во всем винил отца. После того неудавшегося самоубийства мать попыталась спрыгнуть с окна. Отец остановил ее. Вторая попытка за вечер. А потом случился кошмар, который Чимин вспоминает с замиранием сердца и с холодным потом по всему телу. Видимо, отец сильно перепил в тот день, как и мать. Женщина начала кричать и уверять мужчину, что она знает про все его измены. Так, если она знала, то почему не могла уйти? По ее словам она делала все это ради детей. Потом отец ударил мать. Он пинал ее. Она могла только задыхаться и прикрываться руками. Он же швырял ее от стенки к стенке. Никто не мог его остановить. Отец в гневе даже толкнул старшего брата Чимина, который пытался остановить это. Сам же Чимин стоял в стороне и наблюдал за этим. Он кричал. И это все, на что был способен десятилетний мальчик. После этого старший брат вызвал полицию, от которой его отговаривала сама мать, но он не послушал ее. Отца забрали вместе с матерью, и наступила тишина. — Чимин, ты в порядке? — слегка дрожащим, ведь он хотел скрыть эту дрожь, голосом поинтересовался брат, крепко обнимая человека, который явно не заслужил все эти страдания. Как и он сам. — Я… я да, я в порядке. С мамой все будет хорошо? — Она будет в порядке. Отца накажут за это. А теперь давай ложиться спать. Тебе завтра в школу. — Как и тебе. Ты тоже ложись. — Обязательно. Но сначала ты. Брат уже сидит рядом с постелью, на которой лежит Чимин. Они недолго смотрят друг на друга, и брат идет к своей постели. Чимин тревожно засыпает, не понимая, почему им досталась такая жизнь. А отца совсем не наказывают, а просто отпускают, сказав напоследок, чтобы он был сдержаннее и помягче хотя бы. Хотя бы помягче. Ужас.

***

— Пап, давай, осталось еще несколько ступенек, — жалобно говорит Чимин. Мать и его брат несут пьяного отца домой, поднимая того по лестнице. Чимин же идет на несколько ступенек выше и говорит очень тихо, смотря на отца, который в ответ на его слова лишь мычит и начинает завывать. Уже дома мужчина заваливается на пол, ведь кресло в коридоре он сломал в прошлый раз. Он что-то бормочет, пока его раздевают. Чимин носится туда-сюда, говоря отцу, что ему нужно пойти спать. Через какое-то время отец Чимина встает и идет в комнату, в которую вскоре громко зовет сначала старшего сына, а потом и самого Чимина. Маленький мальчик боится туда идти, но обессиленная мать подталкивает его в этот страшный и вонючий ад в виде обычной комнаты. Она была бы обычной, если бы в ней не произошло столько ужасных событий. Отец подзывает к себе. Кладет тяжелую руку на плечи сына и начинает говорить о своей «великой» любви к сыновьям, начинает их воспитывать, ругать, плакать. Все это продолжается достаточно долго, мальчик успевает устать от этих многочисленных пьяных слов отца, которые не несут в себе особой смысловой нагрузки. Вскоре старший из сыновей уводит младшего и говорит, что тому следует лечь спать с матерью, которая ранее отказалась спать с отцом. Но места было критически мало, ребенку было некомфортно, поэтому Чимин уходит спать в зал с мыслями о том, как же сильно он хочет, чтобы все это поскорее закончилось. Пропасть в общение братьев растет с каждым днем, заставляя их самостоятельно справляться со своими ранами. Заставляя их меняться в очень ужасную сторону.

***

Чимин помнит, как раньше они часто всей семьей выезжали на природу. Будь то праздник или нет. Они были счастливы. Кажется, такие поездки закончились после смерти его дедушки. Кажется, после этой смерти и отец показал всего настоящего себя. Он стал отдалять своих детей и жену от семьи жены. Они виделись очень редко. Даже на праздники приезжали всего на несколько минут. Чимин даже хорошо не знал своих дедушку и бабушку, но все же у него было несколько хороших моментов с ними. Он помнил, как дедушка готовил чипсы. Помнил… Кажется, это все, что он помнил о нем. Воспоминаний о бабушке больше, но и они появились уже после того, как отец ушел из семьи. Он помнил, как любимая бабушка помогала ему с выбором наряда на школьное предновогоднее мероприятие. Помнил, как ездил к ней пару раз домой, где она на тот момент жила со старшим братом. Помнил, как она умерла. Помнил, как ревел ночью и утром в подушку. Как через силу пошел в школу, где ему никто не поверил. Тетя Чимина была лучшей женщиной. Она была поддержкой для самого Чимина в трудные времена после ухода отца, когда мать начала обвинять его во всех ее проблемах в жизни. Но она не помогла ему, когда ему нужна была материнская любовь. Да и как она помогла бы? У нее было два сына, один из которых совсем недавно родился. Отец же ушел из семьи, когда Чимину должно было исполниться двенадцать. Это случилось после его дня рождения. Отец собрал сумку и ушел, не задумываясь о своих детях. Возможно, именно тогда он начал свою новую жизнь, испортив при этом три других: взрослую и две детских. Брат из-за нервов по поводу семьи плохо сдал экзамены, поступил в местный колледж и работал на трудной работе, чтобы уехать отсюда. Чимин учился в средней школе, совсем не видя заботы и любви от своей матери. После ухода отца она словно сильнее обозлилась на самого мальчика. И долгое время он сам думал, что это из-за того, что он похож на отца. Он хотел умереть постоянно. Но не знал, как. Так проходили дни и года. Чимин рос, скрывая свои настоящие эмоции и показывая лишь улыбку. Брат работал в этом же городе, хотя и уезжал на год, но вернулся из-за климата. Слишком влажно. Пропасть между братьями росла. Становилась все глубже, темнее. Меньше оставалось шансов на ее закрытие. Как они смогут потом перебраться через нее? Как они снова станут близки, если уже так много пространства их разделяет? Много вопросов — мало ответов. Но эта пропасть начала сужаться, когда Чимин открылся брату в том, что ему понравился мальчик из его класса. Брат же признался, что уже давно встречается с парнем, которого всем представляет как своего близкого и лучшего друга. Они встретились втроем: Чимин, его брат и парень его брата. И именно тогда пропасть начала становиться светлее. Земля начала сходиться. Но весь результат тех проблем в детстве еще долго будет преследовать их.

***

«Я страдал не только из-за своей семьи, но и еще из-за своей любви. К девушкам и к парням. Я долго не мог найти кого-то, кто по-настоящему будет принимать меня. Я находил и терял близких друзей. Я становился другим. Я умирал от всех проблем и их последствий… пока не нашел Мин Юнги». Чимин вздохнул. Казалось, он написал совсем немного. Самое яркое из того, что он помнил о своем детстве. И вот он уже дошел до Юнги. До человека, который научил его жить заново, с чистого листа. Юнги — лучший мужчина в его жизни. Он помог залечить его раны, хотя шрамы все также напоминает о себе иногда. Его семья — брат и его возлюбленный — приняли Юнги, хотя изначально очень сомневались в нем. Все же тогда Мин не выглядел как человек, способный принести в жизнь Чимина что-то хорошее. Но по итогу смог. И сделал даже больше. Сейчас они вчетвером проводят много времени вместе, делясь всеми своими эмоциями. Как когда-то сказал брат Чимина: «Жизнь наградила меня моим человеком после всех моих трудностей. Он — моя награда. Он — мое спасение. И я буду любить его вечность и даже больше». И Пак тоже нашел такого человека. «Даже через самые трудные времена возможно пройти. Главное — верить в себя и свои силы. Верить, что все это будет длиться не бесконечно. Что в итоге ты найдешь свое счастье…» — Фея? Уже достаточно поздно, я бы хотел, чтобы мы вместе пошли спать, — Юнги заглянул именно в тот момент, когда Чимин написал последние слова. — Да… Я уже закончил, представляешь? И мне, правда, стало легче, — Чимин поднялся со своего насиженного места и потянулся. — Как думаешь, кем я был в прошлой жизни? — Я уверен, что ты был самой сладкой феей природы. — Возможно! И я совсем не против ей быть сейчас для тебя, Юнги. — Тогда отлично, моя земная фея. Прошу Вас проследовать за мной в ванную комнату, чтобы подготовиться ко сну. — Я уже иду, Господин Мин. — Никогда не называй меня так, — наигранно сердито произнес Юнги. — Думаю, нам стоит изменить интерьер. — Или мы можем оставить все так. — Ах, как я мог забыть, что ты не любитель каких-либо изменений. — Точно. И все же через месяц они принялись за ремонт. И каждый из нас может приложить ухо к двери. И скажите мне, слышите ли вы, как он плачет? Нет, потому что он не плачет. Он пережил это.