Заманчивый эксперемент

— Гэгэ, расслабься — голос, что был таким мягким, теперь вызывал бурю мурашек. Хуа Чен хитро улыбнулся, глядя на своё божество и, опустив руки на талию, вернулся к таким любимым и сладким губам.       Не дойдя даже до спальни с мягкой кроватью и алыми простынями, что так подходят демону, они уже набросились друг на друга с поцелуями. Ну а как ещё, если их разделила срочная работа Се Ляня в небесной столице и куча важных бумажек и свитков, с которыми даже не справлялась Лин Вень. Скучающий без своего божества демон решил разобраться с делами призрачного города, но даже это не отвлекало его надолго.       И вот, наконец, они увиделись и уже не могли отлипнуть друг от друга, целуя такие желанные губы прямо в пустом просторном коридоре, где мог пройти любой из слуг. Се Лянь просто больше не мог этого выносить! Они были уже в паре метров от заветной комнаты. Не церемонясь и сгорая от нетерпения, принц выкрикнул: — Сань Лан, давай сначала зайдем! — и не дожидаясь ответа, схватив мужа за руку, Се Лянь втащил его в комнату, опрокинув на кровать, которая словно была создана специально для такого красивого князя демонов. «А красный ему явно к лицу...», –думал Се Лянь, рассматривая мужа, лежащего на алых простынях. Румянец выступил на его щеках от собственных действий и мыслей.       Звон серебра был так красив в тихой комнате, словно каждый звук отсчитывал мгновения, он явно очень нравился Се Ляню.       Хуа Чен улыбался, смотря как сегодня напористо его божество, это явно нравилось им обоим. Тем временем Се Лянь уже склонился, выцеловывая губы мужа, медленно переходя к скулам, затем щекам и наконец шее. Его кожа была такая мертвенно бледная, но одновременно такая мягкая и тёплая. Хуа Чен очень любил имитировать жизнь: моргать, дышать и быть тёплым, чтобы согреть мужа или не напоминать ему лишний раз о том, что он уже давно умер. Склонившись к шее, божество начал немного её прикусывать, а затем облизывать, боясь сделать слишком больно. Сань Лан такой покорный, он лишь поглаживал плечи своего мужа и выдыхал ему в ухо, что заставляло возбуждаться ещё сильнее, вызывая бурю мурашек. — Гэгэ такой нетерпеливый — сказал Хуа Чэн, останавливая супруга, который уже отодвигал ворот и тянулся к таким манящим ключицам. Се Лянь взглянул на него, явно недовольный тем, что его прервали. Демон продолжил — Не стоит так торопиться у нас ещё вся ночь впереди, пожалуйста предоставь всё мне, гэгэ — закончил он и перехватил всю инициативу у божества.       Хуа Чен прильнул к губам, проводя руками от красивых плеч к груди, а потом и торсу, продолжая игнорировать такой заметный бугорок, который, словно пытаясь привлечь как можно больше внимания, становился всё твёрже и больше. Руки стали забираться под одежды и медленно, словно это были не секунды, а часы, развязывали пояс. Се Лянь уже не мог медлить, слишком долго он ждал. Возбуждение начинало ощущаться болезненно и сил терпеть уже не было. Весь красный от смущения и от собственных действий со сбитым дыханием он умоляюще мычал в поцелуй и водил руками по плечам и спине мужа. Сам супруг был уже давно полной боевой готовности, но сохраняя спокойное и очень довольное выражение лица, он начал медленно, словно капал густой и тягучий мёд, стягивать до сих пор чудным образом державшееся на плечах ханьфу. Всё больше и больше открывая вид на столь красивое и изящное тело принца, было так приятно ощущать, как напрягается его божество, а затем расслабляется, отдаваясь в его руки от простых поглаживаний по плечам. Хуа Чэн предвкушающе откинул ненужное ханьфу, что так подло скрывало такую красоту.       Ведя руками от плеч по груди, затем по прессу и обратно, демон ощущал нежную кожу под своими ладонями. Хуа Чэн не мог налюбоваться, смотря на такие красивые черты и рельефы. Склонив голову, губы стали вести дорожку поцелуев от острых крючиц, не забыв прикусить выпирающую косточку, оставив небольшой след. Руки тем временем остановились на груди и, нащупав такие красивые бусины сосков, они уже не смогли оставить их без внимания. Вначале слегка задевая их, дразня, заставляя твердеть и вызывая судорожные выдохи у принца, потом проведя немного мозолистой подушечкой пальца, слегка надавливая, и наконец ущипнув, легонько прижал ногтем в серединку, ловя столь сладкий и молящийся стон принца. Спускаясь губами всё ниже и ниже, Хуа Чэн наконец обводит языком ореол соска, который выглядит так маняще, губы захватывают красный бутон, посасывая и целуя.       Со вторым соском он продолжает играть пальцами, пощипывая и оттягивая, еле касаясь и нажимая мозолистой подушечкой. Всё это так сводило принца с ума, что можно было лезть на стену.       «Слишком приятно, слишком горячо, слишком смущающе, слишком...», – закончить мысль ему не дают пальцы мужа. Находясь на завязках его штанов, они медленно развязывают верёвочки. Рука, которая до сих пор покоилась на груди нежно и плавно скользит вниз, изучая рельеф кожи принца. Уже припухшие губы вновь смыкаются в нежный поцелуй. На тот момент рука проскользив по изящному телу любимого, остановилась на бугорке, покрыв его ладонью. Внезапно пальцы надавили, начав двигаться и массировать затвердевшее местечко, которое уже было готово взорваться от возбуждения.       Глаза Се Ляня резко распахнулись. Его будто током ударило, ощущения от долгожданного прикосновения были неожиданны, но столь желанны. Принц мог лишь простонать в губы любимого, не желая выпускать их ни на секунду. Хуа Чэн разорвал поцелуй, посмотрев в глаза любимого, в которых уже всё плыло. Недолго думая, он с улыбкой начал спускаться вниз. — Сань Лан? — спросил принц, больше не ощущяя чужих губ на своих. Открыв глаза, у него заалело не только лицо, но и уши. «Это слишком развратно!»,–пронеслось в голове принца. Его муж опустился на уровнь паха принца, улыбаясь и облизываясь, смотря на возбуждённую плоть, словно на лучшее лакомство. От такого вида член в штанах Се Ляня дёрнулся, на что демон просиял ещё сильнее. Не в силах больше на это смотреть принц закрыл глаза руками, откинувшись на кровать в попытках унять смущение. — Гэгэ не переживай, Сань Лан всё сделает — на выдохе произнёс Хуа Чэн, наблюдая за столь милой реакцией своего божества.       Демон аккуратно приспустил штаны возлюбленного, давая его плоти долгожданную свободу. Внушительный член Се Ляня, покачнувшись, предстал во всей красе взору мужа. Слушая сбивчивое дыхание принца он перешёл к делу. Обхватив ствол рукой Хуа Чэн начал медленно ей двигать, постепенно отодвигая крайнюю плоть, открывая поблëскивающу от смазки, набухшую головку. Это было настолько завораживающие зрелище, что не удержавшись, демон провёл по ней языком словно пробуя на вкус. Се Лянь дёрнулся и резко выдохнул, по коже, словно стадо слонов, носились мурашки. Муж улыбнулся, довольный реакцией прошёлся языком по всей длине органа, и наконец обхватил головку губами. Посасывая и причмокивая он ловил сладкие волнующие стоны. Взяв рукой твёрдый как сталь половой орган супруга, демон томно провёл головкой его члена по своему языку, обжигая его плоть горячим дыханием. Недолго думая Хуа Чэн заглотил член полностью, заставляя головку упереться в стенку горла. Се Лянь издал громкий стон, что было усладой для ушей его супруга.       Хуа Чэн водил головой, стараясь сделась как можно приятнее, любопытный взляд то и дело поднимался вверх, посматривая на своё божество.       Сам же принц не мог и думать о чём-то кроме мужа и его горячего рта. Сладкие стоны вздох за вздохом покидали горло принца, становясь громче и выразительней, прекраснее любой музыки, которую он когда либо слышал. Ещё одно движение языком по стволу члена принца и последний потерял голову, уже не в силах сдерживать стоны, слегка прогибая поясницу. Ощущения кружили голову, перед глазами всё плыло, пальцы судорожно снимали алые простыни, тело словно прошибало током.       Демон уже был не в силах терпеть, убирая одну руку с бедра принца, он потянулся к своей плоти, которая уже отдавала болью, настойчиво пульсировала и истекала смазкой. Просунув руку в штаны и обхватив достоинство, он начал двигать рукой набирая более быстрый темп. Стоны начали вырываться сами собой, словно в ответ божеству он, постанывая, начал работать языком всё усерднее. Сам же Се Лянь уже терялся в ощущениях, прогибаясь ещё сильнее, чуть ли не до хруста позвонков в спине. – Сань Лааа.. ах.. Сань Лан! ... –раз за разом повторял принц имя возлюбленного в перемешку со стонами, которые был не в силах сдерживать. Хоть похожие ситуации уже происходили ранее, смущение принца не уменьшилось ни на грамм. Одна из рук потянулась вниз, нащупывая голову супруга. – Сань Лан!.. – тяжело на выдохе произнёс принц. Пальцы схватили чёрные, словно уголь волосы, что стекали водопадом. – Саа..нгх.. Сань Лан! .. Подо.. жди! Я сейчас!... – Се Лянь всеми силами пытался убрать мужа от его возбуждённой плоти, тянув за волосы трясущейся рукой. Но у Хуа Чэна были явно свои планы. Произошло именно то, чего так боялся принц.       С затуманенным разумом Се Лянь толкнулся как можно дальше в горло супруга. Почувствовав как пару раз дёрнулся член мужа он был благодарен, что ему не нужно дышать, даря такое блаженство своему богу. По горлу демона потекла тёплая вязкая и немного соленая жидкость. Губы выпустили обмякший член столь обожаемого божества. Не раздумывая ни минуты, демон проглотил то, что подарил супруг. Во рту Хуа Чэна остался неприятный привкус семени.       Разум Се Ляня накрыла белая пелена, тело будто плавилось, оставляя только лужицу. Распластавшись на простынях, расслабленный, с затуманенный взглядом он провалялся несколько пар секунд, пока осознание словно гром среди ясного неба не обрушилось на него. Принц тут же сильно засуетился, ёрзая на простынях. – Сань Лан! Зачем ты... – вскочив и краснея от увиденного только что, ладони принца обхватили щёчки супруга и притянули его лицо к себе. Сам Се Лянь выглядел обеспокоенно и растерянно, бегая глазами по любимому лицу.       В отличии от своего божества демон был крайне доволен, с ослепительной улыбкой оголив столь любимые принцем клыки, с которыми ему ну уж очень нравилось играться во время поцелуя. Глаза божества опустились вниз, замечая приспущенные штаны мужа, небольшое пятно на простыне и перепачканную руку, которую тот пытался тщательно спрятать, чтобы вытереть, скрывая следы преступления. Взгляд принца смягчился и уголки губ поползли вверх.