worry.

Ирука, выходя на улицу, чувствует, как его прошибает ледяной пот. Переживания и страх за Наруто заполнили собой все мысли, не давая отвлечься на что-то другое. Этот маленький мальчик давно стал ему родным, словно младший брат, подкупил Умино своей целеустремлённостью и бесконечными попытками научиться. Многие не видят, как он старается, но Ирука это видел и понимал с самого начала. Но неизвестность пугает, — какой же Какаси устраивает экзамен, что его не прошёл никто? Не напугает ли это маленького Наруто? Не отнимет ли это его извечную жизнерадостность и упорство? В школе уроки проводит, как на автомате, — даже дети с обеспокоенными личиками подходят после уроков, спрашивая, хорошо ли он себя чувствует. Умино старательно улыбается, уверяя, что всё в порядке, а сам кидает взгляд на часы. Он расслабляется, только когда выходит с классом на уличный урок истории. Рассказывает о четырёх великих Хокаге, окидывая взглядом величественные лица, выточенные в камне, стараясь не думать о Какаси, Наруто и команде номер семь. Ирука говорит и говорит, отвечая на вопросы детей, не позволяя себе отвлекаться. До дома добирается на автомате. Смотрит на пустую комнату, тяжело вздыхая. В отсутствие гула детских голосов мысли в голове словно становятся громче; Умино никак не может сконцентрироваться на приготовлении простого ужина, на каждый шорох оборачиваясь, ожидая увидеть Какаси. Но никого нет. Кусок в горло не лезет, а Ирука наконец формулирует у себя в голове вопрос, — как Хатаке будет учить этих трёх мальцов? Он знает, что Какаси — один из сильнейших ниндзя в деревне. Представляет, на что тот способен. И никто, никто из сильнейших учеников не прошёл его проверку. Не высоковаты ли у него требования? Умино тяжело вздыхает, чувствуя, как глаза слипаются. За окном уже стемнело, а Хатаке так и не появился; может, он пошёл к себе домой, не сообщив об этом Ируке? Он обнимает чужую подушку, прижимая её к груди. Банально до безобразия, но он старается уловить родной запах, исходящий от наволочки. Чуть терпкий, совсем слабый и привычный. Умино уже проваливается в сон, когда слышит что-то похожее на шаги. Он подскакивает на постели, испугавшись непонятно чего; из комнаты выходит тихо и выдыхает, когда видит обернувшегося Какаси. Тот застыл у входа в ванную, уже без маски и верха, в одних только синих штанах. — Почему не спишь? — спрашивает Хатаке, улыбаясь уголками губ. Ирука чувствует какой-то невероятный прилив нежности; он так редко видит улыбку Какаси. Лицо чаще всего скрыто маской, и он давно научился считывать его скудные эмоции по движениям рук и взгляду глаза; но чужая улыбка, заметная настолько редко, невероятно греет душу. — Тебя жду и за экзамен переживаю, — тихонько бурчит Умино, в несколько шагов преодолевая расстояние между ними и кладя подбородок на чужое плечо. Обнимает уверенно, ладони устраивает на его талии, чувствуя под ними грубый шрам. — В душ хотя бы пусти, — вздыхает Хатаке, всё же прикасаясь к Ируке. Он кончиками пальцев ведёт по скрытой тонкой тканью футболки спине, чувствуя, как тот чуть расслабляется. — Не пущу, — сопит он в ответ, что вызывает у Какаси смешок. Отпустить его всё же приходится, и Умино разворачивается, чтобы сделать несколько шагов и завалиться обратно в постель. Он по привычке подминает чужую подушку под себя, обнимая; прикрывает глаза, отмечая, что от усталости голова начала гудеть. Хотя, казалось бы, ничего страшного сегодня не произошло. Он слышит ещё одну добрую усмешку, а затем заставляет приоткрыть один глаз и отпихнуть от себя чужую подушку. Ирука чувствует, как матрас рядом прогибается под весом чужого тела, и всё так же по привычке тянется руками к нему, успокаиваясь, только забравшись прохладными ладонями под футболку Хатаке, прикасаясь к тёплой коже. — Они сдали, — тихо произносит Какаси, заставляя его от неожиданности вздрогнуть. Умино улыбается. — Так что можешь расслабиться. Твои ученики неплохи. Ируку хватает только на многозначительное «мм» и улыбку, прежде чем он окончательно проваливается в сон.