Закрытые глаза

Йор часто наблюдает за тем, чем занимается Лойд. Как он готовит, занимается математикой, чтобы помочь Ане учиться, говорит на разных языках, гуляет с Бондом, использует ударную терапию, играет в теннис, и всё это постоянно её удивляло. Это заставляет её иногда чувствовать себя немного застенчивой в своих собственных навыках, особенно когда он преуспевает во многих вещах, никогда не показывая никаких признаков усталости. Ну, по крайней мере, не до сих пор. Она сама довольно сильно устала после долгого рабочего дня, но всё же решила немного посидеть на диване после мытья посуды вместо того, чтобы лечь спать. Лойд смотрел новости и не выключил телевизор после того, как они закончились, как он обычно делает. Затем началось драматическое шоу, и внезапно Йор не смогла оторваться от просмотра, первая сцена с ножевым ранением привлекла её внимание, а затем она была так увлечена, что она надулась, когда эпизод закончился огромным клиффхэнгером. Она была так увлечена сюжетом, что ей потребуется немного больше времени, чтобы заснуть, она вытянула руки и зевнула, собираясь идти в свою комнату. «Лойд, ты собира…», — когда она поворачивается к нему, то видит, что он лежит с закрытыми глазами, его грудь равномерно поднимается и опускается. Йор тут же закрывает свой рот, чтобы случайно не разбудить его, но её зов явно не потревожил его сон. Она никогда не видела его спящим. Был один раз, когда она его случайно вырубила, судя по тому, что он сказал ей после той ночи, когда они пошли выпить и поговорить о его коллеге Фионе — но никогда не спящим. Лойд был всегда спокоен, собран и готов справиться с чем угодно, даже если Ане время от времени удавалось отвлечь его, он всё равно находил способ взять ситуацию под контроль, охранять, следя за тем, чтобы если не всё, то большинство его шагов тщательно обдумывались. Это замечательно, но иногда это заставляет её задуматься, берёт ли он когда-нибудь настоящий перерыв. Может быть только после того, как Аня и Йор ложатся спать, он позволяет себе хоть немного расслабиться в своей комнате. «Лойд, тебе пора спать…», — шепчет она, а он лишь наклоняет голову к ней. Она кладёт одну руку ему на плечо, но почему-то не решается потрясти его. Он выглядит таким умиротворённым, что кажется неправильным будить его, хотя его кровать наверняка была бы более удобной. Всё ещё держа руку на плече, Йор продолжает смотреть на него, его губы приоткрыты, и он немного похрапывает. Должно быть, он очень устал, у него тоже был тяжёлый день? Скорее всего, быть психиатром довольно нелегко, учитывая то, что она испытала, когда они попали в засаду его буйных пациентов. Если бы она могла как-нибудь помочь ему расслабиться, когда он возвращается домой… Лойд всегда говорит ей, что она делает более чем достаточно не только для него, но и для Ани и Бонда, и Йор не верит ему, но она задаётся вопросом, может ли она сделать что-то ещё, чтобы он не дарил ей те усталые мягкие улыбки, которые он дарит время от времени. Его волосы падают ему на глаза, и она нежно убирает их в сторону, быстро отдёргивая руку, когда он шевелится и приоткрывает глаза. «О-о, мне так жаль, я просто…» Он смотрит на неё прищуренными глазами, но такое ощущение, что он на самом деле не видит её, как будто он всё ещё спал. А потом, как будто это совершенно естественно, он просто наклонился, положив голову ей на колени. Йор замирает, сдерживая коленный рефлекс, когда хотела оттолкнуть его ногой. Он спит и совершенно не осознаёт, что делает, было бы несправедливо отталкивать его, особенно таким агрессивным способом. Лойд снова храпит, а она просто фиксирует свою позу, как будто прямая спина поможет ему лучше отдохнуть. Что она делает? У неё завтра утром работа! Она ведь не может остаться здесь на всю ночь, подкладывая свои колени вместо подушки! Она действительно должна разбудить его и сказать, чтобы он ложился спать! Или… может быть, она могла бы отнести его? Он же всё таки не такой тяжелый. «Йор…», — вдруг бормочет он, и она невольно сжимает ноги вместе. Йор смотрит на него, задаваясь вопросом, в курсе ли Лойд, что он спит у неё на коленях с тех пор, как он назвал её имя. Или же… она ему снилась? Мысль смущает и огорчает её в равной степени, если она действительно сейчас в его снах, что это может быть за сон? «Ааа, полегче, Йор… успокойся. — выпаливает он, а затем издаёт странный звук, который звучит так, будто ему… больно??? — Ах, Йор… ты меня убиваешь…» ЧТО??? Может быть, он узнал о её работе? Как??? Она всегда была такой осторожной! А если знает, то как давно? Почему он ничего не сказал раньше? ЧТО ПРОИСХОДИТ? «Я МОГУ ОБЪЯСНИТЬ, ЛОИД!» — кричит она, вставая и заставляя его скатиться с её коленей на пол. «Что… Ой!», - он хмыкает от боли, потирая затылок, когда сидит и смотрит на неё: «Й-йор, ты что? Я что…», — Лойд расширяет глаза, когда видит, что она в панике смотрит на него: «О, я… послушай, Йор, я… что бы ты не слышала, уверяю тебя… это не так», - затем он краснеет, отводя от неё взгляд. «Н-нет, но я… я не… я… подожди, ты… дело не в этом?», — спрашивает она в замешательстве. Он не узнал, что она убийца? Но почему он молил не убивать его, если он не знает, то что же ему снилось? «Это не так. Прошу прощения, Йор. Я просто очень устал, и я…», — он смотрит на неё, пока она пытается понять, в безопасности ли ещё её секрет: «Хм, Йор… как ты думаешь, что мне снилось?», - он хмурится, и она чувствует, как по её спине пробегает дрожь. «НИЧЕГО ТАКОГО!», — кричит она и практически выпрыгивает из гостиной, хлопая дверью своей спальни. Что здесь происходит? Кажется, он ничего не знает, и она знает, что Лойд заговорит об этом, как только сможет, так что… почему он стонал её имя? Ему приснился кошмар о ней? Это ужасно! Хотя это не так ужасно, как если бы он узнал её секрет, но всё же… довольно ужасно. *** «Что-то не так с папой и мамой», - подумала Аня. Их мысли настолько спутаны, что её начинает тошнить ещё до того, как она начала есть мамин завтрак. Что-то случилось прошлой ночью? Они дрались? Это конец для их семьи? Мира во всём мире больше не будет? Аня должна что-то сделать! Но прежде чем она успевает что-то сказать, папа уже кланяется перед мамой. «Я очень сожалею о прошлой ночи, Йор. Надеюсь, я не слишком тебя смутил!» «Судя по её реакции, Йор, похоже, не знала, что мне снилось, но я должен быть уверен. Если ей неудобно и она думает, что я извращенец, это может поставить под угрозу всю операцию!» ИЗВРАЩЕНЕЦ? Аня недоверчиво смотрит на папу, что происходит? «Это… всё в порядке, Лойд! Я не… можешь не заморачиваться, - мама отмахивается и улыбается. «Я не думаю, что он узнал, что я убийца, но я уверена, что ему приснился ужасный сон обо мне. Я не хочу, чтобы он расстраивался из-за этого, это всего лишь сон, так что я должна просто отпустить это. Но… неужели это был такой плохой сон? По какой-то причине мне становится так грустно». Мамочке грустно? О НЕТ! Аня преувеличенно зевает, вытягивая руки над головой: «Аааа, Аня так устала! Прошлой ночью Ане приснился ужасный кошмар! Это было так… ужасно!» «Правда? Я пошёл проведать тебя ночью, и ты крепко спала», - папа был невозмутим. «Но всё равно это было оооочень ужасно! А ты, папа? Тебе приснился плохой сон прошлой ночью?» «Мне? Нет, не совсем». «На самом деле он был довольно не плох». «Ты… ты серьёзно, Лойд?», — спрашивает мама, немного удивлённая. «Обычно я с трудом запоминаю свои сны, но я уверен, что прошлой ночью у меня не было плохих снов». «О… тогда я… я рада», - мама тихо улыбается. «Что ж, ему незачем лгать, не так ли? Не то чтобы я знала, что ему приснилось, и… в первую очередь, Лойд не стал бы лгать, это не похоже на него». «Ты… ты рада?» «Конечно! Ты был… ты так мирно спал, Лойд. Я не хотела, чтобы ты вот так упал на пол, поэтому я рада, что тебе удалось хорошо выспаться даже после этого. Кстати, я также извиняюсь за это». «Не нужно», - он улыбается, и мама смотрит на него. «Кажется, он хорошо отдохнул. Я… я думаю, что мне действительно не о чем было беспокоиться». Тогда она тоже улыбается. «Она кажется более спокойной, я думаю, мне не нужно беспокоиться о том, что она думает, что я извращенец. Но мне нужно взять себя в руки, как я мог так расслабиться и заснуть на ней? Ты больше не можешь допускать такие ошибки, Сумрак». Он смотрит на маму, когда она встаёт и идёт на кухню: «Почему рядом с Йор я чувствую себя так странно?». «Тебе что-нибудь приготовить, Лойд?», — спрашивает мама и смотрит на него с любопытством, словно чувствует его взгляд на себе. «Н-нет, Йор. Спасибо», - он кивает, и мама с папой ещё пару секунд смотрят друг на друга, потом оба ни с того ни с сего поворачиваются к Ане. «М-мы не флиртуем!», - сказали они одновременно. «Но Аня ничего не сказала».