Девочка со школы.

Наконец-то! Последний экстрасенс! Он уже не мог физически и морально смотреть на этих клоунов. Это сильнейшие пятнадцать, или, сколько их там должно быть в сезоне? Чёрт ногу с ними сломит. Ему запомнилась только Ларина и Василиса, и то обе они запомнились одна из-за то что потрогала его, а другая своими губами. Ладно, пусть сейчас будет очередной шаман, который за пару секунд ткнёт в машину, может угадает и они разойдутся. Хоть бы так и было. А дальше можно и в бар. А потом на съёмную квартиру, кстати пары бы в неё клиник заказать. Он увидел длинную и очень худую фигуру, девушка. Которая уверенной походкой приближалась к нему. Когда их разъединяло буквально сантиметров десять, он охуел, других слов подобрать было просто нельзя. Юля? Девушка смотревшая на него, неожиданно тепло улыбнулась, а глаза стали смотреть по-детски добро. И колючего взгляда больше не было. Конечно, эти глаза их нельзя было забыть. Да, и как её можно забыть, даже спустя, столько лет. — Давайте знакомиться, я Сергей Сафронов, — чёрт возьми он готов был поклясться, что даже его голос резко куда-то пропал и с тал неуверенным, как будто он снова стал тем самым мальчишкой из седьмого класса. — Джули, в этом мире меня зовут Джули. Я Дух Хаоса, — сменила имя, хотя, что тут менять тоже самое, но на английском. — Знает Будду? Он бог. — То есть передо мной Бог? А можно фото? — интересно это он так пытается не профукать шанс и сфоткаться с ней повзрослевшей, а что, вдруг последняя встреча, хотя, помню её со школы, он не сомневался, что она пройдёт, если тогда она точно предсказала будущее, то ему вообще надо засекать время, может просто пройдёт секунда и всё? Но нет, секундомер всё-таки включился. А Ванг, уже шла вдоль машин, а он лишь семенил рядом, будто пытаясь таким образом напомнить о себе. — Наркоман, — равнодушно кинула она. — Алкоголик. — Нет, алкоголик это вы, — усмехнулась она, прикасаясь к его плечу, и он тот же увидел, как в её взгляде промелькнула тревога и какая-то жалость к нему, неужели почувствовала? — Откройте эту машину, — небрежный кивок и из багажника вылезает девушка. Сафронов толком не успел ничего сказать, как наблюдатели окружили её тесным кольцом, Сергей потряс головой сгоняя надоедливое и до одури противное воспоминание из школы, Джулия видимо вспомнило тоже самое и осторожно попятилась назад. Сергей терпеливо ждал, когда последний желающий с ней поговорить свалит в тёмный лес, и он сможет поговорить, о многом поговорить. Но вот очередь рассосалась и последняя камера выключилась. — Юля, — только проговорил он, обнимая её, наконец-то можно назвать её реальным именем, девушка только смущенно улыбнулась, чувствуя, что эти объятия буквально согревали её, как тогда в школьные годы. — Сережа, — на лице была всё та же улыбка. — Сколько мы не виделись с того времени, — она смотрела на него таким чистым взглядом, кажется даже не обижалась на то, что так кинул её тогда. — Ты вообще, как? Давно в Москве? Или на битву приехала? — девушка даже не успевала отвечать на вопросы, как он резко предложил. — Может в кафе посидим, я думаю нам есть, что вспомнить. Джулия только отрешенно посмотрела на него, а потом кивнула и крепко сжала его руку, мол види. Они сидели в кафе, которое было на крыше, Ванг помешивала трубочкой какой-то фруктовый коктейль, а желудок Сафронов видимо дал о себе знать и мужчина поедал стейк, вот зря не завтракал. — Так, почему алкоголик, Юль, — усмехнулся он. — Помниться в седьмом классе я не напивался с тобой на дискотеке. — Просто я бар увидела и тебя в нём, много раз. А потом съёмная квартира. Зачем ты с ней? Она же тебе… — Юль, давай не об этом сейчас, не хочется совсем говорить об этом. — Извини, — она поджала губы и опустила глаза в низ, разглядывая свои туфли. — Ну, рассказывай, Юль. Давно ты в Москве? А может даже кого-то подцепить успела. С твоей-то внешностью, — он изогнул бровь. — Перестань, — засмеялась она. — В Москве, давно, как одиннадцатый окончила переехала сюда. А парни… Как-то не складывается с ними. — Чак, прекрати пожалуйста, Чак! Мне больно! Пожалуйста! Я больше не буду общаться с Димой, только не надо пожалуйста! Это же тоже твой ребенок, — кричала блондинка, терпя его сильные удары в живот, и чувствуя, просто адскую боль. — А мне похуй! Не верю я, что это мой ребёнок! Нагуляля, сучка! Теперь на меня свалить хочешь! Получай, блядь, больше шалавиться не будешь, — и он в очередной раз ударил её в живот. — Ты всё также остаёшься фанаткой Дэвида Боуи? — Не без этого, я помню, благодаря нему мы тогда и подружились, — она улыбнулась и посмотрела прямо ему в глаза. — Ребята, знакомьтесь! Это наш новый ученик Сергей Сафронов! Прошу любить и жаловать! — улыбалась преподавательница представляя новичка седьмому А. Джулия только боязливо его разглядывала. Очень симпатичный. Ей почему-то всегда нравились рыжие волосы. А они у него ещё и вьются, полный джекпот. Жалко, что не для неё. Сейчас закончится русский и её задача максимально быстро смыться на крышу. Потому что никто не знает, что у него в голове, может он будет ещё изощреннее её нынешних одноклассников. После звонка она даже не записывает домашнее задание, настолько её черт возьми было страшно и под громкие оры классной, бежит по коридору, толкает люк плечом и забирается на крышу. Сердце адско колитится и она крепко сжав свой плеер, включает на нём Боуи. Джулия зажмуривает глаза и резко вздрагивает, как чувствует, что её плеча касается чья-то ладонь. Новенький. — Ты, что здесь делаешь? — вышло как-то совсем недружелюбно. — Просто, решил посмотреть. Увидел, что ты на крыше сидишь, и подумал, а чем я хуже? Всегда хотел также, — она только неловко улыбнулась. — Что слушаешь хоть-то? — она не успела среагировать, как он запихал её наушник себе в ухо. — Дэвид Боуи? — Нет, в смысле… — вот чёрт, как попала-то, мало того, что новенький, так ещё и на крыше и музыка, которую все считает полным отстоем, надо как-то выходить из положения, но она же не может сказать, что это плеер подруги, значит надо смириться и принять свою незавидную участь. — Классный, я тоже его люблю. Не думал, что здесь кто-то из одноклассников такое любит. — Очень, — выдохнула она, улыбаясь. — А ты, почему не с ними? — она кивнула на окна. — С долбаёбами я ещё не общался. — Да, подружились. Кстати, Юль, насчёт моего отъезда тогда… Прости, что так вышло, я не хотел, правда. Просто родители сказали, и я… — Ерунда, мы были четырнадцатилетними сопляками, тут, что предки скажут, то и делаешь. Я не сержусь, — она накрыла его руку своей и заглянула прямо в глаза. — Откуда, Юль? — его пальцы осторожно прошлись по глубокому шраму на запястье. — Это давно ещё было, до тебя. Когда отчим полез. Джулия вернулась из школы вся в слезах. Сергея сегодня не было, вообще. Она попыталась спросить у одноклассников, но те только поржали в лицо и пошутили про то, а не переспали ли, и что теперь она залетела от него, а он сбежал от такой ответственности. Желания спрашивать у классной не было, она опять обратится к классу и скажет, что Юля Гаврикова интересуется, куда пропал Серёжа. Шутки станут ещё хуже, в очередной раз выставит её полным посмещищем. А ей этого не надо. — Мам, куда Серёжа пропал? — спросила она, смотря на неё глазами полными слёз, женщина только потупилась и отвела глаза, ей словно стало неловко за вопрос дочери. — Юляш, а ты не знала? — аккуратно начала она, обнимая её за плечи, и прижимая к себе. — Я думала в курсе, весь посёлок знает. А думала ты тоже. Он же сегодня с родителями снова в Москву уехал, у них там кажется с работой всё наладилось, вот они и уехали. Чего тут-то сидеть. Джулия только скинула её руки с плеч, а потом заперлась в ванне. И со всей имеющейся силой порезала бритвой себе запястье и громко закричала от боли и отчаяния. Татьяна Владимировна моментально ворвалась в ванну, в панике перебинтовывая руку дочери. — Ты, как вообще в Москве-то? Чем занимаешься? Лиза, которая редактор сказала, что вроде уже пела, кажется в клубах выступала. Почему забросила? Ты ведь такая талантливая, — он посмотрел ей в глаза, так ласково, что хотелось без утайки прямо всё сейчас рассказать. — Да знаешь как-то не пошло. Я поняла, что модель из меня лучше и парфюмер, кстати тоже, — она подмигнула ему. — Помнишь, у кого ты химию списывал седьмой класс? — Конечно помню, а у кого ты алгебра списывала? — Ну, а что мне ещё делать? Единственный предмет, который мне не давался. Зато списывать у тебя было очень даже приятно, — она тут же смутилась. — А мне была приятно давать тебе списывать. Самой красивой девчонке в школе. — Перестань, я была очень страшной. — Самые страшные моделями в тринадцать не становятся. Ты для меня навсегда осталась самой красивой моделью, — Джулия только смущенно опустила глаза, а нежная улыбка вновь тронула её красивое лицо. — Шлюха! Шлюха! Да её никто не любит! Даже отчим её трахнул! И всё из-за того, что она шлюха! Модели все шлюхи! Гаврикова, покажи мне сиськи! И пизду! За одно посмотрим трахнул он её или нет! — всё это слышала Джулия и Сергей, идя по коридору, крепко держась за руки, словно таким образом оказывая друг другу самую сильную поддержу в этой ситуации. Джулия только поджимала губы и искренне надеялась, что эти придурки не увяжутся за ними на крышу. В глазах уже стояли слёзы, которые уже покатились по щекам, но к счастью обидчики всё это не видели. — Тише, Юль, перестань. Не обращай на них внимание, они место придурки. Эти уроды несут всё, что думают. У них самих мамки, шлюхи. Джулия только качала головой и очень тихо всхлипнула, чтобы никто не слышал. — Серый, подари мне свою девчонку! Я хочу узнать, какая она! Узнать, насколько она раскрепощена! Джулия не успела никак даже отреагировать, как Сергей резко развернул и угрожающе оскалился на них. Выставляя перед собой портфель. — Чё ты нам сделаешь защитник хуев. И не надо так смотреть, мы тебе изначально говорили с нами быть, но нет блять, ты захотел узнать её получше теперь отгребай. — А ну пошли вон! — он резко вытащил из портфеля кухонный нож и прыгнул в толпу, и тут услышал визги и крики, Джулия только только хлопала глазами, в которых отчётливо угадывался шок. Сафронов схватил её за руку и они побежали на крышу. — Зачем ты это сделал? — спросила девочка, уже сидя на крыше. — Тебе же потом от директора будет. — Чтобы место своё знали и на тебя не прыгали. Придурки, — процедил он, кладя нож в портфель. — Юль, — он осторожно коснулся её руки и присел рядом. — Что за историю с отчимом, — он слышал, что про это говорили множество раз, но никогда не понимал, в чём суть, точнее догадывался, но спросить не решался, сейчас ему почему-то показался был идеальный момент. — Да там… Такая история, — девочка тяжко вздохнула. — Это в шестом классе было. Мама жила с мужчиной, которой бил и её и меня. Отец бросил, вот он и появился лет с пяти моих. Он ещё и пил страшно, мог мамину зарплату пропить. Ещё и меня монстром называл. В какой-то момент ему сорвало башню и он попытался изнасиловать меня, — она истерично всхлипнула и посмотрела в небо. — А я ему кирпичом по голове. Мама прогнала его, как узнала. А в посёлке все всё знают, вот они и говорят. Джулия только громче заплакала и боязливо прижалась ему, утыкаясь лицом в его грудь. Люк крыши резко открывается, и Сергей видит зауча, кажется даже лестница и высота её не остановила, чтобы добраться до них. — Сафронов! Живо в мой кабинет! Будем с тобой разбираться! Я уже твоим родителям позвонила! Что за ещё выкрутасы! Совсем с ума сошёл?! Нож в школу притащил и на одноклассников прыгаешь! И вы оба живо спускайтесь! Гаврикова, тебя это тоже касается! Подростки только переглядываются и молча идут за женщиной, также крепко держась за руки. — Как у вас отношения с матерью? Наладились? — Сергей словно понял, о чём она вспомнила. — Да я бы не сказала, что они были плохими. Просто мама очень мягкая, поэтому отчим такое хотел сделать. А так я на неё обижаюсь и не обижалась. Она приезжает ко мне из Неклюдово. — Мам, — плакала Джулия, обнимая её сидя на диване, сама женщина крепко прижимала дочь к себе, и пыталась сама из последних сил не поддаться эмоциям, сейчас главное было успокоить Джулию хоть как-то и не заплакать самой, от мысли, что её будущую внучку нагло убил какой-то там виджей Чак так ещё и оставил «подарочек» в виде бесплодия. — Юленька, девочка моя, ну успокойся пожалуйста, — говорила женщина, гладя её по светлым длинным волосам. — Будет у тебя ещё всё, будет. Встретишь своего мужчину. — Мам, уже второй, — она заплакала ещё сильнее. — Данко ещё этот. — Юляш, я всё понимаю, но послушай, всё ещё будет хорошо. — Мам, ничего не будет. Я бесплодна, кому такая нужна теперь. — Юленька, но ведь всё вылечить сейчас можно. Успокойся, пожалуйста. — Да нету денег, мам. Всё этой Ульяне отдала, а по итогу нихрена не вышло. Так ещё и лапала меня, как отчим. Мам, у Чак с отчимом даже имена одинаковые, оба Миши, — девушка затряслась в рыданиях. — Юленька, прости ты меня. Это всё из-за меня, если бы сразу его послала. Ничего не было. Он бы не попытался с тобой ТАКОЕ сотворить. Это всё из-за меня. Не умела я мужиков выбирать, вот из-за меня теперь страдаешь, тоже плохих выбираешь, просто меня, Юля, — и у женщины у самой из глаз потекли слёзы. — А ты помнишь, как спас меня? — и в глазах Джулии появились заигрывающие искры. — Спас? — но в глазах Сергея тут же появилось понимание. — Юль, это не спасение, это была необходимость. Нет, спасение, я тебя героем считала, — Ванг флиртующее улыбнулась. Сафронов, что было силы несся на третий этаж. Чёртова классуха, которая в очередной решила с ним поговорить с ним по повода ножа. В окно он увидел Джулию, которая цеплялась за подоконник и своих уродов, то есть одноклассников, которые ржали и пытались сбросить её. Он ещё вбежав на этаж, услышал громкие девичьи крики и всхлипы. Джулия кое-как держалась за подоконник и даже не просила о помощи или пощаде. Никто не поможет девочке-шлюхе. Сафронов тогда схватил главного зачнщинка всего этого беспредела и со всей силой ударил его о батарею, да так, что парень потерял сознание, а но волосах появилась кровь. Толпа только истерично отпрыгнула, а он резко потянул на себя девочку. — Сережа, — только заплакала она, обнимая его за шею, и прижимаясь к нему своим трясущимся телом. — Юля, всё, всё, тише, тише, всё хорошо. Хорошо, я рядом. Ванг только усмехнулась и глянула на экран айфона. — Уже поздно, а завтра ещё испытание на знаменитость. Мне пора, Серёж, была рада тебя снова увидеть. До следующего испытания, мой герой, — хихикнула она и поцеловав его в щёку направилась на выход. Джулия стояла на балконе и курила. Кто бы мог подумать, что снова встретятся. Она не смотрела это шоу в принципе, она даже не знала, кто ведущий, а сегодня она видит Сергея. Сегодня смотря на него ей казалось, что чувства всё ещё были чёрт возьми. Сколько у неё парней было? Много, и с каждым она рассчитывала, что это будет тот самый, с которым можно создать семью. Но по итогу всё заканчивалось выкидышами, а парни просто орали на неё, не боясь иной раз ударить. Сейчас ей казалось, что она вообще никого из них не любила. Как будто пыталась таким образом заглушить все те чувства по Сергею, вдолбить в голову, что есть парень, и хорошо, надо любить. Но по-моему даже этого не было. Не любила она никого, кроме него. Сейчас, увидев его наверно можно было бы попробовать начать заново выстраивать отношения с ним. Хотя, им по-моему даже строить не надо, школа сделала своё дело. Она бы хотела, как можно было забыть того единственного защитника в школе, который стоял за неё горой, который пошёл против стаи и спас тогда, когда она висела на подоконнике. Да никак. Этот образ защитника навечно отпечатался в памяти, и даже поистераться не успел. Она наверно была готова хоть сейчас прыгнуть к нему, как бы возможно легкодоступно это не звучало, заняться сексом, а потом с утра приготовить ему завтрак и сказать что типа, снова вместе. Но она не может, его жена хорошо так её стопорила. Только она одного не понимала, почему он с ней? Прекрасно видит, как изменяет ему с каждым мужиком. Зачем такая любовь? Ради детей, про которых она толком не успела понять, его ли они в принципе. Может он тоже все эти года пытался как-то заглушить воспоминания о ней и выбрал её. Если так, то оба они проиграли, она выбирала конченных гандонов, один из которых довёл её до выкидыша, а он выбрал какую-то шлюху. Хотя, с чего она вообще решила, что у него какие-то чувства к ней? Может это кафе была простая вежливость с его стороны. Тогда пусть остаётся с Машей, если им удобно иметь такие свободные отношения. То пусть, она мешать не будет. Только жалко его, он такого не заслуживает, она бы не изменяла ему. Сергей стоял на балконе и курил. Столько лет её не видеть и вот опять. До этого он видел её только во снах, когда они уехали из Неклюдово в Москву, то Джулия постоянно ему снилась, смотрела на него своими огромными глазами и казалось он это чувствовал на каком-то физическом уровне. Он так корил себя, что уехал тогда. Что толком ничего не объяснил, что просто снова оставил её одну на съедение волком. Надо было тогда встать в позу и сказать, здесь Юля я остаюсь, его конечно вряд ли бы послушали, но попробовать стоило. Ещё ничего не сказал, чувствовал себя последней свиньёй. Просто он наверно не представлял свою жизнь уже без этой девочки. А потом Москва и жизнь закрутилась с новой силой. Честно он пытался её здесь как-то найти, с появлением соц сетей он прошерстил всё, но ничего. А в голове было только одно: «Защитить». От кого, чего. Непонятно, но ему было физически тяжело находиться не рядом с ней. Один раз он даже сорвался в Неклюдово, но там кажется никто про неё ничего не помнил. Это произошло, когда Маша ему изменила. А теперь появилась Джулия и так близко. Надо ли говорить, что в этот момент он был готов снять кольцо и запустить его куда подальше. Только он вот сейчас вообще не понимал, как строить дальнейшую жизнь. То что он пройдёт дальше, ежу понятно, но он чёрт побери не хочет быть простым ведущим для него, хочется, чтобы всё было снова, как в школе. Разводится с Машей? Но хочет ли этого сама Джулия может он остался для неё тем самым предателем из седьмого класса. А то про парней спросил, так может она в лёгкую соврала, зачем ей всю жизнь помнить какого-то там мальчика, который сначала защищал, а потом просто резко слинял, не сказав ничего. Она такая же красивая, как и в школе. Наверняка нашла себе кого-то нормально, кто не предаёт и не уходит без причины, как он тогда. Стоит ли к ней вообще лезть, возможно рушить устоявшуюся жизнь? Ждать, пока она сама, если что наберётся смелости к нему прийти, так это вряд ли, побоится, у него жена всё-таки. И что им делать? Ждать? Или кто-то должен сделать первый ход. Кто-то должен.