I want you to stay (Я хочу чтобы ты осталась)

Эмма знала, что они поднимут эту тему так или иначе, она просто не подозревала что это произойдет так быстро. Она не подготовилась к обвинительным голосам и крайне-не-мягким взглядам, направленным в ее сторону от людей, о которых она заботилась больше всего. - Ты планируешь вернуться в Нью-Йорк? - спросила Реджина, появившись рядом с ней на шумном ужине с идеально поднятой бровью как только услышала от Дэвида возможность ее отъезда, опять, с Генри. - Я не думаю, что мы должны говорить об этом сейчас, - настаивала Эмма. Сегодня должен был быть праздник появления ее маленького брата у Снежки и Дэвида; это не должно было превратиться в очередной спор обо всем на свете, что она делала неправильно в своей жизни. - Просто оставь это, хорошо? Она прекрасно понимала кем они были. И даже посреди громкого публичного мероприятия (которое добралось до маленького сказочного городка в штате Мэн), никто из них не был способен "просто оставить это" и ожидать согласия в этом было просто неправильно. Если на нее еще не выплескивалось их разочарование, пока мысли плавали в их головах, пока она не решила бы поднять этот вопрос или пока кто-то, скорее всего Снежка, не сделала бы ехидный комментарий, делая все только хуже. Снежка, Генри и Крюк пытались одновременно перекричать друг друга задавая похожие вопросы "Почему?" и "Когда?". Дэвид и Робин помалкивали, выглядя застенчиво не видя способа перенести разговор в менее взрывоопасное русло. Там была Реджина, чей голос она слышала гораздо четче остальных. - Эмма, — это все что она сказала с придыханием, словно не понимая самостоятельно начало это или конец предложения. Она не знала с чего начать или чем закончить. Она звучала так, как Эмма себя ощущала. - Не надо, - умоляла она, качая головой и направляясь на выход в прохладный вечерний воздух в попытке успокоить свой разум. Принимая ее слишком милое окружение; гирлянды на кустах, освящавшие вечера, тихие дороги, гордый символ этого городка, напоминающий всем о его названии, тихо тикающая башня с часами вдалеке, служившая источником утешения - Эмма позволила себе впитать только некоторые вещи, которые она собиралась оставить позади. Она знала, что опять разочаровывает их всех не являясь человеком, которого они хотели бы видеть. Она понимала что должна взять на себя ответственность хотя бы за то, чтобы объяснить свои причины и помочь им понять что это не из-за того, что она не хотела находиться среди них, просто так надо было. Снежка сама говорила это ей слишком много раз; она отказалась от Эммы, чтобы у нее был шанс лучшей жизни. И теперь Эмма готова была оставить их, чтобы дать им их шанс на лучшую жизнь, чтобы они могли быть семьей, которой хотели быть без нее на пути, создающей множество проблем. Чтобы у Генри была нормальная жизнь, а Реджина могла быть с Робином. Чтобы Крюк смог отправиться куда бы он там ни собирался, бороздить моря и искать сокровища возможно и перестал бы преследовать ее. Это не мог быть ее дом, не когда она делала все только хуже, оставаясь там. Дверь позади нее распахнулась и вскоре резко закрылась. Она слышала хриплый голос Реджины, снова зовущий ее: "Эмма!". Она последовала за ней, Эмма знала что она это сделает, послышался стук невероятно высоких каблуков, которые она носила придавая себе, как она считала "более авторитетную позицию", будто кто-то кроме Эммы мог заметить какой она могла быть маленькой напоминая кто в действительности был здесь главным. Для всех остальных Реджина была яростной женщиной, которая без колебаний способна выполнять свои угрозы, Злой Королевой, женщиной, от которой содрогались, стоило лишь дернуть бровью, опасаясь что смертоносная ведьма обрушит свой гнев на них и их любимых. Но она никогда не была таким человеком для Эммы, никогда для Эммы. Да, она знала эту версию Реджины, понимала что внутри она где-то все еще есть, но она не была смертоносным коварным злодеем. Для всех остальных было легко забыть что они пришли из других миров, где есть сказочные земли и сказочные персонажи - это все, кто их и окружал, но Эмма всегда знала и понимала резкое различие между этим и настоящим миром, миром, который она называла "своим". Правила были разные и владения магией еще больше указывало на различия. Она не оправдывала всех преступлений, которые Реджина совершила в прошлом, небеса свидетели - их было предостаточно, но это делает всю ситуацию лишь еще более запутанной, нежели хорошей или плохой, черной или белой, когда столько факторов было вовлечено. Эмма остановилась и развернулась к Реджине, давая время ее нагнать. - Что, по-твоему, ты делаешь? - спросила Реджина приблизившись. Голос был резким, но не таким, какой Эмма ожидала. Она звучала расстроенной, даже напуганной, но не злой. Она ожидала этого более глубокого тона, когда все шло не так, как Реджина хотела и не могла контролировать, но все одно пыталась. Она ожидала что ее будет трясти от ярости, отказываясь позволять ей влиять на благополучие Генри без ее согласия, хотя Эмма уже думала, что они оба уже на этом сошлись (и, вероятно, она была права). Эмма подавила желание закатить глаза и сказать что-то типа "вышла погулять", зная что это будет сейчас неуместно. За эти годы она научилась понимать когда стоит пререкаться с Реджиной. Эмма вздохнула. - Нью-Йорк - лучшее решение для всех. У Генри там есть друзья и он отлично справлялся со школой, для него там безопаснее. А теперь у Снежки и Дэвида будет ребенок, им не надо, чтобы я занимала пространство в квартире. Они могут думать что хотят, чтобы я осталась, но в итоге захотят чтобы я уехала, это всегда происходит, когда люди заменяют тебя кем-то получше. - Это не правда, - ответила ей Реджина, она звучала растерянно, но с пониманием, словно зная почему блондинка так поступала. - Они тебя не заменили; ты их часть, часть их семьи. Даже они не могли бы этого сделать, так же как и Я. - Появилась морщинка между бровями Реджины когда она говорила, задумавшись как Король заменил ею мать Снежки, но потом она вспомнила, как Снежка пошла в мать со всей справедливостью и благодарностью, словно она могла справиться с любой проблемой, даже если это не было естественным для нее. Она может быть упрямой, эгоцентричной и наивной временами, но это затмевалось тем, что ей приходилось обо всем заботиться, черты, которые Эмма унаследовала, хотя и иначе. Где Снежка была открытой и показывала свою привязанность, сострадание и доброту всем вокруг, Эмма избегала частично из-за страха навредить другим или что ей самой будет больно. - У тебя здесь есть все, твоя семья, твои друзья, а Генри и до Нью-Йорка хорошо справлялся, с проклятьем или без него. Ты не можешь постоянно убегать когда чувствуешь себя на грани, - продолжала Реджина. - Это не то, что Я делаю, - Эмма выплюнула в ответ. - Так будет лучше для всех. - К этому моменту она уже была не уверена, кого она пытается убедить больше, себя или Реджину, которая заставляла ее чувствовать себя легко, хотя она хотела закричать ей в лицо. Она устремила взгляд куда-то в даль, в слабой попытке не выдать свою неуверенность. - Меня здесь ничего не держит. Я чувствую, что постоянно жду чего-то, знака, чего угодно, что скажет мне где я должна быть и почему. Эмма улыбнулась с болью и Реджина сделала шаг ближе, словно хотела дотянуться до нее, но не знала пока как это сделать. - Что ты хочешь услышать от меня? - Нет ничего, что ты можешь сказать, - сокрушительно сказала Эмма, выглядя так, словно хотела уйти. - Тогда поговори со мной, - Реджина словно умоляла и что-то внутри Эммы щелкнуло от того, какое отчаяние слышалось в ее голосе, в голосе, который всегда был сильным в любой ситуации, никогда не слышав подобного ни от кого, особенно не от Реджины, напротив нее. Эмма нахмурилась, не зная откуда начать и не зная могла ли она что-то сказать. Она открыла и закрыла рот пару раз, пока не заметила что губы Реджины вытянулись в тонкую линию, недовольная ее представлением в качестве золотой рыбки. В конце концов, ей удалось выдавить: - Так или иначе тебе никогда не было дела останусь ли я или уеду, пока Генри здесь, правда? Это не важно. - Это важно, Эмма. Ты важна. - Замешательство снова появилось на лице Реджины, пока она говорила. - Я хочу чтобы ты осталась и не из-за Генри. - Она пыталась перехватить взгляд блондинки, в попытке объяснить, так, как только она могла и сглотнула, словно ей было трудно продолжать. - Я так сильно пыталась поладить с остальными в этом городе, и становится проще, но с тобой мне не нужно пытаться. С тобой все проще, все всегда было проще. Я хочу чтобы ты осталась, - она повторила свои слова. - Тогда дай мне причину. - Глаза Эммы наполнились слезами и теперь она была той, кто умолял. Она знала что хотела услышать от Реджины, она всегда это ощущала в атмосфере между ними, но не хотела слишком давить. Ей было страшно, что чувства не взаимны и снова приведут ее к боли, как было со всеми остальными; от нее отказались ее родители, отказались приемные семьи, Нил уехал, а затем умер, Грэм умер, она отказалась от Генри, этот список можно было бы продолжить. Ей нужно было знать. Ей нужно было услышать эти три слова от Реджины, которые она ощущала. Она знала, что было несправедливо требовать от Реджины делать первый шаг. После всего, они обе были разбитыми, им уже не суждено было стать полностью цельными, из-за всех потерь. Но это был единственный путь, который она могла придумать, чтобы со всем разобраться. Если то, что она чувствовала было правдой, может она не ощущала бы такой необходимости в побеге, в попытке защитить себя, потому что в этот раз она ощущала бы это не одна. - Потому что ты заставляешь меня хотеть быть лучше, потому что ты веришь в меня, когда другие сдаются, потому что Я забочусь о тебе, потому... - Реджина поймала взгляд Эммы и запнулась, - потому что, - глубокий вздох, - Я тебя люблю. Эмма затрясла головой в неверии, ее распущенные волосы заметались по щекам, потекли слезы и грустная улыбка появилась на лице. Реджина задержала дыхание и шагнула ближе, понимая что в этот раз она сможет достучаться и взяла лицо Эммы в свои руки. - Поезжай, если ты думаешь что это сделает тебя счастливой, возвращайся в Нью-Йорк, я не могу тебя остановить, правда, но я тебя люблю и хочу чтобы ты осталась, - она объяснила более спокойным голосом и с большей уверенностью в своих словах, чем раньше, она все еще смотрела на Эмму и в глазах читалась тоска. Эмма рванулась вперед, соединяя их губы и запустила руку в волосы Реджины, притягивая ее к себе, получая удовольствие от того, что Реджина охотно позволила ей взять контроль. Ей все же пришлось слегка приподняться, чтобы поддерживать контакт с Эммой, даже на этих каблуках, когда их тела соединились. Ничего не будет просто, но в конце концов, она понимала, что все будет хорошо. Они целовали друг друга с такой настойчивостью, которая возникла только из-за трех лет сильно сдерживаемого разочарования, когда они находились так близко и так далеко в то же самое время, вдвоем ощущая нежелание отстраняться, не заботясь что их кто-то мог увидеть в окно. Когда они наконец смогли вздохнуть, Эмма пробормотала в губы: - Ты делаешь меня счастливой, - в ответ на недавнее заявление Реджины, почти застонав от тяжелого дыхания Реджины. - Боже, Реджина, один дурацкий спор с тобой делает меня счастливее, чем вся жизнь в Нью-Йорке могла бы. - И так просто все причины об отъезде в ее голове просто исчезли. Это был ее дом. Здесь ее сердце. Здесь было ее место, со своей семьей, родителями, братом, сыном и Реджиной. Реджина откашлялась. - Я думаю нам надо вернуться, - она вздрогнула, неуверенная из-за холода или из-за близости Эммы, которая собиралась ответить ей, когда что-то вспыхнуло вдалеке. Они обе повернули головы к воронке света, устремленной к небу. - Магия, - обе выдохнули в едином недоумении.