Можно ли полюбить жертву?

POV Джефф. До чего приятно смотреть на муки других. Как от боли у людей округляются глаза, а рот раскрывается как у рыбы, без толку пытаясь выдавить хоть какой - то крик надежды и отчаяния. Глупые людишки. Порочные твари. Мерзкие существа. Уродливые ублюдки. Но я особенный. Джеффи красивый. Я люблю смотреть на своё отражение... Трогать гладкую и белую, как у мертвеца, кожу лица, потерявшую чувствительность к прикосновениям. Холодными пальцами очерчивать разорванные щеки, проходясь по разрезанным губам, искривленных в невменяемой улыбке. С любопытством заглядывать в свои же глаза, в которых не вижу ничего, кроме веселого безумия. Ладонью прикасаться к сожженным векам, которые теперь, наверно, никогда не закроются. Как же я красив... И такой я единственный... Солнце начало садиться за холм. Последние, отчаянно борющиеся за существование лучи ворвались в комнату, озарив голые стены с ободранными обоями. Бешено захихикав, я медленно сунул руку в карман штанов и, нашарив заветный нож, вышел из ванной. Ночь обещает быть интересной... Джефф никогда не сожалел во время убийств. Ему была приятна теплая, струящаяся по рукам кровь. До умопомрачения нравились корчащиеся на полу в предсмертных муках жертвы. Наклонившись, убийца легким, почти изящным движением вогнал лезвие в глазное яблоко десятилетней девочки, затем осторожно вытащил. Джефф всегда считал, что ребенку нельзя видеть наш грешный мир. Не спеша повернувшись к, видимо, матери трупа, которая раскрывала рот в безмолвном крике, прижимая ладони к тому, что осталось от живота, маньяк наклонился к женщине и подцепил её подбородок, заставляя ту раскрыть окровавленные губы. Успокаивающе проводя пальцами по её щекам, Джефф резко протолкнул женщине в рот глаз её же дочери. Наверно, это и стала причиной её смерти. Задергавшись в желании вырвать, дама замерла. Из уголка рта потекла слюна вперемешку с кровью, а убийца лишь брезгливо вытер нож об её кофту и скрылся, тихо закрыв дверь. -Очередное убийство. Жертвами обстоятельства стали молодая женщина с дочерью. Предположительно, потерпевшая ожидала ребенка. Следствие продолжается. Маньяк не найден. Просьба жителей города не выходить из дома в позднее время. Подперев щеку ладонью, Джефф со скучающим выражением лица созерцал старенький, еле держащийся на подставке телевизор. Прощелкав дряхлым пультом каналы, киллер вырубил тарахтелку одним движением ноги. Точнее, не движением, а пинком. Джеффу было скучно. Джеффи не знал чем заняться. Подкидывая в воздух свой верный нож, парень пытался что - нибудь придумать для веселья, но затуманенный сумасшествием мозг не мог ничего выявить, кроме убийств. Идея завести друга или, хотя бы, соратника в преступлениях у него не была и в мысли. Никому не хочется делить такое своеобразное развлечение. Тем более Джеффу. Звук полицейской сирены вывели из раздумий киллера. Резко подскочив с ободранного кресла, Джефф моментально задернул исполосанные шторы. Хоть Джефф и был сумасшедшим, но вполне понимал, что ему будет за все грехи. В дверь начали ломиться. Похоже, её выбивали. С одним полицейским он, конечно, справился бы. Максимум с тремя. Но, судя по топоту, их было больше. Намного больше. Зубами сжав лезвие ножа, Джефф с ловкостью акробата вскарабкался на шатающийся столик и, уцепившись за края люка в потолке, забрался на чердак своего полуразрушенного дома. Соорудив из старого тряпья подобие веревки, убийца привязал один край к старому, но крепкому столбу, а другой конец бросил вниз из отверстия, жалко напоминавшее окно. Послышался звук выбитой двери и крики полицейских. -Нашли, твари... Зло прошипев, Джеффи грациозно проскользил по "веревке" на землю. И побежал. Никогда он еще так не бежал. Мимо глаз проносились дома, один за другим. Бродячие кошки и собаки испуганно шарахались в стороны. А Джефф бежал.И начал медленно уставать. Груди было сложнее вбирать воздух, а в глазах начало темнеть. Присмотрев первый попавшийся дом, убийца с силой дернул дверную ручку и, распахнув дверь, моментально её закрыл. Теперь он в доме. Теперь в безопасности. Пока что.