Можно ли полюбить жертву?

Если в вашей жизни появляется человек, который способен изменить вас, повлиять, да не важно. Просто-напросто гоните этого человека от себя. Он влюбит в себя, поиграет, а потом размажет по стене как тряпку. Итог очевиден - никого никогда не впускать в свою душу. Ощущать это гложущее чувство, которое испытываешь, когда не можешь прикоснуться к тому, кто вам своего рода наркотик. Это невыносимо. И без этого необычного сорта героина начинается существенная ломка, избавиться от которой попросту невозможно. И снова вывод - нельзя влюбляться. Влад именно так думал, опираясь руками в поверхность подоконника, безуспешно всматриваясь в мутное стекло затхлого окна. Джеффри пропал две недели назад. Теперь о нём не слышно ничего. Абсолютно ничего. Да, юноша знал, что киллер рано или поздно исчезнет, но ведь не так скоро. Да, мы не идеальны. Никто не совершенен. Каждый грешен в меру. Привлекательная наружность может содержать гнилую душу за яркой обёрткой. Как и широкая душа, полная идей и творческой доброты может иметь уродливую оболочку. Соответственно, люди будут тянуться к красивым афишам, а не к невинному содержанию. Таково наше мировоззрение. Джеф не был идеален. Да, он был сумасшедшим. Он часто срывался и тело Влада украшали длинные шрамы, заживающие со скоростью душевных ран. Джеф мог истерить из-за обычного пустяка, а через пять минут спокойно сидеть на диване, пялясь в бесцветный экран выключенного телевизора. Он бешено смеялся, рвал подушки, метался во сне по кровати - да много чего. А внешность приводила в неистовый ужас. Но разве не говорилось, что нельзя судить о книге по обложке? Влад безуспешно пытался узнать, что же скрывается за его внешностью. Но душа убийцы оставалась такой же уродливой, как и лицо. Скрип старых половиц. Судорожное дыхание и тяжелая ладонь, которая так осторожно легла на плечо. И слёзы. Слёзы из глаз мальчишки, который так ждал это прикосновение. Вроде бы небрежное, но такое долгожданное. Джеф был весь в крови. Кровь была везде - на волосах, на лице, на одежде, на руках. Она текла тонкими струйками, а в некоторых местах уже засохла. Сумасшедший человек, воспринявший выражение "омыть свои грехи кровью других" так буквально. Маленькая песчинка в огромной песочнице жизни, посчитавшая себя властителем других судеб. Который сам считался смертным. Убийца спал. Спал на кровати мальчика, поплотнее закутавшись в теплое, но порванное одеяло. Сжимающий теплую ладонь Влада своей холодной рукой. Разметав свои угольно-черные волосы по пыльной подушке, изредка дергаясь в судороге. Невменяюще улыбаясь во сне. С текущими из глаз слезами. Горькие слезы искренности, проливающиеся лишь только во сне. Разрезанные сухие губы, изредка подрагивающие в тихом шепоте. На что юноша надеется? На любовь сумасшедшего киллера, который может попросту зарезать его и не моргнуть? Сумасшедшие не способны любить, страдать. Весь мир кажется их игрушкой. Влад это понимал. Это было больно. И каждый раз он повторял одни и те же слова. Склонившись к лицу Джефа, он осторожно прикасался влажными губами к мертвенно-бледной коже щеки, смаргивая очередные порции соленых слез. И каждый день из его уст была слышна постоянная фраза: - Я люблю тебя....