Можно ли полюбить жертву?

- Вот так... Медленнее. - Фу, оно скользкое! - Так и надо. Подожди, надо подготовиться. Сначала надави на него пальцами. - Ну? - Теперь немного сожми.. Во-о-о-о-о-от! У тебя определенно есть талант! - Сам знаю. Джефф, может, не надо? Я боюсь. - Надо. Теперь возьми масло. Плесни на него немного и помассируй. - Черт... Меня сейчас стошнит. - Смотри-смотри! Получается. Видишь, Джефф неплохой учитель! - Заткнись... Черт, потекло!!! - Погоди, Джефф сейчас возьмет тряпку! - Пошел к черту, полудурок! Сейчас вырву! Чтоб я еще раз согласился разделывать сранное мясо! - Но Джефф давно его не ел! Мы питаемся одними Дошираками! - Это тоже еда! Для тебя это вообще должна считаться маной небесной!       Вытерев окровавленные руки об передник с нескрываемой брезгливостью, Влад отшвырнул испорченную говядину обратно в холодильник, враждебно уставившись на чертова киллера. Полдня он фаршировал этот чертов кусок мяса, а неосторожное движение Джеффа... В общем, на полу валялось то, чем, по идее, должна была быть наполнена говядина. И плевать, что фаршируют только курицу. С Джеффом уже даже плавленные сырки совершали пикирование и воздушную бочку, прежде чем отправиться в мусорную корзину.       Три месяца. Три месяца страдания. Три месяца использование носков в качестве слоновьего хобота, головной боли от шума и мольбой, чтобы не наложить в штаны от бешенства. С прошлого раза, Влад наотрез отказывался пускать киллера на кухню, ссылаясь на то, что: "Водяной на тебя обиделся и теперь, когда ты появляешься, он устраивает бешенные скачки с бульканием верхом на твоем огурце". Пообижавшись пару дней, а может и целую неделю, Джефф всё же смирился, но тайком пробирался ночью, узнавая, как там его водяной поживает. Еще три дня убийца проклинал утопленный мобильник, считая, что он сам покончил самоубийством, прыгнув в унитаз и исчезнув.       Вечером, лежа на своей кровати, Влад со спокойной совестью листал старую, потрепанную книжку-детектив, не обращая внимания на Джеффа, который потрошил на полу разноцветные кубики своим неизменным ножом. По его словам, кубики затеяли против него войну и отказываются складываться в нужные Джеффу фигуры, вот он их и карает. - ЕБАНА-МАТРЕБАНА!!!       С истеричным визгом, Влад отбросил книгу с небольшим паучком на странице, который, ударившись об стену, отправился в мир иной. Еще вздрагивая от отвращения, мальчик по инерции продолжал противно попискивать, обезумевшими глазами уставившись на злосчастную книгу. Прекратив своё вершение правосудия, Джефф повернулся к Владу и обиженно уставился на него. - Ты вопишь громче Джеффа! - сказал он капризно. - Не потерплю конкуренции:самый психованный тут Джефф! И самый душераздирающий тоже Джефф!       И замолчав, киллер с профессиональной прытью подполз к мертвому паучку, с интересом разглядывая его самым умным видом. - Ого, да тут свеженький трупик! - Убери его к чертовой матери!       Истерика Влада лишь усилилась, когда Джефф аккуратно поднял паучка на ладонь и выбросил в раскрытое окно. Повернувшись к испуганному мальчонке, киллер строго-настрого погрозил ему указательным пальцем. - Смотри! Если еще раз переорешь Джеффа, он повесится прямо над твоей кроватью и будет болтаться там все ночи напролет, синий и раздувшийся!       Скрывшись в ванной комнате, Джефф оставил бедного Владика в гордом одиночестве, который еще долго сверлил недоверчивым взглядом окно, прикидывая, существуют ли пауки-зомби. - Хуясе угроза.... Как серпом по яйцам.       Растерянно проговорив фразу под нос, мальчишка уткнулся недовольной мордой в пыльную подушку, не подозревая, что ему всю ночь будет сниться тот самый паук с большими, умными, добрыми глазами, который будет беседовать с ним на тему жития-бытия.