Без тебя...

Уже давно наступила холодная январская ночь. На улицах Питера не было ни души, и лишь редкий свет в окнах многоэтажного дома говорил о том, что есть те, кто до сих пор не спит. Хотя… Один человек всё-таки был. Высокий парень в дурацком расстёгнутом пуховике и с небрежно завязанными шарфом стоял у подъезда, не решаясь войти, и докуривал очередную сигарету. Он был по-своему красив. Кудрявые растрёпанные волосы, на которых лежал снег, милые черты лица и зеленые глаза, сейчас наполненные слезами. Парень все это время стоял на улице и смотрел в пустое черное окно квартиры, расположенной на первом этаже. Он не отрывал взгляда от него, но мыслями был явно не здесь. Два года назад он, этот милый и жизнерадостный парнишка по имени Антон, был счастлив в этой квартире, ведь в его жизни было свое маленькое солнце. Парнишку захватили приятные воспоминания… — Молодой человек! Подождите! — за спиной Антона, куда-то очень спешившего, раздался бархатный голос. Шастун остановился и повернулся лицом к источнику звука. К нему подбежал красивый шатен с модельными чертами лица и голубыми глазами. — Простите. Просто вы шарф оставили на скамейке… Замерзнете. — Он улыбнулся ничего не понимающему Антону. — А… Да, хорошо. Спасибо вам. — парень взял шарф, а шатен отошел к лавочке. Парень хотел завязать шарф на шее, но из складок выпала бумажка. Он удивился, но поднял маленький листик, а после прочитал его вслух: — Вы очень милый, но видно, что замерзаете. Как насчет горячего кофе? Антон подумал немного, а потом, решив, что его дела подождут, направился к шатену. Тот, заметив парня, улыбнулся. — Рад, что вы согласились. Арсений. — он протянул руку. — Антон. — Шастун ответил на рукопожатие, приподняв уголок губ. Сколько они тогда проговорили в кафе? Час, а может два… Или все три… Антон совершенно не помнил, сколько времени прошло, ведь его новый знакомый оказался хорошим собеседником. Их знакомство продолжилось, и вскоре они были хорошими друзьями. Но ведь и к друзьям иногда возникают совершенно другие чувства? Так и произошло. Ни Арсений, ни Антон не поняли, как это произошло. Оба, устав от скучной размеренной жизни, решили выпить в компании друг друга, но по пьяни много чего случается, и этот раз не был исключением. К часу ночи парни были пьяные в хлам и совершенно не соображали. Антон, усмехнувшись, сел к нему ближе. — Арс… Арс! — Что? — Попов посмотрел на блондина, а тот хитро улыбнулся. — А слабо поцеловать… Меня? — Тох, ты дурак, да? — Ну, а что? Я ж вижу, как ты на мои губы смотришь! Если ты струсил… — Ничего я не струсил! Шастун вскинул брови, явно сомневаясь в словах своего «друга», а тот, приблизившись к его лицу, накрыл теплые и мягкие губы парня своими. Блондин не растерялся, а начал сминать и кусать холодные губы Арсения, что так манили его последнее время. Утром следующего дня они не сразу вспомнили, что произошло, больше удивившись тому, что спят в обнимку. — А… Тох, ты помнишь, что вчера было? — Пока-что, кроме того, что кто-то из нас кого-то засосал нет. Арсений треснул себя по лбу, вспомнив все. Шастун еще пять минут старался прокрутить в голове вчерашнюю ночь, чтобы понять, что произошло. — Это серьёзно так заметно? — Попов прервал тишину. — Чего? — блондин поднял на него взгляд. — Так заметно, когда я на твои губы смотрю? Шастун опешил от этого вопроса, а потом всё-таки вспомнил все. — Черт возьми… Да, заметно. Много чего заметно. — Тогда скрывать нет смысла, да? Ты мне нравишься, Тох. Что Шастун ответил на это наверное и так понятно, ведь после этого разговора они уже не были друзьями, а стали вроде как парой. Их отношения стремительно менялись. Все началось с легкого и милого флирта, а закончилось романтикой, без которой оба жили не так. — Арс, смотри какие снежинки красивые! — Шастун как ребёнок крутился под снегом, как обычно забыв надеть шапку. — Антон! Где шапка? Замерзнешь же, дурак! — старший натянул на кудрявую макушку шапку и поцеловал в лоб. — Ну не злись. Давай лучше снеговика слепим? Арсений кивнул и начал помогать ему лепить снеговика. Эта прогулка потом закончилась простудой Шастуна, но оба были рады в тот момент проводить время вместе. Второй новый год после их знакомства они праздновали вместе и были абсолютно счастливы, но потом… — Тош, мне сказать тебе надо… — Да? Я слушаю. — Антон ответил на звонок своего парня сразу. — Я… У меня нашли порок сердца. — в этот момент Антон почувствовал, как внутри что-то надломилось. — Он не лечится, Тош… Сейчас уже не лечится… — Арс, Арс, подожди… То есть… — Да… Я могу умереть в любой момент. Эта новость разбила Антона. Он проводил с Арсением все свободное время, боясь упустить возможность побыть с ним. А тот в свою очередь даже не переживал за себя, больше волнуясь за Шастуна. После того как блондин узнал о болезни старшего, Попов прожил еще три месяца. Это были три счастливых месяца которые Антон прожил в страхе потерять любимого человека. В какой-то момент сердце Арсения перестало биться, а вместе с ним разбилось и сердце Шастуна. Антон сам организовывал похороны, сам выбирал памятник, но жить сам не мог. Он привык к тому, что рядом находится его солнышко. Так и сейчас, стоя на улице в расстёгнутой куртке, Антон смотрел в окна квартиры, где жил последние два года и не решался зайти, зная, что внутри будет пустота. — Иди домой. Замёрзнешь же. — в голове прозвучал любимый голос, который Антон больше никогда не услышит в живую. — Дома тоже холодно… Там нет тебя…