Странный

***

      Все ниндзя, в том числе Ния и Сенсей Ву собрались за столом наслаждаясь едой, приготовленной Зейном. Он ещё не пришёл, видимо, заканчивая последнее блюдо. Ужин был просто восхитительным! «Потому что это Зейн». — пронеслось у каждого за этим столом в голове. Наверняка, даже у Мастера Ву.       Джей прикрыв глаза от райского удовольствия, протянул заветное «м-м-м», и решил высказаться, попутно успевая продолжать есть.       — Обожаю, когда Зейн готовит, — сказал он, стараясь сдержать улыбку, чтобы хорошо пережевать пищу. Коул был приятно удивлён, вспомнив, что вчера была его очередь готовить, потому что никто не сидел с таким лицом, что его сейчас вывернет прямо на стол.       — Хей, вчера на мою стряпню тоже никто не жаловался! — Коул счастливо развёл руками в стороны. Кай лишь скептически поднял бровь и усмехнулся.       — Да у нас рты от этой гадости склеились! — улыбка на лице Коула мгновенно пропала. Он знал, что его блюда никто не любит. — Ты не заметил, что Джей молчал весь ужин? — пока Кай говорил, раздвижную дверь открыли. Синий ниндзя скрестил руки на груди и насупил брови.       — Да, больше это не готовь. — в этот момент Зейн вошёл в комнату со словами: «Ну что ж, кушать подано»! и поставил на стол тарелку с курицей. Все замолчали, обратив на вошедшего внимание и удивлённо рассматривая белого ниндзя с ног до головы, который стоял в самом настоящем розовом фартуке с нарисованными на нём такими же цветочками. Прошло пару секунд тишины, как все в голос залились смехом.       Кто-то хватался за живот, стараясь сдержать хохот, кто-то откинулся назад, держась за голову, а кто-то бил рукой по столу от накатывающего безудержного смеха. Смех всегда был приятным явлением, но сейчас Зейн стоял в ступоре, конечно, осознавая, что смеются из-за чего-то, что касается его. Но не мог понять, в чём именно причина общего веселья.       — А что смешного? — он был в состоянии посмеяться вместе с другими в такие моменты, зная, что его друзья делают это вовсе не с злым умыслом. Но Мастер Льда был абсолютно серьёзен, потому что был обижен тем, что не понимал, почему всем так смешно. Он поджал губы и глядел на своих друзей, которые были не в состоянии даже ему ответить — настолько им стало плохо от хохота. В этот момент Ния постаралась отдышаться и подавить смешки — она объяснила ему:       — Зейн, да на тебе же… — рядом продолжал время от времени издавать хохотки Джей, что ещё сильнее доводило Нию до прежнего состояния. — Даже я такое бы не надела. — Зейн продолжая быть таким же отстранённым, подошёл к другой стороне стола и с самым серьёзным голосом спросил:       — Вам смешно, что я решил не пачкаться во время готовки? — остальные уже немного успокоились, но Кай на короткое время захохотал лишь сильнее.       — Нет, мы смеёмся, потому что ты надел этот нелепый фартук! — Коул рядом всё ещё посмеивался. Зейну стало ещё неприятнее от слов красного ниндзя. Его взгляд притупился, а сам он поджал губы ещё сильнее. У него никогда не было чувства юмора, о котором все вокруг ему твердили. А ведь он слышал, как остальные называли его странным. Не только из-за его восприятия шуток, но и по многим другим причинам. Они думали, что он не слышит.       — Кажется, у меня с вами разное чувство юмора. — Зейн только развёл руками в непонимающем жесте и приподнял брови, всё ещё выглядя оскорблённым. В этот момент Коул в последний раз прыснул в кулак, но продолжил искренне улыбаться и вдруг выдал:       — Просто ты выглядишь забавно, но я думаю, что также ты милый в нём. — пожал плечами Коул. Зейн сделал вид, что не обратил внимание, но на самом деле легонько приподнял уголки губ в улыбке. От чего-то, от комплимента стало приятно и тепло на душе. Все вопросительно оглянулись на Коула, на чьём лице заметили мечтательную улыбочку, направленную на Зейна.       — Теперь вы оба звучите странно. — в настоящем удивлении сказал Кай и посмотрел сперва на Зейна, а затем перевёл взор на Коула, как-бы выискивая взглядом что-то понятное лишь этим чудакам. Но не найдя никаких ответов на свой невысказанный вопрос, через секунду Кай изумился ещё сильнее, поняв, что Коул даже не осознал, что только что сболтнул.       — Погодите, что я такого сказал-то?.. Оу, — только сейчас он осознал, какие слова так небрежно кинул. В его глазах были заметны трепет и теперь нахлынувшее смущение, а его щёки покрылись лёгким румянцем. Зейн в будущем ещё много раз будет задаваться вопросом, почему его друг в некоторые обычные моменты выглядит таким… Растерянным? Сейчас он был похож на пристыженного маленького мальчика, чувствовавшего себя не на своём месте. Как-раз пытаясь выкрутиться под гнётом остальных, Коул посмотрел на тарелку перед ним и в его голове возник идеальный план, как перевести всеобщее внимание в другую сторону. — Э, ладно, Зейн, а как тебе такое? — он быстро схватил эту тарелку и резко приложил к лицу Кая. Теперь Мастер Огня был весь в креветках. Ниндзя залились смехом, все в миг забыли о только что произошедшей странной ситуации. В этот момент Сенсей Ву встал из-за стола и направился к другому его концу, но никто не придал этому значения.       Казалось, Кай был рассержен, но затем он засмеялся, как и все остальные. «Неужели, тебе это не кажется смешным»? — спросил Коул Зейна, но затем сверху на его голову Мастер Ву одел огромную розовую чашу с темно-бордовой субстанцией в ней. Чёрный ниндзя приоткрыл рот от неожиданности. А Сенсей Ву, слегка хихикнув, прошёл чуть дальше, взял его с Зейном за плечи и с таким взглядом, как будто второй раз посвящал их в ниндзя, сказал старческим голосом:       — Теперь вы — братья, — для полной картины он даже подмигнул, намекая на то, что оба они в розовом. Все вновь засмеялись и теперь стали брать прямо руками из тарелок еду и кидаться ей в друг друга. Зейн оставался на месте. Несколько креветок и овощей попало в него, испачкав его фартук. Теперь полный дурдом творился за столом и за его пределами. Зейн надеялся, что этот хаос не выйдет дальше одной комнаты. Он не хотел, как и другие прибираться в целом доме. Доме.       И всё же, рядом с этими людьми любое место будет для него домом. В особенности с таким странным, но таким милым Коулом. Таким же странным, как он.       Зейн улыбнулся.