Не имеющий совершенно ничего общего с сексуальностью

Питер роняет на стол свой шлем Железного Человека и следом делает то же самое с головой. — Со мной что-то не так. ЭмДжей, продолжая как ни в чем не бывало наполнять стакан замороженной газировкой, замечает: — С тобой будет еще больше чего-то не так, если мистер Балстер узнает, как ты обращаешься со своим костюмом. — Что он сделает, уволит меня? Честно, я начинаю подумывать, что так будет даже лучше. ЭмДжей закатывает глаза и надевает на стакан купольную крышку. Затем ставит его на стол напротив Питера и, выудив из фартука пластиковую трубочку, кидает ее рядом. — Это тебе в голову пришло затащить нас на летнюю подработку перед колледжем. И что ты думал, сорок часов в неделю вместе — это так, мелочи? Питер скорбно распаковывает трубочку и не глядя втыкает в крышку напитка. — Я думал, что мы окажемся в боулинге или, ну не знаю, да хоть чертовой «Дэйри Квин»? Короче, в месте, не имеющем совершенно ничего общего с сексуальностью. ЭмДжей хрюкает и садится на лавку напротив, пока он, несколько выпрямившись, потягивает из трубочки свою газировку. — Кому-то даже покажется, что Кони-Айленд вполне подходит под описание. — Кому-то конечно. Кому-то вроде тебя, работающего в компании «Орео» во фритюре и себя родного. Но подумай про таких, как я, Эм. — Не моя вина, что тебе не хватило сообразительности выбить себе должность в кондиционируемом помещении. — Ты прекрасно знаешь, что я не об этом. Просто любишь похвастаться лишний раз. Она улыбается, но тут же отвлекается на что-то у Питера за плечом. Улыбка тут же превращается в ухмылку. — Не оглядывайся, твой двойник сюда идет. Питер стонет и сгибается над своим стаканчиком. — Он по-прежнему в этом? Взгляд ЭмДжей лениво скользит вниз-вверх: — О да. — Прекрати, — шипит Питер. — Я буквально вижу, как ты его глазами насилуешь. Она пожимает плечами, и не думая раскаиваться, и отходит за стаканчиком к автомату газировки. В следующее мгновение дверь для персонала распахивается, и газировка выскальзывает у Питера из руки. — Эй! — М-м, спасибо, детка. Лавочка сотрясается под весом взвалившегося на нее тела Харли. Питер считает, что это непозволительно близко. Жар от его тела кажется практически невыносимым, особенно когда до этого ты целый день скакал на солнцепеке в пластиковом костюме Железного Человека. Питер не отодвигается, но голову роняет обратно на стол. — Ненавижу тебя. — Вот блин. Значит, съезжаю обратно к Тони. — Хорошо. — Отлично. — Прекрасно. — Чудесно. — Изумительно. — Восхи… ЭмДжей со стуком опускает второй стакан с газировкой прямо у Питера перед носом. Он дергается и, делано оскорбившись, отодвигается от стола. Она серьезно смотрит сначала на одного, потом на другого: — Если вы сейчас же не прекратите этот ваш странный квази-флирт, то обоих взашей выгоню. — Прости. — Мне все равно пора. — Харли возвращает на стол украденный стакан с газировкой, теперь полупустой. Питер тут же оживляется. Полтора стакана замороженной газировки? Даром? Ништяк. — Куда это? — спрашивает ЭмДжей. — Я думала, по средам мы все в шесть свободны. — Мистер Балстер попросил меня подменить Эми. Она опять простудилась. Подумал, что деньги никогда не лишние, тем более «машинки» — работка непыльная. В тени. Ветерок поддувает. Не блюет никто. Еще и сверхурочные платят — одни плюсы. — Ты пропустишь кино вечером, — напоминает Питер, уткнувшись в свой стакан. — Сегодня Нед выбирает? — Ну да? — Как я и сказал, одни плюсы. ЭмДжей смеется и отходит обслужить клиента у прилавка. Теперь, когда ее нет рядом, присутствие Харли угрожающим осознанием нависает у Питера над головой, и он с усердием принимается опустошать свою газировку, пока в трубочке не начинает булькать воздух. Тогда он отставляет стакан в сторону, давая льду подтаять, и подтягивает к себе другой. — Может, посмотришь на меня? — тихо говорит Харли. — Не-а. — Питер обхватывает губами трубочку и втягивает в рот. — Ты ведешь себя нелепо. — Я в курсе, — не вынимая трубочки изо рта, отвечает он. — Неужели я настолько плохо выгляжу? Питер замирает. Вот он, переломный момент, осознает он. Можно отмахнуться от вопроса, свести все в шутку — да, беспощадно, по живому, но зато гордость останется в целости, — а можно сказать правду и изо всех сил опозориться, но избавить Харли от неуверенности в себе и лишних комплексов. Он закрывает глаза. Иногда он так себя ненавидит. С тяжелым вздохом отпустив газировку, он наконец поворачивается к Харли лицом. Красно-синий костюм блестит на нем в лучах солнца, проникающих в помещение через панорамное окно. Его светлые волосы, чуть повлажневшие от пота, обрамляют лицо золотистым нимбом, доставая концами до красного воротника на шее. Дешевый спандекс обтягивает каждую подкладку — Питер знает, что они обязательно должны там быть, чтобы придавать рельеф кубикам пресса, расширять плечи и создавать иллюзию тонкой талии. А еще, конечно, крепкого ореха. Да покарает его Бог, но его сердце такого не выдержит. Не поймите неправильно, Питеру нравится тело Харли — его настоящее тело, а не этот искусственный манекен. Ему нравятся мягкие бока и животик, нравится, что ляжку можно обхватить всей ладонью, и… Что ж. Проблема в том, что Питер — Человек-Паук. И капать слюной при виде своего бойфренда в пародии на твой собственный костюм — это, в общем, такая вещь, которая может стать причиной серьезного личностного кризиса. Сам собой напрашивается вопрос: подвернись случай, он бы перепихнулся с собственным клоном? Если этот клон будет выглядеть как Харли, ставьте что угодно — перепихнулся бы. Безо всяких сомнений. Дальше Питеру остается только одно. С мрачным видом он поднимает на Харли глаза и, сделав лицо кирпичом, признается: — Ты выглядишь великолепно. Уголки рта Харли опускаются. — Знаешь, Пит, а я надеялся на честный ответ. Я в курсе, что я не… Питеру приходится прикрыть глаза. — Я — не ты, — выдыхает Харли. — Но я… я думал, что выгляжу ничего. Теперь Питер смотрит только на него, на его порозовевшие щеки и тень сомнения во взгляде, и повторяет: — Харли, ты выглядишь великолепно. Харли качает головой. — Тогда что… — Возможно, тебе стоит попробовать устроиться на «машинки» на полную занятость. — Что? Зачем? Я думал, ты хочешь, чтобы мы работали это лето вместе. — Возможно, когда мы доберемся домой, тебе стоит примерить и мой костюм. Со стороны кассы доносится сдавленный кашель, и с опозданием Питер понимает, что ЭмДжей закончила со своим клиентом. Резко начинает гудеть аппарат со сладкой ватой. Харли бросает недовольный взгляд в сторону источника шума, а затем перекидывает ногу через лавочку, оседлав ее, и оказывается ну слишком, слишком близко к Питеру. Затем он подается вперед и с раздражением говорит: — Я не врубаюсь. Это как-то оскорбительно? Или это… — не договорив, Харли соскальзывает взглядом в сторону, высматривая что-то у Питера на лице — и только тогда до него наконец доходит. Уши Питера начинают пылать. В такой близости от Харли дышать едва ли получается. Присутствие ЭмДжей — вот единственный отрезвляющий фактор, который стоит между Питером и его желанием забраться Харли на колени и одним махом сделать их всех безработными. Только когда пластик костюма начинает жалобно скрипеть, Питер разжимает пальцы на ляжке, потому что не горит желанием соскребать деньги на компенсацию материального ущерба. Харли отклоняется назад. — Вот дерьмо. Правда, что ли? Питер дергает подбородком вверх и затем вниз. Этому невозможно сопротивляться. Его взгляд ползет ниже-ниже-ниже, туда, где спандекс туго обтягивает ляжки Харли. Они — Питер это точно знает — настоящие. Целиком и полностью. Он облизывает губы. — Я думаю… когда дома будем, тебе стоит… тебе стоит примерить его. Мой костюм, я имею ввиду. Он возвращается взглядом к лицу Харли, подмечая, как возникший из-под воротника румянец окрашивает все лицо парня ярко-розовой краской. Не целовать его в этот момент причиняет Питеру физическую боль. — Пит, я… Какого черта? — Со мной что-то не так. Харли смеется, но выходит больше похоже на хрип. — Еще бы. — Он закрывает лицо ладонью. — Ты же понимаешь, что я не влезу, да? Я слишком большой. Питер издает звук умирающего животного. — Я думаю… — ему приходится прочистить горло. — Я думаю, стоит попробовать. Харли выглядывает на него сквозь пальцы. — Господи Иисусе, видел бы ты себя. Ты что, поэтому был такой странный? Он кивает, как болванчик. — Это типа, э-э, чувство собственничества такое? Как носить шмотки друг друга? Питер моргает. — Скорее чувство «хочу-оттрахать-своего-клона», мне кажется. На секунду лицо Харли вытягивается в удивлении, и тогда он запрокидывает голову, расхохотавшись. В одно быстрое движение он, качнувшись вперед, прижимается ко лбу Питера холодным после газировки поцелуем, шепчет: «Люблю тебя», — и поднимается на ноги. Питер не открывает глаз до тех самых пор, пока не остается на лавочке один. — Я закончу в десять, — говорит Харли и, ухмыльнувшись, добавляет: — А если хочешь, для тебя могу «закончить» и в одиннадцать. Питер успел преступить все мыслимые границы стыда, поэтому ему ничего не остается ответить, как простое и честное: — Хочу. Ухмылка растягивается шире, поджимая морщинки у Харли вокруг носа. — Это свидание, — говорит он, этот ужасный человек, и бодрым шагом удаляется в сторону выхода, повиливая бедрами и напевая что-то веселое себе под нос. Он толкает дверь, и вместе с тем об столешницу бьется Питеров лоб и затихает автомат сладкой ваты. Дверь захлопывается. — Боже мо-ой-й-й, — стонет Питер. Чьи-то быстрые руки хватают обе его газировки. — Эй! — возмущенно подскакивает он. ЭмДжей вперяется в него взглядом и невозмутимо выбрасывает стаканы в мусорник. — Ты пожизненно в черном списке моего магазина. Уходи. — О-о, да ладно тебе, Эм. Я буду хорошо себя вести! — Уходи. Ох, этот тон ему знаком. Подхватив свой шлем Железного Человека, Питер плетется в сторону служебного выхода. Напоследок он все-таки разворачивается, положа ладонь на барную стойку: — Прямо на всю жизнь пожизненно? Она поджимает губы и, постучав пальцами по бедру, говорит: — Можешь прийти завтра, но чтобы на вечернем киносеансе глаза мои тебя не видели. У нас с Недом будет своя тусовка. Он торопливо кивает. — Конечно, это же ваше право! К тому же, думаю, я и так буду заня… — Скройся, Паркер! Хихикнув себе под нос, он юркает на улицу и напяливает на голову шлем. Если поторопиться, можно даже успеть застать Харли в раздевалке — до начала смены еще есть немного времени.