Как Блэки про Поттера читали

— Давай, Раб, читай, — Беллатриса метнула книгу в деверя. — А чё я-то сразу? — возмутился Рабастан. — Я между прочим есть хочу. А одновременно питаться и читать я не могу. — Не выеживайся, — продолжала проталкивать свою линию Лестрейндж. — Возьми книгу и читай! — Ой, ну и пожалуйста! Ну и ладно! Больно надо! — начал выделываться Рабастан. — Глава 11. КВИДДИЧ — Самая интересная глава! — фанатично заявил Регулус. — Ради этого можно было вообще начинать читать. — Почему вы все так фанатеете от квиддича? Я не понимаю! -воскликнула Цисси. — Это бессмысленный спорт. — Нарцисса, запомни спорт — полезен для здоровья, — изрёк Рабастан — главный «эксперт» в спорте. — Спорт — да, но квиддич здесь причём? — спросила Элла. — Там не нужна физическая подготовка. — Нужна! — вскрикнула Вальбурга. — Ты не сможешь без хорошей физподготовки нормально летать на метле. В школе начались соревнования по квиддичу — Единственная интересная вещь в Хогвартсе, — хмыкнула Вальбурга. — Когда я была капитаном команды Слизерин выиграл Кубок школы два раза. — Я жду победы Гриффиндора! — сразу заявил Сириус. — Конечно, он же Поттер! — закатил глаза Сигнус. В субботу Гарри впервые предстояло выйти на поле после нескольких недель регулярных и тяжелых тренировок — Один раз в две недели? — съязвила Вальбурга. — Потому что в моё время гриффиндорцы были безответственными дикарями, которые на всё плевали. — Сейчас уже не так, — сказал Руди. — У них там Мигера навела порядок. Они теперь всё делают, лишь бы она от них отстала. — Ну хоть какая-то от неё польза, — рассудил Сигнус. — Если бы Мигера была моим деканом, то я бы тоже всё делала лишь бы она мне потом не мстила, — сказала Белл. — Маккошечка на такое не способна, — прохрипел Сириус. Сборная Гриффиндора встречалась со сборной Слизерина. — Уфф! — воскликнул Рабастан. — Странно, обычно их оставляют напоследок, — проговорил Люциус. — Как самое интересное. — Ну всё будет мочилово! — воскликнул Рабастан. — Слизеринцы, в бой! Давайте! Уделайте этих львят. — Гриффиндор, — Сириус поднял кулак в знак поддержки своему факультету. Практически никто не видел, как Гарри играет в квиддич, — так решил Вуд, заявивший, что Гарри является секретным оружием команды, а значит, и его Мастерство надо держать в секрете. — Ладно Гарри, он маленький, — сказал Альф. — Но Вуд! Он же 5 лет в Хогвартсе от звонка до звонка отсидел. И он не понял, что такое Хогвартс? Но известие о том, что Гарри стал ловцом в команде Гриффиндора, каким-то образом все же просочилось за пределы сборной. — Ты что, Альф! — Вальбурга начала язвить. — Они же тренируется на открытом поле, Поттеру у всех на глазах присылают метлу. Как информация могла просочиться? — Тайна, — фыркнула Лестрейндж. — Как думаете они будут искать крысу, кто всем рассказал? — спросила Меда. — Если да, то это будет смешно. — Спорим, что так и будет, — сказал Альф. — А по итогу всю вину возложат на какого-нибудь беззащитного слизеринца. И теперь Гарри не знал, что хуже, — одни уверяли его, что он будет великолепным игроком, а другие с издевкой обещали бегать по полю с матрасом, чтобы поймать Гарри, когда тот будет падать. — Будет падать! — повеселила Беллатриса. — Великолепный игрок! — одновременно с ней вскрикнул Сириус. — А можно исключить из программы заседание фан-клуба Поттеров? — попросил Регулус. — А можно исключить фан-клуб квиддича? — парировал Си. — Нельзя, это главная тема этой главы, — ощетинился Рег. — А Поттер главный персонаж произведения! — не отставал гриффиндорец. — А можно исключить ваши перепалки, — попросила Цисси. Гарри по-настоящему повезло, что Гермиона стала его другом. — Гарри просто пытается убедить в этом себя, — сказал Альфард. — Сколько ненависти к 11-летней девочки, — Меда закатила глаза. — Можно же быть добрее? — Можно, — согласился Аль. — Но не нужно. Если бы не она, ему не удалось бы выполнять все домашние задания, потому что Вуд постоянно устраивал дополнительные тренировки, оповещая о них в самый последний момент. — Дружба по расчёту, — произнёс Малфой. — Заучки для того и нужны, чтобы у них списывать, — сказал Раб. — А если не дают, то заклятие в их сторону. И, кстати, именно Гермиона дала ему почитать «Историю квиддича», которая оказалась очень интересной. — Подтверждаю — это интересная вещь, — закивал Рег. — На мой взгляд там где есть слово «История» уже не может быть интересно, — пробурчала Белла. — Самая лучшая книга в истории человечества: «Убийства в Хогвартс-Экспрессе». — Я удивлена, что ты вообще хоть что-то читала, — заметила Друэлла. — Элла, ты мать года, — объявила Вэл. С тех пор как Гарри и Рон спасли Гермиону от горного тролля, она стала куда спокойнее относиться к нарушениям школьной дисциплины, и общаться с ней стало гораздо приятнее. — Запретный плод сладок, — подметил Руди. — Куда уж приятней, — буркнул Сигнус. — Гермиона стала оторвой, — изрёк Орион. — Пиши пропало. Если с ней такая трансформация произошла за два месяца, то что же будет с ней к концу книг? — Начнёт пить и курить, — сказал Рудольфус. И там Гермиона продемонстрировала им свое мастерство — она достала из кармана стеклянную банку из-под джема, поставила ее на землю, что-то произнесла, взмахнула палочкой, и в банке вдруг вспыхнуло яркое синее пламя. — Вау, Гермиона, как же так! — пародируя интонацию маленького мальчика пропищал Раб. — Я твой поклонник! — Между прочим Гермиона — молодчина! — вступился Сириус. — Она вот что умеет на первом курсе! А к концу книг вообще станет анимагом. Или не знаю… — Ну анимагом ты уж загнул, — махнула рукой Анди. — Если тебя так нравится Гермиона, то бери её в жёны, — взбесилась Нарцисса. — Надоел. — Цисси, пожалуйста, не подбрасывай ему идеи, — попросил Орион. — А то не приведи Мерлин действительно женится на какой-нибудь грязнокровки с Гриффиндора. Они грелись вокруг банки, повернувшись к огню спинами, и вдруг во дворе появился Снегг. — Куда же мы без него? — закатил глаза Сириус. — О! Мой любимый персонаж вошёл в повествование, — обрадовался Альф. — Лучше бы он вышел, — пробурчал Си. — Желательно из окна. — Сириус! — осудила его Андромеда. — Подобные пожелания характерны для Беллатрисы, а никак не для тебя. Гарри сразу заметил, что профессор сильно хромает. — Почему? — поинтересовался Сигнус. — Он обжегся? — Нет, он его заколдовали его любимые ученики, — предположила Элла. Снегг не увидел огонь, зато, взглянув на их виноватые лица, нашел другой повод для придирки. А Гарри не сомневался, что Снегг его искал, и старательно. — Никто не сомневался, — снова завопил Сириус. — Как же мне надоели его комментарии по поводу этого Снегга, — вздохнул Люциус. — Между прочим соблюдение правил никому не навредила, — заметил Руди. — Вот кому надо было жениться на Гермионе, — закатил глаза Белл. — Были бы идеально занудная семья. — А мне Гермиона не нужна, только ты, Белли, — улыбнулся Руди. — Оставь эти смазливые словечки для Гермионы, — фыркнула Беллатриса, в том время как её мать зашлась от умиления. — Библиотечные книги запрещено выносить из здания школы, — проинформировал его Снегг. — Отдайте мне книгу. За ваш проступок вы получаете пять штрафных очков. — А вот в наше время такого не было! — воскликнул Альфард. — В наше тоже, — сказал Люциус. — И сейчас такого нет, — сказал Рег. — Да я вам говорю, — начала Вальбурга. — У Дамблдора на старости лет поехала крыша, и он просто начал рандомные правила устанавливать. — Он только что придумал это правило, — сердито пробормотал Гарри, глядя вслед хромающему Снеггу — А, ну тогда ок, — сказал Рудольфус. — Инициатива ненаказуема, — проговорила Нарцисса. — Учителя же должны реализовывать свой творческий потенциал. — Интересно, что у него с ногой? — Не знаю, но надеюсь, что ему действительно больно, — мстительно произнес Рон. — Я тоже! — неожиданно закричал Сириус, так что все вздрогнули. — Придурок! — бросил Рег. — Я посмотрю на тебя, когда Гарри поймает снитч и как ты будешь верещать, — парировал гриффиндорец. — Если победит Гриффиндор, то я радоваться не буду! — пообещал Регулус. Она никогда не давала им списывать, — «Как же вы тогда чему-нибудь научись?» — но зато согласилась проверять их домашние работы, и таким образом они все равно узнавали от нее правильные ответы. — Мне кажется Гермиона переоценила себя, — произнёс Люциус. — Если она будет продолжать, так себя вести, то мальчики могут расхотеть с ней общаться. — Они дружат не из-за выгоды, — подала голос Анди. — Им просто нравится с ней общаться. — Вряд ли, — протянул Рудольфус. — На мой взгляд дружить с Грейнджер скучно. — А мне кажется этим дурням вполне это может нравится, — сказала Беллатриса. Гарри трясло от волнения. — Первый матч всегда так волнительно, — произнёс Рег, вспоминая свой первый матч. — Особенно если ты на первом курсе, — ехидно добавил Орион. — Особенно если вообще не собирался играть, — сказал Сигнус. — Особенно если вообще не слышал о квиддиче, — закончила Элла. Гарри спросил себя, почему, собственно, он должен бояться профессора Снегга? И, не найдя ответа, решительно встал, сообщив Рону и Гермионе, что пойдет искать Снегга и попросит вернуть книгу — Самоубийца, — произнесла Белл. — Я таких люблю. — А Снегг его пошлёт, — сказал Альфард. — Причём далеко и надолго. — Дядя Аль, — осудила его Нарцисса. — Уверена, что профессор Снегг ничего ему не сделает. В конце концов, что может плохого случится? Эта вещь Гарри, она принадлежит ему. — Ты рассуждаешь, как нормальный, здравомыслящий человек, — сказала Тонкс. — Но у Снегга в голове тараканы. Он рассуждает совсем по-другому. — Ага, он ещё предъявит ему за то, что он читает учебник не по зельям, — подтвердил Руди. — Лучше я, чем ты, — одновременно выпалили Рон и Гермиона, но Гарри покачал головой. — К чему это сейчас было? — не понял Люциус. — Зачем это бессмысленное самопожертвование? — Потому что Гарри этот ублюдок ненавидит, — начал было Сириус. — Сириус, следи за языком, — бросила Вэл. — А Гермиону и Рона Снегг прямо-таки обожает! — съязвила Анди. — Ну, у него нет цели их уничтожить! — настаивал на своём Сириус. — Как же мне повезло, что я не гриффиндорец, — заметил Альф. — Я не хочу считать себя обязанным спасать каких-то левых мне людей. Ему только что пришла в голову блестящая идея, заключавшаяся в том, что Снегг не откажет ему, если он обратится к профессору в присутствии других учителей. — Откуда он знает? — спросила Белла. — Может он весь преподавательский состав в страхе держит? — Кстати странно, преподаватели же должны знать о странной манере Снегга третировать учеников, тогда почему они ничего с этим не делают? — спросила Цисси. — Может они не знают, — предположила Элла. — Вряд ли, — сказал Рудольфус. — Я думаю, что просто Снегг настолько непрошибаемый человек, что просто махнули рукой. — Как непедагогично, — фыркнул Орион. Он спустился вниз к учительской и постучал в дверь. Никто не ответил. Он постучал еще раз. Снова тишина. — Сейчас будет: «Гарри постучал ещё раз. И ещё. А затем ещё и ещё», — продекламировал Рабастан. — «Гарри постучал ещё сорок раз и до него дошло, что в учительской никого не было». — Ахаха, — рассмеялась Белла. — Или: «Гарри вдруг осознал, что в учительской никого нет. И тогда он решил войти туда без приглашения». Гарри приоткрыл дверь и заглянул внутрь. — Что реально? — не поверила Беллатриса. — Это невежливо, — Друэлла неодобрительно поджала губы. — Это даже для меня невежливо, — произнёс Альфард. — Он ещё сейчас поди начнёт рыться в вещах учителей, — Меда закатила глаза. — Отвратительно. — А что вы хотите? — обратился к аудитории Малфой. — Сирота, рос без родительского участия. Хорошо ещё, что он не матерится на каждом шагу. Его глазам предстала ужасная картина. — Учителя едят учеников во главе с Дамблдором? — предположила Белла. — Учителя пьют и курят? — спросил Раб. — Или ещё круче: наркотики? — Кто-то с кем-то спит? — поинтересовался Альфард. — У кого что болит, тот про того и говорит, — закатил глаза Орион. В учительской были только Снегг и Филч. Снегг сидел, поддернув свою длинную мантию выше колен — Я угадал! — обрадовался Альфард. — А какой рейтинг у этой книги? — удивилась Вэл. — Почему мы вдруг начали читать порно? — Мой мир не будет прежним, — прохрипела Анди. — Они нашли друг друга два кретина-любовники, — хмыкнул Сириус. — Хотя я никогда не думал об этом сальноволосом упыре в таком ключе. — Бедный Гарри, — заметил Рабастан. — Зато узнал правду жизни. — Вы вообще о чём? — не поняла Нарцисса. Одна нога его была сильно изуродована и залита кровью. Справа от Снегга стоял Филч, протягивающий ему бинт. — Ах, вот в чём дело! — выдохнул Альф. — А то я уж было испугался. — Зато мы узнали кто из нас испорченный, — заметил Орион. — Нет, ну всё же вело к эротике, — попыталась оправдать себя в глазах детей Вэл. — А о чём вы подумали? — не поняла Цисси. — Святая простота, — протянула Андромеда. — А никого не смущает, что у Снегга из ноги кровь хлещет? — спросил Сигнус. — Проклятая тварь, — произнес Снегг. — Хотел бы я знать, сможет ли кто-нибудь следить одновременно за всеми тремя головами и пастями и избежать того, чтобы одна из них его не цапнула? — Бедный пёсик, — ужаснулся Сириус. — Он там хоть жив остался после его яда? — Так, профессор Снегг, а зачем вы ходили к церберу? — спросил у книги Альф. — А Дамблдор в курсе, что у него преподаватели ходят к церберу в гости? — поинтересовался Сигнус. Гарри медленно попятился, закрывая за собой дверь, но… — ПОТТЕР! — Хахах, — рассмеялся Рабастан. — Спалился, лох. — Что сейчас будет… — зажмурилась Элла. — Ты почему относишься к Снеггу, как дьяволу? — спросила Малфой. — Не убьёт же он его! Шепотом Гарри рассказал им обо всем, что увидел. — Стукач, — плюнула Белла. — Доносчик, — гаркнул Раб. — Стервятник, — добавил Рудольфус. — Вот зачем надо было им сейчас рассказывать? Это же не его дело. — Что-то я всё больше и больше в Гарри разочаровываюсь, — протянула Элла. — Вошёл в учительскую без разрешения. Теперь всем рассказывает о том, что там увидел. — А что ему ещё делать? — вступился Сириус. — Он узнал, что Снегг пытался проникнуть к пёсику. И потом он сказал только Рону и Гермиону. — Спасибо ему за это, — съехидничала Андромеда. — Ещё бы он в Гриффиндоре объявление про это повесил. Зачем собирать сплетни? — Поняли, что все это значит? — выдохнул он, закончив рассказ.—Он пытался пройти мимо того трехголового пса, и это случилось в Хэллоуин! Мы с Роном искали тебя, чтобы предупредить насчет тролля, и увидели его в коридоре — он направлялся именно туда! Он охотится за тем, что охраняет пес! И готов поспорить на свою метлу, что это он впустил в замок тролля, чтобы отвлечь внимание и посеять панику, а самому спокойно похитить то, зачем он охотится! — Точно! — закивал гриффиндорец. — Этот недоносок может. — Сириус, я тебе в который раз говорю: следи за языком, — прикрикнула Вэл. — А что такого? Я же не матерюсь, — справедливо заметил Сириус. — Ещё б ты матерился, — Орион строго взглянул на первенца. — Мне кажется это бред, — сказал Рудольфус. — Зачем Снеггу охотиться за чем-то? — А что он тогда там делал? — спросила Цисси. — Здесь аргумент, что он просто перепутал двери не прокатит, — сказала Меда. — Нет, это невозможно, — возразила она.—Я знаю, что он не очень приятный человек, но он не стал бы пытаться украсть то, что прячет в замке Дамблдор. — Слушай, вы с Грейнджер созданы друг для друга! — хихикнула Белла. — Даже мыслите одинаково. — Просто это объективно и логично, — слегка смутился Рудольфус. — Не очень приятный человек? — поразился Сириус. — Да он… Он же… Он же настоящий… — Подумай прежде чем закончить это предложение, — угрожающе предупредил Орион. — Честное слово, Гермиона, тебя послушать, так все преподаватели просто святые, — горячо возразил Рон. — Лично я согласен с Гарри. Снегг может быть замешан в чем угодно. Но за чем именно он охотится? Что охраняет этот пес? — А какое им дело? — спросила Элла. — Их это вообще не касается! — Меня тоже бесят люди, которые лезут куда не просят, — согласилась с ней Лестрейндж. Большой зал был наполнен восхитительным запахом жареных сосисок и радостной болтовней — все предвкушали захватывающее зрелище. — Гриффиндор победит! — уверенно заявил Сириус. — Кроме тебя так никто не считает, — напомнил Регулус. — Смотрите: если это книга-сказка, где всё всегда хорошо, то победит Гарри, а если правда, то победит Слизерин, — рассудил Рудольфус. — Это будущее, здесь это не работает, — произнёс Малфой. — Хотя бы один ломтик поджаренного хлеба, -настаивала она. — Я не голоден, — решительно ответил Гарри, для пущей убедительности энергично помотав головой. — Как же меня бесит Гермиона! — Аль закатил глаза. — Ей английским языком говорят: не хотят есть, а она… Поешь, поешь. Следи за собой! — Это называется забота, — сказала Меда. — А по-моему вредительство психическому здоровью, — хмыкнул Раб. — Я бы послал своего друга нафиг, если бы он начал навязывать мне свои взгляды. — Приём пищи — это свои взгляды? — изумилась Нарцисса. — Гарри, тебе надо набраться сил, — пришел на помощь Гермионе Симус Финниган. — Против ловцов всегда играют грубее, чем против всех остальных — Как всегда «блестяще»! — оценил Орион. — Симус станет моим «любимым» персонажем. — Вот это поддержка! — Альфард зааплодировал. — Сидят главное два друга: один в глотку пищу заталкивает, другой мотивирует. — Да никому она не заталкивала ничего в глотку! — закатила глаза Меда. Чтобы сделать Гарри приятный сюрприз, они развернули огромное знамя, сделанное из той простыни Рона, которую изуродовала Короста. «Поттера в президенты» — было написано на знамени. — Я таким понимаю лозунг придумал Уизли? — спросил Люциус. — Ничего глупее не слышал. — Я бы не хотел, чтобы меня так поддерживали, — сказал Регулус. — Мне было бы стыдно. — Я это учту, — угрожающе пообещал Сириус. — Готовься, что на следующую твою игру я и Джеймс придём с постером: «Регулуса в мэры». — Эй! — воскликнул Рег. — Не смей! Ты меня опозоришь! — Ты что не хочешь поддержки от своего старшего брата? — Такой мне ни от брата, ни от бездомного не надо! — Рег всерьёз забеспокоился, что Сириус реально вычудит нечто подобное. А Дин, который умел хорошо рисовать, изобразил на знамени огромного льва, эмблему факультета Гриффиндор. Когда они развернули полотнище, Гермиона что-то прошептала себе под нос, и буквы и рисунок начали переливаться разными цветами. — Это очень плохо… — выговорил Руди. — А по мне мило, что они так поддерживают своего друга, — улыбнулась Цисси. — А почему нельзя поддерживать более профессионально? — продолжал Рудольф. — Рваная простынь, дурацкий лозунг, самодельный лев. Это убого! Вуд прокашлялся, призывая всех соблюдать тишину и привлекая к себе внимание. — Итак, господа, — произнес он. — Самая важная часть подготовки, — авторитетно заявила Вэл. — Слышали бы вы её речи, как капитана, — поделился опытом Альфард. — Там бы даже Дамблдор плакал. «Вы, твари, если проиграете, я вас на куски порву! Жизнь вам испорчу! Убью! Ноги вам отпилю, сволочи!». — И вы выигрывали? — спросил Рег. — Но он же ещё жив и здоров, — ответила Вальбурга. — И дамы, —добавила Анджелина Джонсон, охотник сборной. — Если есть дамы — это хорошо, — одобрила Вальбурга. — Надо продвигать женский квиддич. — В Гриффиндоре всегда много девочек играло, — сказал Аль. — Это в Слизерине у нас… — В Слизерине настоящие леди, а в Гриффиндоре хабалки, — сказала Элла. — Что за слова, мама! — удивилась Цисси. — По-другому их не назовёшь, — бросила Друэлла. — Да замолчите вы, — оборвал его Вуд. — Такой сильной сборной, как сейчас, у нас не было много лет. Мы выиграем. Я это знаю. — Я бы даже сказал: никогда, — добавил от себя Орион. — В прошлом году Гриффиндор выиграл вообще-то, — Сириуса задело такое высказывание. Гарри вышел из раздевалки вслед за Фредом и Джорджем. От волнения у него подгибались колени. Он надеялся, что, шагнув на поле под громкие аплодисменты, не упадет на глазах у всех собравшихся. — Мы тоже надеемся, — сказал Сигнус. — Ох, Гарри, не бойся, я с тобой! — поддержал мальчика Сириус. — Зачем ему ты, у него есть рваная простыня, где написано"Поттеры в президенты», — хихикнула Меда. — Так, не мешай мне, — оборвал кузину гриффиндорец. — Я болею за своего крестника! — Там даже не сказано, что он твой крестник, — напомнил Рег. — Там даже тебя нет. — Да в этой книге про меня сказала в 20 раз больше слов, чем про тебя! — ощетинился Сириус. — Так что, все замолкаем, у моего крестника сегодня первая игра! — Итак, нам нужна красивая и честная игра. От всех и каждого из вас, — заявила она, жестом приказав всем подойти поближе. Гарри показалось, что она обращается не ко всем игрокам, но лично к капитану сборной Слизерин, шестикурснику Маркусу Флинту. — О-па! Флинты! — обрадовался знакомым фамилиям Раб. — А если он шестикурсник, то получается он уже есть, да? — спросил Сигнус. — Да, у он родился несколько месяцев назад, — сказал Люциус. — Мы могли быть у них на крестинах в эту пятницу. — Могли бы, — согласился Аль. — Но вам повезло ещё больше. Вы у нас! — Неслыханное везение, — фыркнул Малфой. — Будем считать, что сарказма мы не разглядели, — произнёс Орион. Гарри подумал, что Флинт выглядит так, словно в его родне были тролли — Как нетолерантно! — воскликнула Цисси. — А у Поттера в роду никого не было? — поинтересовался Рабастан. — Может единороги? — Просто у Гарри психологическая травма после прошлой главы, — успокоил всех Орион. — Ему теперь везде будет мерещатся тролли. Мадам Трюк с силой дунула в серебряный свисток и взмыла высоко в воздух вместе с четырнадцатью игроками. Матч начался. — Что-то я начал волноваться, — сказал Сириус. — Не переживай у Гарри всё будет хорошо, — успокоила его Меда. — Он же узнал о квиддиче аж два месяца назад! — «Спасибо» за поддержку, — буркнул Сириус. — Гриффиндор, удачи облажаться! — отсалютовал Рабастан. — …И вот квоффл оказывается в руках у Анджелины Джонсон из Гриффиндора. Эта девушка — великолепный охотник, и, кстати, она, помимо всего прочего, весьма привлекательна… — Хах, неожиданное замечание! — хохотнул Раб. — Коротко о том, как бы вёл матчи Аль, если бы ему доверили роль комментатора, — прокомментировал Орион. — Ну это лучше, чем было у нас: какой-то Стерджис Подмор, бубнил себе под нос, — сказал Руди. — Его никто не слушал. —ДЖОРДАН! — повысила голос профессор МакГонагалл, специально севшая рядом с комментатором матча Ли Джорданом, приятелем близнецов Уизли. Она прекрасно знала, что Джордана частенько заносит, а потому решила его контролировать. — Если он так плохо комментирует, то почему ему доверили? — не поняла Элла. — Насколько я помню, то желающих комментировать матчи всегда много. — Это мазохизм, — пояснила Вальбурга. — Им нравится страдать. — А по-моему им нравится контролировать всех, — буркнула Беллатриса. Гриффиндор открывает счет! — ДАААА! — завопил Сириус так, что у всех заложило уши. — СИРИУС!!! — крикнули Вальбурга, Белла, Цисси, Андромеда. — Что?! Я радуюсь! — А нельзя радоваться тихо? — поинтересовалась Цисси. — Нет, нельзя! — И это Гриффиндор только забил квоффл, — в шоке прошептал Люциус. — Держись подальше от игры, пока не увидишь снитч, — так сказал ему Вуд. — Ни к чему идти на риск и провоцировать соперника на то, чтобы против тебя грубо сыграли, пока в этом нет никакой нужды. — Гениально! — с сарказмом бросила Вэл. — Никто до этого ещё не додумывался. — Зато проверено временем, — пожал плечами Сигнус. В какой-то момент он увидел золотую вспышку, но оказалось, что это солнечный блик от часов одного из близнецов Уизли. — Часы? — вскрикнул Регулус. — Реально часы? На игру? — Я в шоке: гриффиндорцы не меняются. Спустя года они поражают своей безалаберностью, — закатил глаза Руди. — А дальше что? С жвачкой придёте? — поинтересовалась Белла. — Бери выше, — дополнил Рабастан. — Девочки придут с накладными ногтями. — А в чём проблема накладных ногтей? — не въехала Меда. Ловец сборной Слизерина Теренс Хиггс тоже увидел снитч. Он и Гарри одновременно устремились к нему, а все охотники застыли в воздухе, забыв о своем мяче и напряженно глядя, как Гарри и Хиггс соревнуются в ловкости и скорости. — Гарри, давай! — снова закричал Сириус, за что словил недовольные взгляды девушек. — СЛИЗЕРИН! СЛИЗЕРИН! СЛИЗЕРИН! — завопили Раб, Белла и Альф. — Мерлин, пусть мои барабанные перепонки доживут до конца этой главы, — прошептала Элла. Снизу, с трибун, донесся возмущенный рев болельщиков Гриффиндор — Маркус Флинт, напомнивший Гарри тролля, как бы случайно на полном ходу врезался в Гарри, и тот отлетел в сторону, цепляясь за метлу и думая только о том, как удержаться в воздухе. — Тварь! — вскрикнул Сириус. — Его надо дисквалифицировать. — Он случайно, — напомнил Люциус. — Нет! Это нечестно. Слизерин как всегда играет подло, — продолжал Сириус. — А Гриффиндор играет благородно, поэтому у него и побед нет, — произнесла Лестрейндж. — Хотите быть ангелочками, будьте, а мы будем выигрывать. — Хорошо, хорошо. Итак, Флинт едва не убил ловца команды Гриффиндора Гарри Поттера, но, вне всякого сомнения, такое может случиться с каждым. — — Квиддич — это игра! Это спорт! — говорил Руди. — Они серьёзно возмущаются, что кто-то там кого-то пнул? Они были на взрослых играх? — Я тоже не понимаю этого, — согласился Орион. — Как говорится: «Плохому дуэлянту мешает плохой пол». — Да Гарри бы снитч поймал! — воскликнула Сириус. — Но не поймал, — развел руками Люциус. Внезапно его метла резко накренилась вниз и сильно завибрировала. Гарри показалось, что сейчас он упадет и разобьется, но он удержался, крепко вцепившись в метлу руками и стиснув ее коленями. — Это что-то такое? — забеспокоилась Андромеда. — Метла сломалась? — спросила Нарцисса. — Метла не может сломаться, — сказал Рег. Он в жизни не испытывал такого ощущения беспомощности и растерянности. — Ещё будет время, — хихикнула Беллатриса. Ему удалось выровнять метлу, но несколько секунд спустя все повторилось. Казалось, что метла хочет сбросить его. — Да что ж такое! Не лихорадка, так драконья оспа, — плюнула Меда. — Бедный мальчик, — забеспокоилась Элла. — Может ему чёрная кошка дорогу перешла. — А может у него просто Луна в Овне? — закатила глаза Вэл. — Луна на это не влияет, — парировала Элла. Метла беспорядочно металась в небе, время от времени настолько резко разворачиваясь вокруг своей оси, что Гарри едва удерживался на ней. — Я всё понял! — провозгласил Аль. — Метла заколдована! — Наконец-то до тебя дошло! — закатила глаза Вальбурга. — Я это буквально сразу поняла. — Да? Может быть ты ещё и поняла кто это сделал? — спросил Альфард. — Конечно! — кивнула Вэл. — Это был Дамблдор — главный злодей в школе. — Не-а, — неожиданно вступился за честь директора Орион. — Пока Поттер будет маленьким, он будет ему лизать. Когда Поттер вырастет, тогда Дамблдор и покажет свою настоящую сущность. — Не пойму я, чего там Гарри творит? Чего он себе думает, а? — бормотал Хагрид, следя за ним в бинокль. — Не знай я его, я б сказал, что не он метлой рулит, а она им… Да не, не может он… — Думает слишком хорошо о себе, — фыркнул Сигнус. — Ну хотя бы кто-то обратил внимание на Гарри! — всплеснула руками Меда. — А то на игру уставились, а на ребёнка плюют. Внезапно кто-то громким криком привлек внимание к Гарри, и все взгляды устремились на него. — Браво учителям за внимательность к детям! — зааплодировал Орион. — Их же там 14 человек на поле, — напомнила Нарцисса. — Они не могут следить за всеми. — Это их обязанность! — строго ответил хозяин дома. — С такой логикой можно сказать, что и каждого ученика они обучать не могут, потому что там их больше сотни. Метла неожиданно подпрыгнула, накренилась и, наконец, сбросила Гарри. Теперь он висел на метле, одной рукой вцепившись в рукоятку. — Ой, какой ужас! — Элла закрыла глаза ладонью. — Мне нельзя такое читать, — Цисси съежилась. — Я слишком чувствительная для этого. — Что за чертовщина там творится? — спросил Руди. — И почему учителя никак не вмешиваются? Услышав эти слова, Гермиона выхватила у Хагрида бинокль, но вместо того чтобы смотреть на Гарри, она навела его на толпу зрителей, напряженно всматриваясь в нее. — Она пади подумала, что Гарри сейчас умрёт и начала искать себе нового друга, — хихикнул Рабастан. — Что ты такое говоришь? — «возмутилась» Беллатриса. — Она просто увидела книгу, которую ещё не читала. — Я так и знала, — сказала Гермиона, — Снегг — смотри. — Кто бы сомневался, что в этом замешан этот грязный придурок! — цокнул Сириус. — Он ведёт себя отвратительно! — Отвратительно ведёшь себя ты, — неожиданно заявил Альфард. — Перестань обзывать моего любимого персонажа. — Твой любимый персонаж — тварь! — Мой любимый персонаж — гений педагогики и зельеварения! А его обвиняют во всех смертных грехах. — Потому что он и замешан грехах, — отрезал гриффиндорец. — Кроме блуда, конечно! — Вот, видишь! Это уже не во всех смертных грехах, — хихикнула Меда. Рон схватил бинокль. На трибуне, расположенной прямо напротив них, сидел Снегг. Его взгляд был сфокусирован на Гарри, и он что-то безостановочно бормотал себе под нос. — Видите! Видите! — закричал Сириус. — Мы не видим, мы слышим, — хихикнул Регулус. — Он убийца! Он хочет его убить! — продолжал орать гриффиндорец. — Сириус, перестань кричать. Ты и так мне все нервы вымотал, — попросила Вальбурга. — Ты что-нибудь слышал про презумпцию невиновности? — поинтересовался Рудольфус. — Может он просто себе под нос песню напевает. — Да он же его заколдовывает! — не переставал возмущаться Сириус. — Да же если это и так, то, что ты хочешь от нас? — спросила Андромеда. — Чтобы мы также как и ты начали орать? И какой смысл будет у этого действа? — Меда, ну оскорби ты его для приличия! Тебе, что сложно? — спросил Сириус. — Да! — ответила Анди. — Я не собираюсь оскорблять человека вина которого ещё не доказана. — Да какой смысл доказывать? Я знаю, что он гад и моральный упырь. — Твои слова ничего не решают, — заметила Меда. — И что же нам делать? — Предоставь это мне. — Гермиона пошла в атаку! — объявил Раб. — Неужели это будет феноменальный хук справа? — А может она его соблазнит и родится Снеджер? — спросила Белла. — Не в 11 лет же! — вскрикнула Цисси. Метла так сильно вибрировала, что было ясно: висеть ему на ней осталось недолго. Зрители вскочили на ноги и, раскрыв рты, с ужасом смотрели на то, что происходит. — И преподаватели главное сидят, все из себя беспомощные! — возмутился Орион. — Как Ли Джордана контролировать, так запросто, а как спасти ребёнка, то их нет, — Вэл закатила глаза. А Маркус Флинт тем временем схватил мяч и пять раз подряд забросил его в кольцо Гриффиндора, пользуясь тем, что на него никто не смотрит. — Если на него никто не смотрит, то и Трюк не смотрит, а значит его очки не защитаны, — произнёс Руди. — Но тактика хорошая, — оценил Сигнус. Гермиона так торопилась, что даже не остановилась, чтобы извиниться перед профессором Квирреллом, которого она сбила с ног. — А ему пофиг, — махнул рукой Рег. — С ним так и не раз поступали. Оказавшись напротив Снегга, она присела, вытащила волшебную палочку и произнесла несколько слов, которые давно уже вертелись в ее мозгу, ярко-синие языки пламени, коснувшиеся подола профессорской мантии. — А-а! — вскрикнула Цисси, зажав рот рукой. — Ничего себе скромница-Гермиона. — Гермиона, ты теперь мой кумир! — воскликнул Сириус. — Надо взять эту идею к себе на заметку. — А она не так никчёмная как я думала, — протянула Вэл. Снеггу понадобилось примерно тридцать секунд, чтобы осознать, что он горит. — Тупица, — буркнул Сириус. Снегг не видел Гермиону, и она незаметным движением смахнула с него пламя. Оно каким-то ей одной известным образом оказалось в маленькой баночке, которую она держала в кармане. — И это на первом курсе? — неверяще проговорила Анди. — А представьте, что будет на 7 курсе? Что она будет делать? Бурю вызывать, станет анимагом или вообще стет Министром магии? — Ой, это не так сложно как вы думаете, — заметил Сигнус. — Да? Только ты на своём первом курсе максимум, что мог, это вызвать струю водички, — напомнил Орион. — Ну ты-то у нас был гением! — с сарказмом плюнул Сигнус. Этого оказалось вполне достаточно. Гарри вдруг удалось вскарабкаться на метлу. — И вы сейчас будете защищать Снегга? — не поверил Сириус. — Да, будем, — сказал Альф. — Я буду. Я всегда буду. Он лучший. — Он убийца, — напомнил Сириус. — С чего ты взял? — спросил Регулус. — Между прочим существует презумпция невиновности. Последние пять минут Невилл сидел, уткнувшись лицом в куртку Хагрида, и громко плакал. — У них там своя какая-то жизнь, — махнул рукой Руди. — С чего он сейчас плакал? — Слишком чувствительный, — пожала плечами Нарцисса. — Ничего не произошло, а он ревёт, — продолжал Рудольфус. — Я не понимаю этого. Он что уже Гарри похоронил? Судья Трюк не останавливала игру, игра остановилась сама, но все равно никто не понял, почему Гарри, взобравшись на метлу, вдруг резко спикировал вниз. — А судья просто за этим наблюдала? — осведомился Люциус. — Как всегда превосходно! — Что опять не так с Гарри? — закатил глаза Сигнус. — Что у него метла в щепки сейчас расщепиться? Внимание всего стадиона было по-прежнему приковано к нему, так что все отчетливо видели, как он внезапным движением поднес руку ко рту, словно его вот-вот должно было стошнить. — Пожалуйста, пусть его не стошнит, — Элла скрестила пальцы. — Я не хочу читать описание рвоты. — Если Гарри сейчас блеванёт, то он опозориться на всю жизнь, — произнёс Раб. — А нельзя использовать более вежливые глаголы? — попросила Друэлла. Гарри выровнял метлу у самой земли, скатился с нее, падая на четвереньки, закашлялся, и что-то блеснуло в его руке. — Почему это так подробно описывают? — скривилась Друэлла. — Чтобы ты прочувствовала всю остроту момента, — ответила Вальбурга. — Меня скоро саму стошнит от таких сцен, — прохрипела Элла. — Ну это уже твои проблемы, — пожала плечами Вэл. — Я поймал снитч! — громко закричал он, высоко подняв золотой мяч над головой. Игра закончилась в полной неразберихе. — Чего? — не понял Рег. — Я как-то опустил этот момент. — Не ты один, — сказала Белл. — Рабастан, ты как читаешь? — Э! Я хорошо читаю, тут так и написано, — начал оправдываться Раб. —Да он его не поймал, он его почти проглотил, — все еще выл Флинт двадцать минут спустя, но его никто не слушал, потому что это не имело никакого значения, ведь Гарри не нарушил правил игры. — Он его ртом поймал? — не поверил Рег. — Офигеть! — Я впервые такое слышу, — произнесла Вальбурга. — Как он такое сделал? — спросил Сигнус. — Это же невозможно. — Всё-таки это не совсем честно, — протянула Нарцисса. — Почему это? — спросил Рег. — Снитч пойман? Пойман. А вот уж чем он пойман, не имеет никакого значения. Ли Джордан счастливым голосом прокричал в микрофон результат: сборная Гриффиндор победила со счетом 170:60. — ДА! ДА! ДА! — прокричал Сириус. — Тащите Огневиски! Устроим пьянку! — Мечтай, — холодно произнёс Орион. — И кто-то после этого будет говорить мне, что квиддич это честная игра? — не поверила Цисси. — Какой смысл охотников и остальных, если всё решает ловец? — Не факт, — заметил Регулус. — Факт, — произнесла Малфой. — Это все Снегг, — горячо объяснял ему Рон. — Мы с Гермионой все видели. Он смотрел на тебя, не отводя глаз, и шептал заклинания. — Да-да, это он, — подтверждал Сириус. — Мерлин, надеюсь, Снегга в этой книге уволят, — прошептала Беллатриса. — Никогда не думал, что буду с тобой согласен, — протянул Сириус. — Потому что я не выдержу от тебя ещё 7 книг слышать бессмысленные обвинения, — закончила Белл. — Да, Си, тебе действительно не мешало бы угомониться, — произнесла Тонкс. — А то надоедаешь. — А вы что сами не ведите какой он хмырь? — спросил Си. — Не видим, — сказал Рег. — Зато ясно видел, что ты совсем с ума сошёл. — Чушь, — возмутился Хагрид, который, когда с Гарри начали происходить непонятные вещи, с таким напряжением следил за ним, что не услышал, о чем шептались на трибуне Рон и Гермиона, и не заметил, что Гермиона куда-то отлучалась. — Зачем Снеггу делать такое? — Ну хоть кто-то нормальный, — улыбнулась Анди. — Ну и отвечай: зачем? — спросил Регулус. — Потому что он мразь, — ответил Сириус. — Это не аргумент, — хмыкнул Орион. — Он ненавидит Джеймса и мстит ему, — продолжал гриффиндорец. — Ты слишком большого мнения о своём Поттере, — подметила Нарцисса. — Я кое-что узнал о нем, — сообщил он Хагриду — В Хэллоуин он пытался пройти мимо трехголового пса. Пес его укусил. Мы думаем, что он пытался украсть то, что охраняет этот пес. — Да моему любимому Снеггу вообще до факела, что там ваш цербер охраняет, — сказал Аль. — Тогда почему он его покусал? — спросил Руди. — Просто он перепутал двери, — нашёл оправдание — А вы откуда про Пушка разузнали? — спросил он, когда к нему вернулся дар речи. — Как он его назвал? — не поверил Раб. — Пушок? Как же это банально, — пожал плечами Люциус. — А я думал он Шарик, — сказал Сириус. — Или Снежок. — Пушок от Снежка недалеко ушёл, — махнул рукой Орион. — Ну да — это ж моя собачка. Купил ее у одного… э-э… парнишки, грека, мы с ним в прошлом году… ну… в баре познакомились, — пояснил Хагрид. — А потом я Пушка одолжил Дамблдору — чтоб охранять… — Какой-то маргинальный прохвост, — скривился Малфой. — А нормально, что он сейчас всё им так выкладывает? — спросил Сигнус. — Ну и кадр. — Что? — быстро спросил Гарри. — Все, хватит мне тут вопросы задавать, — пробурчал Хагрид. — Это секрет. Самый секретный секрет, понятно вам? — Рано Гаррик спросил, — вздохнул Орион. — Так бы этот лесник проговорился. — Какой же он тупой, — взвыл Рабастан. —Чепуха, — отмахнулся от него Хагрид — Снег — преподаватель школы Хогвартс. Он ничего такого в жизни не сделает. — Правильно, наш Снегг самый лучший! — провозгласил Аль. — Ещё один! Мало нам было хейтера Снегга, так теперь фанат нарисовался, — буркнула Беллатриса. — Когда этого Снегга уже из повествования выведут? — А зачем же он тогда пытался убить Гарри? — вскричала Гермиона. Похоже, после всего случившегося сегодня она коренным образом изменила свое представление о Снегге, которого еще вчера защищала от обвинений Гарри и Рона. — Правильно, Гермиона, познаёт основы, — одарил улыбкой Сириус. — А может Снегг действительно в этом замешан? — спросила Цисси. — Тебя Сириус покусал? — спросила Белла. — Не, ну всё указывает на него, — заметила Малфой. — Да это просто домыслы троих первокурсников, — закатил глаза Руди. — Ага! — довольно воскликнул Гарри. — Значит, тут замешан некто по имени Николас Фламель, верно? — Николас Фламель? — спросил Орион. — Так это что философский камень что ли? — Прикольно, — хихикнул Рабастан. — Чего прикольного? Им даже не убьёшь никого, — взгрустнула Лестрейндж. — А кто за ним охотиться? — спросил Сигнус. Судя по виду Хагрида, тот жутко разозлился на самого себя. Но изменить уже ничего не мог. — Слово не сова, вылетишь не поймаешь, — подвела итоги Элла.