Песенка для Джокера

***

— Милый, ноги, — Лена не просит, а предупреждает. Джокер, сидящий на краю кухонного стола, разводит колени, раздвигая ноги. В его голове звучит задорная музыка, мелодичный голос заливается йодлем. Ему хочется рассмеяться, но Лена не позволяет. Она наклоняется и целует, с напором проталкивая язык в рот Джокера. Ей определённо нравится доминировать. Она проходится по кромке зубов клоуна, облизывает чужой язык, проводит, щекоча, по нёбу. Джокер чувствует давление её ладони на затылке. Йодль в голове становится невыносимо прекрасным от оттенков светлой грусти, которые делают его особенно проникновенным. Джокеру сладко от этих звуков. Он испытывает почти оргазмическое удовольствие, словно кто-то в хорошем смысле трахает его мозг. Поцелуй переходит в облизывания. Лена лижет его по приоткрытым губам, иногда проскальзывая внутрь. По подбородку клоуна стекает ниточка её слюны. Лену заводит приятно слабое тело психа, смазанный, как у оттраханной проститутки, макияж и плывущий от удовольствия взгляд, но для полноты ощущений чего-то не хватает. Когда она отстраняется, Джокер открывает глаза, мутные от опьяняющей эйфории, которой наполняет его музыка. Он смотрит на нее весело, благодарно и так доверчиво, что внизу живота затягивается тугой жаркий узел. Лена не выдерживает и впивается грубым поцелуем, зная, что Джокеру сейчас слишком хорошо, чтобы он чувствовал, что и с какой силой она делает. До крови прокусив ему нижнюю губу, она берет клоуна за горло — в ответ слышит тихий смех и ощущает под ладонью вибрацию. Лёгкая боль была. Теперь сильнее. Она отрывается от губ, продолжая сжимать горло, и тянется к уху мужчины. Выдыхает над ним, зная, что это вызовет у клоуна волну мурашек по загривку, и прикусывает мочку. Джокер привычно удерживается от любых звуков, кроме смеха, но выдыхает его по-особенному мягко, как стон: — Ха-ах. Девушка несколько раз целует клоуна в чувствительное место за ухом, вызывая расширяющуюся блаженную улыбку, после чего насмешливо шепчет: — Нравится? Она отпускает его и клоун сразу поднимает руку к шее, потирая её, словно только что избавился от удушающего ошейника. Несмотря на кровь на губе и болезненный жест, он продолжает улыбаться. Девушка быстро расстегивает его ремень, оставляя болтаться в шлёвках, и немного стягивает штаны, оценивая, насколько клоуну в них тесно. Одна её рука властно сжимается на худом бедре Джокера, а другая плавным поглаживающим движением спускается по животу и отодвигает резинку трусов, освобождая член. Шут прикрывает глаза, когда она касается его стояка. Тело прибирает волна удовольствия, он вздрагивает. Лена двигает рукой вверх-вниз и с удовлетворением замечает, как клоун пробует толкнуться навстречу. Он близок к разрядке — надо же, и это всего от одной хорошей песни — поэтому девушка сильно давит ему на бедро, фиксируя на месте. Джокер покорно прекращает ерзать, он отводит руки, опирается на стол позади себя и слегка запрокидывает голову. Его бедра всё равно периодически непроизвольно подрагивают, пока Лена дрочит ему. Девушка прерывает ласку, когда оргазм становится вопросом пары движений. Она неожиданно отходит от стола. — Вставай. Джокер садится прямо, вяло моргает и несколько секунд приходит в себя. Комната медленно кружится, словно он под кайфом, задорная мелодия в голове расстраивается, приближаясь к какофонии. Член стоит колом. Лена, вернувшаяся с флаконом смазки, терпеливо ждёт, давая клоуну передышку. Наконец, мужчина бросает на неё короткий взгляд из-под ресниц и слезает на пол, становясь на нетвёрдые ноги. Штаны смешно соскальзывают вниз, но он их не удерживает. Девушка встает перед ним и нежно поглаживает по голове, а затем берёт за предплечье и разворачивает к себе спиной. Джокер без приказа нагибается над столом, опускаясь на локти. Он низко склоняет голову, ощущая, как руки девушки проходят вдоль спины и в конце стягивают с него трусы. Девушка обильно выдавливает смазку на ладонь и проводит ей между ягодиц клоуна. Прикосновение оказывается щекотным, он хихикает, но волшебный йодль в голове по громкости перекрывает его голос. Так что, когда Лена входит, он даже не слышит собственный крик. Фаллоимитатор на девушке двусторонний, она трахает и чужое тощее тело, и себя. Накладной член очень крупный, в диаметре больше полутора дюймов, но ей почти не больно, потому что она слишком-слишком мокрая. Ощущения того, насколько сильно натянулись мышцы киски, будоражат её так же, как несдержанные вскрики Джокера. Громкие мужские стоны отражаются от стен комнаты. Девушка вколачивается в клоуна, обхватив впалые бока, забыв о нежности, входя до предела и жестко вжимая его в стол. Она сделала очень приятно его мозгам и сейчас это с лихвой компенсирует ему любой дискомфорт. Джокер не двигается, что даёт ей целиком контролировать темп и глубину проникновения. Он только стонет, старательно удерживаясь на локтях под натиском девушки, и иногда навзрыд хихикает. Надолго Лены не хватает. Чувствуя, что балансирует на грани, она ложится на Джокера, одновременно толкаясь внутрь, оттягивает воротник его оранжевой рубашки и кусает обнажившееся плечо. Оргазм получается с привкусом крови, мышцы внизу живота сокращаются, сводимые судорогой. Девушка впервые позволяет себе застонать и с протяжным громким «ах» полностью расслабляется, перенося вес на шута. Он выдерживает. Около минуты Лена наслаждается накрывшими её ощущениями, а затем до неё доходит, что с последним толчком в комнате наступила тишина, Джокер затих. Не меняя положения тела, она заводит руку клоуну между ног, которые тот рефлекторно пытается свести, не ожидая прикосновения. — Ты кончил, — девушка подставляет испачканную белым ладонь к его лицу, словно вещдок. Джокер смотрит на своё семя, и улыбка сама налезает на лицо. Девушка тепло прижимается к нему сзади, она сделала ему так хорошо, что в это мгновение он практически её любит. Мелодия в голове грохочет, радостная и восторженная. Лена встаёт с клоуна, небрежно вытирая руку со спермой о его рубашку, затем тянется к своей промежности, чтобы вытащить искусственный член. Фаллоимитатор покидает тело, вызывая у неё вздох облегчения. Удовольствие стремительно тает, а тупая боль в растянутых мышцах остаётся и наверняка не пройдёт в ближайшие часы. Ничего, зато в моменте это было необходимо, как воздух. Капля боли в бо́чке удовольствия всё и всегда делает лучше. Она немного отступает от Джокера, переминается с ноги на ногу, прислушиваясь к внутренним ощущениям. Между ног очень мокро. Она терпеть не может ощущение липкости и грязи, хочется скорее принять душ. Из задницы Джокера хвостом торчит фаллоимитатор, весь блестящий от её естественной смазки, а на полу, возле собравшихся цветной горкой джокеровских штанов с трусами, заметны несколько белесых капелек. Почувствовав, что она его рассматривает, клоун оборачивается через плечо, краснеющее свежим укусом. — Прости, мы закончили? — Да, мы оба, — подтверждает девушка, но Джокер не понимает каламбура. — Сейчас я помогу тебе. Обхватив влажный фаллоимитатор, она медленно извлекает его из клоуна и отбрасывает на стол. По внутренней поверхности бедра Джокера сбегает струйка крови. Он выпрямляется, пошатываясь. — Я могу одеться? — спрашивает он, полностью развернувшись к ней. — Ты так торопишься? — подняв брови, вопросом на вопрос отвечает Лена. Она притискивает его к столу, понимая, что задница клоуна оставит на поверхности кровавый след, и настойчиво целует. Джокер наконец отвечает.