Берегу

— Анют, можешь выходить, я подъехал, — слышится в трубке родной голос, который заставляет девушку улыбнуться. — Хорошо, мне только куртку надеть, — говорит она и кладёт трубку. В коридоре появляется Юлия, вытирая руки полотенцем и с грустной улыбкой наблюдая за дочерью. — Сегодня только третье января, а вы уже на тренировку. Даже отдохнуть толком не успели, — вздыхает она и опирается плечом о стену. — Ну, впереди Кубок первого канала, потом чемпионат мира, который, надеюсь, не отменят. Расслабляться времени нет, — пожала плечами фигуристка, застёгивая куртку, — Ладно, мамуль, я побежала. Постараюсь вернуться к ужину. — На обед тебя не ждать что-ли? — вопрос застал девушку врасплох, но она старалась не подавать виду. — Нет, перекушу в кафе с девочками, — женщина понимающе улыбнулась. — Понимаю, за эту неделю мы успели тебе надоесть, — посмеялась она и обняла дочь, — Удачи тебе на тренировке. — Спасибо, я побежала, — и выпорхнула из квартиры. Щербакова открывает подъездую дверь, и в её поле зрения сразу появляется Глейхенгаузовский автомобиль. Мужчина выходит из машины и крепко обнимает девушку, целуя в губы. Затем открывает ей переднюю дверь, помогая ей сесть, после садится сам. — Ну что, принцесса, готова покорять «Хрустальный»? — улыбается он, заводя машину. — Готова, как и всегда, — улыбается ему в ответ и кладёт свою ладошку поверх его. Он переплетает их пальцы, слегка сжимая. В этот момент Дане кажется, что это сон. Он так давно мечтал о ней, что сейчас ему не верится в своё счастье. Но вот она рядом. Смотрит на него с бесконечной любовью и, кажется, сама пытается осознать всю реальность происходящего. Ехать от дома Ани до ледового дворца прилично. Так что во время поездки она переключает музыку, настраивает температуру, что-то постоянно говорит сидящему рядом мужчине, от чего тот довольно улыбается и думает про себя, что ему очень повезло с ней. Он смотрел на то, как она активно жестикулировала руками, о чём-то увлечённо рассказывая, и был очень счастлив, ведь рядом с ним она была такой живой, такой искренней. Глейхенгауз не понимал, чем он заслужил эту девушку, но знал точно, что он всегда будет бороться за неё. — Чем будешь заниматься на перерыве? — поинтересовался мужчина, не отрывая взгляда от дороги. — Да вот, думала пригласить в кафе на обед одного талантливого симпатичного мужчину, у нас хореографом работает, — безучастно говорила фигуристка, разглядывая картину за окном, — Как думаешь, он согласится? — Думаю, он дурак, потому что это он должен приглашать тебя куда-то, а не наоборот, — улыбнулся Даниил, — Но мне кажется, он исправится. Знаю этого парня, он тот ещё джентльмен, — Аня звонко рассмеялась, пихая водителя в плечо, тот улыбнулся, переводя на неё добрые глаза, — Ну серьёзно, Ань, это задевает моё самоуважение, так что больше так не делай. — Хорошо, не буду, — сказала она и поцеловала в губы, когда они остановились на очередном светофоре. Долгим поцелуй не получился, потому что поток машин двинулся вперёд. Оказавшись в «Хрустальном», Аня пошла в раздевалку. Дане же пришлось ненадолго остаться в машине, чтобы их никто не увидел вместе. С одной стороны, что в этом такого? Они иногда приезжают и уезжают вместе, достаточно часто проводят время вместе, и это ни для кого не в секрете. Но с другой, лучше избавить Щербакову от неловких разговоров с подругами. Аня буквально впорхнула в раздевалку, принося вместе с собой отличное настроение, которое почувствовали все. — Ань, ты такая счастливая, прямо светишься, — отметила Трусова, пытаясь распутать наушники. — Да, что-то произошло? — поддержала Камила и отпила кофе из стаканчика. — Я просто наконец-то отдохнула, отоспалась, и сейчас готова работать с новыми силами, — отчасти это было правдой, но причина её истинного счастья уже почти тридцать лет зовётся Даней. — Это замечательно, — улыбнулась Валиева. — Девчонки, всем приветик, — в раздевалку влетел вихрь по имени Алина Загитова. Девушка тут же сгребла всех присутствующих в объятия, — Анютка, я так и не поздравила тебя лично. С третьим чемпионством тебя, — она обняла подругу, погладив по спине, — Так, я чего зашла то? — начала вспоминать олимпийская чемпионка, — Ах, да! Никто не хочет сходить на хоккейный матч? У меня есть три лишних пригласительных. — О, можно мне два, пожалуйста, — откликнулась Саша, — У меня как раз братья фанатеют. — Конечно, держи, — Алина с радостью отдала девушке билеты, ведь она даже и не надеялась, что кто-то из фигуристок захочет взять. — А кто играет? — спросила Валиева. — «ЦСКА» и «Ак Барс». — Давай мне тоже, родная команда всё-таки, — улыбнулась Камила, забирая пригласительный. — Верное решение, девочка моя, — шуточно похвалила её Загитова, и все рассмеялись, — Ну всё, девчули, чмоки, я побежала. Столько дел ещё, — засуетилась она, — Вам хорошей тренировки, и готовьтесь к КПК, — послала воздушный поцелуй и вылетела из помещения. — Да-а, с ней не соскучишься, — посмеялась Даша. — Ладно, хватит уже языками чесать. Пойдёмте в зал хореографии. Даниил Маркович не любит опоздавших, — сказала Аня и пошла на выход, показывая пример остальным. Когда первый лёд закончился, фигуристки, уставшие и измотанные, поплелись в раздевалку. Кто-то сразу упал на скамейку, кто-то окупировал куллер, кто-то уселся прямо на полу у стены, так и не дойдя до своего места. Только Аня взяла телефон, ей сразу пришло сообщение, прочтя которое, невольно улыбнулась. Даня: Жду у машины) — Фух, как же сложно возвращаться сюда после праздников, — обтираясь полотенцем, сказала Усачёва. — Девочки, кто куда сейчас? — поинтересовалась Камила. — Я пойду с Марком прогуляюсь, — отозвалась Трусова. — Я не знаю, наверное, останусь здесь, — пожала плечами Даша, выпивая уже третий стаканчик воды. — Ань, а ты? — смотря на подругу, спросила Валиева. — Поедем с Даниилом Марковичем обедать. Он что-то там хотел обсудить, — пытаясь придать голосу как можно более непринуждённый тон, ответила Щербакова, после чего словила взгляд Русской ракеты, полный интереса. — Что ж, тогда мы с Дашей тусим здесь. Встретимся на втором льду, — резюмировала Камила. В коридоре Аню догнала Саша. — У вас с Глейхом что-то есть, да? — сразу задала вопрос в лоб рыжеволосая, чем застала подругу врасплох. — Ты говоришь глупости, — сдвинула брови девушка, пытаясь сказать убедительно, хотя внутри потихоньку накатывала паника, ведь Трусова не отступит. — Думаешь, я не заметила ваши переглядки? — усмехнулась Саша, — О, Щербакова, да ты покраснела. Не находишь это очевидным? — Перестань, — настойчиво попросила Аня. — И в кафе вы едете не для того, чтобы что-то обсудить, — «Саш, по-моему, ты выбрала не ту профессию», — думает про себя брюнетка, но говорит совсем другое. — Послушай, мне наскучил этот бессмысленный разговор. Можешь думать, что хочешь, мне до лампочки. Давай закончим на этом, чтобы не поссориться, — предложила компромисс Аня, хотя прекрасно понимала, что подруга на этом не успокоится. — Ладно, — немного обиженно ответила Трусова, — Будешь готова — расскажешь. Всего хорошего, — и быстро зашагала в сторону выхода, где её уже ждал Кондратюк. От чего-то стало неприятно. Они ведь очень хорошие подруги, и Аня понимала, что своим утаиванием правды обидела и расстроила рыжеволосую. Но она не могла взять и рассказать ей всё, не посоветовавшись с Даней. Это было бы эгоистично и нечестно по отношению к нему. Твёрдо решив поговорить с ним на эту тему и помириться с подругой, девушка направилась к выходу из ледового дворца. Даня стоял у машины и как только увидел идущую к нему фигуристку, открыл ей дверь. Затем сел сам, завёл автомобиль и тронулся в сторону кафе. Мужчина заметил, что девушка была какая-то задумчивая, и не мог оставить это без внимания. — Что-то случилось, Анют? — она смотрела на врезающиеся в стекло крупные снежинки, размышляя обо всей ситуации. Выдохнула, повернулась к хореографу и тут же напоролась на полный переживанием взгляд. — Саша спросила про нас. Я попыталась отрицать, но её не проведёшь. И теперь она обиделась, — грустно улыбнулась девушка, — Но я не могла сказать ей, без согласования с тобой, — Даня качнул головой, уважая её позицию. — Я не против, чтобы ты ей рассказала. Не хочу становиться причиной вашей ссоры, — Аня с благодарностью сжала его ладонь, улыбаясь. — Спасибо. В кафе практически не было посетителей, что было паре на руку. Они разместились за дальним столиком, садясь друг напротив друга на мягких диванчиках. Официант не заставил себя долго ждать, принимая у них заказ. Когда он отошёл, Даня пересел к Ане, устраивая руку у неё на талии, и зарылся носом в её волосы, обжигая горячим дыханием её бархатную кожу. — Слишком далеко, — прошептал он, вгоняя девушку в краску. — Смущаете, Даниил Маркович, — прикрыла глаза, подставляя шею для поцелуя, который не заставил себя долго ждать. — Могу перестать, — поддразнил он её. — Не отступайте, раз уж начали, — подхватила Щербакова, в который раз удивляясь своей смелости, но в то же время смущаясь её. Глейхенгауз оставил поцелуи на краешке её губ, на скуле и за ушком. По телу девушки пробежали приятные толпы мурашек, от чего она рвано выдохнула, — Какой же Вы всё-таки… — Обаятельный? — улыбнулся мужчина. — Можно и так сказать, — проговорила она ему в губы, но не поцеловала, а отстранилась, издевательски улыбаясь, как бы говоря этим: «Победа за мной». Даня усмехнулся, убирая руку с её талии, чем вызвал у неё недоумение. — А Вы, я смотрю, хитрая девушка, Анна Станиславовна. Но меня Вам не переиграть, — он встал, чтобы вернуться на своё место, но тут она схватила его за руку, потянув обратно. — Так нечестно, это запрещённый приём. — Такой же незаконный, как и Ваш, — парировал он, хотя издеваться над ней было мукой и для него. — Предлагаю ничью, с условием, что Вы сейчас же вернёте свой зад на прежнее место, — деловито, но с ноткой угрозы сказала Анна. — У меня встречное условие, — девушка кивнула, готовая слушать, — Когда мы сядем в машину, Вы поцелуете меня. — Меня устраивает, — согласилась она, притягивая мужчину к себе. Принесли заказ, и пара принялась за обед, негромко обсуждая предстоящие соревнования и смеясь с проскакивающих в разговоре шуток. Когда они закончили, мужчина оплатил счёт и помог своей даме надеть куртку. — Я жду, — сказал хореограф, как только они оказались в его автомобиле. — Вы такой нетерпеливый, — улыбнулась девушка, проводя ладошкой по его щеке. Придвинулась ближе, он подался ей навстречу, и она накрыла его прохладные губы своими тёплыми. Глейхенгауз запустил пальцы в её волосы, легонько сжал, а затем надавил на затылок, сильнее приближая к себе. Те чувства, что он испытывал рядом с ней, он не испытывал ни с кем больше. Эта девушка определённо сводила его с ума, но ему это очень даже нравилось.

Столько искал, но не заменил. Времени таймер давит вниз. Что-то терял, что-то находил В лабиринте этих лиц. Но нет, но нет, но нет. Замен ей точно нет.

Как и утром, в «Хрустальный» они зашли по очереди. Увидев Трусову, которая, по всей видимости, тоже только зашла, Щербакова поспешила к ней. — Саш, постой, — догоняя подругу, крикнула девушка, после чего та остановилась и повернулась к ней, — Нам надо поговорить, — рыжеволосая смотрела на неё с ноткой недоверия и обиды, но в следующую секунду смягчилась. — Давай только не здесь. Подруги зашли в детскую раздевалку, где никого не было, и присели на маленькие скамеечки. — Слушаю тебя, — произнесла Александра свойственным ей приказным тоном. Аня выдохнула, собираясь с мыслями. — Во-первых, хочу попросить прощение за недомолвки с моей стороны, — рыжеволосая кивнула, принимая извинения, — Во-вторых, отвечу на твой недавний вопрос, — села поудобнее, — Да, мы с Даниилом Марковичем вместе, — казалось, это совсем не удивило Трусову, поэтому Щербакова продолжила более смело, — Прости, я боялась твоей реакции на эту новость, даже не столько реакции, сколько осуждения, — Саша подсела ближе и приобняла подругу за плечи. — Ань, не бойся рассказывать мне что-то. Мы ведь подруги, забыла? Я никогда не стану осуждать тебя за выбор твоего сердца. Если вы любите друг друга, то никто не имеет права препятствовать вам, — Аня благодарно улыбнулась. — Спасибо, что понимаешь и поддерживаешь. Но ещё одна причина, почему я не сказала, в том, что я не хотела говорить, не посоветовавшись с ним, — Ракета кивнула, соглашаясь. — И ты прости меня. Я об этом как-то не подумала, ещё и давить на тебя начала… — Проехали. Давай забудем эту ситуацию, но договоримся впредь ничего друг от друга не скрывать, — предложила Щербакова. — Идёт. Мир? — Трусова протянула ей выставленный мизинец. — Мир, — улыбнулась она, и девушки скрепили пальцы.