Не улетай

Резкое свечение стихло, и Такемичи наконец-то открыл глаза, пытаясь что-то разглядеть. В комнате было очень темно, поэтому он протянул руку к тому месту, где должен сидеть Какучо. Но он наткнулся на стену. От удивления Ханагаки стал крутить головой и, заметив окно, встал. — «Разве в гостиной было окно?» Таз сильно заболел, из-за чего он с грохотом упал на мягкий ковёр. Где-то послышался шум, а после щелчка дверь в комнату открылась, пропуская большой поток света. В проëме застыл чей-то высокий силуэт. — Мичи? — спросил вошедший. Голос казался до боли знакомым, из-за чего глаза стали намокать. — Эй! Что случилось? — обеспокоенно спросил, подходя. — Обычно ты дергаешься, когда кто-то входит. Почему ты плачешь? Небольшие шрамы на уголках рта сразу бросились в глаза. Санзу заботливо вытер вытекающие слезы. — Хару, — промычал голубоглазый. — Ты сменил причёску? — он болезненно улыбнулся, после чего обнял парня. Телосложение стало значительно больше с их прошлых объятий. — «Сколько же я был в отключке?» — подумал брюнет, шмыгая носом. — Ты не заболел? Я хожу с этой причёской уже два года, — скептически ответил Харучиë. — «Два года?!» — Такемичи испуганно сглотнул и дотронулся пальцем до ног, по которым что-то стекало. — Да уж. Неплохо постарались, — цыкнул старший, а потом встал и вышел из комнаты. — МЫ ЖЕ ДОГОВАРИВАЛИСЬ СРАЗУ ЗА СОБОЙ УБИРАТЬ!!! — Убирать? — горько переспросил Ханагаки. — ОН ИЗ-ЗА ВАС СЛОВИЛ ПАНИЧКУ, КРЕТИНЫ! — голос Санзу был очень злым. — Не ори… Это был я, — холодно ответил уставший голос. В комнату вышел парень значительно меньше предыдущего. — Что тут происходит? — боязливо спрашивал себя Такемичи, обхватывая своё тело ладонями. Вошедший подошёл и присел напротив. — Я просто забыл, Мичи. Прости, — со слабой улыбкой ответил он. Белые волосы свисали на глаза шторками. — Изана? — не понимающе спросил младший. Парень выплюнул и подполз ближе. — Мичи, последний раз повторяю. Никогда не сравнивай меня с этим ублюдком! — процедил он сквозь зубы, дотрагиваясь до коленки Ханагаки, позже опуская руку ниже. — Как я погляжу татуировка уже полностью зажила. — «Какая татуировка?» — испуганно подумал брюнет, бросая взгляд на своё слабо освещённое тело. На ноге красовался небольшой прямоугольник с рисунками внутри. Рядом было много укусов и засосов, меняющих свой цвет. — Не делай такое лицо, будто видишь их впервые, — сказал парень, сжимая свою ладонь на ноге. — Нет, — мотал головой Ханагаки. Он отбросил чужую руку. — Кто? — Хватит придуриваться, Мичи! — рявкнул беловолосый. — Майки, не ори на него! — крикнул кто-то за дверью. — «Майки?» — выдохнул брюнет. — Завались! — он приставил своё лицо прямо напротив лица партнёра. — Мичи, хватит трястись! Ты раньше так сильно не боялся! Мне это не нравится! — Манджиро? — дрожащим голосом пробормотал голубоглазый, пока по щекам потекли слезы. Лицо названого удивлённо скривилось, а потом он кивнул. — Нет! Где мой Майки? — Твой? — усмехнулся парень. — Тогда кто я? — он приблизился к шее и, с трудом найдя свободное место, поставил новый засос. Закончив, встал и покинул команду. — Помойте его! Через пару секунд в комнату с грохотом ворвались двое. — Давно не виделись, клубничка! — радостно сказал один из них, подходя. Второй молчаливо стоял позади. — «Клубничка?» — глаза Такемичи округлились. — Ран? — испуганно спросил младший. — Да, дорогой? — улыбнулся подошедший, склоняя вбок голову. — Где твои косички? Вы все решили сменить причёски? — иронично приподнял уголки губ Ханагаки, сильнее обнимая себя. — Нет, вроде бы. Давно уже так хожу, — задумался он, проходя ладонью по волосам. — Тогда что здесь происходит? — голубоглазый уткнулся лицом в свои колени, пуская слезы. Плечи сильно дрожали, а дыхание сбилось. — Мы недавно были дома у Майки. Праздновали день рождения Хины. Я наконец-то встретился с какосиком. Почему теперь все ведут себя так странно? Братья не понимающе переглянулись. — Мичи, это было десять лет назад, — резко сказал Риндо, подходя ближе. — Что? — глухо спросил брюнет поднимая голову. Он начал сильнее трястись от медленно приходящего осознания. — «Десять лет… Прошло десять лет… Я был в коме? Нет! Они все выглядят так будто я всегда был тут.» — он вновь прижался к своим коленям, напряжённо думая. — «Получается путешествие во времени? Как в манге? Как же бредово звучит, но на данный момент это единственное, что у меня есть. Тогда почему они ведут себя так странно?» Хайтани переглянулись, и Ран поднёс свою руку в дрожащему плечу партнёра. — НЕ ТРОГАЙ МЕНЯ!!! Я ТЕБЯ НЕ ЗНАЮ!!! ГДЕ МОЙ РАН? ГДЕ РИНДО, КОТОРОГО Я ЗНАЮ? — через слезы кричал Такемичи. Мужчина отдёрнул руку, а потом, чуть-чуть помедлив, вышел вместе с братом из комнаты, немного прикрывая дверь. — «Десять лет… Прошло десять лет… Я уже видел Майки, Санзу и Хайтани. Что с остальными?» — он очень часто дышал, пока тело покрывалось испариной. В комнату опять кто-то вошёл, но брюнет даже не поднял головы. Мужчина сел рядом, осторожно касаясь чужой макушки. — Мичи, всё хорошо? — аккуратно спросил знакомый голос, который Ханагаки слышал меньше часа назад. — Какосик, — также не поднимая головы, заметил он. — Тебе надо помыться, — он вытянул руки, чтобы отнести младшего. — Я сам, — обиженно перебил голубоглазый, с трудом вставая на ноги. При первом шаге он упал, из-за чего всё же пришлось попросить помощи у Хитто. Старший по дороге включил свет. Оказывается помещение, в котором он сидел, было оборудовано как отдельная квартира. Небольшая кухня, где почти ничего не было. Большая спальня с огромным окном без ручки. В туалете средних размеров ванна и зеркало в полный рост. — Где остальные? — тихо спросил Такемичи, когда его посадили в холодную ванну. Он сам стянул с себя идеально белую рубашку, оставаясь полностью нагим. — Кто именно? — спросил Какучо, включая чуть тёплую воду. Как только она дотронулась кожи Ханагаки болезненно зажмурился. — «Что могло произойти за десять лет?» — выдохнул младший, смотря своё покрытое засосами тело. — Остальные, — прошептал брюнет, потирая следы от чужих укусов. Хитто, словно не услышал, вышел из ванной, чтобы принести чистую рубашку. Старший положил блестящую ткань на полку и приблизился к партнёру, хватая за его спиной мочалку, которую смочил гелем для душа. Он растирал пену по чужому телу, стараясь обходить свежие следы. — Прости, — тихо сказал шрамированный. — Что-то произошло? У тебя сегодня очень странная реакция на всё. — В каком плане? — не понял брюнет, сидя спиной к мужчине. — Обычно ты даже не отвечаешь им… — звучало виновато. — А ты какое-нибудь исключение? — горько усмехнулся он. — Вроде бы, — пожал плечами старший. — Так что случилось? — Я вообще ничего не помню за последние десять лет. Что стало с Майки? И где остальные? — громко выдохнул младший, опуская голову на свои колени. — С ними всё хорошо. Они уже давно тебя не видели, но с ними всё хорошо, — Какучо сделал подозрительно долгую паузу. — Благодаря тебе… — В смысле?!! — резко развернулся брюнет, встречаясь с печальным взглядом разноцветных глаз. — Около семи лет у Майки поехала крыша, и он собирался убить всех кто к нему не присоединится, поэтому ты поставил условие. Он забирает тебя и всех кто присоединился, остальные же живут дальше своей жизнью уже одни, — было слышно, что ему было тяжело об этом говорить. — Тогда почему ты с ними? — скептически уточнил младший. — Меня попросил Изана. Он до сих пор выполняет данное тебе обещание, оставаясь секретом. Хотя Манджиро раздражает его метка, — заметил Какучо, осторожно касаясь самого израненного места на теле, а именно правого плеча, где располагалась серьга Ханафуда. Такемичи вздохнул и, громко выдыхая, опустился в воду с головой. Вынырнув, он убрал волосы за уши и облокотился на бортик ванной. — Можешь выйти, пожалуйста? — тихо спросил Ханагаки. Хитто, чуть помедлив, вышел из туалета, а потом в целом из «квартиры». — «Как же так всё получилось?» — прослезился голубоглазый, сжимая в дрожащую полоску губы.