Dark DxD. Океан бесконечных грёз

Океан бесконечных грёз

Из забытия его вырвала чудовищная боль… Адская агония, словно по нему только что проехались катком, но каким-то чудом он умудрился выжить, чувствуя всю отвратительную прелесть боли от переломанных костей, разорванных мышц и раздавленных органов. Если бы он полностью пришёл в себя, то наверняка бы заорал от невыносимой боли. Закричал бы настолько истошно, что за пару секунд сорвал бы голос, но продолжал бы беззвучно выть, чтобы хоть как-то заглушить чувство боли… Иссей не знал, сколько он пробыл в таком состоянии. Ощущение времени и пространства покинуло его, оставив в цепких объятиях страданий, которые и не думали ослабевать. Невидимые секунды, что вполне могли оказаться часами, сменяли друг друга, а разум Хёдо так и продолжало жечь калёное железо агонии. И всё же… в какой-то момент боль стала постепенно стихать. Агония отступила, оставив место лишь странному, ноющему чувству, которое больше напоминало боль в затёкших от долгого бездействия мышцах… Возможность мыслить вернулась к нему не сразу. Разрозненный поток бессвязных слов и воспоминаний постепенно собрался воедино, и события минувшего сражения волной нахлынули на него, заставив до скрипа стиснуть зубы. «Я… проиграл… в конечном счёте, я так и не смог ничего изменить…» Иссей почувствовал, как его глаза наполнились слезами горечи. Всё перенапряжение последних дней нашло отражение в этих беззвучных слезах, что медленно стекали по его щекам, исчезая в неизвестности. — Ты проснулся? – приглушённый девичий голос прервал царившую в его разуме тишину, заставив Хёдо собраться с мыслями. Этот голос показался ему таким родным и тёплым, что он поневоле захотел услышать его снова. — Да… – сипло подтвердил он. — Ты плакал… тебе приснился кошмар? – в её голосе ясно прозвучало беспокойство. — Лучше бы всё это действительно было кошмаром… Иссей замолчал, надеясь, что она скажет что-то в ответ, но девушка тоже хранила безмолвие. И лишь спустя пару мгновений он почувствовал, как его волос коснулась её ладонь. Лёгкими и плавными движениями она успокаивающе поглаживала его по волосам, пробудив в нём воспоминания из далёкого прошлого. Давным-давно, когда его родители ещё не успели отстраниться от него из-за его нескончаемых кошмаров, мама так же успокаивала Иссея, шепча какие-то материнские заклинания, которые всегда могли успокоить испуганного ребёнка. «Кто бы мог подумать, что спустя столько лет я снова смогу испытать это странное чувство?..» Хёдо продолжал лежать неподвижно, чувствуя её прикосновения, которые прогоняли остатки боли. Органы чувств, до этого бездействовавшие, тоже начали постепенно возвращаться в норму, позволив ему немного сориентироваться в его нынешнем положении. Прохладный ветерок слегка шелестел листвой, давая понять, что они были на улице. На миг у юноши даже мелькнула мысль, что он до сих пор находится в том искусственном измерении, но за время «рейтинговой партии» Иссей ни разу не почувствовал там и намёка на ветер. Он очень хотел открыть глаза, дабы развеять сомнения, но малейшая попытка поднять веки отзывалась в его голове вспышками боли, поэтому Хёдо решил ненадолго отложить это дело, сосредоточившись на других органах чувств. Следом о себе напомнила затёкшая спина, хотя на фоне той адской боли эта проблема казалась столько незначительной, что Иссей равнодушно проигнорировал её. Куда больше его заинтересовал другой странный факт… он лежал на чём-то твёрдом и неровном, в то время как голова ощущала странную мягкость и тепло, словно он лежал на лавочке, а его голова покоилась на чьих-то коленях. «Никудышный из меня вышел демон, если девушке приходится утешать меня после поражения…» Хёдо горько улыбнулся, представляя, как сейчас эта сцена выглядит со стороны. Он, покрытый ранами и ожогами, лежит на какой-то лавочке, а рядом с ним сидит… Иссей нахмурился, силясь вспомнить, кому принадлежал этот голос. Ему не раз доводилось слышать его, поэтому круг его возможных спутниц сужался до довольно скромных значений. «Риас?.. Нет, вряд ли бы после нашего поражения её голос звучал бы так спокойно. Асия? Ожидаемо, но учитывая моё паршивое состояние, она бы вряд ли сдержала слёзы. Конеко? Слишком много эмоций в голосе. Акено? Не та манера речи…» Он мысленно перебрал ещё несколько уже менее знакомых девушек, но ни одна из них даже близко не походила на обладательницу этого голоса. Устав теряться в догадках, он уже хотел пересилить остатки головной боли и открыть глаза, как вдруг до него донёсся новый звук. Странный шум воды, который заставил его внутренне вздрогнуть. Что-то очень нехорошее ассоциировалось у него с этим звуком, но усилившийся звон в ушах мешал ему вспомнить. — Фонтан наконец-то включили, – словно прочитав его мысли, произнесла девушка, и сердце Хёдо пропустило удар. «Фонтан… городской парк… нет, что хуже, этот голос!» Он резко распрямился и вскочил на ноги. Идея оказалась не самая удачная, потому что мышцы успели серьёзно занеметь, и Иссей едва не свалился, но его вовремя поддержала знакомая женская рука. — Исэ, что с тобой? – обеспокоенно спросила девушка, испуганная его поведением. Игнорируя её вопрос, Хёдо потёр ноющие виски и рассеяно огляделся вокруг, чувствуя, как в горле появилась противная сухость. Он действительно находился в одном из городских парков его родного Кё. Возле того самого фонтана, где его убила Рейналь, а потом чуть не убил один из её подручных. Воспоминания о тех событиях были столь яркими, что он на мгновение забыл о девушке, что стояла рядом с ним. — Исэ?.. – её ладонь мягко сжалась на его плече. Юноша вздрогнул, не решаясь посмотреть на неё. Он уже прекрасно понимал, кому принадлежит этот голос, но поверить в это не мог. «Это не может быть она… просто не может! Я ведь… практически своими руками её…» — Исэ, посмотри на меня, пожалуйста. Хёдо захотелось провалиться сквозь землю, лишь бы не делать этого. Если его опасения подтвердятся… страшно подумать, чем это может кончиться. Но голос девушки был слишком настойчивым, да и жажда развеять это томительное неведенье склонила чашу весов в нужную сторону. Иссей осторожно поднял взгляд на свою спутницу и почувствовал, как к горлу подкатил противный ком. Рейналь… Амано Юма стояла рядом с ним, положив одну руку ему на плечо, а другой слегка придерживая, чтобы он не свалился от очередного приступа боли. Она выглядела в точности, как в вечер их свидания… в тот вечер, когда она убила его. Первой мыслью Иссея было выхватить меч из карманного измерения, но память услужливо напомнила, что там были лишь осколки меча, который он сам же перерубил «Махокирой». Катаны рядом тоже не было, поэтому единственным его оружием был священный механизм, но юноша чувствовал, что за время боя с Райзером истощил все его резервы. У него не было ничего, кроме его измотанного тела, а для боя с падшим ангелом этого было недостаточно. «Но… есть ли вообще хоть какой-то смысл драться? – со вздохом подумал Хёдо. – Юма мертва, в этом я уверен. Кто же сейчас передо мной? Двойник? Призрак? Очередное порождение моего больного разума?..» Иссей смотрел на Амано и не знал, что ему следует делать. Как ни старался, он не мог придумать никакого толкового плана действий, да и головная боль накатила с новой силой, словно где-то неподалёку проходил концерт хард-рока, и организаторы заботливо установили динамики рядом с его головой. Когда звон в ушах стал совсем невыносимым, юноша покачнулся и сгорбился, со стоном хватаясь за голову. — Боже, ну вот зачем ты так резко вскочил? – девушка подвела его обратно к лавочке и помогла ему сесть. – Неудивительно, что голова разболелась. Хёдо с сомнением посмотрел ей в глаза и не смог удержаться от ироничной усмешки. «Кто бы мог подумать, что по свету могут бродить мертвецы… да ещё и с такими добрыми глазами…» Это… невольно заставило его задуматься. Насколько он помнил, Рейналь даже во время их свидания не проявляла о нём такого беспокойства, а уж потом, когда он стал демоном и перешёл ей дорогу – и подавно. Хоть это и было непривычно и подозрительно, но Иссей не мог не признать, что ему льстило подобное внимание. Её беспокойство казалось настолько реальным, что ей хотелось верить, несмотря на всё, через что ему пришлось пройти по вине этой девушки. — Юма… что произошло? – решив не проявлять агрессию раньше времени, спросил он. — Ты не помнишь? – скорее утверждающе, чем вопросительно произнесла девушка. – Мы пришлю сюда погулять после торгового центра, но у тебя разболелась голова и мы присели отдохнуть… правда, ты настолько вымотался, что практически сразу уснул, ну и… – её щёки слегка зарумянились, и она недвусмысленно коснулась рукой своего берда. Её слова вызвали новый приступ головной боли. Хёдо привычно потёр пальцами виски и, к своему удивлению… вспомнил всё, о чём она говорила. Вспомнил, как они провели вместе этот день и как план свидания привёл их в парк. Они гуляли с самого утра, а учитывая практически бессонную ночь, Иссей успел порядком вымотаться. Неудивительно, что у него разыгралась мигрень, и его так быстро свалило в сон: перенапряжение всегда выливалось для него в очередной приступ головной боли, хоть с годами он и успел привыкнуть к этому. Юма… она ворвалась в его жизнь так неожиданно, что он даже не успел свыкнуться с этим. Словно все эти годы Иссей провёл в тёмной и пыльной комнате, отравляя лёгкие затхлым воздухом, а она самовольно вторглась в его мрачные владения и распахнула окно, возвращая его к жизни. По злой иронии судьбы, она потом это окно и захлопнула, едва не погрузив его в вечный мрак. Но что самое странное, сейчас он не испытывал к ней никакой ненависти. В сущности, их история перестала казаться ему чем-то особенным. Рейналь тоже не испытывала к нему ненависти – просто так сложились обстоятельства, что их судьбы пересеклись и он оказался её целью. Быть может, всё бы и не закончилось её смертью, если бы всё те же обстоятельства не заставили их столкнуться снова. «Да, если бы не Ас…» Иссей вздрогнул, и его дыхание стало хриплым. «Девушка, которую я спас в той церкви… монахиня, которой я так стремился помочь… почему… почему я не помню её имени?..» Хёдо отчаянно пытался вспомнить всё, что знал об этой девушке, но воспоминания с каждым мгновением становились всё более блеклыми. Остался лишь смутный образ, который не позволял ему вспомнить даже её имя. «Но… как же так? Ведь мы с Кибой и…» Мысль снова оборвалась на ровном месте, после чего он опустил голову и с ужасом прошептал: — Почему я не могу никого вспомнить?.. Он бы так и продолжил истерично перебирать исчезающие как дым воспоминания, если бы Юма не села рядом, заботливо приобнимая его за плечи. — Настолько плохой сон? – участливо спросила она, на что Иссей лишь горько улыбнулся. — Отвратительный, я бы сказал. Настолько, что я до сих пор не могу понять, где сон, а где реальность. Амано понимающе кивнула. — Со мной такое иногда бывает. Порой, когда сон подходит к концу, долго не понимаешь, что из этого правда, а что вымысел. Но рано или поздно сны забываются. Они растворяются как дым, оставляя после себя горечь или сладость, а зачастую и вовсе уходят из нашей памяти, не оставив и следа. Хёдо болезненно усмехнулся. — Красиво и философски. — Вычитала недавно в какой-то старой книжке, – с улыбкой пояснила Юма, после чего мягко взяла его за руку. – Расскажешь, что ты видел? — Не думаю, что это стоит… — Пожалуйста, – посмотрев ему в глаза, попросила она. – Так тебе будет легче. Иссей с сомнением посмотрел на девушку, но, вновь не увидев в её взгляде ничего, кроме искреннего беспокойства, вздохнул и начал своей неспешный рассказ: — Это был довольно… странный сон. Ангелы, демоны… путешествия сквозь время и пространство… там было столько приключений, что хватило бы на целую жизнь. Но сейчас всё это теряется, как… слёзы в дожде. Я уже не могу вспомнить ни единого имени, но знаю, что они очень многое значили для меня. Иссей невольно вспомнил вечер, который он провёл в далёком прошлом. Как он сидел на веранде, любуясь красотой ночи, а рядом с ним сидела красавица с алыми волосами. Это была единственная черта её внешности, которая не исчезла из его памяти. Алые, как кровь, что он много раз успел пролить в этом… сне?.. — Спасибо, Юма, мне и правда стало немного легче, – с грустью проронил он. — Я рада, что смогла помочь тебе. Убедившись, что ему действительно стало лучше, девушка улыбнулась и, поднявшись, подошла к фонтану. Её тонкие, белоснежные пальцы коснулись одной из струй, разбивая тонкий поток на сотни маленьких брызг, что выглядело невероятно чарующим зрелищем. Если бы рядом оказался опытный художник или фотограф, он бы отдал половину жизни за возможность запечатлеть это момент. — Исэ… я хотела сказать тебе спасибо. — Не стоит, я тоже сегодня прекрасно провёл время, – ответил юноша, невольно залюбовавшись её красотой. — Я не об этом… точнее, не только. Амано отняла руку от воды и повернулась к Хёдо. — Этот парк… на самом деле, он очень многое значит для меня. Ведь именно здесь я впервые встретилась с тобой. — Здесь? Разве мы… – Иссей замолчал и поневоле задумался. «А ведь верно… почему мне не показалось странным, что девушка, которую я увидел впервые в жизни, внезапно предложила мне встречаться? Кажется… мне говорили, что на меня повлияла магия Рейналь, что не дала мне обратить внимание на эту странность, но если всё это было сном… почему Юма пошла на такой шаг?» Девушка улыбнулась, глядя на его задумчивое лицо, после чего начала свой рассказ: — Это произошло год назад. Я довольно поздно возвращалась домой от подруги и решила срезать дорогу через этот парк. На мою беду в тот день тут отдыхало несколько выпускников из старшей школы. Естественно, они все были навеселе и не смогли пропустить мимо себя одинокую девушку, – взгляд Юмы заметно потускнел. – Мне… мне до сих пор страшно представлять, чем бы мог закончиться тот вечер, если бы в тот момент в парке не оказался ещё один человек… Хёдо задумчиво слушал её рассказ, но стоило ей дойти до этого момента, как его осенило. «Тот вечер… господи, как же я мог забыть?..» — Это был парень с мрачным и усталым выражением лица, который выглядел чуть старше меня. Поначалу он прошёл мимо нас, словно и не заметив, а я даже закричать не смогла, настолько было страшно… но потом он всё-таки вернулся и потребовал, чтобы они отпустили меня. Думаю, что было дальше, ты и сам уже вспомнил? «Да… в тот вечер я довольно поздно возвращался домой от доктора Коидзуми. Он в очередной раз завалил меня горой своих тестов, а я смог разгрести их только к вечеру. Желания бродить по городу не было никакого, поэтому я решил срезать через парк, как раз в тот момент, когда четверо старшеклассников под градусом начали приставать к какой-то девчушке, которая была даже младше меня. Не сказать, что я мечтал стать “защитником справедливости”, который готов сломя голову нестись на помощь ближнему, но в такой ситуации даже я, крайне асоциальная личность, не смог пройти мимо. В итоге… морды-то им я набил, но и сам при этом не ушёл невредимым. Сломанный нос, ссадины, синяки и сбитые в кровь кулаки, но обошлось без переломов. А ещё была чудовищная усталость. Такая, что разобравшись с этими придурками, я даже не взглянул на ту девчонку и просто поплёлся домой, стараясь не думать о том, как мой внешний вид оценят родители…» — Я ведь тогда в таком шоке была, что даже не успела тебя поблагодарить. Кое-как добралась до дома, закрылась в своей комнате и едва не разрыдалась. А потом… вспомнила тебя и то, что ты ушёл избитый, не услышав даже банальное «спасибо» и решила, что мне обязательно нужно тебя найти. Сначала мне казалось, что это будет нетрудно, но потом… я поняла, насколько непростую задачу выбрала. Я ведь не знала о тебе ничего – ни фамилии, ни имени, ни даже школы, в которой ты учился. Вечерами я гуляла по парку, думая, что ты часто тут ходишь, но так и не смогла тебя встретить. Потом пыталась отыскать тебя в толпе в торговых центрах и на разных мероприятиях, но всё было впустую. Затем я начала искать по разным школам, спрашивая про парня с мрачным выражением лица. Мне пытались помочь, но каждый раз я натыкалась на очередной тупик. Целый год потребовался, чтобы мне наконец дали наводку на академию Кё. На тот момент я уже успела отчаяться, но подойдя однажды к воротам твоей школы… я увидела тебя и сразу же узнала. Можешь смеяться, но я тогда чуть не расплакалась от счастья… словно увидела дорогого мне человека после очень долгой разлуки, – Юма виновато улыбнулась, и её глаза слегка заблестели. – А потом… несколько дней я наблюдала за тобой издалека, словно те девушки-сталкеры из манги. Искала подходящий случай, чтобы наконец-то поблагодарить за тот вечер и… сама не заметила, как стала думать о совершенно другом… Девушка подошла ближе и прямо взглянула на Иссея. Её чувства ярко отражались в её глазах, и Хёдо невольно затаил дыхания, ожидая продолжения её рассказа. — Весь этот год я гадала, кем мог быть мой таинственный спаситель, и, наверное, неудивительно, что я стала восхищаться этим выдуманным образом. Спортсмен, учёный, музыкант, художник… я наделяла тебя таким количеством талантов, что сейчас становится смешно. Я понимала, что у меня нет шансов заинтересовать такого человека, так что и не пыталась думать о тебе в романтическом плане, но после того как я увидела настоящего тебя, то почувствовала, что моё восхищение переросло в иное чувство. Я… влюбилась в тебя. Хёдо молчал, не в силах поверить в услышанное. Всю свою жизнь он держался отстранённо от других людей. Немногочисленные «друзья» даже близко не смогли узнать и понять его… разве что Киба смог немного растормошить его, но не более того. Но услышать эти слова он не мечтал. Иссей уже давно успел поставить крест на себе и своих отношениях с другими людьми, но Юма произнесла эти запретные, но такие желанные для него слова. Не из жалости, не из-за скрытых мотивов… её слова были искренними. Если же это была ложь, то Юму по праву можно было бы назвать королевой лжи, ибо врать так искусно не мог никто. Подавив предательски подступившие слёзы, Иссей тихо возразил: — Юма, но ты ведь совсем меня не знаешь… не просто так люди считают меня странным, и не просто так я держусь подальше ото всех. Не думаю, что я тот человек… — Ты и правда думаешь, что меня это так сильно волнует? – с улыбкой перебила его Амано. – Может, это и могло бы поколебать меня раньше, но после того, как я провела с тобой этот день, все мои сомнения развеялись. Ты можешь казаться суровым, мрачным и странным, но я прекрасно вижу, что скрывается в твоём сердце. Девушка подошла к нему и положила ладонь на его грудь. — Это правда, что я не знаю твоего прошлого, как не знаю и того, почему ты так избегаешь других людей, но зато я знаю, что это не смогло изменить твоей доброты. Ты хороший человек, Исэ. Даже если ты будешь отрицать это, я готова повторять эти слова до тех пор, пока ты сам не поймёшь это. Хёдо слушал её, уже не в силах сдержать слёзы, которые по непонятной причине продолжали струиться по его щекам. — Я… я всё равно не уверен, что ты будешь счастлива рядом со мной… — Какой же ты всё-таки дурак, Исэ, – Юма нежно коснулась его щеки, стирая слёзы, после чего крепко обняла его и закончила. – Если бы мне пришлось выбирать, с каким человеком я хотела бы провести остаток жизни, я бы выбрала тебя и никого другого… После этого… любые слова стали бы лишними… Юма прильнула к нему в долгом и нежном поцелуе, мучительная сладость которого развеяла последние сомнения Иссея в реальности происходящего… «Я не знаю, для чего мне приснился этот сон. Быть может, для того, чтобы я смог ответить на чувства Юмы, потому что смог узнать, что могу жить, а не существовать. Хоть это всё и кажется нереальным, я верю, что моя жизнь теперь кардинально изменится. Раз Юма верит в меня, я сделаю всё, чтобы оправдать её надежды и сделать её самой счастливой на свете. Я буду стремиться к этому. К новой странице нашей общей истории…»… …Никто не знает, как после этого сложилась судьба юноши по имени Хёдо Иссей. Быть может, его жизнь была полна горя, а может и небывалого счастья – тех эмоций, что неразрывно следуют за нами на протяжении всей нашей жизни. Лишь одно известно точно – начиная с той ночи, он наконец-то пересёк свой океан бесконечных грёз….