Kens Torture

Ямори то гладит Кена, то таскает его за волосы, рассказывая о том как сегодня пройдет их день. «Сегодня у нас кое-что новенькое!». Рассказать подробнее и ярче он касается бедра Канеки и массирует внутреннюю сторону все выше. Кен умоляет остановится, но над его жалкими попыткам воззвать к пощаде лишь громко смеются. Ему грубо напоминают, что тут он лишь игрушка, которая не имеет права голоса, все попрошайничество только разжигает в Ямори огонь к насилию. Жгучий укол в глаз, и его тело снова податливо. Скальпель сияет в тусклой комнате. Джейсон надавливая уверенно проводит им его тонкой ноге до лодыжки. Глубокий порез сзади и лезвие разрывает ахиллово сухожилие. Он не кричит, он грызет губы, и слышно только глухое хныканье. Джейсону кажется, его сдержанность забавна. Другое его ахиллово сухожилие перерезается медленнее, из-за чего его нытье и скулеж становятся слышнее. Наручники, сцепляющие его руки за стулом, расстегнуты. Он пытается встать, но падает. Пытается уползти, но его медленно подтягивают обратно. Руки канеки вжали в стул, а кисти снова приковывают наручниками к спинке. Его хрупкое туловище склонилось над стулом, а спина открыта и уязвима. Он слышит, как скальпель разрезает его штаны, и чувствует, как они падают. Его нижнее белье срезают следующим. Обжигающие слезы падают из опухших глаз. Язвительные насмешки пролетают мимо его ушей. Канеки хотел бы оглохнуть, лишь бы больше не слышать ничего. Он желает умереть раньше, чем всё случится. В задницу Канеки был грубо засунут, по его меркам, большой смоченный палец. Это было больно. Он проклинает садиста и все что происходит сейчас. Пока его растягивают, он вызывает богу, в которого больше не верит. Что-то, какая-то жидкость, смазала его зад делая боль терпимее. Оно же позволило куда проще запихнуть в него второй палец. Они грубо двигаются в его хрупком теле, пока Ямори не умолкает произнося ужасные, грязные слова. Когда их убирают, Канеки напрягается, зная, что дальше будет только хуже. Каждый раз, когда он думал иначе, он ошибался. Он думал, что нет ничего страшнее, чем быть одиноким. Девушка с которой он встречался и готов был отдать ей свое сердце оказалась гулем и пыталась сожрать его. Он превратился в гуля, монстра, и не знал что делать. Он думал, что хуже уже быть не может. Затем на него раз за разом нападал . Он думал, что нет ничего хуже того, что сделал Цукияма. Потом появились голуби. Он думал, что ничего не может быть хуже, чем то, что случилось с матерью Хинами. Затем он был похищен аогири. Он думал, что не может быть хуже, чем быть их пленником. Его отдали Ямори. Думал, что оторванные пальцы на ногах были невыносимы, но пальцы на руках были еще хуже, думал, что ничто не может быть также плохо. Теперь это. Что-то большое, выпуклое и горячее упиралось в его задницу. Оно скользнуло по его дырке несколько раз, прежде чем остановиться и протолкнуться. Его руки вцепились в дерево стула, дрожащие пальцы больно вжимаются в спинку. Его дыхание прерывистое, и он задыхается, когда мужчина начинает двигаться внутри него и говорить ему, как ему приятно. Как узко. Как жарко. Как он заставляет его член подрагивать от удовольствия. Он пытается представить что это все сон, всё происходит не с ним, но к сожалению прекрасно осознает все происходящее. Джейсон выходит почти полностью, прежде чем грубо войти обратно. Это больнее, чем первоначальное проникновение. Что-то стекает по его ногам, его внутренности, должно быть, повредились. Ямори проводит своими острыми стальными когтями по спине Кена, прежде чем резко опуститься и сжать его маленькие бедра. Кен случайно издает визг, когда член внутри него умудряется протолкнуться глубже и в ту часть его тела, до которой никогда нельзя было дотянуться. Он бы предпочел, чтобы ему снова выкрутили пальцы на ногах. Одна рука покидает его бедро и обхватывает шею, сильно сжав ее. Его израненные руки пытаются дотянуться до огромной руки Ямори на шее, не могут дотянуться. Он извивается и хрипит задыхаясь, и как раз перед тем, как его зрение потемнеет, хватка слабеет и он снова может дышать. Когда он громко вдыхает как можно больше воздуха, страшный смех снова наполняет его уши. Его снова прижимаю к себе и говорят, что он был лучшим его выбором. Давление заставляет стул скрипеть и немного скользить по плитке. Джейсон говорит ему, что собирается кончить глубоко внутрь, так что тот залетит от него. Что он сделает это снова и снова. Что он затрахает его до смерти. А потом сожрет то что от него осталось. Канеки верит каждому слову. Каким-то образом этот человек сделает самое невозможное возможным, лишь бы упиваться насилием. Изнуряющий жар наполняет его. Ощущения почти как игла в глазу. Оно продолжает заполнять его. Затем член выходит из него, и еще больше спермы приземляется ему на спину. Ямори в ужасных подробностях рассказывает ему о том что стало с его жопой. Из зияющей дыры и вытекающей розоватой жидкости. О его красном ободке и разорванной плоти. Говорит, что похоже хочет еще. Канеки в истерически качает головой так сильно, как только может. Слышен звук застегивающихся штанов, и тяжелые шаги удаляются от него. Дверь открывается и закрывается, и на мгновение ему кажется, что он один. Он начинает плакать, но останавливается, когда слышит вздохи и две пары более мелких шагов. Уборщики. Он чувствует себя пристыженным, измученным и отвратительно грязным. Ему что-то говорят и о чем-то спрашивают, но он не отвечает. У него болит горло от слез, и он не думает, что может говорить, ни с ними, ни с кем, кроме Райзе