Kens Torture

Он снова может видеть. И тело его уже полностью исцелилось. Входит Ямори. Он тащит за собой уборщиков. Он рассказывает Канеки, насколько удивительно устойчиво его тело полугуля к физической боли. Он впечатлён и хочет попробовать что-то новое. "Выбирай." Говорит он. Канеки не может. Не будет. Вместо этого он говорит Ямори убить его. Ямори убивает одного из уборщиков. Другой кричит. 'Я сделал это. Это моя вина!' Да, Кен. Всё. это. твоя. вина. Второй уборщик падает замертво. Наверное, так будет лучше. Канеки был морально разбит.... И это тоже его же вина. Ямори отбрасывает тела в другую часть комнаты. Он спрашивает своего пленника: «Знал ли ты, что тебя пытались спасти?» "Нет." Он лжет. Ямори гладит его по губе. Канеки не сопротивляется. Металлическое кольцо-коготь гладит его язык. Он начинает впиваться в него острым когтем. Затем протыкает всё глубже. Он отрезает и вырывает кусок языка. — Но ты надеялся ? "Нет." Звучит странно. Кровь перебивает его. "Открой." Он делает. Скальпель. У него удален язык. Он плачет. — Не лги мне больше. Он кивает. Кровь стекает по его подбородку и капает на одежду. Ямори целует его. Зализывая кровавую рану. Это больно, но сравнительно легко переносится. Большая рука опускается на его промежность и поглаживает. Канеки каким-то образом удается напрячься. Затем он замирает. «Порадуй себя, Кен». О, Кеннн, как унизительно. Лучше сделай это быстро, пожалуйста, хозяин. Канеки дрожит. Да ладно, это едва ли не самое худшее, что тебе пришлось пережить. У тебя осталась гордость чтоб ее защищать? Я думал, ты потерял её, когда жадно глотал мочу хозяина? Нет? Просто помни, Кен, у тебя нет ничего, мир заканчивается на этой комнате. Этом мужчине. У тебя даже -себя- уже нет. У него есть всё. Рука болезненно сжимается вокруг его члена, полуупырь издает писк. «Канеки. Я даю тебе удовольствие. Это очень великодушно с моей стороны предложить вам это. Ты смеешь отказывать мне?» Вчера возвращается на передний план его разума. Он отрицательно качает головой. — Я был не в себе, извините. Ямори ослабляет хватку и ждет. Канеки толкает свой член в теплую руку. Когда он это делает, у него вырывается тихий стон. Он крепко закрывает глаза, опустив голову. "Посмотри на меня." Кен не хочет, но делает. С затуманенными глазами и раскрасневшимся лицом он смотрит на своего мучителя. Огонь в его животе набухает, бедра дергаются, и он кончает. Он чувствует стыд настолько глубоко, что знает, что это чувство будет преследовать его всегда. Рука, покрытая его собственной жидкостью, подносится ко рту. «вылизывай свой беспорядок ». Он высовывает язык и проводит им по коже. Он чувствует тошноту. Как давно он не ел? "Простите. Но меня вырвет». Он говорит это с ясной уверенностью, и Ямори убирает его руку. Как раз вовремя, чтобы Канеки вырвало желчью и кровью. Его продолжает рвать, хотя больше ничего не выходит. Ямори смеется, выходя из комнаты. Приходят новые уборщики. Они не разговаривают. Канеки считает, что на самом деле они просто не могут говорить. Кофе звучит так хорошо. Разве нет, Кен? «Да, Ризе. Кофе звучит неплохо». Он не понимает, что сказал вслух.