Возрождение бога. или Путешествие, длинною в жизнь.

16 лет назад.

Вода жадно облизывала песчаный берег. Небесное светило уже несколько часов не показывалось – скрывалось от чужих глаз за белизну громоздких облаков. Холодный западный ветер обдувал тело маленькой девочки. Медные серьги, скрывающиеся за багряными прядями волос, поблёскивали издалека. Янтарные вставки улавливали свет, казалось было из ниоткуда, отражая его на песке радужным спектром. Белый песок, что сливался с бледной кожей девчонки, прилипал к оголенным ступням и влажным от воды штанинам. Девочка сидела на песке, подложив под себя такого же цвета, как и небо – скучающе-серого и элементами лазурного, кофту. В её руках переливались ракушки. Она час бродила по безлюдному берегу и собирала их. Хитоми зевнула и потянулась своими ручками. - Хитоми! – издалека послышался протяжный мужской голос. – Хитоми! Девочка, услышав знакомый голос, схватила кофту и сандалии, зарывшиеся в песке, живо побежала навстречу к старику. - Я тут! – отозвалась она. Песок от поспешных шагов летел во все стороны, пробираясь под одежду и заполняя дыхательные пути. Седые волосы старика ветер тоже не оставил в покое. Туманный взгляд его прошёлся по горизонту. - Дедушка Акияма! Дедушка Акияма! – Хитоми размахивала руками перед самым носом старика.- Ты где так долго был? Ты бы мог взять для меня комнату, а не оставлять здесь! – роптала девочка. - У меня появились срочные дела. - Да? Расскажешь? – в глазах загорелись озорные огоньки. - Ты будешь жить в Конохагакуре, - сухо ответил тот. Затем развернулся и зашагал в обратном направлении. Девочка опередила его и встала перед ним. - Но я не хочу! – возражала девочка. - Так надо, - старец смотрел пустыми глазами на кроны высоких деревьев. – Ты станешь настоящим синоби: ты ведь этого так хотела! - Я боюсь, - призналась Хитоми. - Не бойся, - успокаивал дедушка. – Если ты хочешь стать сильной синоби, то тебе придётся посмотреть страху в глаза. - А почему ты не будешь меня обучать? - Я уже стар, - старик подошёл к старому дубу, вынул из большого дупла походный рюкзак. – Это тебе. Тут твои вещи и деньги. - Разве ты не будешь со мной? - Нет. Я отведу тебя к воротам и передам синоби Конохагакуре – они проведут, всё объяснят и покажут, - старик пару раз кашлянул. Он был всегда немногословным и задумчивым. Хитоми – напротив. Внучка была верной спутницей для своего деда: вместе они много где побывали – почти во всех странах мира, и кажется, девочке нравился такой скитальческий образ жизни. Рядом с внучкой Акияма не чувствовал себя одиноким – именно это чувство пожирало его изнутри долгие годы. Сейчас он совсем ослаб и больше не был в силах обучать Хитоми или путешествовать вместе с ней. Свои последние месяцы, а может и недели жизни, он решил провести в одиночестве, передав девочку в надёжные руки Конохагакуре. Старый друг и лидер деревни, Хирузен Сарутоби – он поможет ей освоиться там, а сама деревня поможет ей освоиться в жестоком мире синоби. Некогда попытка подружиться с местными ребятами не увенчалась для девочки успехом – этот болезненный опыт засел в её маленькой голове, заставлял переживать, когда речь заходила о знакомстве с новыми людьми. Демон, живший внутри неё, пугал людей. Хитоми была не такой как все – это и отталкивало их, несмотря на то что девочка не несла никакой угрозы. Но Акияма был уверен, что в Конохагакуре дела обстоят по-другому и люди там другие. Путь продолжили молча. Акияма удивился – ведь заткнуть рот этой бедокурье было практически невозможно. Девочка опустила голову, глядела себе под ноги и невозмутимо следовала за старцем. Облака потихоньку рассеивались. Стало видно солнце, оно на половину скрылось за горизонт, оставив после себя алую мазню. Акияма всегда останавливался, когда солнце начинало садиться, наблюдал закат. В этом он находил что-то прекрасное, как говорил он внучке. Сейчас они двигались навстречу закату. - Дедушка Акияма, смотри – закат! – неожиданно для старика восхищённо воскликнула Хитоми. - Сегодня он по особенному красивый! Смотри, смотри - там солнце, - указала пальцем в небо. – По середине небо оранжевое, а потом он переходит в красный. А облака вокруг... - увлеклась девчонка. Дед Акияма обрадовался – он начал узнавать свою внучку. Затонув в своих мыслях, он даже перестал слушать её. - Дедушка... Дедушка! – тянула за ткань рукава будущая синоби. - А ? Что? - Я тут это... Говорю, чтобы ты не волновался, - мешкалась Хитоми. – Я подумала и решила, что я не буду больше бояться. И я даже рада поступлению в Академию. Я стану самой крутой синоби! - Я рад, - добро улыбнулся дед. *** Переждав ночь в хижине лесника, который радушно принял у себя гостей и лишние рьё, старик и его маленькое дитё выдвинулись в направлении деревни. До Конохакагуре оставалось три часа. Но это если идти спешными шагами, уверяя себя и своё сознание, что за тобой гонится сама смерть – с такой скоростью бегут на очень срочные миссии синоби. Похрамывающий на одну ногу дед, с трудом проживавший свои последние дни и девчонка, которая уже, не пройдя и километра, еле дышит, доберутся туда только к вечеру.   - Это здесь? Мы дошли? – донималась девочка, сотый раз спрашивая один и тот же вопрос. - Да. Лицо Хитоми вмиг изменилось. Грусть вычерчивалась в её широко распахнутых глазах. Шаги её стали неуверенными. Лишь рыжие веснушки улыбались навстречу новой жизни. - Это значит… Я больше тебя никогда не увижу? – комок застрял в горле, слёзы бурным потоком лились из девочки. Дед же еле сдерживался от нахлынувших чувств – не хотел, чтобы Хитоми его запомнила таким. Акияма всегда скрывал свои эмоции за маской хладнокровия. Хитоми искренне не понимала своего крайне невозмутимого дедушку. Переступив некоторую часть сдержанности Акияма всё-таки заключил внучку в своих крепких объятиях. - Запомни, Хитоми: постарайся говорить поменьше, здесь могут встретиться разные люди, некоторые не будут просто-напросто терпеть твою болтовню. Это во-первых, - Хитоми внимательно слушала наставления. – Во-вторых, не давай эмоциям вылезти наверх. - То есть быть как ты? - Да. Твоими слабостями могут воспользоваться нехорошие люди. Эх, в жизни придётся встретиться со всяким – просто будь сильной, - он сжал ладонь внучки, - теперь соберись. - Хорошо, - Хитоми сглотнула комок грусти вместе с навалившимися чувствами. – Идём, - уверенно зашагала она. У входа в деревню стояли два синоби. Они перешёптывались и гулко заливались смехом. Хитоми показалось это забавным. Как и думал Акияма, они добрались к вечеру, и время тоже предугадал – ровно в семь часов. У входа мельтешилась ещё одна фигура. - Здравствуйте! – издалека их приветствовала красноволосая девушка. Прям как у меня и дедушки в раннем возрасте – подумала Хитоми о волосах. – Я – Кушина Узумаки. Акияма-сама, я отведу вас к Хокаге-саме, а девочка, как тебя зовут? – уже приблизившиеся к воротам, путники оживлённо рассматривали пейзаж, заданный перед ними. - Хитоми, - робко ответила. - А Хитоми пойдёт со мной, - Узумаки закончила свой прервавшийся монолог. Чёрная кошка, промурлыкав, начала тереться об ноги Хитоми. - Это ваша кошка? Она очень забавная! - Да, это – Мияко. Она добралась раньше нас и отдала записку Хокаге-саме, - девочка взяла кошку в руки, та, удобно уложившись, не переставала мурчать. Её шерсть прилипала к светло-сиреневой тунике девочки, за что часто ругал дед внучку, чтобы та не брала часто в руки Мияко. - Кушина-сан, а я тоже из клана Узумаки, - прервала молчание девочка. Дед шёл следом, рассматривая здания деревни. Он задумался о своём, наверное вспоминает былые годы. Между тем Хитоми пыталась наладить контакт с куноичи. Девочка поравнялась с Кушиной, приготовившаяся задать уйму вопросов для неё. Несмотря на предостержения деда, Хитоми не могла скрывать своё любопытство. Тем более Кушина ей показалась очень доброй. - Я так и предполагала, - улыбнулась Кушина, - только вот, - она подняла одну прядь волос девочки, - почему эта прядь золотого цвета? - О, это от мамы. У неё были длинные жёлтые волосы. Но то как ты сравнила их с золотом мне очень понравилось! - А ты я вижу очень умная, - заметила Кушина. Хитоми довольно улыбнулась. – А кто твоя мама? - Она из Сунакагуре, из клана Докеши. - Никогда не слышала о таком клане. - Да, он не очень известный, - вмешался в разговор Акияма. – Ты джинчуурики Девятихвостого, так? – прямолинейность деда удивила путеводителя. - Да, а вы хорошо осведомлены. - Джинчуурики… Я, я…. Внутри меня тоже демон, - Хитоми грустно улыбнулась. Увидев печальное лицо молодой Узумаки, Кушина решила передать умные слова Мито, которые в своё время помогли принять её саму. - Знаешь, однажды мне одна очень мудрая женщина сказала, что демона внутри себя надо питать любовью, только так ты сможешь утихомирить его. И его не надо бояться – это часть тебя. А себя бояться ни в коем случае нельзя! Я очень боялась своей участи. Но теперь понимаю, что ничего плохого в этом нет. Всё зависит от нас самих. Доброго человека не испортит никакой демон, - Хитоми очень нужны были подобные речи. - Спасибо, - тихо поблагодарила Кушину.