Burn down

      Тонкая стрелка часов с монотонным тиканьем отсчитывает секунды, слегка дергаясь на циферблате. Чонгук сбился со счета, какой круг он за ней наблюдает, сидя на удобном диване салона. За стойкой администратора Чимин тихо щелкает мышкой, что-то внося в компьютер. Он кидает взгляды на своего друга и по совместительству босса и только наигранно громко вздыхает, видя, как Чон не может вернуться из глубины своего разума. Тот сидит так около часа, гипнотизируя разные предметы.       В соседнем зале Джин уже пятнадцать минут уговаривает молодую девушку расслабиться, и если бы не это, можно было бы подумать, что в салоне кто-то умер. Чимин еще раз поворачивается к Чонгуку, который перевел свой стеклянный взгляд на напольный горшок с цветком у двери. — Чонгук, я знаю, что ты сам выбирал эти диваны, и они дико удобные, но смести свой зад куда-нибудь. Ты можешь распугать клиентов.       Ему ничего не отвечают, что совершенно не удивляет, и Чимин снова смотрит в монитор, внося в таблицу несколько новых записей. Из зала слышен тихий писк, и через пару минут к стойке выходит довольный Сокджин. — Это было сложно, но я справился. Посчитай прокол языка, штангу и расходники, — пирсер снимает с ладоней черные перчатки, отправляя их в мусор. Он опирается на стойку локтями и смотрит на диван. — Долго он так сидит? — Час где-то, — пожимает плечами Пак.       К ним подходит девушка с мокрыми глазами и довольной улыбкой, оплачивая процедуру, и шепеляво благодарит Джина. Звенит колокольчик на двери, когда клиентка уходит, и воцаряется тишина. — Я пытался отправить его страдать хотя бы в свой кабинет, но он не реагирует, — Чимин откидывает с глаз серую прядь волос, просматривая расписание. — Благо записей у него сегодня нет. — Мне кажется, он не страдает, а пытается вспомнить тот порнофильм, в котором поучаствовал, — Ким хмыкает, рассматривая Чона. — А точнее, второго участника этого движения. — Мы идем обмывать мою машину, — резко говорит Чонгук, смотря на парней. — Мы ее обмыли три дня назад, Гук, — Сокджин вздыхает, подпирая голову рукой, и флегматично смотрит на старшего. — Да, и после этого у тебя провалы в памяти, — Пак кивает, поднимаясь с кресла, и отходит к кофе-машине, включая ее. Пока никого нет, можно и кофе выпить. — А Юнги до сих пор на работу не вышел. — Да, столько пить в его-то возрасте… — пирсер сочувственно вздыхает, ловя на себе скептический взгляд Чимина. — Я должен его найти, — Чонгук качает головой, подходя к стойке. — Вы просто не понимаете. Это, черт возьми, был лучший секс, который я помню за свои двадцать семь лет. — Ну, с «помню» ты, конечно, знатно промахнулся, — Джин откровенно смеется, даже не пытаясь это скрыть.       Чонгук только сокрушенно стонет, опираясь головой на руки. Меньше недели назад он купил себе новую машину, которую ждал очень долго. Не сказать, что это была его самая крупная покупка, но довольно дорогостоящая. Его собственная сеть тату-салонов является самой знаменитой в городе — к нему приезжают не то что из других городов, иногда и из других стран. Несколько раз он сам ездил в Штаты, чтобы сделать тату парочке знаменитостей.       В главной студии вместе с ним работают и его друзья, которые стали таковыми для него уже после принятия на работу. Джин очень профессиональный пирсер, Юнги бьёт уникальные по своей технике и стилистике тату. Чимин забрел сюда случайно, ища подработку как студент, а сейчас, помимо работы администратором, также учится на пирсера.       Купив машину, Чонгук не мог не разделить свою радость с друзьями, поэтому три дня назад они знатно накидались в парочке баров и оторвались в клубе в честь маленькой сбывшейся мечты своего босса. Закончилось все тем, что Чонгук подцепил какого-то невероятно красивого парня, провел с ним пару раундов жаркого секса на заднем сиденье своей новенькой ауди и… Забыл. Не помнит ни имени, ни внешности как таковой. Помнит только голос, что очень сладко просил глубже и сильнее, и ощущение от того, как неизвестный парень невероятно элегантно делал ему горловой минет.       Утром, когда он полностью пришел в себя, внутри легла навязчивая потребность найти неизвестного. Он обошел все места, в которых они засветились, потому что даже не помнил, где именно они познакомились. Однако никто не мог ответить ему, что за парень был с ним в ту ночь. Теперь Чонгук безуспешно пытается вспомнить хоть что-то, заставить свой мозг работать, но все без толку. — Забей, Чонгук, ты его не найдешь, — Чимин вздыхает, смотря на друга. Он ставит на стойку чашку со свежим кофе. — Пей. — Не хочу, — качает головой, не поднимая ее с рук. — А я хочу, — Джин тянет чашку к себе, удовлетворенно делая глоток. — Ладно, мне нужно на мойку, — Чонгук выпрямляется, временно решая вернуться в социум. — Смотри не обкончайся от воспоминаний, когда в машину сядешь, — Ким улыбается хитро, зачесывая розовые волосы назад.       Чон закатывает глаза, перегибаясь через стойку, и берет со стола резинку. Его черные волосы уже сильно отросли и немного завиваются, но ему совсем не хочется их состригать. Парень завязывает часть волос в хвост на затылке и, скрипя по плитке массивными кроссовками, выходит из студии.       В машине все еще пахнет новым салоном, но Чон фантомно чувствует примесь слегка сладковатого запаха чужих духов. Они, конечно, давно выветрились, но это еще одна маленькая деталь, которую запомнил парень. Он любовно проводит по кожаному рулю своей детки, которую полюбил с первого взгляда. Как долго он ждал, пока ее пригонят через полмира, и с какой аккуратностью к ней относится. С самого утра планировал загнать ее на мойку, потому что последние пару дней были дожди, и его малышка запачкалась. В жизни теперь он больше всего любит две вещи: свое дело и свою машину. Если бы не страдал провалами в памяти, пунктов могло быть три.       К небольшому зданию мойки он подъезжает через полчаса, аккуратно выходя из машины. Открывается железная дверь, выпуская из маленькой комнаты светловолосого парня. Стоит ему только увидеть Чона, как розовые губы расплываются в странной, слегка игривой улыбке. Чонгук окидывает его взглядом, чувствуя, как его рассматривают в ответ, только более детально. Он не обращает на него больше внимания, хотя парень очень в его вкусе, но Чонгук сейчас не в настроении. — Салон не трогать, помыть только снаружи и полировку тоже в стоимость, — кидает безразлично и больше на паренька не смотрит. От этого не замечает, как в темных глазах мелькает злость.       Чон заприметил кофейню прямо напротив, где сможет подождать, пока его детка не будет сиять, поэтому, заблокировав машину, он направляется туда. — Эй, Тэхён, помощь нужна? — из той же комнатки высовывается мужчина, осматривая блондина, который взглядом прожигает удаляющуюся спину. — Нет, я справлюсь, — бросает и, оставшись один, идет за всем необходимым.       Он проследил, как владелец машины сел около окна кофейни напротив. Внутри кипит злость и обида, ведь не первый раз встречаются, но его даже взглядом нормальным не удостоили. Тэхён быстро осознает простую вещь — его банально не узнали, как в дешевой комедии.       Ким Тэхён не замечал за собой раньше тяги к одноразовому сексу, и этот раз не должен был стать исключением, по крайней мере, ему так обещали. Друзья вытянули его в клуб на выходных, чтобы он не грустил. Не так давно расстался с парнем и, как было положено, немного приуныл. Расстраивало его больше не само расставание, а прекращение регулярной половой активности. У его бывшего было не очень много плюсов, но качественный и стабильно частый секс определенно был одним из них.       Алкоголь в клубе хорошо его расслабил, позволяя всем желаниям, которые копились внутри, немного затмить здравые мысли. С Чонгуком он познакомился уже глубокой ночью и, в отличие от того, запомнил имя. Он сам не помнит все досконально, но очень хорошо запомнил, как его уговаривали на секс, потому что тянуло их невероятно сильно. У Тэхёна колени подгибались от одного только вида крепкой груди, сильных рук, одна из которых забита татуировками, и слегка хриплого голоса. Когда Чон его поцеловал, крышу и вовсе сорвало.       Старший обещал ему, что они обязательно поговорят, что это не разовое развлечение, что Тэхён ни в коем разе не доступный мальчик. Просто их двоих ужасно подкосило, так зачем сопротивляться. Чонгук был уверен, что они доедут до его дома, куда он настойчиво приглашал младшего, но, сев в машину, осознал, насколько пьян. Ким предлагал вызвать такси, пробираясь своими тонкими пальцами по крепкому бедру, и старший просто сорвался. В итоге из машины они вышли только после того, как Тэхён кончил несколько раз и привлек к машине каждого прохожего своими стонами. Чон пообещал ему обязательно позвонить, пообещал, что они еще встретятся, ведь Тэхён такой невероятный, красивый и вообще самый потрясающий.       И, видимо, наивный. Потому что на следующее утро никто не позвонил, а контактов у Кима не было никаких, кроме имени. Он пытался себя убедить, что просто нужно время проспаться или дела, но и через несколько дней про него никто не вспомнил. Его вина, конечно, тоже есть в каком-то роде — не нужно доверять офигенному незнакомцу в клубе, с которым ты спишь в машине за углом этого же клуба. Но сейчас он его даже не узнал! Посмотрел так, будто Тэхён стена, и ушел пить свой кофе. Даже банального «привет» не досталось. Для Кима это довольно унизительно.       Чонгук сидит перед большим окном, потягивая через трубочку холодный американо, и пристально следит за каждым действием паренька, который моет его машину. Тот в свободной белой футболке, которая с каждым действием становится все более мокрой от воды, и в черных джоггерах. Даже сквозь тонкую футболку Чон может заметить, насколько тот подтянутый и, судя по его движениям, довольно пластичный. Ему откровенно нравится на него смотреть. Вот только не покидает чувство того, что он его где-то видел. Его светлые волосы вьются от влаги, что делает парня все соблазнительнее и красивее. Он выгибается, будто специально, когда намывает капот его черной ауди, а Чонгук жадно смотрит, даже позабыв про кофе.       Тэхён этот взгляд на себе чувствует и злится еще больше. Раз уж проигнорировал его, лучше бы вовсе внимания не обращал. Ему часто говорили, что он с придурью, но сам Тэхён так не считает. Однако мстить он умеет очень хорошо.       Чонгук наблюдает за тем, как блондин заканчивает полировать его машину, поэтому поднимается и идет заплатить за кофе, постоянно оборачиваясь к окну. Пока терминал проводит операцию, он видит, как парень берет какую-то канистру, начиная поливать его машину прозрачной жидкостью. Проходит несколько секунд, прежде чем Чонгука накрывает шок, потому что блондин целует капот его малышки и поджигает машину. — Какого хуя?! — он вылетает из кофейни, видя, как его детка полыхает открытым пламенем. — Что ты, блять, делаешь?!       Тэхён разворачивается к шокированному парню, улыбаясь нахально. Из здания начинают сбегаться работники мойки, кто-то уже звонит пожарным. Ким показывает Чону два средних пальца, целуя их, и начинает отходить назад. — Это тебе за то, что трахнул меня в этой тачке и исчез после всех обещаний. Я тебе даже номер оставил, мудила! — он срывается с места, начиная бежать вниз по улице. Там, через несколько метров, стоит его мотоцикл, на который он запрыгивает, даже не надевая шлем, и быстро уезжает. Внутри бурлит адреналин, но он уверен, что никто его не поймает, и только сильнее жмет на газ. Как же он удовлетворен.       Чонгук смотрит ему в спину еще более шокировано, чем раньше. Хотел найти его, Чон Чонгук? Бойся своих желаний. — Как зовут этого парня? — спрашивает Чон у одного из работников, который пытается не дать огню дойти до бензобака машины. — Ким Тэхён! — в панике кричит он, отходя от автомобиля, когда приезжают пожарные. Чон смотрит на свою детку, которая еще дымится и безнадежно испорчена. Ему проще купить новую, чем починить эту. — Мистер Чон, сейчас приедет полиция, вы сможете написать заявление, — говорит ему один из пожарных, которому рассказали ситуацию. Камер, как ни странно, нет на этой улице, и нет доказательств чужой вины, кроме свидетелей. — Не надо полиции, — Чонгук качает головой, растягивая губы в нездоровой улыбке. — Я не буду писать заявление. — Но, как я понял, вашу машину подожгли намеренно, — в голосе мужчины в форме полно непонимания. — Ага, — Чон засовывает руки в карманы, смотря в ту сторону, в которой скрылся Ким. — У меня был самый дорогой секс в жизни, — он ловит еще больше непонимания в чужом взгляде. — Не берите в голову. Машина безопасна? Не хотелось бы, чтобы взорвалась. — Мы полностью потушили ее. — Тогда хорошо.       Он вызывает эвакуатор и снова смотрит на свою детку. Нужно чувствовать злость, сильную и топящую, но ее нет. Парень все еще в шоке и окончательно не переварил то, что произошло, но он его нашел. Чонгук официально считает себя идиотом, потому что этого парня не хочется убить, а вот догнать очень даже. — Извините, вы сказали, что того парня зовут Ким Тэхён, — Чон снова подходит к работнику, который уже явно начал переваривать ситуацию. — А вы не знаете, где он живет? Номер телефона? — Нет, извините, он у нас всего несколько дней работал, не официально. Назвал только имя и в разговоре упомянул, что учится на дизайнера. Где живет и даже номер телефона… Никто не знает. Да чтоб я еще хоть раз студентов принял на работу… — мужчина выглядел даже очень виноватым.       Приехал эвакуатор, и Чону ничего не оставалось, как попрощаться со своей малышкой. Позже продаст от нее детали, и нужно заняться поисками новой машины, желательно такой же. Полиция все же приезжает, но он уверяет, что сам разберется во всем и вызывает такси до салона.       Колокольчик привычно звенит над дверью, привлекая внимание улыбчивого Чимина. — А, это ты. Помыл машину? — Ага, — он подходит к стойке, опираясь на нее локтями. — Я нашел свою ночную звезду. — Правда? И как? Он тебя помнит? — О да, — он подпирает голову рукой. — Еще как помнит. Злой был ужасно. — Да? И как ты это понял? — Ну, — жмет плечами в напускном безразличии. — Он сжег мою тачку и сказал, что я мудак. Мне показалось, он был не в настроении. — Что? — Чимин удивленно смотрит на друга. — Чего? — Джин с катетером в руках высовывается из-за угла. — Ты же шутишь? — Пак не сводит с него взгляд. — Нет. Его зовут Ким Тэхён, он мыл мою машину, облил ее бензином и поджег. — И где он сейчас? — администратор еще явно надеется на крупицу адекватности в этом человеке. — Не знаю, добежал до байка и уехал. Нет ни адреса, ни тел… — Чонгук замирает, прокручивая в голове слова, которые ему сказал Тэхён перед тем, как убежать. — Ты чего? — Джин хмурится, смотря на парня и забив на клиента немного. — Он сказал, что дал мне телефон, — шестеренки в его голове начинают усиленно работать. — Убегая, он сказал: «я тебе даже номер оставил». — Собираешься потребовать с него деньги? — Нет, на свидание позвать хочу, — Чонгук смотрит на своего администратора, который тяжело вздыхает. — Ты неадекватный. — Они нашли друг друга, — громко произносит Сокджин. — Я должен найти номер, так что я домой, — уверенно произносит, кивая в подтверждение своих слов. — Закроете салон, — произносит уже у двери.       Снова вызывает такси, с тоской смотря в телефон, где открыто приложение. Он только начал отвыкать от этих поездок, ожидание всегда в сумме занимало кучу времени.       По дороге домой пытается вспомнить что-то новое, потому что после встречи с искомым парнем воспоминания обрывочно, но немного прояснились, только подогревая интерес Чонгука. Он вспомнил и маленькую сложенную бумажку, которую ему отдал Ким, когда они попрощались. В машине ее точно не было, значит, осталась в карманах, благо вещи он так и не постирал.       Такси останавливается у совсем нового жилого комплекса, где жил Чон. Еще никогда парень так быстро не поднимался в свою квартиру. Забегая, он захлопывает входную дверь и, не снимая обувь, заходит в ванную. Открывает корзину для грязной одежды, находя там черные джинсы, в которых был в клубе, и начинает просматривать карманы. Там пусто, и он успевает расстроиться, пока среди другой одежды не видит сложенный в несколько раз небольшой листок бумаги. Там комбинация цифр, явно написанная буквально на коленке, и заветное имя. Он ни секунды не сомневается перед тем, как набрать номер, сидя прямо на полу в ванной. — Алло, — спустя долгие гудки все же отвечают, а у Чонгука волна приятная по телу от этого голоса, слегка нервного. — Ты должен мне тачку, — вырывается у него быстрее, чем он успевает обдумать. — А ты мне девственность, — отвечают спустя несколько секунд молчания. — Не ври, девственники так не отсасывают, — Чонгук распускает волосы, откидывая небольшую резинку на пол, и зарывается в пряди пальцами. — То есть это единственное, что ты запомнил? — Тэхён обиженно фыркает. — Нет, не единственное. — Ты меня даже не вспомнил, хотя столько заливал о том, что позвонишь. Ты мудак. — Ты уже говорил. — Еще раз скажу. — Просто сам забыл, как меня зовут? — Чон-мудак-Чонгук. Я не к каждому в машину прыгаю, вообще-то. — Я этого и не говорил. — Что ты хочешь? — Ким тяжело вздыхает. Он лежит на кровати, завернутый в одеяле, и до этого звонка, осознав всю масштабность своего поступка, ждал полицию в гости. — Ты так хорошо отполировал мою машину. Покрытие сияло. Горело даже, я бы сказал, — Чон легко улыбается, немного наслаждаясь дерзостью этого парня. Ему всегда нравились с характером. — Я не буду извиняться, — упрямо произносит, а сам зарывается в одеяло с головой. — Я искал тебя, — Чонгук смягчается, понимая, что младшему есть за что на него обижаться. — Я забыл, что ты оставил мне номер. Я ездил во все места, где пил в ту ночь, но никто не знал, кто ты такой. — Я все равно не буду извиняться. — Я не прошу. Просто не хочу, чтобы ты думал, что я воспользовался тобой и твоим состоянием, а потом слился. Так получилось ненамеренно, — он прикрывает глаза, слушая бархат чужого голоса, который еще немного и расползется по телу возбуждением. Этот парень даже дышит красиво, Чонгук не простит себя, если упустит его. — Ты не писал на меня заявление, раз ко мне не пришли, — задумчиво произносит, облизывая немного пересохшие губы, и с удивлением замечает, что немного волнуется. — Тогда чего ты хочешь? — Свидание. — Ты очень странный, Чонгук. — Я-то? — тихо смеется, находя ироничным тот факт, что его назвал странным человек, который средь белого дня поджег машину на автомойке. — Хорошо, — быстро соглашается Ким, хитро улыбаясь, пока этого не видят. Он злопамятный и нервы порвать любит, если Чон стойко вытерпит его закидоны, значит, им по пути. — Хочу в ресторан. — Неожиданно банально для тебя. — Ну, о том, что у нас хороший секс, мы уже знаем. Мне интересно узнать тебя и со стороны общения. Парки я не люблю, а дальний столик в хорошем заведении очень даже. — Будет тебе ресторан, — хмыкает тихо, параллельно вспоминая какое-нибудь уютное, но не вычурное место. — Мне нужен твой адрес, я заеду за тобой завтра в семь. — Утоли интерес. Кем ты работаешь, раз совсем не переживаешь о потере явно дорогой машины? — Я глава основной ветви мафии, — серьезно произносит, слушая тишину на том конце. — Спокойной ночи, будущий дизайнер Ким Тэхён, — и скидывает звонок.       Ким удивленно смотрит в экран мобильного, хмурясь, и пытается распознать процент правды в данной информации. Адрес свой на нужный номер все же отправляет.

***

— Насколько ты уверен в том, что вернешь мне машину? — с сомнением смотрит на Чона Чимин, держа в руках ключи от своего мерседеса. — Настолько, что если с ней что-то случится, я куплю тебе новую. — Тогда, надеюсь, он и ее сожжет. Давно хочу себе новую, — Пак улыбается, отдавая ключи в руки своего босса.       Чонгук решил, что забирать Тэхёна на такси будет совсем некрасиво, но свой старый автомобиль он продал. Джин свою точно не даст, а Юнги так и не вышел из алкогольной комы, которая переросла в отравление, поэтому остается только Чимин.       На Чонгуке сейчас зауженные брюки и черная рубашка, заправленная внутрь. Пара пуговиц расстегнуты, а закатанные рукава открывают различные татуировки, что украшают правую руку. На запястье он надел только часы, оставляя себя без излишних украшений. Часть волос уже привычно собрана сзади, чтобы не мешала, хотя несколько прядей у лица все равно выпадают. — Удачи тебе выжить, — кивает Чимин, когда его друг направляется к двери. — Не драматизируй, — закатывает глаза и выходит под привычный звон колокольчика.       К нужному адресу он подъезжает ровно в семь вечера, отправляя сообщение Тэхёну. Тот выходит уже через пару минут, и Чонгук подвисает, пока парень идет к его машине. Легкая кремовая рубашка буквально струится по его телу, будто жидкий шелк. Расстегнутые пуговицы открывают тонкую шею и острые ключицы, по которым Чонгуку моментально хочется провести языком. Узкие светлые джинсы подчеркивают длинные ноги и тонкую талию. Чон сразу вспоминает, как сжимал на ней пальцы, пока этот парень активно скакал на его бедрах. В горле резко пересыхает, когда Ким садится в машину. Черт, на нем те же самые духи, и это будоражит воспоминания. — Прекрасно выглядишь, — с легким хрипом произносит Чонгук, заводя машину. — Спасибо, ты тоже, — усмехается, явно довольный своим внешним видом.       Тэхён вынес весь мозг своему лучшему другу, пока собирался. Хосок готов был придушить его, когда Ким сменил восьмой по счету комплект одежды, не желая появляться в слишком соблазнительном или слишком простом образе. Его светлые волосы разделены на ровный пробор и слегка откинуты назад.       Едут в молчании, но Ким постоянно бросает взгляды на старшего, кусая розовые губы. Он не соврал — тот действительно выглядит потрясающе, вызывая внутри желание резко оказаться как можно ближе и без посторонних глаз. Каждое действие Чонгука выглядит таким уверенным и расслабленным, что невозможно не смотреть. Даже то, как он усмехается, замечая на себе взгляды, оживляет внутри всех знаменитых бабочек. Тэхён никогда романтиком не был, но от одного взгляда темных глаз готов откинуться прямо на месте. Но вида не подает, выдерживая легкое безразличие.       Они проходят за дальний столик, который Чон зарезервировал заранее. Всё, как хотел Тэхён, и ему это место, честно говоря, очень нравится. Ким заказывает много блюд, и по законам вредности — не самых дешевых. Чонгук и бровью не повел, откидываясь на спинку кресла, и толкает языком щеку. — Ты можешь хоть все меню заказать, я не обеднею, — тихо хмыкает, пристально рассматривая парня напротив, так как в машине не смог этого сделать, будучи за рулем. — Мне до сих пор интересно, кем ты работаешь, — младший чувствует на себе чужой взгляд, откровенно наслаждаясь им. — Я же сказал, глава мафии. — Я своих знаю, а тебя там не припомню, — улыбается мило и тянется к стакану с водой, делая несколько глотков.       Чонгука забавляет этот парень. Ему нравится, как увлеченно он на него смотрит, но при этом знает себе цену. Возможно, этим же он его привлек и в клубе, ведь сам Чонгук тоже не любитель снимать незнакомцев в подобных заведениях. — Как ты оказался на автомойке? — задает вопрос, который интересовал его весь день. — Подрабатывал. Я студент, у меня съемное жилье и мотоцикл, за это нужно платить. Я люблю тратить на себя деньги, поэтому у меня довольно много подработок, и я рисую логотипы на заказ. Я нигде не устроен официально, мне нравится пробовать все. Я и полы мыл, и с детьми сидел, и собак выгуливал. На мойку так же попал, — пожимает плечами, закидывая ногу на ногу. — Почему не остановишься на чем-то одном? — Становится скучно. У меня есть дело, которым я хочу заниматься и которому я профессионально обучаюсь, а остальное — временное, — легко откидывает светлые пряди со лба. — Ты не очень похож на человека, который любит клубы. Что ты там делал? — Я люблю клубы, — хмыкает и скрещивает пальцы в замок. — Просто настроение в них ходить появляется редко. А в те выходные я обмывал новую машину, — произносит с легким нажимом, смотря прямо в наглые глаза напротив. — Оу, новую, как жаль, — улыбается, а в глазах ни капли сожаления. — Она все равно была неудобной, — проводит кончиком языка по губам, не сводя с Чонгука взгляд. — Маловато места сзади. — Мне не показалось, что тебе это мешало, — отвечает ему в тон, снова ощущая слегка тянущее чувство внизу живота. — Ты просто не знаешь, как это, когда мне действительно ничего не мешает.       Появившийся официант не позволяет Чонгуку ответить, начиная заставлять стол различными блюдами. Чон уверен, что младший съест максимум два из всего обилия. — Может, хочешь что-то выпить? — Нет, завтра вечером у меня важное дело, и алкоголь там лишний, а я быстро пьянею и долго отхожу, — Тэхён притягивает к себе тарелку с пастой. — Поделишься? — Я иду бить тату.       Чонгук едва сдерживает удивление, думая, что с этим парнем его жизнь становится весьма и весьма ироничной. — И куда, если не секрет? — Я не знаю название, меня друг записывал к своему мастеру. Я знаю только имя мастера и адрес. Его зовут Мин Юнги, Хосок говорит, что у него крутой стиль.       Чонгук в данный момент с этим поспорить может, ведь Мин отлеживает дома булки под пристальным надзором Чимина. У Чона вторая волна удивления и внезапная вера в то, что в народе называется судьбой. Не может просто так быть столько совпадений, ведь Хосока он тоже знает — тот довольно часто у них зависает, приходя к Юнги по делу и без. Надо будет ему скидку на следующее тату сделать. — Никогда не слышал, — задумчиво произносит Чон, замечая, как Тэхён скользит взглядом по его руке. — Ты кажешься человеком, который в этом разбирается. — Я свои делал в Штатах, а у нас как-то этим не интересовался, — прячет свою улыбку в стакане с соком.       Тэхён с большим удовольствием доедает свою пасту и вежливо предупреждает, что ему нужно отойти. Чонгук в этот момент хочет написать Паку о проделках судьбы. Он берет телефон, начиная печатать сообщение, и бросает взгляд в окно, видя, как с парковки уезжает машина Чимина. Только сейчас он замечает отсутствие своих ключей и бумажника, которые положил на стол. Чонгука уже даже начинало настораживать то, как спокойно у них шел вечер. Тэхён определенно не выглядит спокойным парнем.       Ким изначально планировал вести себя совершенно иначе, но старший выглядел настолько потрясающе и вел себя так приятно, что первоначальный план был отставлен в сторону. Ему действительно было очень комфортно и приятно в его компании, но от небольшой шалости он удержаться не смог.       Чонгук набирает уже знакомый номер, слушая несколько гудков. — Ты разоришь меня на машинах, Тэхён, — произносит, как только слышит, что на звонок отвечают. — Сначала на ресторане, ведь твой бумажник у меня, — голос наигранно грустный, хотя ему даже немного весело. — Элегантный ход, но у меня карты в телефоне, а ты угнал машину моего друга. — Ты приехал за мной не на своей машине? Какой моветон, мистер Чон. Вы вводите своего спутника в глубокое заблуждение, касательно вашего материального положения. Надо было у тебя и телефон стащить.       Чонгук не может сдержать улыбку, слыша игривые нотки в чужом голосе. — Когда ты взял ключи? — рассматривает обилие тарелок на столе и все же тянется к десерту, решая продолжить ненадолго вечер в одиночестве. — Оу, ты не попробовал потрясающий шоколадный фондан. Многое упустил. — Я взял твои вещи, когда пришел официант, и ты отвлекся от меня. Единственный раз. Я был так неотразим? — Да, ты был очень красив, на тебя было сложно не смотреть.       Тэхён подобной прямотой немного смущен. — Я верну машину завтра, — легко хмыкает и сбрасывает звонок.       Чонгук едва заметно улыбается, отправляя в рот еще одну ложку действительно потрясающего десерта. Внутри разливается приятное чувство удовлетворения от короткого, но неплохого вечера. Он добьется от Кима нормального свидания, когда тот перестанет быть таким злопамятным. Ему определенно нравится этот парень своей непредсказуемостью. Он делает банальные вещи, когда ты ожидаешь экспрессии, и делает что-то из ряда вон, когда тебе кажется, что все спокойно.       Чонгук все же доедает фондан, оплачивая счет с помощью телефона, и на такси доезжает до дома. Век технологий невероятно упрощает жизнь. Нужно теперь позвонить Чимину и попросить перекинуть запись. Пак долго не отвечает, и Чон уже думает, что тот рано лег спать, когда в динамике раздается все еще бодрый голос друга. — Ты быстро. Он уже сжег мою машину? — Нет, он ее угнал, — меланхолично произносит Чон, скидывая в прихожей обувь. — Шутишь? — Абсолютно нет, забрал ключи вместе с моим бумажником. — Я его фанат, — Пак громко смеется, не скрывая своего восхищения наглым парнем. — Надо будет Юнги рассказать, когда проснется. — Кстати о Юнги. Тэхён завтра записан к нему на сеанс. Ты же понимаешь, что я от тебя хочу? — О, так это тот самый Ким Тэхён? Если хочешь, чтобы я перезаписал на тебя — нет проблем. Юнги бы отлежаться все равно еще денек. — Спасибо, и… — И мы с Джином уйдем пораньше, — перебивает его Чимин. — Не зря я тебя нанял, — тихо хмыкает, падая спиной на кровать.       Он прощается с другом и прикрывает глаза, пока телефон коротко не вибрирует от пришедшего сообщения. В нем был адрес его салона и короткое «приедешь за машиной». Еще как приедет.

***

      Чонгук приезжает в салон только к вечеру. Мерседес Чимина уже стоит на небольшой парковке, и Чон легко улыбается. На нем черный свитшот и голубые рваные джинсы. Не так презентабельно, как вчера, но он был уверен, что успеет переодеться. Не рассчитал время, потому что его хватило на быстрый душ в одном из салонов. У двери на диване уже сидели Джин и Чимин, готовые уйти в любой момент. — Он уже тут, — Ким игриво дергает бровями, полулежа на мягком диване. — Он действительно красивый, не удивительно, что ты так на него запал. Эх… Я бы сам за ним приударил. Если ничего не выйдет, свистни. — Губозакаточную машинку подарить? — тихо отвечает Чон, смотря в зал. — Он в дальней комнате сидит, — Пак поднимается на ноги, поправляя штаны. — Та, что с раскладной широкой кушеткой? — Ага, для интимных процедур, которая, — Джин подмигивает ему и поднимается следом за другом. — Так что используй ее по назначению, а мы пошли.       Чонгук закрывает дверь за друзьями, переворачивая табличку, и закрывает большие стекла плотными шторами. Внутри растекается предвкушение, ведь так просто он Тэхёна отсюда точно не выпустит.       Ким сидит на кушетке, листая ленту инстаграма, когда его привлекает открывающаяся дверь. Он готов был увидеть кого угодно, но не Чонгука. Он смотрит слегка удивленно, а потом с тихим «точно» протягивает старшему ключи от мерседеса. — Я думал, ты за ключами позже приедешь. — Справился с делами раньше, — Чон тихо хмыкает, беря ключи, и под внимательный взгляд Кима закидывает их в один из ящиков небольшого комода. — Чимин уже уехал, так что завтра заберет. — Чимин? Администратор? — вспоминает парень имя на чужом бейджике. — Так это его машина? — Да, — подходит к сидящему парню. — Будешь знать теперь, перед кем извиняться. — Не в моем стиле, — пожимает плечами, смотря на Чона.       Тот скользит взглядом по младшему, который одет так же, как и в тот день на мойке. Почему-то на нем любые вещи выглядят потрясающе. Тэхен немного откидывается назад, упираясь руками в широкую кушетку. — Ты знаком с администратором. Работаешь тут? — Можно и так сказать, — усмехается, делая еще шаг к младшему, и тот чувствует, как атмосфера начинает немного накаляться. — Тут всегда так тихо? — кусает слегка губы, рассматривая Чонгука, который не сводит с него глаз. От этого пристального взгляда становится жарко. — Нет, просто сейчас салон закрыт. — Почему? — Потому что я его закрыл.       Ким легко сглатывает, неосознанно разводя колени, когда Чонгук делает еще шаг к нему. Он думал об этом человеке все время, начиная с того момента, как уехал из ресторана. Чонгук его одним своим присутствием гипнотизирует, заставляя размякать медленно, но верно. Тэхён всегда был стойким парнем, его в постель затащить не так просто, но сейчас в голове проскальзывают картинки с заднего сиденья новой машины. Ему жарко и хочется немного подышать на улице, потому что у Чона взгляд с каждой секундой все опаснее, и не просто так он их тут закрыл.       В любой другой ситуации блондин обязательно возмутился бы такой наглости и самоуверенности, с большим удовольствием показав, что его еще нужно сломать. В руки Чона он уже, видимо, поломанным попал, потому что иначе он собственной реакции объяснить не может. — Слишком много вольностей для человека, который тут просто работает, — произносит младший с легкой ухмылкой и выпрямляется, от чего становится ближе к Чонгуку. — Как думаешь, чей это салон? — он пальцами проводит по тонкой шее, скользя вверх, и очерчивает линию подбородка. — Если угадаю, получу вознаграждение? — нагло улыбается, подаваясь вперед, от чего расстояние между их лицами остается чистой формальностью. — Конечно. — Он твой. — Красивый, хитрый и догадливый.       Чонгук произносит это в чужие губы, дразня, и слегка проводит по ним кончиком языка, не позволяя Киму поцеловать себя. Младший приоткрывает губы, нетерпеливо выдыхая, и пальцами сжимает черную ткань на чужой груди. Он дергает старшего на себя и сам впивается в губы требовательным поцелуем. Чон обхватывает ладонью его шею сзади, притягивая ближе, и настойчиво проскальзывает языком между мягких губ. Тэхён удовлетворенно стонет, прикрывая глаза, и коленями сжимает его бедра.       Чонгук целует с долей жадности, сминая его губы своими, и младшего ведет с каждой секундой сильнее. По телу растекается приятное тепло, которое медленно, но верно оседает в паху. Чувство, будто старший хочет поиметь его рот языком, но Тэхён совершенно не против, поэтому только сильнее льнет к нему, вплетая пальцы в длинные черные пряди.       Чон опускает ладони, пробираясь под белую футболку, и с наслаждением сжимает руками талию, одним движением пересаживая парня на самый край, не оставляя между ними пространства. Тело в его руках, как мягкий воск, — податливое и пластичное, — лепи, что хочешь. Ким отрывается от его губ, сбито дыша, и чувствует, как в его пах упирается твердеющий член старшего. Он легко двигает бедрами, растягивая губы в усмешке, и с удовольствием ловит тяжелый выдох своими губами. — Тебе лучше остановиться сейчас, иначе это будет сделать сложно, — Тэхён выдыхает во влажные губы Чонгука, слегка сжимая его пряди на затылке. — Я не планировал останавливаться, — усмехается, сильнее сминая пальцами его талию. — Я, черт… — по телу проходит томительная волна, когда он чувствует, как Чон вжимает его в себя. — Поехали куда-нибудь, мне нужен душ. — Он тут есть, — усмехается, горячо выдыхая на ухо, и кончиком влажного языка обводит чувствительную кожу за ушком. — Мы делаем интимный пирсинг и татуировки, и у клиентов не всегда есть возможность помыться прямо перед сеансом, а так можно и инфекцию загнать. Поэтому комната позади тебя полностью в твоем распоряжении. Там все есть.       Тэхён хрипло выдыхает, кивая несколько раз, и легко толкает Чонгука в грудь, спрыгивая с кушетки. Чон опирается руками на место, где только что сидел парень, делая глубокий вдох, и пытается собрать в кучу мысли. Не получается. Он слышит шум воды, а в голове уже вырисовывается картинка того, как по обнаженному телу стекают капли. Вместо того, чтобы навести порядок в голове, он пьянеет еще больше от собственного воображения.       К тому моменту, как в ванной становится тихо, плотные джинсы уже начинают неприятно давить на пах, но Чонгук старается игнорировать это ощущение. Пока дверь не открывается и из небольшой комнаты не выходит Ким Тэхён в одной длинной футболке. В его, Чонгука, футболке. Старший опирается бедрами о кушетку, смотря как спокойно Ким подходит к нему максимально близко. — Я тут воспользовался твоим шкафом. Не против? — А вдруг футболка не моя? — вновь скользит одной рукой по талии, а второй приподнимает ткань, понимая, что на младшем нет даже белья. — Она пахнет тобой, — усмехается, подцепив пальцами его кофту, и тянет вверх, избавляя парня от ненужной ткани.       Его длинные пальцы мягко плывут по обнаженной груди. Тэхён чувствует, как футболка на нем поднимается выше, а большие ладони ложатся на его оголенные ягодицы, сжимая. Он стонет тихо, потому что сейчас каждое прикосновение отдается тянущим чувством в паху. Возбуждение в нем сильнее, чем было до похода в душ, ведь, растягивая себя, он ни на секунду не прекращал думать о Чонгуке. — Две машины, ужин, мой бумажник, а теперь еще моя одежда? Кто-то явно собрался плотно сесть мне на шею, — усмехается, сминая упругие ягодицы, чувствуя, как собственный твердый член неприятно трется о ткань белья. — Ну, — Ким слегка прогибается в сильных руках, приближаясь к манящим губам, — я могу сесть и на лицо.       Чонгук на это только хмыкает. Он поворачивает младшего спиной к себе, садится на кушетку и одним движением усаживает парня себе на колени. Ложится на довольно удобную поверхность и слегка тянет Тэхёна, сидящего на нем спиной, за бедра. — Присаживайся. — О, черт… — младший даже сидя чувствует, как возбуждение подкашивает его ноги. Он очень чувствительный и еще в ту ночь, в машине, думал о том, как Чонгук смог бы его вылизать. Только там это было совсем неудобно.       Ему не нужно предлагать дважды, он приподнимает край длинной футболки, прикусывая его зубами, и плавно двигается назад. Чонгук медленно проводит языком по его ягодице, оставляя звонкий шлепок, от которого парень сдавленно стонет. Разводит упругие половинки, видя розовую растянутую дырочку, и с наслаждением медленно лижет. Тэхён снова стонет, ощущая влажное прикосновение, и слегка двигает бедрами, желая получить больше необходимой ласки.       Чон снова обводит сжимающийся вход, наслаждаясь чужими стонами, которые откровенно мутят разум. Он напрягает язык и притягивает чужие бедра сильнее к себе, насаживая младшего на себя. Тэхён от дразнящего проникновения закатывает глаза, опираясь руками в подтянутый живот. Одной рукой проводит по линии штанов и ловко расстегивает светлые джинсы, но не прикасается, мучая. Чонгук благодарно стонет, не ощущая больше неприятного давления, и жадно вылизывает раскрытый вход, стараясь проникнуть языком глубже. Ким чувствует, как его член сочится смазкой от сильного возбуждения, а желание кончить буквально разрывает изнутри. Он извел себя еще в душе, всеми силами удерживаясь от оргазма. Поэтому сейчас только сильнее прижимается к лицу старшего, ерзая, и уверен, что сможет кончить, не прикасаясь к себе.       Чонгук снова оставляет на ягодице сильный шлепок, сжимая чужую задницу до побеления, желая, чтобы младший не прекращал стонать. Тот и не планирует, выпуская изо рта ткань, и стонет в голос, когда Чон добавляет к языку палец, сразу находя простату, и умело на нее давит. У него ноги начинают мелко дрожать от постоянного давления на чувствительную точку и влажной ласки на мягких стенках. — Боги, Чонгук… — громко выстанывает, едва не срываясь на скулеж, когда старший начинает с нескрываемым удовольствием трахать его длинным языком. — Я сейчас кончу, блять.       Новый сильный шлепок, который расплывается кипятком по коже, и Тэхён не выдерживает, кончая на чужую грудь с протяжным развратным стоном. От оргазма шумит в ушах, а влажная покрасневшая дырочка сильно сжимается, потому что мало, Тэхёну очень мало. — Черт, твои стоны так невероятны, малыш, я сам едва не кончил, — хрипло произносит Чон, чувствуя капли чужой спермы на своей груди.       Тэхён аккуратно пересаживается на ослабевших ногах, смотря на старшего поплывшим взглядом. Скидывает с себя футболку, вытирая чужую грудь, и усаживается точно на его пах, ощущая, насколько Чонгук твердый. Делает плавное движение бедрами, потираясь о каменный член, и довольно поскуливает, наклоняясь к парню. — В этот раз ты запомнишь каждую секунду, которую я буду обкатывать твой член, — улыбается по-блядски, наклоняясь. Чон надавливает ладонью на светлый затылок, затягивая младшего в требовательный поцелуй, толкаясь языком в приоткрытый рот.       Ким помогает старшему избавиться от штанов, и оба стонут в поцелуй, когда твердый член скользит между упругих ягодиц. Тэхён плавится от заново накатывающего возбуждения, которое кажется ему в разы сильнее. Он смотрит в потемневшие от похоти глаза Чонгука, который до синяков сжимает его бедра, не позволяя быстро опуститься. Младший ощущает, как его вход растягивается, когда он медленно насаживается на Чона. Волна удовольствия проходит вдоль позвоночника, взрываясь в мозгах, отключая их. Ему так хорошо просто от проникновения, что даже непривычно, он удивительно чувствительный.       Чонгука от этого крошит в пыль. Видя, как Ким плывет от удовольствия, он резко вскидывает бедра, входя в тугой вход до основания. Тело младшего пробивает мелкая дрожь, и он садится на член полностью, не сдерживая стон наслаждения. Медленно крутит бедрами, опираясь на живот Чонгука, и не спеша приподнимается на коленях. Смотрит старшему прямо в глаза и резко опускается вновь до основания, сжимая в себе его член. От чего тот низко рычит, в очередной раз со звонким шлепком опуская ладонь на ягодицу. — Давай, малыш, пока я позволяю тебе быть самостоятельным.       Тэхён только усмехается и с опьяняющим удовольствием начинает насаживаться на Чонгука, кусая губы в попытке хотя бы немного сдержать голос. Старший ладонями скользит по гибкому телу, чувствуя бархат кожи. Он обводит большими пальцами затвердевшие соски, сжимая и слегка оттягивая. Блондин на это действие реагирует моментально, насаживаясь на член резче, и откидывает голову назад, скуля от переполняющего наслаждения.       Ему ужасно жарко, он чувствует, как на коже появляются капельки пота, но не может остановиться ни на секунду, поддерживая максимально удобный для себя темп. Легко прогибается, садясь полностью до основания, и плавной волной начинает двигать бедрами, заставляя член двигаться глубоко в себе по кругу. Дыхание сильно сбилось, и Чонгук видит, что парень начинает уставать. — Трахаться в тату-салоне удобнее, чем на заднем сиденье машины, — хрипло произносит Тэхён сквозь стон, когда Чонгук поднимает его, заставляя соскользнуть с члена. — Машину будешь со мной выбирать, — усмехается, становясь на пол, и, когда Ким ложится на спину, притягивает его к краю, разводя ему колени. — Ты так прекрасен, малыш. — Тогда нам нужен большой внедорожник, — улыбается соблазнительно, заводя руки над своей головой, лежа перед старшим полностью открытым для него. — Да хоть автобус, — проводит головкой по растраханному входу, дразня, и наклоняется, прижимая к кушетке тонкие запястья. — Все же не против посадить меня к себе на шею? — выдыхает в губы старшего, кусая свои, и хнычет, пытаясь насадиться на член. — Блять, трахни меня уже! — Ты меня и на лице очень устроил. — Я… о боги, Гук! — давится стоном, когда в него с силой входят на всю длину, проезжая головкой по простате, заставляя выгнуться в пояснице. — С удовольствием присяду туда еще не один раз. — Сколько угодно, — низко стонет, чувствуя, как мягкие стенки полностью обхватывают его член, и жадно целует парня.       Тэхён отвечает на поцелуй сразу же, легко дергая руками, чтобы отпустили, и обнимает Чона, зарываясь пальцами в длинные пряди. Он сжимает их в кулак, пытаясь прижаться к его телу сильнее, ощущая контакт с разгоряченной кожей и млея от этого.       Чонгук разрывает поцелуй, заставляя блондина откинуть голову, и губами скользит по влажной шее, оставляя след языком. Он кусает кожу, втягивая в рот, и выводит ошейник из засосов, которые янтарными цветами распускаются на карамельной коже. Чон с каждым толчком входит сильнее и быстрее в податливое тело, втрахивая его в кожаную поверхность, наслаждаясь практически сорванным голосом младшего. Ему хочется сжать хрупкое тело, покрыть своими следами от рук и губ, чтобы у Тэхёна не возникало мысли больше, что Чонгук может его кому-то отдать.       Он, кажется, тонет в этом светловолосом парне с головой. Его ведет от каждого звука, каждого взгляда, минимального жеста. Ему хочется доставить удовольствие, утопить в нем с головой, чтобы Киму всплывать не хотелось. А тому и не хочется. У него в голове каша, мысли крутятся только вокруг одного человека, который сейчас выцеловывает его грудь, заставляя скулить от того наслаждения, которое еще немного и через край польется.       Его член, что трется между двух тел, истекает смазкой, и его разрывает. Ему хочется кончить до слез в глазах, но в то же время он мечтает оттянуть оргазм как можно дольше. Он получает удовольствие не только от секса, а от каждого прикосновения, в которых удивительным коктейлем смешаны забота и похоть.       Чонгук чувствует, как младший пульсирует внутри, понимая, что еще немного и тот кончит. Он хочет подразнить, начиная ощутимо замедляться, сразу же ощущая, как тонкие пальцы болезненно сжимают его волосы на затылке. — Клянусь, Чонгук, если ты сейчас остановишься, я сожгу твой салон к чертовой матери, — хрипло произносит, чувствуя, как медленно его накрывает волной.       Чон не решается проверять правдивость этих слов, поэтому тихо смеется и резко срывается на максимальный темп, почти не выходя из растянутого входа, постоянно попадая по чувствительной точке. Тэхён довольно вскрикивает, выдерживая едва ли полминуты такого темпа, и обильно кончает, пачкая их двоих и чувствуя, как от громкого стона начинает болеть горло. Он сильно сжимается от оргазма, не позволяя Чону двигаться, и тот от сильной узости кончает следом. Ким наслаждается тем, как сперма толчками выливается в него, и расслабляется, прикрывая глаза. Его мышцы будто ватные, но тело пробивает мелким током. Старший наклоняется, медленно, но глубоко целуя его, улыбаясь в искусанные губы, когда младший обнимает его за шею. — У вас в салоне для всех такая дополнительная услуга в прайс-листе? — младший тихо смеется, ощущая, как Чон аккуратно выходит из него. Парень тянет его, заставляя привстать, и поднимает на руки, чтобы отнести в душ. — Нет, ты уникальный вип клиент, к тебе особенное отношение, — улыбается, крепко держа свою ношу, и толкает дверь в ванную. — Мне нравится быть особенным, — тянет слегка хрипловатым голосом, становясь на дно душевой кабины.       Чонгук включает немного прохладную воду, чтобы остыть им обоим. Вода приятно обволакивает тело, смывая липкий пот и сперму с кожи. Чон выливает в ладонь гель для душа, поворачивая младшего к себе спиной, и начинает медленно скользить мыльными ладонями между лопаток. — От тебя сложно оторваться, — тихо выдыхает, оставляя на влажном плече аккуратный поцелуй, улыбаясь. У Тэхёна от этого действия внутри щемящая нежность просыпается. — От тебя тоже, Чонгук, — он заводит руку за спину, касаясь мокрых волос, и поворачивает голову, прося поцелуй, который незамедлительно получает. Ему так сильно не хочется уходить сегодня. — Согласишься на приглашение поехать ко мне? — тихо спрашивает Чонгук, разрывая поцелуй и проводя кончиком носа по месту за его ухом. — Конечно. — А на выходные останешься? — Если мы включим «Клинику» или «Друзей» и закажем острую курицу, я к тебе перееду, — тихо смеется, поворачиваясь, и мягко опускает ладонь на его щеку. — Любишь американские ситкомы? — обвивает руками его талию, крепко прижимая к себе. — Еще как, — тянется за очередным поцелуем, осознавая для себя, что обожает целоваться с Чонгуком. — Тогда мы сейчас одеваемся и едем ко мне. Там я покажу тебе, что на моей кровати трахаться еще удобнее, чем в тату-салоне. Утром мы вместе приготовим самый банальный завтрак, на который нам хватит сил, и я отвезу тебя в универ. Вечером ты снова приедешь ко мне, и все выходные мы будем смотреть «Клинику», «Друзей» и «Теорию большого взрыва», поедая крылышки в острой панировке. — Ты забыл упомянуть, что где-то между сериями ты несколько раз предложишь мне присесть на твое красивое лицо. Мы сходим в тот ресторан, потому что я жалею, что не попробовал десерт, и перед тем, как уснуть, я освежу твою память насчет того, как отсасывают не девственники, — Тэхён тихо смеется, прикрывая глаза, когда Чонгук легко прикусывает его нижнюю губу. — Ах да, насчет банального завтрака. Я шедеврально готовлю тонкие блинчики. — Пакуй чемоданы, Ким Тэхён.