Вот что я одеваю, когда иду ломать ебальники

      Чимин заходит в квартиру и тихо закрывает дверь. В помещении тихо, скорее всего Юнги спит. Парень выдыхает с облегчением и так же тихо, как он закрывал дверь, старается раздеться.       — Ты пришёл? — слышится голос позади, и Чимин поворачивает голову. — Это чо за херня?       Мин приближается к младшему и смотрит на царапину на скуле младшего. Вся сонливость, что была ранее, испаряется, оставляя на лице непонимание, которое вскоре перерастает в злость, что отражается на лице нахмуренными бровями и поджатыми губами, огоньком ярости в глазах. Юнги проводит большим пальцем по царапине и целует её.       — Кто? — тихо спрашивает у не проронившего и слова Пака, выдыхая эти слова практически в ухо и целует под мочкой уха.       —Юнги, всё хорошо. Я пришёл к тебе не за тем, чтобы ты вляпался в неприятности. — Чимин глубоко вздыхает, когда чувствует, что старший отстраняется. — Юнги, мы договаривались посидеть в месте!       Мин хмыкает и тянется к вешалке, где висят две ветровки, по мимо чиминовской, и берёт ту, на которой не смылись капли крови с прошлых разборок.       — Солнышко, мы посидим вместе, когда ты научишься давать отпор мудакам и перестанешь приходить раненым.       — Но это, — Чим тычет угазательным пальцем на ранку, — совершенно ничего не значит. Я оставил тех парней с большими побоями! — пискляво прикрикивает Пак, практически хныча. Ещё чуть-чуть и он ножками затопает, тогда Юнги будет готов расплакаться от умиления.       — Так там ещё и не один? — злая ухмылка появляется на лице Мина. На самом деле он доволен, что Чимин наконец-то перестал бояться давать отпор, они шли к этому, правда Чим до сих пор говорит, что это неправильно. — Так кто это?       Сердце Юнги бьётся от злости так быстро, что можно подумать, что он вот-вот улетит с помощью этого моторчика. Он поворачивается к дверному проёму спиной и смотрит в ожидании ответа. Сердце пропускает удар. Чимин скрестил руки на груди и, надув губки, придумывает как бы съязвить, но безуспешно. Руки с маленькими ладошками летят в стороны, а затем просто вверх-вниз летают, слышится «ну Юнги-и-и!».       А что Юнги? Юнги действительно готов убивать. Он готов убивать. Готов.. Но комочек счастья и тепла не пускает. Да и не хочется теперь уходить. Пак милашка-с-горячими-маленькими-ладошками Чимин, которого Мин я-холодная-сука Юнги любит всем своим замёршим сердечком, которое тает для Чимина.       — Что «Юнги»?— руки в боки, не показываем, что прямо сейчас готовы под плед с Пак Чимином залезть и смотреть глупые фильмы. — Ты видишь что я одел? Вот это я одеваю, когда иду ломать ебальники. — Мин указывает на свою ветровку с пятнами запёкшейся крови.       — Просто сними её...       Ручки тянутся к Юнги и пухлые пальчики хватаются за ворот ветровки, скользят под неё и останавливаются на плечах. Чимин заглядывает в глаза старшего и не видит в них злобы совсем. Любовь, тепло, ими Юнги пропитывается сейчас. Чим видит это и скользит руками дальше по чужим рукам, снимая ветровку. Мин еле сдерживает улыбку, когда его тянут вглубь квартиры оставляя ветровку валятся на полу.       — Чимин-и? — виновато смотрит Юнги, когда его усаживают на диван в зале. Он слышит вопросительное мычание и продолжает так же виновато.—Можешь принести с кухни еды? Там ещё твой любимый коктейль и.. Да. Пожалуйста.       С тихим хихиканьем Пак уходит на кухню, а Мин усаживается поудобнее и тянется к пульту от телевизора, на котором уже приготовлен фильм. Каждую пятницу они собираются у Юнги и смотрят фильмы. Каждый раз на теле Чимина появляются синяки и прочие раны. Каждый раз Юнги порывается сходить и убить мудаков, ведь они перестали боятся лезть к Чиму, когда Мин выпустился из универа. Он злится каждый раз на себя, ведь так даже и не выходит из квартиры (после, правда, у Чонгука с Тэхёном спрашивает и всё-таки разговор проводит, нанося увечия в тройне больше чем они его мальчику).       — Сахарок, Боже, я тебя так люблю! — с улыбкой и едой в руках заходит Чимин. — Сколько коктейлей ты купил?       — Видимо достаточно, чтобы ты сказал, что любишь меня.        Протягивая руки для объятий говорит старший. Он уже успел лечь на диване, облокотившись головой на подлокотник дивана и прижавшись одним боком к его спинке. Сейчас, завидев младшего, Мин поворачивается на бок, давая Чимину больше места и всё ждёт с протянутыми руками.       Младший фыркает, раскладывает еду по столу и лезет на диван, в объятия Мина.       — Я люблю тебя. Это точно не из-за коктейлей. — тихо бурчит Чим в чужое плечо.       — Конечно, мой Минни. Я знаю. Я тоже тебя люблю. — Юн кратко чмокает Чимина в висок и улыбается. Пультом включает фильм и прижимает тельце своего мальчика сильнее.