Самая тёплая зима

— О-о-о, так ты всё-таки решился! Поздравляю, это такая замечательная новость! — голос Кенджи, доносящийся из телефона, внезапно повеселел после нескольких десятков минут разговора, когда он узнал от своего друга об одной замечательной новости. Тэттё готов был поклясться, что слышал улыбку сквозь этот счастливый тон, и это придало ему не только уверенности, но и радости. Видимо, радости за самого себя, как за главного виновника такого настроения Кенджи. — Да… да, решился. Спасибо большое. Если подумать, «решился» Тэттё ещё давным-давно, сейчас просто смог достать всё необходимое, коего немного, и заявить об этом. В правой ладони он крутил-вертел небольшую раскрытую бархатную коробочку, внутри которой лежало самое, по его мнению, прекрасное кольцо в мире, целиком и полностью ассоциировавшееся у него с Дзёно. Оно было выполнено на заказ и обошлось в довольно крупную сумму, но Тэттё не жалел ни йены, впрочем, неудивительно, особенно когда видел, как красиво всё отражалось в белом золоте и как сказочно блестел на нём драгоценный камень, то и дело переливающийся на свету. Даже если Дзёно не сможет его увидеть — Тэттё позаботился, чтобы кольцо выглядело потрясающе (хотя бы на его вкус). — А когда ты собираешься его подарить? Ты ведь напишешь мне или позвонишь, да? Я даже смог сам себе добавить какое-то приложение сегодня, Ацуши сказал, что там можно общаться. Мне кажется, я понял, как, но эти городские технологии такие странные… — Я не знаю, когда именно подарю его, но точно сделаю это. Конечно, я тебе позвоню, — ответил Тэттё, улыбнувшись, когда услышал очередное высказывание Кенджи в сторону всего «городского», даже если прошло достаточно времени, чтобы он к этому привык. — Отлично, тогда я буду ждать! Уверен, что у вас всё будет хорошо, он же точно согласится, — кажется, Кенджи стал радоваться ещё сильнее. Тэттё, с облегчением выдохнув от того, что его так сильно поддержали в этой новости, потянулся, не выпуская кольцо из рук. А после его взгляд неожиданно упал на часы. — О, да, надеюсь. Ладно, Кенджи, хорошо поговорили, но я тебе потом ещё позвоню. Сайгику должен скоро вернуться. — Конечно, пока! — Пока. Тэттё сбросил вызов и захлопнул коробочку, сразу спрятав её в своём комоде, где она и хранилась последние полтора дня после покупки (только когда Тэттё не выходил на улицу). От Сайгику тяжело было что-то скрывать — он слишком внимательно мог подмечать каждый шорох, по нему определяя, что конкретно случилось и где, поэтому Тэттё даже не рисковал доставать кольцо в его присутствии, а обсуждать это по телефону — тем более, чтобы не испортить сюрприз. Если Дзёно захочет, то он этот разговор и из коридора перед дверью услышать сможет, даже несмотря на чуть ли не лучшую звукоизоляцию в квартире, сделанную специально для него. Поэтому Тэттё запасался временем заранее, даже если знал, что до прихода возлюбленного минимум минут двадцать. Ими можно было распределиться и по-другому — например, заварить чай и наконец-то просмотреть чат, куда его добавил Тачихара, где за последние два дня он ничего не читал, ведь кроме обсуждений каких-то странных вопросов, никак не относящихся к работе или ей подобному, там почему-то ничего не было. Через полчаса домой вернулся Дзёно, и Тэттё практически сразу понял, что не в очень хорошем настроении, потому что снятие и шарфа, и пальто сопровождалось какой-то тихой руганью себе под нос. — Я дома, — чуть громче, но всё так же небрежно проронил он, после чего пошёл мыть руки. Тэттё убрал пустую кружку из-под чая в сторону и отложил телефон, дожидаясь, пока его возлюбленный зайдёт на кухню, потому что он был уверен, что тот так и сделает. — Это просто какой-то ужас! Они опять отказали. Это отвратительно, считай, что отпуск испорчен, — недовольно заговорил Дзёно, показавшись в дверном проёме, и сразу пошёл к только недавно закипевшему чайнику, чтобы включить его вновь. Он оперся руками о столешницу, опустив голову, подавляя раздражение. Впервые у них отпуск выпал не на тёплые летние месяцы, а на зиму, и как бы Дзёно ни пытался это исправить, у него не выходило. К сожалению. Как итог — он недоволен. Тэттё вздохнул, потому что знал, каких нервов это стоило любимому. — Ну… — затянул он, немного призадумавшись, — мы ведь всё равно сможем хорошо отдохнуть, Сайгику. Тэттё готов был поклясться, что видел, как дёрнулись от раздражения губы Дзёно. Тот крепче вжался ладонями в столешницу. — Где отдохнуть, Тэттё? В сугробе поваляться? Или пойти на горный хребет? Это будет самая романтичная смерть от обморожения. Или что, ты на лыжах навернуться хочешь? О, зная тебя, ты-то как раз этого и хочешь. — Я был бы не против покататься на лыжах. — Видишь?! Это кошмар, я лучше дома весь отпуск просижу, здесь хотя бы тепло. Дзёно хотелось ругаться. Даже когда он налил кипяток в кружку с заваркой, то стал нервно стучать маленькой ложкой по стенкам кружки, хотя сахар уже давно был размешан, а не пить его, но Тэттё, к счастью, прекрасно знал, как с этим бороться. Он осторожно подошёл к возлюбленному со спины, пристроил свои руки у него на талии, аккуратно приобняв, и положил подбородок ему на плечо, нежно поцеловав в висок, а затем — в покрасневшую из-за уличного мороза щёку. Дзёно вздрогнул. Потеря зрения когда-то подарила ему чрезмерную чувствительность ко всему остальному, даже будь то холод (из-за чего он и ругался на несчастную зиму) или прикосновения. При том прикосновения Тэттё ощущались в разы лучше, чем чьи-либо другие. — Сайгику, любовь моя, есть же и другие варианты. Давай просто подумаем. — Мне нравится ход твоих мыслей, но не нравится, как ты их высказываешь. Ну, удиви. Что же придумал ты? Тэттё, если честно, здесь призадумался. Он сам ничего не придумал, обычно всеми подобными моментами занимался Дзёно, потому что ему было без разницы, куда ехать в отпуск — водные лыжи или им подобное для туристов найдётся везде. — Помнишь, когда мы были в Бенине, ты говорил про Атлантический океан? — Нет! Точнее, помню, но ты рехнулся? Мы не полетим отдыхать в Африку, ты забыл, что в этом Бенине даже связи нет? — Хорошо. Тогда, раз ты не хочешь туда, где холодно, почему бы не полететь, например, в Доминикану? В Танзанию? В Коста-Рику? Или на Мальдивы, тоже вариант. — Ты смеёшься? — В смысле? Что не так? — Да нет… но Мальдивы? Наверное, это будет очень дорого. — Я могу прямо сейчас посмотреть и заказать билеты, — невозмутимо ответил Тэттё, порадовавшись, что его предложения сработали. Если честно, он на самом деле почти ничего не знал о местах, где предлагал отдыхать, кроме того, что они должны были бы понравиться Дзёно, ведь достаточно тёплые круглый год и хорошо обустроены для туристов. — А ты сам-то куда именно хочешь? — всё же решил поинтересоваться Дзёно, наконец-то оставив бедную кружку с чаем в покое. Тэттё пожал плечами и обнял Дзёно сильнее, потеревшись щекой о его футболку. — Мне в целом всё равно. Куда угодно, но с тобой. Дзёно вздрогнул снова. Пора было бы уже и запомнить, что любой разговор с Тэттё мог закончиться чем-то столь слащавым.

***

— Я написал Накаэси, чтобы он через пару дней зашёл к нам полить цветы. Оказалось, что у него нет ключей, придётся заехать и отдать. — Конечно же нет, ты их забрал у него, потому что свои потерял, а меня тогда дома не было. И ты, гений мой, до сих пор не сделал дубликат, — вздохнул Дзёно, складывая в сумку всё самое необходимое, что могло пригодиться ему в отпуске, начиная с одежды. — Заедем вместе перед самолётом? Или с утра в тот день, например, — предложил Тэттё, и Дзёно, сидящий на корточках перед нижней полкой шкафа, чуть не рухнул от внезапно нахлынувшего удивления и негодования. — Ага, может, сразу в аэропорту встретимся? Пораньше никак, Тэттё? У нас вообще-то времени вагон и маленькая тележка, если ты не в курсе. — А зачем тогда ты собираешь вещи? — Чтобы ты спросил. — А. Тогда у тебя получилось. Нужно помочь, кстати? — Тэттё подошёл поближе и сел рядом, запихнув вывалившуюся из сумки футболку обратно, потому что всё чуть не перевернулось, когда Дзёно почти упал. — Нет, обойдусь. Лучше напиши брату, что мы вечером заедем. — А мы заедем? — удивился Тэттё, заставив Дзёно тихо цыкнуть, поднимаясь на ноги. — Да, пока выходной. К тому же он должен вернуть мне пиджак, я его в прошлый раз на спинке стула забыл. — Хорошо. Вечером — это во сколько? — Часов в шесть, не знаю. Ты сам посмотри, как там ситуация на дорогах, я не хочу торчать в пробке. — Конечно. Шесть часов оказалось идеальным временем для поездки, о чём Тэттё сразу же сообщил Дзёно. Тот в это время уже закончил собирать вещи и приступил к менее важным вещам, например, к прослушиванию радио, по которому не вещали абсолютно ничего интересного. — Сайгику, ты же ещё не собрался? Можем ехать, — сказал Тэттё, подойдя к Дзёно, лежащему на кровати, и с помощью пульта выключил свет в комнате, потому что они собирались уезжать, а Дзёно он не нужен был в любом случае. Да и света из окна было вполне достаточно, чтобы увидеть всё необходимое. — О, оденусь быстро и поедем. Проверь, мой шарф на батарее высох или нет, — ответил Дзёно, скинув с себя одеяло и сразу же от этого поёжившись, потому что в квартире было относительно прохладно. — Понял, сейчас. К счастью, шарф высох, и им ничего не могло помешать, чтобы наконец-то поехать передать ключи и забрать пиджак у старшего брата Тэттё. Непривычно холодная для Японии зима, благо, была не настолько суровой, чтобы прогревать двигатель машины перед отъездом, а это тоже хорошо. — Кстати, останови возле нашей кофейни. Хочу латте, — сказал Дзёно, когда, судя по ощущениям и звукам светофоров вокруг, они проехали примерно квартал, и он прислонился лицом к стеклу, чувствуя, как его уже немного начало клонить в сон, ведь ради поездки на работу он встал ни свет ни заря. — Хорошо, — кивнул Тэттё и свернул на следующем же повороте, чтобы подъехать к кофейне со стороны автомобильного окошка. Последующую дорогу Дзёно ехал со стаканчиком кофе в руках, периодически из него отпивая, а такой же стаканчик Тэттё, только внутрь которого был добавлен и соевый соус, стоял на подставке и остывал, потому что он не хотел отвлекаться от дороги. Когда они наконец-то оказались на месте, Дзёно несколько раз постучался в дверь, сразу же после чего её открыла высокая девушка, улыбнувшаяся гостям. — Привет, ребята, проходите, — сказала она, поправив домашний халат и заправив передние пряди длинных волос за уши. — Спасибо, Кадзуоми, но мы ненадолго. Я хочу только отдать ключи брату, — ответил Тэттё, после чего его невестка кивнула, и они с Дзёно вошли внутрь. Кругом всё было чисто и прибрано, как и обычно, и даже на самых труднодоступных местах отсутствовала пыль. — Конечно, как скажете. Дзёно, иди со мной, я отдам тебе пиджак. Мы его постирали и высушили, он должен сохнуть на балконе, — кивнула девушка, аккуратно взяв Дзёно за запястье и утащив с собой буквально сразу же. Тэттё пошёл в сторону спальни, понимая, что брат, скорее всего, там, и не ошибся — они встретились ещё в дверном проёме. — О, Тэттё, я услышал вас сразу, но мне нужно было домыть окно, извиняй, — улыбнулся Накаэси, пожав брату руку в знак приветствия, — так, ты что-то хотел мне отдать? — Ключи, да, — Тэттё сразу вытащил из кармана свою связку и подумал о том, что дубликат всё же сделать будет нужно, даже если у них ещё есть ключи Дзёно. Когда Накаэси забрал протянутые ему ключи, Тэттё уже собрался идти на балкон за Дзёно, чтобы сказать, что они уже могут ехать домой, но его остановили, схватив за руку. Спрашивать вслух было нельзя — старший брат Тэттё прекрасно знал, что Дзёно всё услышит и сюрприз может испортиться, поэтому он просто дёрнул подбородком и бровями, мимикой намекая, что в чём-то заинтересован, а потом выставил вперёд свою ладонь, на которой было обручальное кольцо, чтобы указать на него. Тэттё, к счастью, всё понял до того, как пришлось показывать ему его же вчерашние сообщения из переписки, поэтому достал из кармана ту самую коробочку и раскрыл. Взгляду старшего брата предстало всё то же потрясающее кольцо, над выбором которого Тэттё мучился так долго. Хвалить вслух, опять же, было нельзя, так что Накаэси просто показал «класс» большим пальцем вверх, и Тэттё, улыбнувшись, спрятал коробочку обратно. — Удачи… вам в отпуске, — сказал старший, специально выделив первое слово, чтобы было понятно, с чем именно на самом деле он желал удачи, а Тэттё благодарно кивнул. — Спасибо, надеюсь, всё пройдёт хорошо, — Тэттё выдохнул, призадумавшись. Чисто теоретически… мог бы Дзёно ему отказать? Вряд ли, они это уже когда-то обсуждали вскользь. Но если так случится, то что Тэттё потом делать? Это было бы очень жестоким отказом, нет, правда, очень. — Конечно же хорошо! — ответил Накаэси, похлопав брата по плечу в приободряющем жесте, — эх, я бы тоже хотел сейчас слетать на Мальдивы. Тепло, белый песок… — Ещё успеете налетаться, — Дзёно наконец-то вышел с балкона, в руках держа свой любимый светлый пиджак, — всё, Тэттё, идём. Спасибо за пиджак, Кадзуоми, — продолжил он, схватив своего возлюбленного за запястье, и потащил к выходу, дабы не задерживаться. — Успеем, да. Ладно, до встречи, ребята, за свои цветы можете не переживать, — сказал Накаэси на прощание, собравшись запереть дверь за гостями. — Да, хорошего отдыха, — улыбнулась и его жена, встав рядом, и помахала рукой. — Спасибо! Когда Тэттё и Дзёно вернулись в свою машину, то второй неожиданно заговорил, будто бы почуял что-то неладное. — Ты в порядке, Тэттё? Такое чувство, что тебя что-то беспокоит. Это всё ещё из-за выбора отеля и острова? — спросил Дзёно, подмечая очередной скачок в сердцебиении возлюбленного, что витал в каких-то своих мыслях, не обращая внимания ни на что вокруг. — А? Нет, с отелем всё в порядке, это из-за пересадок в самолёте, — на ходу стал сочинять Тэттё, лишь бы его не разоблачили, хотя это даже не было ложью. Он не был уверен, что на этот раз полёт будет удобным. — Ты что, никогда не летал с пересадками? Тэттё отрицательно помотал головой, зная, что любимый всё равно всё услышит и прекрасно поймёт. Дзёно усмехнулся. — Нашёл, о чём думать. Не парься, мы разберёмся. — Конечно. Тэттё заулыбался. Даже если сейчас эти слова Дзёно на самом деле ничего не значили, ведь Тэттё «переживал» по другой причине, всё равно было приятно в очередной раз услышать заботу, даже если её проявление… своеобразно. Теперь ему осталось придумать, как же в их совместном отпуске спланировать момент, в который он подарит возлюбленному это кольцо. Волнительно, даже очень, но откладывать это совсем не хотелось. Была не была, что ж.

***

Большую часть времени повышенная чувствительность Дзёно ко всему была, несомненно, даром, который позволял ему «видеть» гораздо больше, чем другие. Но помимо пользы в ней были и проблемы, периодически мешающие жить, например, иногда было невозможно уснуть без наушников из-за слишком бурных соседей или чей-то неприятный запах раздражал, потому что ощущался в разы лучше, чем для остальных. И сейчас состояние Дзёно стало довольно проблемным в связи с его сильной восприимчивостью к перепадам температур. Это было ожидаемо, но всё равно и он, и его возлюбленный надеялись, что всё обойдётся, ведь у них отпуск. Дзёно пытался спать в самолёте, когда они уже закончили с утомительными пересадками и летели прямо в свой финальный пункт назначения, и у него это получалось отрывками, ибо плечо Тэттё — хорошая замена подушке, если рядом больше ничего нет. Тэттё же гладил Дзёно по голове, пока тот спал, и думал о том, что если любимый заболеет в первые же дни отпуска, будет очень и очень плохо, ведь его сто процентов не будет заботить своё состояние из-за нежелания испортить выходные, и всё произойдёт, как уже случалось когда-то — он до последнего не будет принимать помощь, а потом, например, потеряет сознание посреди улицы. Тот случай изрядно потрепал нервы Тэттё, который успел поймать Дзёно и после этого на руках донёс его до ближайшей скамьи, вызвав скорую, которая как назло ехала слишком долго. Когда стюардесса объявила, что время близится к посадке, Дзёно ещё спал, поэтому Тэттё взял его руку в свою, несильно её то сжимая, то разжимая, зная, что его парень от этого проснётся. — Сайгику, пора вставать, мы почти прилетели, — сказал он довольно тихо, сразу же почувствовав, как голова, покоящаяся у него на плече, заёрзала, — как себя чувствуешь? — Нормально, — солгал он, пытаясь потянуться в неудобном кресле, и запустил одну ладонь в волосы, чтобы их хоть немного разгладить после сна. — Точно? Как только приедем, можем разложить вещи и поспать. — Редко же от тебя можно услышать что-то настолько разумное, — вздохнул Дзёно, кивнув. Поспать было бы в таком состоянии очень кстати, перед прогулкой, купанием и всем прочим он должен был в полной мере восстановиться, избавившись от головной боли. — Спасибо? Добраться от аэропорта до отеля было довольно трудно, ведь при покупке билетов Тэттё не знал, что по пятницам на Мальдивах выходной, и, соответственно, катер можно было ждать очень долго, поэтому пришлось простоять кучу лишнего времени. Ещё Тэттё успел несколько раз удивиться жалобам Дзёно на сильный холод, ведь погода была очень тёплой. Он достал из своей сумки рубашку, накинув её вторым слоем поверх футболки Дзёно, и, кажется, ему стало немного теплее. Главная проблема возникла тогда, когда они вдвоём всё же наконец-то добрались до отеля, в который должны были заселиться, но их номер оказался занят. — Мы приносим свои извинения от лица всего отеля, нам очень жаль, что так получилось. Вы опоздали, поэтому моя новая сменщица решила, что сюда уже никто не приедет. Но мы можем предложить другой номер в качестве альтернативы, в нём тоже присутствуют все удобства. Больше свободных у нас нет, — пытался объясниться работник, надеясь, что всё не дойдёт до серьёзного конфликта. — Почему вы не могли поселить туда их, если у вас был свободный номер?! Это не лагерь, мы всё оплатили и могли заехать в любое время. Вы же понимаете, что на такое и жалобу накатать не стыдно будет? — у Дзёно совершенно не было настроения или сил спорить, но он всё равно умудрялся этим заниматься, перемывая костяшки работнику, — надо было всё же брать другой отель, не зря ты так долго думал, Тэттё. — Я правда не знаю, как это произошло, извините, — работник склонил голову, заставив Дзёно раздражённо выдохнуть, — утром мы можем со всем разобраться, но сейчас мы не сможем выгнать людей. Могу предложить Вам дополнительный бесплатный завтрак, обед и ужин в качестве компенсации. Тэттё, осознавая, что ситуация уходила в не самое лучшее русло, решил что-то делать. Для начала он легко приобнял Дзёно за плечи, используя свой главный успокоительный метод. — Сайгику, уже поздно, мы в любом случае не пойдём в другой отель и не сможем ничего сделать. Давай переночуем в другом номере? Дзёно такой расклад вещей совершенно не нравился, ведь они специально выбрали себе самый отдалённый от других номер, чтобы он мог нормально спать, не так сильно страдая от шума. Тем не менее, Тэттё был прав, сейчас уже, видимо, никакие скандалы бы не уладили проблему. — Ладно. Ладно! Хорошо, — стал повторять Дзёно, остывая, — не забудьте про завтрак, обед и ужин. С утра будем ждать свой номер. — Спасибо за понимание! — Конечно, подавитесь им, — Дзёно резко выхватил ключи из рук работника и пошёл к, как он предположил, месту, где как раз была дверь в их новый номер. — Извините, спасибо, — сказал за него Тэттё, после чего стал догонять, отмечая, что ситуация получилась действительно не очень приятной. Внутри номер был абсолютно таким же, как и тот, что должен был быть у них по справедливости. Отличался он, опять же, одним лишь расположением, что в случае Дзёно вообще-то играло огромную роль. — Посмотри, есть ли тут одеяла, Тэттё, — попросил Дзёно, сразу же отыскав кровать и устало плюхнувшись на неё, — тёплые одеяла. В шкафу, может. — Тебе настолько холодно? Я вижу только тонкое одеяло, и оно прямо под тобой. — Меня морозит. Хотя при этом такое чувство, что я плавлюсь. Тэттё в недоумении изогнул одну бровь, прежде чем подойти к возлюбленному и прислониться своими губами к его лбу, проверяя на наличие температуры. — Сайгику, да ты горишь! У тебя точно температура, к тому же очень высокая. — Это всё из-за всех этих смен погоды. Нужно было и в правду лететь без пересадок, — совершенно спокойно ответил Дзёно, понимая, что лечь на кровать впервые за день для него просто блаженство, учитывая самочувствие. — Нужно сбить температуру. Я пойду в аптеку, как думаешь, где здесь она?.. Ещё и круглосуточная. А, точно, можно спросить у того мужчины, — стал рассуждать Тэттё, понимая, что Дзёно в любом случае не одобрил бы эту идею с аптекой, но это не обсуждалось. — Тэттё, прекрати, какая аптека, ты головой ударился? В боковом кармане сумки лежит нурофен, дай мне одну таблетку. — Ты взял с собой таблетки от температуры? — Да. Просто достань их. Вообще-то Дзёно брал их с собой, рассчитывая, что Тэттё будет вести себя как обычно, пробуя на пляже всё и сразу, абсолютно каждый вид спорта, и в итоге так вспотеет, добегается и допрыгается, на жаре выпивая ледяные коктейли, что сможет подхватить какую-нибудь простуду и испортит им отдых. Но получилось немного наоборот. — Давай руку, — сказал Тэттё, после чего вложил прямо в ладонь Дзёно необходимую таблетку, а сразу после этого протянул и заботливо налитый стакан воды, чтобы запить. — Ага, всё. К утру, надеюсь, жар спадёт. Повезло, что у меня хотя бы ничего конкретно не болит. — Я тоже надеюсь. Дзёно продолжал лежать в кровати, не желая даже переодеваться из одежды, в которой приехал, потому что хотелось только уснуть, чтобы не чувствовать этот странный озноб в сочетании с ощущением, что лицо и тело горят. Тэттё же надел пижаму, почистил зубы, в общем, закончил все необходимые процедуры и пошёл ложиться к Дзёно. Он кое-как вытащил одеяло из-под возлюбленного и перетащил его головой на подушку, так как Дзёно, кажется, было весело не шевелиться, заставляя Тэттё делать лишнюю работу. — Тепло? — спросил Тэттё, укрыв их обоих этим одеялом, которое обычно вообще никто не использовал, если не включал кондиционер. — Нет, холодно, — ответил Дзёно, поморщившись, и отвернулся, поджав ноги, чтобы лучше греться. Тогда Тэттё придвинулся ближе, положил свою ладонь Дзёно на талию и прижал его поближе, отдавая и всё своё тепло. — А так? — снова спросил он, уткнувшись носом в изгиб плеча Дзёно, после чего услышал довольное бормотание. — Терпимо. Тэттё усмехнулся и несколько раз поцеловал Дзёно в плечи и шею, всё ещё чувствуя жар раскалённой кожи. — Отлично. Тогда спокойной ночи, дорогой. Дзёно вздрогнул. — Тебе того же.

***

Утро задалось прекрасным. Мало того, что у Дзёно действительно спала температура и улучшилось состояние, так их с Тэттё и переселили в правильный номер, и в самом деле принесли дополнительный завтрак за счёт отеля. — Вкусное пирожное, но я бы добавил мясное пюре, — сказал Тэттё, надкусывая эклер, из-за чего почувствовал, как под столом кто-то (очевидно, кто) пнул его ногой. — Не порть мне аппетит, Тэттё. Я бы предпочёл весь отпуск валяться с температурой, чем блевать в туалете из-за запаха твоих кулинарных шедевров, — Дзёно продолжал пихаться ногами под столом, когда говорил это, но Тэттё реагировал совершенно спокойно, потому что не в первый раз так. Скорее, в сто первый. — Мне казалось, что ты уже привык к ним. — Ничего подобного! Может, кофе с соевым соусом уже не так раздражает, но не заикайся о чём-то вроде эклеров с мясом! — Ладно, я подумаю. Лучше скажи, какие у нас планы. Мы сейчас пойдём на пляж? — поинтересовался Тэттё, всё ещё не понимая, чем же его возлюбленному так не угождают его сочетания продуктов, кроме запаха. — Да, пойдём. Не терпится оценить, насколько приятная здесь вода, — сказал Дзёно, допивая свой чай, и уже представил, как они с Тэттё пойдут купаться в скором времени, наслаждаясь теплом. — Я хочу покататься на гидроцикле или катамаране. А потом на водных лыжах! — Я не сомневался, Тэттё, — Дзёно сам не интересовался подобным, его больше привлекала перспектива отдыхать на шезлонге, попивая банановые или кокосовые коктейли, но никак не то, что собирался делать его возлюбленный. Тем не менее, осуждать его было не за что. После завтрака они оба вернулись в номер, чтобы взять две пляжные сумки. У Дзёно в ней лежал крем от загара, которым он планировал обмазаться с ног до головы десятью слоями, а у Тэттё же наоборот был крем для загара, ведь ему, в отличие от любимого, нравился этот процесс. Тэттё нацепил на себя соломенную шляпу, что ему недавно подарил Кенджи, сделав её самостоятельно, а Дзёно, глубоко вздохнув, надел светлую панаму, потому что уж всё получше кепок, которые он ненавидел всей душой. — Сам надуешь матрас? — спросил Тэттё, когда они пришли на пляж, и опустил сумку с вещами на шезлонг, снимая с себя майку и шорты туда же, оставаясь только в плавательном костюме. — Сам надую, но можешь попробовать, если очень хочешь. Я так-то желанием не горю, — ответил Дзёно, застилая шезлонг полотенцем и уже чувствуя запах безалкогольных коктейлей неподалёку, которые он, разумеется, уже хотел оценить. — Хорошо, тогда давай сюда. Можешь пока что уже пойти и оценить воду. Вообще-то Дзёно хотел столкнуть туда Тэттё, то есть они должны были пойти вместе, так что он ещё ненадолго задержался, делая вид, что разгребает оставшееся содержимое сумки, хотя там уже ничего и не было, пока Тэттё надувал его матрас. Пляж выглядел потрясающе. К сожалению, Дзёно не мог этого увидеть, но он всё равно чувствовал — белый песок под ногами был приятнее и лучше любого, что он знал раньше, а шум, исходящий от кристально-чистой воды, ничуть не раздражал, как порой это бывало. Людей, что очень важно, конкретно рядом с ними почти не было — они все так грамотно распределились по территории, что им было довольно далеко шагать друг до друга. — Всё, — выдохнул Тэттё, закрывая клапан, и отложил матрас в сторону, — идём? — Наконец-то, да, идём, — Дзёно схватил Тэттё за запястье, потащив к воде. Тот, не сопротивляясь, просто шёл за возлюбленным и думал о том, как прекрасно выглядит этот пляж, пока его не отрезвил резкий толчок. Толчок в воду. Конечно, Тэттё сразу встал, доставая ногами до дна в этом месте. Он в раз промок целиком и полностью, и увидел, как улыбался Дзёно, радуясь, что его план сработал. — Я предполагал, что ты так сделаешь, — сказал Тэттё, после чего в шутку плеснул водой прямо в возлюбленного, который был ещё на береге. Тот закрыл лицо руками и отвернулся. — Ну ещё бы! Всё, прекращай, я захожу в воду. — Давай, тут очень хорошо. Дзёно сделал несколько шагов, оказавшись по колено в океане. Тэттё не солгал (само собой), вода действительно была до одури приятной, и купаться там — одно удовольствие. Сразу после этого он снова почувствовал, как в него плеснули водой, и не стал даже медлить с ответом. — Ты хочешь повоевать, Тэттё? Чтобы я тебя утопил? Хорошо, тогда держись! — несерьёзно вскрикнул он, пытаясь ухватить возлюбленного под водой, пока тот сопротивлялся и отплывал. «Это ты первый начал», — хотел ответить Тэттё, но не стал, глядя на то, как весело было его парню играть в эту «погоню». Кстати о «его парню»… перед Тэттё всё ещё стояла проблема, заключающаяся в том, что он не успел придумать, как подарить Дзёно кольцо. Точнее, не просто подарить, а сделать ему предложение, потому что в голову не лезла ни одна мысль. И тут ни Кенджи, ни старший брат, ни Теруко, ни кто-либо ещё не смог бы помочь, потому что никто из них не мог бы предложить что-то без своих странностей. Например, когда Тэттё услышал, как по традициям делали предложения люди в деревне лучшего друга, то отходил от этого несколько дней, желая забыть.

***

— Идём уже, Тэттё, я очень голоден, — сказал Дзёно, схватив своего парня за ноги и пытаясь стащить его с кровати, чтобы наконец-то пойти в ресторан, — я и так долго тебя ждал. Тэттё тогда только-только проснулся после длительного дневного сна, вызванного тем, что дайвинг, ради которого прошёл кучу испытаний и прослушал уйму инструкции, а за ним и всякого рода водные виды спорта его немного вымотали. Даже если по сути с его работой это было пустяком, поспать лишние часы ради хорошего восстановления ничего не мешало. Ну, кроме Сайгику Дзёно, конечно. Он решил не будить возлюбленного, когда осознал, что тот уснул, пока переодевался для похода в ресторан, но поругался у себя в уме на него знатно. Тем не менее, Дзёно включил комфортную температуру на кондиционере, укрыл Тэттё одеялом, поцеловал в лоб, о чём никому знать необязательно, и ушёл слушать аудиокнигу за столом. А как только он услышал первые же признаки того, что кое-кто уже проснулся, то вернулся поднимать его, ведь всё ещё был голоден. Не одному же в ресторан идти, в конце концов. — Хорошо, Сайгику, хорошо, только дай мне переодеться, — Тэттё аккуратно выбрался из чужой хватки и пошёл к шкафу, чтобы взять другую одежду, а ещё нацепить солнцезащитные очки. — Ладно, переодевайся. Ресторан, в который они пошли на этот раз, был за пределами отеля, и выглядел ровно так, как и ожидалось — красиво и дорого. Им пришлось недолго плыть до него на катере, но оно того стоило. Находиться на глубине пяти метров под океаном, разглядывая кучу проплывающих мимо рыб за стеклянными стенами, было очень необычно. Тэттё, казалось, был в восторге. Дзёно же, в свою очередь, порадоваться мог либо приятному шуму воды, либо тем, что его возлюбленный доволен, как бы сентиментально то ни было. Как только Тэттё принесли меню, он сразу стал читать его вслух, пропуская некоторые пункты, что — он не сомневался — Дзёно в любом случае не понравились бы. Он выбрал очень быстро, а из напитков попросил принести вино, которое на их острове, к счастью, продавалось, ведь он был туристическим, а не локальным. Тэттё продолжал любоваться рыбами, внимательно изучая каждую. В тот момент он вспомнил о том, что у него в кармане всё ещё лежало кольцо, которое он вечно перекладывал и не оставлял ни на одну прогулку, чтобы продолжать думать о подходящем моменте. Тогда Тэттё перевёл взгляд на Дзёно, что слабо пихал возлюбленного ногами под столом, скорее, из-за привычки и жажды внимания, а не из-за неприязни или чего-то ещё. Им принесли вино и горячее. Всё, как в фильмах, если не лучше, учитывая картину вокруг. Подходящий ли это момент? Несмотря на обстановку, Тэттё показалось, что нет. За несколькими отдалёнными столиками сидели люди, и он больше переживал не потому что их отношения в этой стране могли и осудить (хотя это, несомненно, важный фактор — законы Тэттё уважал), а потому что Дзёно мог почувствовать себя как-то некомфортно, выставляя отношения на публику, а в особенности столь интимный момент, касающийся их двоих. Тэттё немного беспокоила мысль о том, что их отпуск не вечный. Ещё несколько дней они пробудут здесь, а потом полетят домой. Всё это будет довольно утомительным, и если Дзёно снова приболеет, то никому не будет дела до кольца. Время летело слишком быстро, когда кругом куча развлечений, убивающих время, и, конечно, любимый человек. — Тэттё, что-то не так? — спросил Дзёно, как только услышал изменения в сердцебиении напарника, — опять заблудился в своих мыслях? — Нет, всё в порядке. Я просто думаю, что лучше добавить в лимонный сорбет. Может, попросить у официантки перец? Дзёно цыкнул.

***

На следующее утро Тэттё прочитал в телефоне одно крайне интересное сообщение от Кенджи, которому он прошлым вечером в переписке рассказывал, что всё ещё не может подступиться со своим подарком к Дзёно. «Я для тебя решил спросить у всех моих друзей, то есть членов агентства, которые оказались в офисе, как сделать предложение, так что можешь послушать!». Тэттё улыбнулся, в очередной раз вспомнив о том, какой у него замечательный друг, и подумал, что можно такого сказать возлюбленному, дабы без вопросов уйти как можно дальше и не вызвать никаких подозрений, ведь все последующие сообщения Кенджи были голосовыми, а это значит, что Дзёно их и сквозь наушники подслушать сможет. — Сайгику, я в последний раз ненадолго схожу на водные лыжи. Ты не хочешь со мной? — Тэттё не любил врать, не умел врать и был уверен, что его легко раскусят, однако тут был такой случай, что по-другому никак нельзя. — Не хочу, — лишь помотал головой Дзёно, лёжа на кровати, — когда вернёшься, пойдём снова на пляж. Я пока что голову высушу, — добавил он, растрепав свои мокрые после мытья шампунем волосы. — Хорошо. Тэттё обрадовался, что это сработало, хотя на душе всё равно был очень неприятный осадок из-за лжи, даже столь незначительной, казалось бы. Как только он реализует задуманное, то сразу всё расскажет Дзёно. После этого он несколько раз поцеловал Дзёно в губы, выслушал несколько жалоб о том, что он слишком неприятно пахнет солёными кокосами, и ушёл. Первое сообщение было довольно длинным, если сравнивать с остальными. « — Как сделать предложение, говоришь? — послышался расслабленный и самодовольный голос Рампо, — ну, не зна-а-аю. В ресторане! Там будет много вкусной еды, отличная обстановка! — Я думал, Вы посоветуете положить кольцо в эклер, Рампо, — сквозь улыбку на это проговорил Танизаки. — Эклер… — задумался Рампо, — нет, никаких колец в эклерах! Их из-за этого будет опасно есть. — А ты, Танизаки, как думаешь? — спросил Кенджи, после чего шли несколько секунд молчания. — Не знаю… наверное, это должно быть наедине. Например, во время ужина при свечах. Чтобы было спокойно, мило и романтично». Тэттё не стал раздумывать над этим, а включил сразу второе голосовое сообщение. « — Если хочешь, могу прочитать, я записывал это в своём блокно- — Куникида, ты мне нужен, можешь подойти? — спросила Акико на фоне, заставив Куникиду оборваться посреди фразы. — Извини, давай немного позже? — Конечно! Ацуши, а ты как думаешь? — ни капли не расстраиваясь, продолжил свой опрос Кенджи, на что получил задумчивое хмыканье. — Ну… наверное, главное — уверенность. Было бы неловко забыть все слова в такой момент, я думаю, что надо себя настроить, а остальное подобрать под партнёра? В зависимости от того, любит он что-то или нет». « — Предложение? — голос из последнего сообщения звучал спокойно, если определять возраст этого человека, то Тэттё был уверен, что сам младше него. Может, это был ровесник Фукучи, — это хорошо. Твой друг не должен беспокоиться о деталях. Если его партнёр этого хочет, то он ответит «да» в любом случае. Пусть он расслабится. — Я думаю, что наш директор прав, он очень мудрый, Тэттё!». И на этом всё. И ведь в самом деле. Тэттё слишком много ломал над этим голову, когда всё было куда проще. Вряд ли на ответ Дзёно будут влиять какие-либо детали. И при всей уверенности Тэттё, что у его возлюбленного нет причин отказаться, что-то всё равно заставляло немного переживать. Наверное, сам факт предложения. Возвращался в номер он с чувством облегчения. Ещё, правда, параллельно с этим ему пришлось зайти в несколько мест, чтобы договориться о чём-то. — О, вернулся, и года не прошло, — сказал Дзёно, укладывая волосы, как только услышал, что Тэттё вернулся. Тот сразу подошёл к нему со спины и приобнял. — Да. Сейчас на пляж пойдём? — спросил он, поводив ладонями по талии Дзёно. — Ага. Что там было с лыжами? — А? Всё нормально. Дзёно вздрогнул. Уже через мгновение он выпутался из хватки Тэттё, отключил плойку и встал прямо напротив него. Он даже не знал, какой вопрос задать для начала, потому что его накрыло слишком много эмоций разом. — Сайгику, ты ведь ещё не знаешь, что делать завтра вечером? Я просто придумал, куда можно сходить, — Тэттё после этого продолжил диалог, словно ничего не произошло, даже не заметив, как изменился и вытянулся Дзёно. — А это объяснит мне, почему ты сейчас впервые в жизни так нагло лжёшь мне, Тэттё? Ты не катался ни на каких лыжах, от тебя не пахнет океаном, да и никакой влаги на твоих руках я не почувствовал, — Дзёно вывалил все мысли разом. Он искренне боялся этого дня, даже если думал, что он никогда не настанет. Тэттё ему лжёт. Ещё и это его поведение в последнее время… У Дзёно в голове была лишь одна догадка, но он не воспринимал её всерьёз. Тэттё мысленно вздохнул. Конечно, они вернулись к тому, с чего начинали. А именно: от Дзёно невозможно что-либо скрыть. Чёрт, нужно было сказать, что он сам собрался устроить ужин, но промолчать про главное. Это и прозвучало бы убедительно… — Да, я тебе после всё объясню. — Тогда буду ждать с нетерпением! — сказал Дзёно абсолютно без какой-либо радости или, наоборот, злости, но при этом чуть не сломал плойку, которую снова взял в руки, слишком сильно сжав её.

***

— И когда мы пойдём, Тэттё? Ты вчера обещал что-то, если помнишь, — спросил Дзёно, когда на часах было около семи часов вечера. День прошёл довольно насыщенно — они и в ресторане позавтракали, и искупаться сходили, и на катамаранах покатались, и что только не сделали. Когда пришлось вернуться в номер, чтобы снова намазаться солнцезащитным кремом, то оказалось, что время не пощадило, а пролетело, как бешеное. — Эм, — Тэттё опустил взгляд на свои наручные часы, чтобы свериться с предположением, — вообще-то, скоро. Можем упаковать те вещи, что утром не успели, и пойти. — Давай. Там из вещей-то только одежда, а остальное ещё нужно. Расчёски, например, крема. Это всё только перед отъездом собирать. Так Тэттё просто хотел совместить приятное ожидание с полезным, потому что после того, что должно будет случиться, им обоим уже не будет никакого дела до сбора вещей, а опоздать из-за этого на самолёт на следующий день хотелось в последнюю очередь. Бронь пляжа была ровно с семи тридцати. Она была всего на час, но этого часа вполне достаточно, чтобы осуществить задуманное, даже лишнее время останется, и никто не сможет ни смутить Дзёно и Тэттё, ни осудить их отношения или пожаловаться на них. Лучше не думать о том, сколько денег на самом деле подобное стоило даже на небольшой промежуток времени. Уложив все вещи из шкафа и комода в сумку, Тэттё нащупал в кармане коробочку с кольцом, просто убеждаясь, что не забыл её, и, выдохнув, сказал Дзёно, что они могут идти. — И как долго нам идти? Ты мне что-нибудь скажешь об этом вообще? Или мне нельзя знать? — Дзёно в голове всё ещё склонялся к тому, что его единственная существующая догадка верна, поэтому он думал, что всё происходящее — сюрприз. — Ты сам всё узнаешь… уже сейчас. Мы пришли. А пришли они на специально искусственно созданную территорию с выступом к океану. Точнее, её дорожка вела прямо в океан — под прозрачным полом была лишь вода. Кругом стояли растения, создающие огромные арки, и даже если Дзёно этого не видел, то всё равно чувствовал атмосферу — Тэттё прекрасно знал, что тот мог подметить любые изменения в окружающей среде. Вода здесь была спокойной, шумела мало и приятно. Тэттё аккуратно взял Дзёно за руку, проведя чуть дальше. Посередине круглого «причала» стояла белая беседка. Кругом океан. Тэттё провёл возлюбленного внутрь неё. Там был небольшой стол, на котором стояло шампанское, любимые блюда Дзёно, что тот узнал по запаху, и свечи с ароматом яблок. — Решил устроить прощальный ужин с Мальдивами максимально эффектно? — не удержался от вопроса Дзёно, а Тэттё на это кивнул. — Да, вроде того, — ответил он, садясь на скамью внутри беседки. Дзёно последовал его примеру. «Лучше и не скажешь». — Но перед ужином… особенно перед шампанским, я на самом деле должен сказать кое-что. — Тэттё, в чём дело? У тебя сердце колотится, как ненормальное. О, нет, Дзёно уже понимал, что происходит. Скорее, он понимал, что происходит, всё это время, но до последнего как-то давил эту мысль. Но тут было тяжело не догадаться, что случится в следующие секунды. — Сайгику, ты же знаешь, что я не романтик, но в этот раз я думал… точнее, пытался сделать что-то правильно. Но мне очень помог один совет. Тэттё накрыл своей рукой ладонь Дзёно. Тот слушал крайне внимательно и заинтересованно, всё ещё не до конца принимая, что происходящее — не сон и не фантазия. — В общем, Сайгику, я тебя люблю. И я рад, что наконец-то могу хотя бы задать этот вопрос. Он вздохнул и, обхватив ладонь Дзёно полностью, приподнял её, а второй рукой достал из кармана бархатную коробочку, раскрыл её и положил прямо в ладонь любимого. — Тэттё, это?.. — Да, это кольцо. Ты выйдешь за меня, Сайгику? У Дзёно вовсе не дрожали пальцы, когда он молча стал вытаскивать кольцо из коробочки, и он совсем не покраснел, поджимая губы, нет-нет. По крайней мере, он бы очень хотел себя в этом убедить. Достав кольцо, Дзёно протянул его Тэттё. В первое мгновение тот подумал, что его возлюбленный отказал. Стоит ли говорить о том, что мир словно ушёл у него из-под ног, а сердце, кажется, пропустило удар? Но Дзёно вслед за ним протянул и свою ладонь, пошевелив безымянным пальцем. — Давай, надень его мне, — прозвучало довольно тихо, сквозь странное волнение в голосе. Мир вернулся к Тэттё. Он осторожно взял кольцо и ладонь Дзёно, словно это были две самые хрупкие вещи во вселенной, и как можно аккуратнее надел его, отмечая, как же идеально подошло по размеру. Не зря искал кучу способов в интернете, как лучше узнать размер пальца другого человека. — Да, Тэттё, — продолжил Дзёно, словно это не было понятно и без слов (хотя учитывая, кто его партнёр, такое нельзя исключать), — я выйду за тебя. Дзёно сел ближе к нему, чтобы обняться и уткнуться носом в изгиб его плеча. Тэттё выдохнул с огромным облегчением, чем немного развеселил возлюбленного. — Ты что, ожидал услышать что-то другое? — спросил он, усмехнувшись. Тэттё положил свои ладони ему на спину, притягивая ближе и обнимая крепче. — Нет… но это было волнительно. Они просидели так ещё какое-то время, пока не стало слишком жарко прижиматься друг к другу. Благо, ещё можно было поцеловаться. Один раз, два… много, в общем. До тех пор, пока не вспомнилась еда, что стыла на столе. — Сайгику, — обратился Тэттё, в кои-то веки хоть немного отстранившись. — Что? — Я тебя люблю. Дзёно спрятал смущение, которое вечно вызывала эта раздражающая фраза, за резкой реакцией, сразу отвернувшись. Особенно сильно она задевала, когда звучала по нескольку раз за столь короткий промежуток времени, как сейчас. Он знал, что Тэттё не ждал этих слов в ответ, потому что Дзёно говорил их редко, предпочитая отшучиваться чем-то вроде «я себя тоже» или просто говорить «я знаю» либо «ага, хорошо». Однако… — Тэттё. — Да? — Я тоже тебя люблю. Тогда же Дзёно подумал, как сильно ошибался, считая, что одно лишь время года гарантировало им ужасный отпуск. Потому что этот отпуск определённо стал самым лучшим в его жизни.