Замечательный сосед

С утра Антон встал раньше всех, даже Мося не поддержала его «жаворонковское» настроение, и дрыхла под тёплым одеялом у него на кровати. Шастун постарался как можно тише выйти из комнаты, чтобы никого не разбудить, правда если Майя не проснулась от оглушительного храпа Димы, то шаги парня она тем более не услышит. Антон поставил чайник на плиту и сел на стул в ожидании кофе. Блин, таблетки в комнате забыл. Шастун все так же тихо открыл дверь и на носочках пробрался к своей сумке. Черт. Закончились. Я и забыл совсем про них. Антон стал перебирать варианты в голове, где он может достать колеса. Съездить в Лугу — нет, я в Питере то не всегда могу их найти, а в этом захолустье — тем более. Сесть на электричку и уже в городе купить — нет, появится слишком много вопросов. Попросить Диму — нет, слишком нагло. Что же делать… Они точно заметят, что со мной что-то не так. Когда-то Антон уже игрался с психотропными, и это закончилось печально. Идея резко отказаться от таблеток сильно пошатнула его психику. Хорошо, что рядом оказался Дима и повёл парня к врачу, ведь жизнь Антона уже стояла под большим вопросом. И не стоит забывать про синдром «отмены». После того, как парень неделю провалялся в кровати, еле доходя до туалета, потому что в глазах двоилось, испытывал постоянные, похожие на эпилептические припадки, подергивания головы и пелену тумана перед глазами всякий раз, когда пытался сфокусироваться на каком-либо предмете, он ни в коем случае не хотел этого повторять. Его психика расшаталась еще больше, и теперь нужная для него доза таблеток увеличилась в два раза. Шастун боится представить, что будет, если это опять случится. Попросить у Арса? Нет, это совсем провал. Во-первых, мне придётся ему все рассказать, а во-вторых, если у него тоже проблемы, то колес на двоих нам не хватит. Но, блять, мне хотя бы Фенибутика… Может, легче все пройдет. Блять, ладно, придумаю что-ни…. Свист закипевшего чайника заставил его подскочить со стула и быстрее подбежать к плите. *** Восемь утра, спит еще, наверное. От скуки Антон вышел прогуляться по деревне, и, действительно, казалось, что все еще спят. Солнце, тишина и только слабый лай собак, когда Шастун проходил мимо их участков. Вот же… Даже калитку не закрывает. Входи, кто хочет. Несмотря на своё недовольство беспечностью Арсения, Антон был рад, что без свидетелей сможет осмотреть все его «потаенные» места, если такие имеются. — Неужели ему действительно все это нравится? — задал сам себе риторический вопрос Антон, рассматривая пучки белоснежной гортензии. — Препод, так еще и садовод, вот это комбо. Когда парень оторвался от цветов, он решил заглянуть в сарай, который тоже был открыт. Нахрена ему столько лопат? Одна бурда, короче, ничего… Неожиданно Антон наткнулся на старую, немного порванную фотографию на стене. На ней, прижимаясь к еще совсем молодому Арсению, стояла какая-то темноволосая девушка, причем довольно привлекательная. — Смотрятся… Мило? Но кто она? — Подруга, — хриплым голосом ответил Попов за спиной Антона. — Блин! — подскочил Шастун. — Ты чего так пугаешь? — А ты чего тут шастаешь? — мужчина сложил руки на груди, и ехидно улыбнулся. — Да так, встал рано. Было скучно, вот и пошел к тебе. — А чего не зашел? — Думал, что ты еще спишь, тем более у тебя там эти… Женщины, — последнее слово Антон произнес особенно горько. — Ахахаха, — засмеялся Арсений. — И что теперь, боишься заходить? — Ну, я не хотел мешать… — Мы давно встали, уже чай пьем. — Оу, понятно. Я вообще-то по делу. — Значит, не просто скучно стало, да? — Да. В общем, ты можешь поделиться со мной таблетками? — Какими? — Попов приподнял одну бровь. — Ну, антидепрессанты, нормотимики или транки какие-нибудь, — парень знал, что просто так этот разговор не закончится и уже готовился к худшему. — Антон, ты же понимаешь, что это не шутки? Я не могу тебе дать серьезные препараты. Я знаю, что сейчас может быть тяжело, но максимум, чем я могу тебя угостить, это Афобазол. — Нет, ты не понимаешь… Думай, Антон, думай, нельзя рассказывать ему правду. — У меня уже были небольшие депрессивные периоды, к психиатру я не ходил, но невролог мне прописывал антидепрессанты, так что думаю, сейчас самое подходящее время, чтобы начать их пить. — Сам-то понял, что сказал? Арсений смотрел на него очень серьезно, будто знал, что все не так просто. — Антон, что с тобой происходит? Ох, боже, ну не могу я ему врать. — Я тоже закидываюсь колесами как и ты. Но, к сожалению, у меня все закончилось, и, дабы предотвратить отвратительное состояние, мне нужно выпить хоть что-то. Все, сказал. Арсений молчал, просто смотрел. Антону становилось некомфортно от такого взгляда, и сейчас он готовился к тысяче доставучим вопросам. — Что тебе нужно? — Даже ничего не спросишь? — Шастун правда удивился. — Это не мое дело. У Антона что-то больно кольнуло в сердце. Конечно, хорошо, что Попову не нужны подробности, но… Ему правда все равно? — Антидепрессанты 40 миллиграмм и нормотимики 300, — сухо сказал Шастун. — Жди здесь. Ну, конечно. Нахера я вообще сюда пришёл? Лучше бы так и сдох на дороге. В глубине души Антон хотел поделиться своим состоянием с Арсением, да он готов был все выложить Попову, но после такой реакции мужчины убедился, что не стоит. Шастун так и стоял на одном месте, не двигаясь. Его тревожность становилась сильнее с каждым приближающимся шагом Попова. — Держи. Но тебе нужно купить свои. — Куплю, спасибо, — Антон взял таблетки и уже собирался уходить, как Арсений схватил его за руку. — Где ты купишь? — Я разберусь, — отрезал Шастун, и вырвался из крепкой хватки Попова. *** — Ты чего такой загруженный? — спросил Позов. — Ничего. — Антон. — У меня закончились колеса, я пошел к Арсу, и он мне их дал. — И? — Дима правда не понимал. — Он даже не спросил ничего, просто дал и сказал, что мне нужно купить свои. — Подожди, ты расстроился из-за того, что он без лишних вопросов поделился с тобой таблетками, так? — Нет, Дим, ему было все равно. — Ты уверен? Может он просто не хотел ставить тебя в неловкое положение? Подумал, что ты должен сам рассказать, без всякого давления с его стороны. — Мне нужно в город, — Антон встал со скамейки, стоявшей у дома. — И что ты маме скажешь? — Что у меня умерла бабушка, и я в депрессии, — съязвил Шастун, и поднялся на веранду. *** Пока Майя мылась в бане, Антон собирал вещи. Все вещи. Сюда он не планировал возвращаться, уж слишком тут многое напоминает о бабушке, так еще и непонятное, глупое влечение к Попову. Это пора заканчивать. Казалось бы, ничего страшного не произошло, но для Шастуна это стало последней каплей. Антон напряжен, Антон тревожен, Антон выпил слишком много таблеток за время нахождения бабушки в больнице. Он нестабилен. И это понимают все, даже Майя, но предпочитает не лезть к сыну и просит об этом Диму с Арсением. Ничего удивительного, у них всегда были такие отношения, и их обоих это устраивало. Когда парень уже застегивал сумку, то услышал заливистый женский смех и выглянул в окно. По дороге мимо их дома проходила знакомая троица: Арсений, тетя Марина и ее дочь Аня. Девушка держалась за руку Попова и буквально смотрела тому в рот. Он ей там анекдоты рассказывает? Антона это разозлило еще больше, и он окончательно утвердился в своих мыслях уехать отсюда. — Антон, — сказал Дима, заходя в комнату. — Что? — Шастун развернулся к нему. — Ну куда ты сейчас поедешь? И как? Пешком? — Попрошу кого-нибудь из деревни довезти, не только же у нас машина есть. — Антон, я даже представить не могу, как тебе сейчас плохо, но, пожалуйста, не делай глупостей. Останься, тебе не стоит быть одному. С таблетками проблем не будет. — В смысле? — Шастун напрягся. — Арсений привезет. — Что ты несешь? — Он поедет сегодня в Питер, отвезти тетю Марину с Аней, и сказал, что купит тебе таблетки. Я ему все объяснил. Только рецепты нужны, — Позов выжидающе смотрел на парня. — Ты рассказал ему? В комнате повисла пауза, Дима долго не мог ничего сказать, будто был виноват перед Антоном, но так только казалось. — Нет, я ничего не сказал, и он не спрашивал. Насчет Майи Олеговны можешь не переживать, Арс не скажет. Шастун был ошарашен таким поворотом событий, для него сейчас все слишком странно, он как будто не понимает реальность. Антон всегда был в себе, ничего никому не рассказывал, не показывал эмоций. Только с Димой он смог открыться, и то лишь наполовину. Шастун не может иначе, такой уж у него шизоидный тип реагирования. А ситуация с бабушкой еще больше усугубила его состояние. Почему на него так сильно повлияла ее смерть? Они ведь редко виделись, и их отношения нельзя было назвать близкими. Так что же? Все это произошло на его глазах, ему пришлось возложить на себя ответственность, к которой он был не готов, не готова его психика. Все хуже, чем он думает, и это самое страшное. Потеря критики делает тебя беспомощным, и без других людей выбраться уже не получится. Антон в тупике, потому что может доверять только себе. *** — Арсений, может, вам отдохнуть? Поедем завтра. Все-таки вчера был тяжелый день, — сказала Аня, подходя к загружавшему в машину вещи Попову. — Нет, мне нужно сегодня, — мужчина даже не взглянул на нее. — Тогда давайте вы у нас переночуете? — Ань, я отвезу вас с мамой домой и поеду обратно. — Но ведь будет уже ночь, это опасно. — Опасно будет, если я не вернусь, — тихо, себе под нос сказал Арсений. — Что? — Ничего, — Попов повернулся к девушке и улыбнулся, — Это все вещи? — Да, спасибо… — девушка замялась, — Арсений… — Можно просто «Арс», и давай на «ты» уже. — Хорошо, — Аня улыбнулась. Девушке этого хватило, чтобы подумать, что Попов в ней заинтересован. *** — Сень, может, все-таки в городе переночуешь? Ты и так не выспался, — обеспокоено сказала Майя, когда провожала гостей. — Все хорошо, я всегда так езжу, не волнуйся, — Арсений мягко улыбнулся и обнял женщину. — Ну, по коням! — Попов хлопнул в ладоши и сел в машину. *** — Как себя чувствуешь? — спросил Дима у Антона, когда на улице уже темнело. — Нормально, — сухо ответил юноша. Уничтожающий взгляд Позова говорил о том, что тот недоволен ответом, и Шастуну пришлось продолжить. — Тревога. Сильная. — У тебя совсем ничего не осталось? — Не-а. — Хреново, — Дима задумался. — Ладно, скоро Арс приедет, и полегчает. Ну, от таблеток, конечно, — поправился Позов. *** — Арсений, спасибо большое, что подвезли нас, — сказала пожилая женщина, открывая перед Поповым дверь квартиры. — Может, на чай хоть зайдете? — Спасибо, Марина Николаевна, но я поеду, — Арсений поставил сумки на пол и уже собирался уходить, как Аня окликнула его. — Арс, обменяемся телефонами? — Э-э, ну, давай, — Попов достал телефон и забил номер девушки себе в контакты. — Позвони мне. — Да, позвоню, пока, — мужчина развернулся к выходу, но его снова остановили. — Сейчас позвони, чтобы я твой номер забила, — как-то натянуто улыбнулась девушка. — А, да, сейчас. После того, как девушка была удовлетворена, Арсений наконец-то смог выйти из этой квартиры. Я ей действительно так понравился? — подумал Попов, садясь в машину. *** Когда мужчина выехал из города, перед этим заехав в аптеку и купив все нужное для Антона, он был выжат как лимон. Не ел, не спал, все базовые потребности молили об удовлетворении, но делать нечего, надо ехать. *** — Когда он приедет? — спросил Антон у мамы. — Он мне не звонил, но должен был уже выехать. Парень кивнул и жестом показал Позову выйти с ним на улицу. — Дим, я волнуюсь. — За Арса? — Не знаю, но прям сильно трясет. — Наверняка это из-за таблеток, все-таки ты перебрал в последнее время. — Может быть, но от этого мне не лучше. — Пойдем чаю попьем, телик посмотрим, расслабишься. — Сомневаюсь… Ну, пойдем. *** 120 км уже позади, до Луги осталось совсем немного. У Попова начала болеть голова, и слушать радио было невыносимо, поэтому он его выключил. — Не спать, не спать, еще чуть-чуть, Арс, — сам себе говорил мужчина. Ночная дорога. Темнота. Вспышки света от проезжающих машин. Темнота. Пост ДПС. Темнота. Удар.