Одиночки

— Сереж мне, мне правда очень неловко, — хмурится Олег, придерживая дочку на руках, которая очень внимательно рассматривала огромное стеклянное здание. — Олеж, я это и после первого раза понял, — вздохнул терпеливо Разумовский. — «Мне неловко, если бы не мог не просил»… Я все понял и согласен. Давай Алиску и езжай к своему критику. — Он не мой, — нахмурился омега, вздохнув. — Послал же бог в мой выходной… — Он правда такой монстр? — спросил серьезно Сергей. — Еще какой, — протянул печально Олег. — Мои с ним не справятся. Нужно ехать. Поэтому… — Помню, — с ноткой раздражения протянул альфа. — Поэтому ты вынужден меня просить приглядеть за Алисой, пока ты разбираешься с этим гадом. Тебе очень неловко, но если бы мог, то не просил бы. Ты мне это раз пятнадцатый говоришь, я понял и согласился. — Даже я уже поняла, — закатила глаза девочка, явно перенявшая привычку от Разумовского. — Все, пап, поставь меня на ноги. Сережа прыснул от смеха, глядя на недовольное лицо омеги, который послушно опустил девочку на землю. Она поправила хвостик, гордо двинувшись к альфе, все еще любопытно оглядываясь. — Думаю, вопрос решен, — усмехнулся Сергей, довольно сощурившись. — Ты слишком дурно на нее влияешь, — вздохнул Олег, смиряясь с положением вещей. — Она из Волковой превращается в Разумовскую. — Это не признак дурного характера, — фыркнул недовольно альфа. — Топай давай пока на нервной почве не наговорил мне еще чего, из-за чего точно поругаемся. — Ладно, — вздохнул Волков, коротко чмокнул Сережу в губы. — Пиши если что. Покорми чем-нибудь адекватным, а не как сам. — Я отдам ей свой обед, который ты мне дал, — закатил глаза Разумовский. — Все, вали к ресторатору, а мы будем гонять моих айтишников. — А кто такие айтишники? — вклинилась в разговор Алиска, сжав ладонь альфы. — Это такие люди, которые работают за компьютером, но при этом у них пальцы кривые, что ошибки постоянно делают, — объяснил ехидно-грозно Разумовский. — Будем ругать? — довольно улыбнулась девочка. — Ты ж мой маленький дьяволенок, — заурчал довольно альфа, поднимая девочку на руку, целуя звонко в щеку. Олег смотрел на них ошарашено, кажется, уже жалея, что оставляет дочку на этого человека. — А может… — Не может, — хором произнесли хитрые лисы, прижимаясь щечками. Олегу оставалось только закатить глаза и тяжело вздохнуть — спелись же на его голову. — Все, Олеж, езжай, а мы с Алиской наведем порядок среди моих неумех, из-за которых я полночи и утро исправлял коды, — произнес довольно Разумовский, удобнее устраивая Алису на руках, которая обвила ручонками крепкую шею. — Идем ругать? — Ругать! — крикнула радостно Алиса. — Я поеду и постараюсь сделать вид, что я этого никогда не слышал, — протянул смиренно Олег, разворачиваясь и уходя. А Сережа поднялся на этаж айтишников. Алиска все это время сидела на руках, любопытно оглядываясь. На нужном этаже Разумовский все же опустил недовольно насупившуюся девочку на пол, но ухватил за ладошку, проводя в коридор, а затем в центральный зал, где ребята решили устроить внеплановый перерыв, весело попивая газировку и кофе из автоматов. Увидев босса, да еще и с маленькой девочкой, они ошарашенно замолчали, впившись взглядами в эту странную невероятную пару. — А это, Алис, комната отдыха, — обвел свободной рукой помещение Сережа. — Как думаешь для чего она предназначена? — Очевидно, для отдыха после работы, — серьезно произнесла девочка, проследя за жестом мужчины. — Какая умница! — восхитился Разумовский. — Правильное слово выделила — работы. — Сергей Викторович, — подала голос одна из сотрудниц. — А это… кто? — А это — ваш сегодняшний инспектор, — произнес с довольной лыбой альфа. — Алис, хочешь их сегодня проверять? — Как папу тот критик? — спросила девочка хмуро. — Да, за одно отомстим за его сегодняшние страдания, — кивнул Разумовский серьезно. — Ты будешь проверять, чтобы они были на своих рабочих местах и работали, а не сидели в играх или соцсетях, потому что они еще прошлую работу не выполнили, заставив меня вместо спокойного сна исправлять их косяки. А теперь отдыхают. Как думаешь, заслуженно? — Нет, — покачала головой серьезно Алиса, убрав лапку из Сережиной ладони, сложив ручки на груди. — Их наказать надо. — Правильно, мое солнышко, — заурчал альфа, обводя застывших подчиненных злобным взглядом. — Наказывать надо таких халтурщиков. — Папа меня уборкой наказывает, — произнесла вдумчиво девочка. — Или дополнительной работой. — Какие мудрые слова, — довольно вздохнул Сережа. — Вот еще в школу не пошла, а такие правильные вещи говоришь. А взрослые люди, закончившие вузы с отличием до сих пор не понимают намеков. — В смысле? — спросил Андрюша — недавно пришедший стажер. — В прямом, — усмехнулся Сергей, зло щурясь. — Вместо того, чтобы сидеть с открытыми ртами, быстро вернулись бы на свои места. Последнему дам неоплачиваемую сверхурочную работу. — Двойную, — довольно поддакнула Алиса, захлопав в ладоши. — Я не могу ей отказывать, — покачал головой Разумовский. — Так что бегом! Рабочие растворились с мест, быстро убежав по кабинетам, наверняка еще обсуждая, что с их начальником и откуда у него ребенок. А Сережа удовлетворенно улыбнулся, вслушиваясь в нарастающий шум стука клавиш. — Какая ты умничка, — произнес довольно Сережа, садясь на корточки перед такой же счастливой девочкой. — Хочешь какао? Или шоколадку? — Какао, — улыбнулась Алиска, впрыгнув в одно из кресел, пока альфа пошел к автомату. — Я правда могу ходить их проверять? — Конечно, дорогая, — кивнул Разумовский, оплачивая напиток. — И докладывать обо всем. — А можно мне блокнотик с ручкой? — спросила, серьезно хмуря бровки, девочка. — Я видела, как с ними ходят проверяющие. — Конечно, — кивнул Сережа, беря аккуратно горячий стаканчик. — Пойдем ко мне в кабинет, там выдам все необходимое. — Ура! — подскочила на ноги Алиса, вставая рядом с альфой, направляясь вглубь коридора. У Разумовского — по его не очень скромному мнению — был великолепный кабинет. Репродукции любимых картин, его собственноручно выполненные скульптуры, ну и шикарная мебель с передовой техникой. Алиса оценила по достоинству Сережину минивыставку, пока пила сладкий какао, сидя на диване. Она получила в свое владение фирменные блокнот и ручку, а еще откопанные в недрах стола текстовыделители, чтобы было «красивенько и ярко». — А я могу их ругать? — спросила со всей серьезностью девочка. — Только не плохими словами, которые ты могла подслушать от взрослых, — строго поправил Разумовский, занимая свое место за компьютером. — А если они начнут тебя или меня ругать, запоминай, а потом их на общем собрании пристыдим. — Ладненько, — довольно протянула Алиса. — Можно я пойду уже? — Только до обеда, — произнес Сережа, ставя на телефоне таймер, чтобы самому не забыть про обед для девочки и тихий час. — Хорошо? — Хорошо! — радостно подскочила девочка, выбегая из кабинета, скорее играть в новую игру. Разумовский же довольно хмыкнул, начиная свою работу, наконец отвлекаясь от недоделанного кода, который теперь точно будет сделан в срок. Алиска, как и обещала, пропала до обеда. Сережа спокойно поработал, а потом спустился забрать малышку с собой. Та светилась от радости, пересказывая альфе, как она руководила взрослыми, пока ела рис с овощами, пока Разумовский довольствовался заказанными сушами. Уснула после еды она не сразу, демонстрируя «записи» — рисунки в основном, смысл которых понимала только автор — но все же вырубилась на пару часов, из-за чего Сереже пришлось вполголоса вести переговоры по телефону, чтобы не разбудить ребенка. Зато потом она бодро восседала на коленках Разумовского в конференц-зале, перед всеми работниками, которые кажется до сих пор не могли осознать их любвеобильного начальника плейбоя с ребенком. — Итак, господа, — начал Разумовский, когда все присутсвующие расселись по местам. — Сегодня в нашей компании проходила программа «Ревизоро». К каждому из вас нагрянул проверяющий — Алиса Олеговна Волкова — и проверяла ваши рабочие места и вашу работоспособность. Сейчас мы заслушаем отчет. Готовы, Алиса Олеговна? — А можно Алиса Сергеевна? — надулась девочка, сложив лапки на груди. — Звучит лучше. — Это вопрос к твоему папе, дорогая, — цокнул языком Сережа, но сдался под жалостливым взглядом. — Хорошо, здесь и сейчас — Алиса Сергеевна. Излагайте. Алиса выпрямилась, удобнее устроившись на коленях альфы, гордо вскинула подбородок, прокашлялась — Разумовский загордился своей малышкой. — Так вот, — произнесла девочка, глядя серьезно в свои записи, хмуря серьезно бровки. — Группа А: Лиля, дядя Валя и Кристина. Упомянутые люди вздрогнули, переглянувшись. Сережа направил на них свой взор, оскалившись. — Дядя Валя ругался нехорошими словами на меня, а потом сказал, что «в гробу он видал этого рыжего гада», и потом сидел играл, — заложила девочка, демонстрируя Сереже и общественности нарисованный гробик. — Лиля и Кристина мне сказали, что я хорошая девочка, но потом со мной обсуждали одежду. Мне предлагали юбочку надеть — это обидно. — Понял, — кивнул важно альфа, погладив девочку по волосам. Валерий сжался, бегая взглядом по другим сотрудникам. Те лишь взгляды отводили, понимая, что их сейчас также сдадут. — Группа Б: тетя Агата, Надя и Вась Васич, — произнесла важно Алиса, переводя глазки на следующую группу. Вась Васич — который на самом деле Денис — смущенно прикусил губу, прося у своих «девочек» поддержки. — Тетя Агата и Надя — молодцы, даже не отвлекались на меня, а вот Вась Васич издевался надо мной, подшучивал и ехидничал. — Пора Вась Васичу идти в паспортный стол за такие шутки, — нахмурился Разумовский, поцеловав малышку в макушку, пронзив Дениса взглядом. — А остальные молодцы из этой группы? — Да, — кивнула Алиса, приобдрившись. — Группа В: Елизавета Игоревна, Борис Аркадьевич и Андрюша. Елизавета Игоревна про папу плохо говорила, а Борис Аркадьевич плохо говорил на нее, и мне плохое вдвоем сказали, а Андрюша милый, он меня угощал, а еще его постоянно отвлекали. — Значит, Андрюшу переведем в другую группу, чтобы ему не мешали продвигаться по карьерной лестнице, — кивнул Сергей, задумчиво взглянув на смущенного стажера. — А вот Елизавету Игоревну и Бориса Аркадьевича… что будем с ними делать? — Наказать, — решительно кивнула девочка. — За папу и безделье. — Правильно, — согласился Разумовский, поправляя девочку на своих коленках. — Значит, их одарим дополнительной работой. — Но Сергей Викторович, как вы можете доверять такое решать ребенку?! — возмутилась Елизавета Игоревна, одна из старших сотрудников, которую за глаза называли динозавром. — Устами младенца глаголет истина, — произнес важно альфа, приобнимая девочку. — А еще вы посмели хамить ребенку, а такое не прощается. — Да, — кивнула серьезно Алиса, прижимаясь к Сереже. — Так и группа Г, верно? — спросил у своей наместницы Разумовский. — Да, — снова откликнулась малышка. — Паша, Егор и Лера. Лера мне объясняла коды, но я ничего не поняла. Егор ел за компом, но работал как Лера, а Паша бегал на перекуры. — Но я все сделал, — подал голос Паша, озираясь на своих коллег в группе. — Не так много, как Егор, — нахмурилась Алиса. — Он больше всех сделал из тех, кого я видела. — Значит, этой группе можно будет уйти пораньше, а Егору с Леркой можно о премии подумать, — задумчиво протянул Разумовский. — Как думаешь? — А можно им еще Андрюшку? — спросила серьезно девочка, что-то рисуя в своем блокнотике. — Лера его точно всему научит. — Неплохая мысль, я обдумаю, — кивнул Сергей, заглядывая в почеркушки, а затем переводя строгий взгляд на сотрудников. — По итогу: выяснилось, что в рабочее время работать нормально могут от силы полколлектива, а остальная часть сплетничает, играет или устраивает скандалы. Самых громких скандалистов мы выяснили — Елизавета Игоревна и Борис Аркадьевич. Им достается выговор, дополнительная работа и еще уборка всех кабинетов. Также они провалили работу со стажером, поэтому его переведу под присмотр другого сотрудника. Скорее всего Леры, она и с Алисой справилась, то с Андреем тем более. За дополнительную плату, разумеется. Егору премия за активную работу. Остальным предупреждение. Завтра уже я буду инспектировать, и лишние языки поотрываю. Есть вопросы? — Да, — поднял руку флегматичный Егор, которого сегодня одарили. — А это вообще что за ребенок? — Это самый чудный ребенок, — улыбнулся Сережа, обнимая хихикающую девочку. — За которую я любому бошку откручу, как и за ее папу, поэтому рекомендую еще раз подумать, прежде чем о ней говорить. Уяснили? — Да, — кивнул Егор. — Можно ее больше не приводить? — Алиса Сергеевна, а вы как думаете? — спросил Разумовский, разворачивая девочку лицом к себе. — Хотите еще со мной на работу ходить? — Да! — радостно пискнула Алиска, обнимая мужчину за шею. — Хотим! — Понял? — спросил Сергей, выглядывая из-за плеча прильнувшей девочки. Весь коллектив тоскливо вздохнул. — Вот же ж мелкая Разумовского, — прошипела едва слышно Елизавета Игоревна, но ее услышали все. В том числе и Алиса, которая мгновенно повернулась к ней, выпятив грудь с важным видом. — Я — Волкова, — заявила она, встряхнув хвостиком. — Волкова, — согласился Сергей, смеясь. — Вы у меня Волковы те еще звери. Девочка зарычала, звонко щелкнув зубками. Сотрудники мрачно переглянулись, устало вздыхая. Теперь у них, кажется, часто будут проверки этого маленького волчонка. Сережа в принципе был доволен таким раскладом. А вот реакция Олега была непредсказуема. — Как провели день? — спросил уже дома омега, устало вытягиваясь на диване. — Здорово! — забралась к нему дочка, расцеловывая щеки. — Я проверяла и ругала! — В смысле? — нахмурился Волков, поднимая взгляд на Сережу. — Она помогала мне бездельников вычислить, — пожал плечами Разумовский, присаживаясь рядом с настороженным Олегом, целуя в макушку. — Пап, а кто такая «шлюха»? — спросила невинно девочка, поднимая на родителя глаза. Сережа мгновенно встал, чтобы ретироваться по скорее от вскипающего Волкова. — Разумовский! — рявкнул Олег, бросаясь в погоню за улепетывающим альфой. — Это все Елизавета! — кричал Сергей, закрываясь в комнате, удерживая дверь. — Я ее уже оштрафовал! Не злись. — Я убью тебя! — кричал из-за двери Олег, стараясь открыть комнату. А Алиска довольно продолжала рисовать в подаренном блокнотике. Она уже ждала следующего раза игры в Алису Сергеевну.