Мальчики, носите юбки

— Джун, ты уверен, что это хорошая затея? — Юнхо сладко зевнул и поудобнее расположился на небольшом пуфике в просторной примерочной. В солнечное утро долгожданного выходного дня к нему приперся Ким, без стеснения развалился на просторной двухместной кровати и заныл о том, какой его парень дурак, как мало времени он с ним проводит, постоянно застревая на тренировках, после перескакивая на то, что его вещи старые, скучные и что ему жизненно необходимо обновить гардероб. Как бы хорошо Чон не пытался спрятаться под одеялом, эта маленькая, не по росту сильная, заноза ногами столкнула его с кровати, запихнула его в ванную и радостно ускакала на кухню готовить хлопья с молоком, подтанцовывая под мелодию из маленького радио на тумбочке. И вот, поведясь на любезно купленные фруктовые колечки и овсяные печенюшки с шоколадом, Юнхо уже второй час таскается по магазинам из отдела в отдел, потому что «тут нет того, что я ищу!», «мы что, зашли в отдел для бабушек?» или «кто-то реально такое носит?!». А все из-за дурацкой ссоры с его парнем. Психанул, заистерил, ушел из дома, и теперь выбирает наряд, который заставит извиниться перед ним. Не любит он просить прощения традиционным способом, ой как не любит… — Абсолютно! Боже правый, ты знал, что я такой потрясный?! — воскликнул Хонджун, отодвигая красную шторку в сторону и выходя в поле зрение Чона. Юнхо потрясенно выдохнул и почесал светлый затылок, оглядывая друга с ног до головы. Ким стоял, облокотившись одной рукой на косяк, а второй расправляя складки черной юбки с красным принтом, едва достававшей ему до колен. Чон давно знал, что Хон терпеть не может стереотипное разделение одежды по полу, ненавидел, что общество не признает девушек в штанах и оверсайзе за настоящих женщин, а парней в юбках, платьях или женственных блузках с рюшками за мужчин. Джун уже плешь проел с подобными тирадами всем в университете, дома, любым знакомым и даже прохожим. Юнхо конечно разделял его взгляды, ведь то, что носит человек зависит от самого человека, люди вольны носить то что им нравиться и то, в чем они чувствуют себя комфортно, но в конфликты старался не ввязываться, как это делал Ким. Но такого он увидеть точно не ожидал. Безусловно, Хонджун и раньше ходил в юбках. Но он носил их поверх штанов или носил полу юбку, но уж точно не надевал ее просто вот так. На голые ноги. — О! О… Ого, — все что смог произнести Чон. — Очень… Смело. Но тебе идет. — Я знаю! — Джун со счастливой улыбкой покружился перед зеркалом. Юбка чуть вздулась от потока воздуха, но поскольку она не была пышной, то не открывала ничего, на что Юнхо смотреть никак не желал. На ней не было ни рюшек, ни оборок, ни бантов, ни блесток. Совершенно простая, но идеально гармонирующая с рубашкой, найденной в этом же магазине, и подчеркивающая его худые ноги и привлекательные коленки. Так что без этой юбки он сегодня не уйдет, это очевидно. — Ну что, на кассу и за пиццей? — с надеждой спросил Юнхо, опустив руку на жалобно урчащий живот. Два часа на дорогу и два часа в магазинах дали о себе знать даже после плотного завтрака. — Нет, на кассу и в отдел с шляпами. К такому образу нужно подобрать подходящие аксессуары! — Хонджун задорно подмигнул и скрылся за ширмой под разочарованный стон Чона.

***

Хонджун чертовски сильно опаздывал. Электронные часы на тумбе в коридоре показывали пол третьего, но он крутился перед зеркалом, любуясь обновками. Первый раз за выходные он зашел в их с Паком общую квартиру, абсолютно точно уверенный, что его план сработает. — Да где же ножницы то?! — причитал Ким, перерывая свою сумку с набором для шитья. Она была совсем крошечная, чтобы можно было взять с собой, но из-за беспорядочно скиданных мотков пряжи, нескольких пустых игольниц, катушек с яркими нитками и кусков ткани разных размеров было невозможно что-либо найти. Хон бросил быстрый взгляд на часы и, наконец, отрыв искомое в боковом кармашке, отрезал вылезшую из шва нитку. Последний раз взглянул в зеркало, поправил красный берет на своем черно-белом сплите и, подхватив сумку, выбежал на улицу. До универа Ким добрался быстрее обычного. Десять минут быстрым шагом до остановки, двадцать минут в душном автобусе и вот уже видна крыша учебного заведения. Пробираясь сквозь толпу зевак, пришедших сюда только ради множества киосков с дешевой едой и напитками, Хонджун ловил на себе любопытные взгляды и присвистывания вслед, но не обращал на это никакого внимания, стараясь как можно быстрее оказаться в здании. На сегодня у него есть четкий список задач: прийти, очаровать, соблазнить, помириться и зажить счастливой студенческой жизнью, заботясь только о приближающейся сессии и не сданных докладах. Джун перевел дыхание от слишком резвой для его непривыкшего организма ходьбы и толкнул тяжёлую стеклянную дверь, проходя внутрь просторного спортзала. Трибуны были битком набиты людьми, ожидающих баскетбольного матча, отовсюду доносились крики, кричалки команд, оживленные споры о том, какая команда сегодня победит. Разговоры сливались в одну большую кашу, и Ким недовольно поморщился, постепенно привыкая к звукам стадиона. Взгляд сразу зацепился за высокую блондинистую фигуру, радостно размахивающую руками в знак приветствия. Юнхо пальцем ткнул в пустующее кресло рядом с собой, приглашая присоединиться, и насыпал в рот горсть попкорна. Тут к гадалке не ходи, Ким был уверен, что это был самый приторный и сладкий попкорн из всех, что продавались. Хонджун помахал другу в ответ, но идти к нему не стал. Вместо этого, он достал из сумки телефон и быстро набрал: От: «Микрочелик» «Нет времени болтать, я опоздал почти на 20 минут. Слишком уж шикарно я выгляжу в зеркале… » И следом, короткое: «Пора воплощать план в реальность!» От «Лось» «Могу только пожелать удачи)» «И да, выглядишь крышесносно! Потише только в раздевалке ;))» От «Микрочелик» «:)» Джун засунул телефон обратно в карман и перекинул сумку через плечо, медленно окидывая спортзал взглядом. Если встать прямо напротив команды, он не увидит, далеко, слишком много народу с флагами команд, которые перекроют его крохотную фигурку, стоит только взмахнуть. Значит нужно подойти ближе к скамье запасных, там сидит тренер, рано или поздно он точно туда посмотрит. Главное, чтобы не перед самым началом, иначе все пойдет крахом и придется идти к Юнхо, плакаться в подушку и ложками есть мороженное под сопливую дораму. Ким двинулся вперед, стараясь не наступать на сидящих на лестнице между трибунами людей, их закуски в картоновых коробочках и одноразовые стаканы с напитками. Билеты на этот матч разобрали как горячие пирожки, поэтому универ заказал несколько фудкортов, чтобы зрители не проголодались за несколько напряженных таймов. Игра все-таки навылет, а победившая команда получит кубок и денежное вознаграждение. Ну и славу на весь год, конечно, до следующих соревнований. И вот, на горизонте мелькнула знакомая, такая родная, его темная макушка. И как он не старался, увидев его, не смог больше ни на кого обращать внимания. Волосы были убраны назад, открывая вид на смуглый, липкий от пота лоб. Видимо, они только закончили разминку и теперь кто-то растягивал мышцы самостоятельно, кто-то пил воду и морально настраивался на матч. Среди них был и Пак Сонхва — капитан баскетбольной команды, первый красавчик университета, на которого девчонки готовы молиться и боготворить, и, по совместительству, его парень. Ким сначала долго отвергал его неумелые, но такие милые подкаты, мол, некогда ему с ним возиться, кто к экзаменам готовиться будет и за художественным кружком следить? А через пару месяцев, собравшись в кафе обсудить подготовку к чемпионату понял, что влип. И вот, не успев опомниться, они уже на четвертом курсе, а не на первом, и живут вместе 2 года в небольшой квартирке, недалеко от вуза. Джун сел на небольшой выступ, отделявший поле от зрительских мест, около скамейки запасных их команды и достал обратно телефон, делая вид что с кем-то переписывается и вообще случайно тут оказался. Не продумывал стратегию до двух часов ночи, не давая Чону заснуть, из-за чего тот отправил его спать на диван, и уж точно не убил целый день в магазине. Он кинул взгляд на компанию, в которой стоял Пак. Запрокинув голову чуть назад, он пил воду, не прикасаясь к бутылке губами, и рукой убирал прилипшие прядки волос. Темно синяя майка формы открывала вид на сильные, накаченные руки, а от предательской мысли, что находиться под ней, Кима пробрала дрожь. Он тряхнул головой, прогоняя наваждение, и уткнулся в телефон, краем глаза наблюдая, как Хва поправлял капитанскую повязку на руке. Наконец, он повернулся в его сторону, глазами ища кого-то в толпе. Минки, его друг и член их команды, зашептал ему на ухо, чтобы тот точно расслышал слова в таком гаме, и ладонью указал в его сторону, игриво толкая в плечо. Хонджун, как ошпаренный, дернулся, едва не свалившись лицом вперед на пол, стал нервно перебирать край юбки, закинув нога на ногу, и пытался придать лицу совершенно спокойный вид. Он просто сидит, как и все люди тут, пишет какую-то бессмысленную ерунду в заметках, ничего подозрительного. Ким решился поднять взгляд. Теперь Сонхва смотрел на него в упор, голодным взглядом пройдясь по его телу, остановив взгляд дольше, чем нужно на бледных аккуратных коленках, и шумно выдохнул, гневно раздув ноздри. Он всегда так делал, когда был чем-то недоволен. Пак поставил наполовину пустую бутылку на пол, что-то шепнул Минки и направился в его сторону. Все идет так, как Хону и нужно, но от такого злого взгляда внутри все похолодело, а коленки предательски задрожали. — На пару слов, — Пак дернул его за локоть, вынуждая спрыгнуть с выступа на размеченный линиями пол площадки. Он поудобнее перехватил кимову ладонь и переплел пальцы, напряженно впившись подстриженными ногтями в огрубевшую кожу. Хва постоянно упрекал его за сухие руки, настоятельно рекомендуя пользоваться увлажняющими кремами и масками, но Хонджун то забудет, то случайно смоет водой, и целый подарочный набор для ухода из всевозможных баночек и тюбиков стоит на комоде практически не использованным уже год. Руки его парня же, наоборот, всегда были ухоженными. Ногти идеально подпилены до оптимальной длины, чтобы не травмироваться во время игры, кожа вокруг увлажена, заусеницы удалены. Хонджун мог подолгу рассматривать его длинные, тонкие пальцы, восхищаться большой ногтевой пластиной, постоянно умоляя покрыть ее лаком. Сонхва открыл дверь в раздевалку, затолкнул туда Кима и защелкнул замок. — Какого черта ты творишь? — он облокотился о стену, скрестил руки на груди и опустил голову, наблюдая исподлобья за действиями парня. — Не понимаю, о чем ты, — Хонджун придирчиво осмотрел помещение, пропахшее потом, мужским дезодорантом и одеколоном, и сел на край скамейки, стараясь не задеть чью-то слепо брошенную серую футболку. — Я пришел на матч, поддержать команду, что тебя не устраивает? — он уперся локтями в бедра и сплел пальцы между собой, расположив на них подбородок. — В таком виде? — А что тебе не нравится то? Ты же знаешь мою тягу к юбкам, не понимаю твоего недовольства. — Ты никогда не надевал юбку просто на тело, — Сонхва вновь перевел свой взгляд на ноги Кима, но тут же отвернулся, одергивая пониже майку и начиная нервно заламывать пальцы на руках. — Да какая разница? Что надевал, что не надевал, реакции то никакой, — Хон недовольно надул щеки, совсем как ребенок, и нахмурил брови, слушая прерывистый хруст. — Все, о чем ты можешь думать, это как бы забросить мяч в кольцо в этом своем бейсболе. — Баскетболе. — Да не важно, — Ким злобно пнул чей то носок, лежащий под скамейкой, затолкнув его под шкафчики. Долго владелец его искать будет. — Реакция есть и тебе нужно сходить к врачу, раз ты не заметил, что я из последних сил держу себя в руках! — А кто тебя просил сдерживаться то? — Джун вскочил на ноги, в непонимании разводя руки в стороны. — Мне в следующий раз голым заявиться, чтобы сразу оказаться пришпиленным к этой стене, как бабочка? — воскликнул он и подошел чуть ближе, ткнув пальцем позади Пака. Сонхва развернул Кима, так что тот уперся спиной в дверь, стремительно подхватил его под бедра, заставляя обвить свою шею руками, и впился в губы страстным поцелуем. Реакции долго ждать не пришлось. Ким только этого и ждал, и теперь, запустив одну руку в его густые темные волосы, а второй продолжая держаться за плечи, охотно подался как можно ближе к мягким губам напротив. Он старался вложить в этот поцелуй все, что не смог сказать парню. О том, что он нереальный дурак, раз не радуется его успехам так, как следовало бы. О том, какая он жуткая истеричка. О том, что он безумно соскучился по нему за эти выходные. О том, как одиноко ему было лежать в гостиной друга, а не в его теплых объятиях, слушая очередную смешную историю с тренировки или о том, какую вкусную еду он приготовил на ужин. О том, как сильно он любит его и не готов отпускать ни за что на свете. Щеки горели, а дыхание сбивалось, но не смотря на это, он лишь сильнее прижимался к такому родному телу. Хонджун отпустил его волосы, решив не мучать укладку, и запустил руку под майку, игриво проводя пальцем по ровным кубикам пресса. Сонхва недовольно рыкнул и провел горячим языком по его обветренным губам. Его напористость сменялась легкими, нежными касаниями, то вновь возвращалась. Руки Сонхва обжигали кожу сквозь плотную ткань юбки. Ким сжимал бедрами его талию, прижимаясь все ближе так, что между ними совсем не осталось свободного пространства. Хва отстранился от его губ и припал к бешено бьющейся венке на шее, сорвав с губ Кима тихий стон наслаждения. И он не мог точно сказать, кому из них принадлежал следующий стон. — Знал бы ты, как чертовски сильно я хочу сорвать с тебя эту блядскую юбку, — шумно выдохнул Пак ему в ключицы, покрывая их легкими поцелуями. Джун обожал его губы. Такие нежные, сводящие с ума, полностью принадлежавшие исключительно ему одному. — Но, конечно же, не можешь, — разочарованно заключил Хонджун и положил руки ему на грудь, чтобы слегка оттолкнуть. Не для того, чтобы высвободиться из его объятий, а для того, чтобы встать на ноги и вернуть себе способность дышать. Он нежно провел по плечам Сонхва, медленно обводя каждый напряженный мускул, взял его ладони в свои и поднял голову, заглянув в глаза. В такие грустные глаза, что хотелось разреветься. — Прости, прости пожалуйста, — Сонхва притянул его ближе и обвил руками тонкую талию, уткнувшись носом в макушку. — Ты заслуживаешь гораздо большего, чем я тебе даю. Прости, что провожу с тобой так мало времени и заставляю тебя сомневаться во мне, — он легонько чмокнул Джуна в нос, покрывал поцелуями щеки все время шепча извинения. Из глаз полились непрошенные слезы, и Ким уткнулся лицом в его форму, давая волю чувствам. — Нет, я все понимаю. Ты очень стараешься улучшать свои навыки и идти к мечте, и я, как твой парень, должен тебя поддерживать, а не истерить, как ребенок. И хотя бы название спорта правильно запомнить, — Хонджун шмыгнул носом, вновь смотря ему в темную радужку глаз — И я обязательно поддержу, просто дай мне еще один шанс. — Конечно. Сегодня последняя игра в этом сезоне, нам дадут выходные, а тренировки будут не такими долгими. И поверь, за следующую неделю я успею тебе надоесть, — Сонхва слабо улыбнулся и потянулся к дрожащим губам, но был прерван свистком судьи, оповещавший команды о том, что пора строиться на начало. — Ну только не сейчас… — Иди давай, горе любовник, — Ким стукнул его по груди маленьким кулачком. — Может, если выиграете, я покажу тебе остальную коллекцию юбок… — он задорно подмигнул и рассмеялся с ошарашенного лица парня. — Есть еще?! — Выиграй, и узнаешь, — он чмокнул баскетболиста в губы и буквально вытолкал из раздевалки, не прекращая глупо и радостно улыбаться. Как же он его любит…