Не по плану

Джейк

      Я оставляю всю нашу компанию на кухне продолжать обсуждение, а сам встаю из-за стола и ухожу в гостиную, чувствуя острую необходимость в одиночестве. Голова уже начинает раскалываться от строящихся теорий, а под рёбрами вновь пульсирует боль, отдаваясь в каждом вдохе. Мне просто невыносимо слушать о том, с каким спокойствием они все обсуждают возможные действия убийцы. Я не могу слушать о том, как они говорят, что он может убить Мэйв.       Устало опускаюсь на диван и, сцепив руки в замок, упираюсь в них лбом, стараясь контролировать дыхание и не поддаваться эмоциям, однако это чертовски сложно. Перед глазами постоянно маячит образ Мэйв, и моё сердце буквально разрывается от боли: она сейчас не со мной, она пропала и неизвестно, жива ли она. Новостей нет, и это сводит меня с ума.       Слышу тихие шаги и поднимаю голову, встречаясь взглядом с Лили. Сестра неловко переминается с ноги на ногу и неуверенно спрашивает:       — Я могу присесть? Или мне лучше уйти?       — Садись, — киваю на место рядом с собой и выдавливаю из себя улыбку. — Что вы ещё надумали?       — Ничего дельного, — сестра опускается рядом и вздыхает. — Джеймс и Дэн опять сцепились, так что обсуждение превратилось в балаган. По-моему, им вообще противопоказано находиться в одном помещении.       — Вселенная схлопнется, — хмыкаю, и Лили улыбается.       — Точно.       Замолкаем, и я утыкаюсь взглядом в стену, вновь погружаясь в пучину отчаяния и боли, но сестра осторожно дотрагивается до моей руки, возвращая в реальный мир.       — Слушай, Джейк… — девушка запинается, а затем мягко спрашивает: — Ты в порядке?       — Всё нормально, — на автомате отвечаю, не желая вываливать на сестру всё то, что творится у меня в душе, но Донфорт-младшая упрямо поджимает губы.       — Не нормально. Знаешь, у тебя взгляд такой же, как у отца, когда ему плохо. Вы с ним очень похожи.       — Лили…       — Ты мой брат, Джейк, и я хочу знать, что ты чувствуешь, — решительно произносит девушка, демонстрируя упрямство, присущее всем из семейства Донфорт, и я сдаюсь.       — Мне хреново, Лилс.       — Это и так ясно. Я имею в виду… На что это похоже?       — Понимаешь, это как… — запинаюсь, пытаясь подобрать подходящее слово и отвожу взгляд. — Это как паническая атака: сердце бьётся слишком быстро, слишком больно, а в груди такая тяжесть, словно… Не знаю. И мне не хватает воздуха. Я не могу нормально дышать, — произношу, а затем тихо повторяю: — Без неё я не могу нормально дышать…       — Мы найдём её, — сестра сжимает мою ладонь. — Мы обязательно найдём её живой. И у вас будет самая лучшая свадьба в Дасквуде, потому что, если Ханна что-то решила, то её уже не остановить. И затем вы будете жить долго и счастливо. А если Мэйв снова будет заносить — оборудуем где-нибудь подвал, где ты будешь её запирать в моменты обострения, чтобы она вновь не влезла во что-нибудь опасное, хорошо?       — Боюсь, что её это не остановит, — улыбаюсь против воли, и Лили улыбается мне в ответ.       — Вот так-то лучше. Мэйв не хотела бы, чтобы ты так страдал.       — Знаю, — улыбка сползает с моего лица, и я вздыхаю. — Спасибо, Лили.       — Мы же семья, — сестра кивает, и я в этот момент у меня начинает звонить телефон. Достаю его из кармана толстовки и вздрагиваю, когда замечаю на экране имя Алана. Руки начинают мелко подрагивать, а во рту моментально пересыхает. В голове проносится дикая мысль о том, что найдено тело Мэйв, и моё сердце болезненно стучит, грозя и вовсе остановиться.       — Джейк? — заметив мой ступор, зовёт Лили, и я мотнув головой, принимаю вызов:       — Алан, что-то случилось?       — И почему вы все так реагируете на мой звонок? — Блумгейт вздыхает. — Нет, ничего. Звоню узнать, не в курсе ли ты, где Купер? Его напарница уже успела достать всех в участке, а ещё она говорит, что он не ночевал в мотеле. И на звонки он, кстати, не отвечает.       — Слава Богу, — не удерживаюсь от облегчённого вздоха и усмехаюсь. — Купер у меня дома. Похоже, что моя кухня превратилась в штаб-квартиру.       — Вот как? — слышу в голосе шерифа удивление. — Я не понял, вы там что, всей своей компанией занимаетесь расследованием? И Купер с вами?       — Что-то вроде того, — пожимаю плечами и совершенно не удивляюсь, когда Алан раздражённо произносит:       — А меня позвать не догадались? Я всё ещё шериф в этом городе, а расследованиями и поисками пропавших занимаются почему-то вообще левые люди. Поимейте совесть.       — Приезжай, никто же не против.       — Скоро буду, — лишь коротко произносит шериф и завершает вызов, а я опускаю взгляд на свои всё ещё мелко подрагивающие пальцы. Шумно выдыхаю и думаю о том, что так дело не пойдёт — если я не перестану так остро реагировать, то сам не доживу до окончания расследования. Мне нужно было взять себя в руки и сосредоточиться на поисках Мэйв. Купер был прав: мои эмоции делу не помогут.       — Что случилось? — с опаской спрашивает Лили, и я коротко поясняю:       — Алан скоро приедет.       — С хорошими новостями, надеюсь?       — Пока вообще без новостей, — вздыхаю и поднимаюсь с дивана. — Пойдём, надо сказать остальным.       Зайдя на кухню, я с интересом бросаю взгляд на Джеймса и Дэна, которые ожесточённо спорят, явно находясь на грани, чтобы не вцепиться друг другу в глотки. Ричи, который попытался было их успокоить, был послан далеко и на долго, остальные же просто наблюдали, делая ставки, кто победит. Клео уже во всю хозяйничала, явно решив, что на голодный желудок думается плохо, к тому же, это гораздо более эффективно могло угомонить разбушевавшихся.       — И что ты предлагаешь? — Джеймс фыркает. — Будем подходить к каждому мужику в этом городе и спрашивать, не сбегала ли у него невеста? Может, ещё справочку из психушки попросим?       — Ну, это всяко лучше, чем ждать, пока твоё начальство ответит на запрос и пришлёт сюда агентов, для того, чтобы прочёсывать весь город, — Дэн скрещивает руки на груди. — Хватит уже этой государственной херни, Купер, здесь надо действовать быстро и решительно, а не по сраным протоколам.       — Я из-за вас и так уже нарушил хуеву тучу сраных протоколов, так что лучше призаткнись, — в голосе Купера слышатся опасные нотки, и он смеряет Андерсона ледяным взглядом. — Нам в любом случае потребуются дополнительные люди, поэтому мы дождёмся агентов. И это не обсуждается, Андерсон!       — Отдавать приказы будешь своим людям, Купер, — Дэн буквально раздувается от злости, но тут между спорящими встаёт Клео, держа в руках тарелку с сэндвичами.       — Бутербродиков?       — О, пожрать — это всегда хорошо, — оживляется федерал, моментально забывая про спор, и я, откашлявшись, решаю наконец обратить внимание на себя.       — Скоро приедет Алан, — сообщаю я, и Джеймс застывает, не донеся сэндвич до рта.       — Плохие новости?       — Нет, просто он крайне недоволен тем, что расследование идёт без него, — пожимаю плечами. — Кстати, он сказал, что ты не отвечаешь на звонки. Тебя там твоя напарница потеряла.       — Да пошла она, — Купер отмахивается, а Ричи, явно не забывший о том, что Рене хотела упрятать его в тюрьму, мрачно поддакивает:       — Полностью поддерживаю.       В этот момент раздаётся стук в дверь, и я, вздохнув, иду открывать. Распахиваю её и вижу Алана в сопровождении агента Денев, которая окидывает меня непроницаемым взглядом и произносит:       — Мне нужен агент Купер.       — И Вам добрый день, — хмурюсь и смотрю на Блумгейта, который выглядит весьма раздражённым. — И зачем ты её сюда привёл?       — Сама за мной притащилась, — шериф бросает уничтожающий взгляд на Денев. — Где там Купер, пускай сам с ней разбирается.       Отодвигаюсь в сторону, пропуская Блумгейта в дом и, повернув голову в сторону кухни, зову федерала. Тот выходит, бурча что-то себе под нос и, заметив свою напарницу, тяжело вздыхает.       — Денев, тебе какого хрена тут надо?       — Извини? — женщина приподнимает брови. — Ты не забыл о том, что у нас расследование? Новая жертва…       — Мэйв пока ещё не новая жертва, — ядовито произносит федерал и скрещивает руки на груди. — И я прекрасно помню про расследование, не тебе меня учить.       — Я вижу, — Рене презрительно фыркает. — Ты соображаешь, что ты творишь? Одно дело, когда ты привлёк к расследованию совершенно чужого человека, и совсем другое — когда ты работаешь с гражданскими, и не с одним, а с целой группой.       — Значит так, Рене, — Джеймс устало вздыхает. — У тебя есть два варианта: либо ты затыкаешься, вспоминаешь о том, что руковожу расследованием я, и помогаешь, либо съёбываешь к хренам собачьим в Вашингтон. И мне будет абсолютно срать на то, что ты будешь делать дальше.       — Но есть приказ…       — Значит, — Купер повышает голос, — я нарушу этот грёбаный приказ. Если хочешь, то можешь написать на меня рапорт. Пускай меня увольняют, плевать.       — И всё из-за этой глупой девчонки? — Денев морщит нос, и я не выдерживаю. Конечно, было очень увлекательно смотреть на то, как Купер ставит эту дрянь на место, однако речь зашла о Мэйв, и мне чертовски сильно не понравилось то, каким тоном она о ней отозвалась.       — Эту глупую девчонку зовут Мэйв, — ледяным тоном произношу я. — И если Вы, агент Денев, скажете про мою невесту ещё хоть одно слово, я сам лично сделаю так, что Вы вернётесь к себе во Францию без права въезда в Штаты.       — Вообще-то, он может, — подтверждает Купер. — И даже быстрее, чем, допустим, я подам официальное прошение.       — Прошу прощения, — Денев поджимает губы и мученически вздыхает. — Ладно, я помогу.       — Спасибо за одолжение, — Джеймс фыркает и кивает мне. — Впусти её. Может, действительно толк будет.       — Ты уверен, что это хорошая идея? — тихо спрашиваю у федерала, когда Денев заходит в дом и снимает пальто, на что Джеймс ухмыляется.       — Не уверен, но, если что, используем её как наживку для маньяка.       — Ладно, этот план мне нравится, — хмыкаю, и мы возвращаемся обратно. На кухне царит мрачная атмосфера недоброжелательности, и я чувствую болезненный укол от сильной тоски по Мэйв. Она бы сейчас с лёгкостью смогла разрядить обстановку — пошутила бы, либо перевела тему. Она с такой лёгкостью общалась с людьми, даже незнакомыми, что я порой ей завидовал. Для неё это было так же естественно, как дышать. И сейчас, глядя на то, как все сверлят мрачными взглядами агента Денев, которая с непроницаемым видом остановилась в уголке, я чувствую, как сильно мне её не хватает.       — Ладно, народ, — Джеймс откашливается. — У нас пополнение. Алана прошу любить и жаловать, впрочем, думаю, вы это будете делать и так, а вот агента Денев… Ну, по ситуации.       — Спасибо, агент Купер, — Рене поджимает губы и скрещивает руки на груди, а Алан, усмехнувшись, задаёт вопрос:       — Итак, что вам удалось нарыть?       — На самом деле не очень много, — подаю голос я и сажусь за ноутбук. — Я получил доступ к файлам с камер дорожного видеонаблюдения: одна из них засняла момент похищения Мэйв. Это нам ничего особого не дало — похититель, как и ожидалось, был в маске, к тому же, камера захватывала лишь небольшой участок, поэтому мы не знаем, куда именно он забрал Мэйв. Однако Ханна нашла связь между всеми похищенными девушками — у них всех был либо молодой человек либо жених.       — И тогда мне на ум пришла одна местная легенда, — вставляет Джесси. — Легенда о Мёртвом Женихе.       — Что за легенда? — неожиданно заинтересованно спрашивает Денев, и Джесси неуверенно косится в сторону Купера. Тот кивает, и Хокинс быстро пересказывает легенду. Рене задумчиво слушает и кивает, а когда Джесси заканчивает, произносит:       — Значит, похититель подражает герою местной страшилки. Это очень плохо.       — Да ладно, а то мы сами не догадались, — сразу же реагирует Джеймс, и Рене морщится.       — Я имею в виду, что такой тип очень и очень опасен. Не знаю, как проходит подготовка ваших агентов, но у нас во Франции в академии очень большое внимание уделялось психотипам убийц и маньяков. Если хорошо знать психологию, то можно составить примерное представление о том, с кем нам приходится иметь дело, и сузить круг подозреваемых.       — И как? Есть идеи? — интересуется Алан, и Рене кивает.       — Во-первых, он не зря выбрал именно эту легенду. Логично предположить, что его бросила либо любимая девушка, либо невеста, и он вымещает злобу на других. Он ищет в них «свою невесту» — ту единственную, которая никогда его не предаст, которая будет вести себя так, как хочет он. Если девушка не соответствует — он её убивает. Во-вторых, я более чем уверена в том, что наш маньяк — на самом деле очень тихий и неуверенный в себе человек. Как правило, именно такие личности обладают повышенной жестокостью. Когда он убивает свою жертву, то как бы доминирует над ней, доказывает своё превосходство.       — Ага, значит мы ищем забитого ботана, которого бросила дама сердца, — Дэн фыркает. — Фигня вопрос.       — Так, ну допустим, — Купер кивает. — Каковы шансы, что если Мэйв будет вести себя как примерная девушка, он её не тронет?       — Нулевые, — Рене качает головой. — Он обижен, он жаждет мести. На подсознательном уровне он считает, что все женщины одинаковые, а значит — все заслуживают смерти. Даже если Мэйв будет вести себя просто идеально…       — Что не так, — вставляет свои пять копеек Дэн, и, поймав мой недобрый взгляд, виновато утыкается взглядом в пол. Рене вздыхает и продолжает:       — Даже если Мэйв будет вести себя идеально, это её не спасёт: убийца всё равно найдёт в ней какой-нибудь маленький, даже незначительный изъян, и это даст ему повод убить её. Исходя из того, что нам уже известно о предыдущих жертвах, можно предположить, что у нас есть максимум неделя до того, как преступник отправится на поиски новой «невесты», предварительно избавившись от предыдущей.       — Исходя из того, что мы знаем о Мэйв — времени у нас и того меньше, — бормочет Ричи и виновато косится на меня. — Извини.       — Надо с чего-то начинать, — Алан хлопает в ладоши. — Отправлю-ка я запрос в мэрию — выясню, подавались ли заявления на регистрацию брака за последние пару месяцев, и были ли среди них те, которые отозвали.       — И зачем отправлять запрос, если я смогу это выяснить? — приподнимаю брови, а Алан вздыхает:       — Джейк, пора научиться действовать по закону.       — Да? И сколько времени займёт получение информации «по закону»?       — Думаю, — Блумгейт прищуривается, — где-то около суток.       — А я взломаю их базу за пару часов.       — Хакер? — делает гениальный вывод Денев, и я с усмешкой смотрю на неё.       — Да. Какие-то проблемы?       — Видимо, никаких, — женщина поджимает губы и бросает взгляд на Джеймса, который стоит с абсолютно невозмутимым видом и только кивает мне, одобряя мою идею. Разминаю пальцы и запускаю пару программ, а Ричи начинает бодро выставлять всех с кухни:       — Давайте не будем мешать, подождём в гостиной.       — Кстати, Джейк, — Томас хлопает себя ладонью по лбу. — Я утром звонил дяде и рассказал ему о том, что случилось… В общем, у тебя отпуск.       — Вообще-то работа — это последнее о чём я сейчас думаю, — криво усмехаюсь. — Но спасибо.       — Не за что, — на лице Миллера мелькает улыбка, и он торопливо покидает кухню, оставляя меня наедине с моим ноутбуком. Вздыхаю и, введя несколько команд, принимаюсь заниматься тем, что я умел лучше всего на свете — взломом базы данных.

***

Мэйв

      — Тысяча один, тысяча два, тысяча три… — я хожу по кругу в своей чёртовой камере и считаю шаги вслух, просто чтобы не сойти с ума. Глаза слипаются, и мне дико хочется спать, но я упрямо продолжаю метаться по помещению, не позволяя себе отключиться: кто знает, что убийца может сделать со мной, пока я сплю? Конечно, уставшая и без сил я мало чем могла помочь самой себе, но страх не позволял мне прислушаться к голосу разума. Оставленную похитителем еду я съела лишь через пару часов, окончательно проголодавшись, и то лишь потому, что не хотела его разозлить. Мне сильно повезло, что он не убил меня на месте, поэтому стоило запихать своё упрямство в одно очень пикантное место, и быть предельно вежливой и послушной. Находясь запертой в четырёх стенах неизвестно где, единственное, что я могла — это приложить все усилия для того, чтобы выжить. Я знала — Джейк придёт за мной, он меня не оставит, рано или поздно он выяснит, кто стоит за всем этим и где меня держат. И только это не давало мне впасть в отчаяние.       Вздрагиваю, когда раздаётся лязг засова, и, пошатнувшись, отхожу к стене. Похититель заходит внутрь и, заметив пустой бумажный пакет, довольно произносит:       — Ты поела, молодец. Тебе понравилось?       — Оч-чень, — слегка заикаюсь, чувствуя, как моя кожа покрывается липким потом, но убийца, кажется, ничего не замечает.       — Превосходно, — он хлопает в ладоши, а затем деловито осведомляется: — Тебе что-нибудь нужно? Может, хочешь в туалет?       «Мне нужно, чтобы ты сдох. И единственное, что я хочу — это вернуться к Джейку», — мысленно произношу и растягиваю дрожащие губы в улыбке.       — Да, было бы неплохо.       — Хорошо, — преступник достаёт из кармана ленту из плотной ткани и делает ко мне шаг. — Я завяжу тебе глаза.       — Это обязательно? — нервно осведомляюсь, не горя желанием остаться без зрения наедине с маньяком, но, очевидно выбора у меня не было.       — Разумеется, — слышу в голосе психопата нотки удивления, словно он не понимал, как можно задавать такие глупые вопросы. — То, что находится за пределами этой комнаты, тебя не касается. Я не хочу, чтобы ты видела.       — Л-ладно, — с трудом проглотив колкость, которая чуть не сорвалась у меня с языка, согласно киваю и стараюсь не сильно дрожать от страха, когда убийца подходит ко мне и завязывает глаза. Сердце чуть не останавливается, но я собираю всю свою волю в кулак и даже не вздрагиваю, когда похититель берёт меня за локоть и выводит из «комнаты». Слышу эхо наших шагов и делаю вывод, что помещение, в котром я нахожусь, довольно просторное. Периодически слуха касаются лёгкие всплески, а через пару метров мне в нос ударяет весьма неприятный запах канализации.       — Пришли, — радостно уведомляет меня похититель, и я слышу как с характерным скрипом открывается какая-то дверь. Меня заводят внутрь и, наконец, снимают повязку, а меня чуть не выворачивает наизнанку от вида и запаха старых потрескавшихся унитазов, рядом с которыми и внутри которых плавает нечто малоприятное. Зажимаю нос тыльной стороной ладони и делаю шаг назад. Упираюсь спиной в грудь своего мучителя и слышу его вкрадчивый голос:       — Ты же хотела?       — Да, но встретиться с сальмонеллой или подцепить гепатит А в мои планы определённо не входило, — забывшись, брякаю я и вздрагиваю, когда в голосе психа слышатся опасные нотки:       — Твои планы никого не волнуют. Ты будешь делать то, что я скажу, иначе сильно пожалеешь. Ясно?       — Ясно, — почти шиплю, разрываясь между необходимость послушно выполнять приказы психа и желанием развернуться и врезать этому козлу по его гребаной пластиковой маске. Внутренний голос истерично вопит о том, что лучше пострадать от диареи, чем сдохнуть в принципе, и я, сделав глубокий вдох, на дрожащих ногах иду к самому чистому унитазу. Слышу смешок со стороны похитителя, и бросаю через плечо:       — Может, выйдешь? Или будешь смотреть?       — Выйду, — снова смешок. — Тебе нужно личное пространство, я это уважаю.       «Да что ты говоришь», — уныло думаю я и, дождавшись пока убийца выйдет за дверь, принимаюсь за свои дела, морщась и стараясь ни до чего не дотрагиваться. Затем психопат возвращается и, вновь завязав мне глаза, отводит обратно в мою личную камеру. Избавившись от повязки, окидываю усталым взглядом холодный бетонный пол, который определённо не подходил для сна, а мог помочь мне заработать как минимум цистит, и, решив, что за вежливую просьбу на меня не кинутся с ножом, обращаюсь к психу:       — Извини, ты не мог бы принести что-нибудь для сна? Я не могу лежать на бетоне.       — Ах да, — убийца кивает. — Конечно, не можешь. Это же, наверное, так неудобно.       — Пожалуй, — осторожно соглашаюсь и получаю в ответ кивок.       — Разумеется, ты же моя невеста, я выполню твою просьбу.       — Спасибо? — неуверенно произношу я, из-за чего это звучит как вопрос, и тут же жалею о том, что вообще решилась о чём-то попросить похитителя.       — Да, ты должна быть благодарной, — в голосе маньяка звучит злость, и он стремительно подходит ко мне, заставляя меня вжаться в стену. — Не думай, что я буду выполнять все твои прихоти — я это сделаю лишь потому, что не хочу, чтобы ты заболела, ясно тебе? Не по твоей просьбе! Я сам так решил! Сам!       — Д-да, ты сам так решил, — мой голос напоминает мышиный писк, и пальцы убийцы впиваются мне в горло.       — Ты смеёшься надо мной?       — Нет! — испуганно выкрикиваю и хватаю убийцу за запястье, пытаясь убрать его руку, но он только сильнее сжимает пальцы, заставляя меня хрипеть и задыхаться. Чувствую, как мои позвонки начинают трещать, и мысленно прощаюсь с Джейком и своими друзьями, но убийца разжимает пальцы и отходит от меня.       — Хорошо. Надеюсь, ты меня поняла, — удовлетворённо произносит он и выходит из помещения, не забыв запереть дверь, а я обессиленно падаю на пол, больно ударившись коленками. Сгибаюсь пополам и зажимаю рот ладонями, чтобы заглушить рыдания, рвущиеся из груди, и только шепчу непослушными губами:       — Где же ты, Джейк…

***

Джейк

      Спустя пару часов я показываю Алану файл из базы данных мэрии по всем заявлениям на регистрацию брака за последние несколько месяцев. Старательно не смотрю на последнюю строчку, на которой записано: «Джейк Донфорт и Мэйв Найт, третье марта, дасквудская церковь», чтобы не тревожить свои раны. Работа над поисками отвлекала меня и вытесняла все эмоции, оставляя лишь желание найти того ненормального, который похитил мою невесту. Что я хотел бы сделать с этим ублюдком — об этом я тоже старался не думать, заталкивая внутрь своего сознания весьма кровавые образы.       — Так, — Блумгейт сосредоточенно разглядывает файл, наклонившись над моим плечом, и отмахивается от Купера, который тоже пытается заглянуть в экран. — Джеймс, не лезь, ты всё равно этих людей не знаешь.       — Охренеть, шериф, ты в курсе, что препятствуешь федеральному расследованию? — интересуется Джеймс, на что Алан лишь фыркает.       — Всё ещё пытаешься козырять значком?       — С вами это бесполезно, — Купер машет рукой и выпрямляется. Бесцеремонно лезет в мой холодильник и недовольно бубнит: — Серьёзно, жрать больше нечего?       — Здесь тебе не ресторан, — недовольно замечаю я, не отрывая взгляда от ноутбука, и еле заметно вздрагиваю, когда Алан гаркает у меня прямо над ухом:       — Ага! А эту парочку я знаю!       — Что-то стоящее? — Джеймс захлопывает холодильник и подходит ближе, а Алан выпрямляется.       — Не особо. За последние пару месяцев было подано всего восемь заявлений и лишь два из них были отозваны.       — С них и начнём, — федерал кивает. — Где там остальные прохлаждаются? Я, кажется, придумал, чем их можно занять.       Алан громко зовёт всю компанию, и они дружно, словно ждали этого, заваливаются на кухню. Рене заходит последней и так же скромно встаёт в углу, не пытаясь примкнуть к нашей команде. Видимо, решив не доводить Купера, который почти прямым текстом сказал, что ему нечего терять, она пришла к выводу, что лучше вести себя тихо и мирно.       — Итак, — Джеймс откашливается и выпрямляет спину, явно почувствовав себя в своей стихии. — Алан и я съездим к двум несостоявшимся женихам — узнаем причину отмены свадьбы. Рене, отправляйся в морг, сама лично осмотри трупы — возможно, это натолкнёт тебя на ещё какие-нибудь дельные мысли. Заодно ещё раз просмотри заключения по вскрытию.       — Есть, — лаконично отзывается агент Денев и, развернувшись, покидает кухню, решив не откладывать дело в долгий ящик. Джеймс, выдохнув с почти ощутимым облегчением, продолжает:       — Дэн и Лили, отправляйтесь в парк, осмотрите его досконально, особенно место, где обнаружили Кэссиди Уильямс. Возможно мы что-то упустили, не мог же убийца тащить труп через весь город. Если кто-то из копов вас остановит — скажите, что это моё личное распоряжение. Если возникнут проблемы — звоните Алану.       — Есть, сэр, — гаркает Андерсон и пожимает плечами в ответ на взгляды, которыми его награждают остальные. — Всегда хотел это сказать.       — Будешь вести себя прилично — подумаю о том, чтобы взять тебя на работу, — внезапно произносит Блумгейт. — Твою бы энергию да в нужное русло, Андерсон.       — Круто, — Дэн ухмыляется и тянет за собой Лили. — Пойдём, мелкая, пора делать дело.       — Далее, — со вздохом произносит Джеймс, уже смирившись с тем, что у нас не команда, а дурдом на выгуле. — Томас и Ханна, вы отправляетесь на место, где нашли Мэри, а Джесси и Ричи — туда, где нашли Одри. Осмотрите каждый закуток, каждую трещинку, а потом сравните наблюдения. Клео…       — Я могу поговорить с миссис Салли и с мисс Уолтерс, — подаёт голос девушка. — Это две наши городские сплетницы, кому как не им знать о том, кто с кем расстался и кто кого бросил.       — Гениально, — Купер прищёлкивает пальцами. — Так и сделаешь. В общем-то, это всё…       — А меня решили оставить в стороне? — недовольно осведомляюсь я, когда все выходят, желая начать действовать, а не сидеть и ждать, пока все остальные носятся по всему Дасквуду, однако Алан качает головой и, вздохнув, произносит:       — Тебе, Джейк, предстоит самое сложное — ты должен рассказать мистеру Найту о том, что его дочь пропала.       — Он разве не знает? — хмурюсь, а шериф пожимает плечами.       — Вчера было не до этого, а сегодня я решил, что он должен узнать об этом не от кого-то из моих людей, а от тебя. Может, ты сможешь подобрать нужные слова. К тому же, теперь вас объединяет общее горе.       — Хотел бы я сказать, что ты прав, но боюсь, что ты пролетел мимо, — со вздохом откидываюсь на спинку стула, закинув руки за голову. Стискиваю зубы, примерно представляя, что именно скажет мне Джереми, когда я заявлюсь к нему и скажу: «Добрый день, мистер Найт. Хотел сообщить Вам о том, что не уберёг Вашу дочь, и теперь она находится у психованного маньяка, который очень любит забивать девушек ножом». Боюсь, что после такого меня как минимум спустят с лестницы. Впрочем, лучше пускай болят сломанные рёбра, чем искалеченная душа.       — И всё же, — Блумгейт упрямо качает головой. — Такие новости гораздо больнее узнавать от чужих людей.       — Да, знаю, — согласно киваю и решительно поднимаюсь. — Нечего тянуть, поеду прямо сейчас.       — Уже? — Джеймс удивлённо вскидывает брови. — А морально подготовиться?       — Аморально* я уже подготовился… — буркаю я и киваю двоим представителям закона на выход. — Давайте, пора заняться делом.       — Раскомандовался, — фыркает Купер, но всё же идёт к выходу. Мы дружно покидаем дом и разъезжаемся каждый по своим делам. Всю дорогу до мотеля я честно старался придумать самую щадящую формулировку для того, чтобы сообщить отцу Мэйв о том, что её похитили, но, как бы я ни старался, всё это было не то. Да и как можно сказать о таком? Как ни крути, он был её отцом, поэтому, какими бы хреновыми ни были их отношения, эта новость счастья ему точно не принесёт. Телефон в кармане куртки начинает вибрировать и я замечаю, что мне звонит мой отец, наверняка уже узнав о произошедшем либо от Ханны либо от Лили. Сбрасываю вызов, не желая сейчас выслушивать поток жалости от Нейтана Донфорта, и, подъехав к мотелю, паркую автомобиль. Сжимаю руль пальцами и делаю глубокий вдох, чтобы собраться с мыслями, а затем набираю номер Джереми Найта, решив, что лучше пускай он выйдет на улицу.       Адвокат берёт трубку после четвёртого гудка, и я слышу его удивлённый голос:       — Джейк? Добрый день.       — Да, добрый, — откашливаюсь и медленно произношу. — Мистер Найт, не могли бы Вы спуститься? Мне нужно с Вами кое о чём поговорить.       — Что моя непутёвая дочь натворила на этот раз? — в голосе Джереми слышатся нотки раздражения, и я шумно выдыхаю, мысленно напоминая себе о том, что я приехал, чтобы сообщить ему плохую новость, а не срываться на нём.       — Мэйв ничего не натворила, но… речь пойдет о ней.       — Сейчас буду, — коротко отвечает мужчина и сбрасывает звонок, а я выхожу из автомобиля, вдыхая свежий морозный воздух. Нервно притопываю ногой, бросая взгляды на вход в мотель, и сжимаю ладони в кулаки до хруста в пальцах, когда показывается отец Мэйв. Он подходит ближе и окидывает меня колючим взглядом, пряча руки в карманах пальто.       — Ну, о чём ты хотел поговорить? — осведомляется он, бросая взгляд на машину, видимо считая, что объект нашего разговора сидит там, а я, набрав в грудь побольше воздуха, произношу слова, которые вновь холодным лезвием полоснули мне по сердцу:       — Мэйв, она… пропала.       — Что? — Джереми непонимающе смотрит на меня, и я повторяю:       — Она пропала. Её похитили вчера вечером.       — Похитили? — мистер Найт качает головой. — Это… Её похитил тот же человек, который убил троих девушек?       — Боюсь, что так, — слова даются мне тяжело, но я произношу всё это ровным тоном, не позволяя своему голосу дрогнуть. Джереми отступает на шаг назад и проводит ладонью по лицу. На губах мужчины появляется болезненная усмешка, и он хрипло произносит:       — Я знал. Знал, что рано или поздно Мэйв вляпается во что-то такое… Знал, что рано или поздно она закончит так же, как и её мать.       — Что случилось с её матерью? — вопрос вырывает сам собой, но уже поздно брать слова назад, к тому же, мне всегда было интересно, как она умерла. Только вот Мэйв никогда об этом не говорила.       — Что случилось? — Джереми нервно смеётся. — Её убили. Один из тех наркоманов, с которыми она носилась, работая в социальной службе. Она всех их жалела — психопатов, убийц, наркоманов, алкоголиков. Жалела и пыталась помочь, и в итоге поплатилась за это своей жизнью!       — Мне очень жаль, — тихо произношу я. — Мэйв уже ищут. Её найдут.       «Я её найду».       — О, серьёзно? — мистер Найт издаёт хриплый смешок. — В этом я не сомневаюсь, вот только какой её найдут? Живой? Или лишь искалеченный труп?       — Живой, — стараюсь добавить в голос уверенности, но, судя по странному блеску в глазах отца Мэйв, мне это не удаётся. Мужчина тяжело вздыхает и с неприязнью смотрит на меня.       — Это ты допустил. Ты позволил ей влезть в это дело.       — Знаю.       — Если моя дочь умрёт — это будет на твоей совести.       — Знаю.       — Знает он, — Джереми сплёвывает. — Чёрт её дёрнул связаться именно с тобой…       — Мистер Найт…       — Я ведь всё про тебя знаю, — неожиданно произносит адвокат и раздражённо качает головой. — Я должен был прекратить всё это, но думал, что у моей дочери хватит ума…       — Вы ничего обо мне не знаете, — холодно произношу я, но лицо мужчины искажает злобная усмешка, и он медленно произносит, глядя мне прямо в глаза.       — Ты в этом так уверен, Джейк Донфорт? Или, быть может, мне лучше называть тебя Джейк Коулман? Ведь это твоё настоящее имя, да?