Второй шанс на любовь

Ужин прошел относительно спокойно. Родители много интересовались жизнью своего сына и его семьи, расспрашивали маленького Шаня про все на свете. Малыш первое время охотно рассказывал бабушке с дедушкой обо всем, но постепенно выдохся и его глазки стали слипаться. - Шань, детка, пошли в кроватку, – Мэйли встала из-за стола, поблагодарив за ужин, и потянула сына на себя, подхватив его на руки. – Всем спокойной ночи. – Женщина склонилась к Ибо и мягко поцеловав в щеку, направилась с ребенком в свою комнату. - Сынок, - обратился к Ибо Ван Цао – мы бы с матерью хотели извиниться перед тобой за все. Сможешь ли ты когда-нибудь простить нас? – старший Ван с сожалением во взгляде смотрел на притихшего Ибо. Тот лишь нервно сглотнул и смог только кивнуть, так как ком стоял в горле, мешая говорить. Он слишком долго мечтал о том, что его родители оттают и все у них наладится. - Все уже в прошлом, – Ибо поднялся и подошел к матери, которая попыталась незаметно смахнуть слезу. – Не плачь, мам. – Ибо поцеловал женщину в щеку и погладил отца по плечу. - Приятных снов. Он тихо прошел в спальню и посмотрел на кровать. Мэйли прижимала к себе Шаня и оба мирно посапывали. Ибо так сильно любил свою семью. Его сердце сжалось от нежности, когда малыш что-то пробормотав во сне, покрепче прижался к матери и обвил ее своими маленькими пухлыми ручками. Ибо быстро скинул с себя одежду и улегся на кровать, перекинув руку через сына, приобнимая сразу обоих.

***

На следующее утро он проснулся в кровати один. Взглянув на часы, Ибо поразился как долго он провалялся в постели. Обычно это было ему не свойственно. Он привык рано подниматься и поздно ложиться. Ибо с удовольствием потянулся на кровати во весь свой немалый рост и поднявшись, бодро направился в душ. Посвежевший, он спустился в гостиную, увидев там лишь своего отца. - Доброе утро, пап. – он опустился в кресло напротив и спросил – А где мама и Мэйли с сыном? - Они решили немного прогуляться после завтрака. Как спалось? – Ван Цао внимательно посмотрел на своего ребенка и Ибо смутился. Он уже давно отвык от нормального общения с родителем и чувствовал себя не совсем комфортно. - Хорошо. Даже слишком, – он хмыкнул и добавил – Никогда не позволял себе настолько расслабиться, а сегодня безбожно проспал все на свете. Ван Цао потупил взор, понимая, что из-за их с женой категоричных мнений, они оставили сына одного, и тот вынужден был постоянно работать, чтобы содержать семью. Он виновато посмотрел на Ибо, но тот лишь замахал руками и сказал. - Что бы ты там не думал сейчас, не стоит жалеть меня. Все хорошо в моей жизни, – и видя недоверчивый взгляд, продолжил – правда. Мы счастливы. И нам всего хватает, так что не стоит переживать, отец. - Ибо, – мужчина встал и подошел к сыну, положив руку на его плечо. Он сжал пальцы и сказал – Я горжусь тобой. И мне стыдно, что я был не прав. Ибо похлопал отца по руке и мягко улыбнулся ему. - Сынок, – Ван Цао, слегка смутившись, обратился к нему – мы с матерью много говорили обо всем и хотели бы попросить у вас с Мэйли.. - он замолчал, не решаясь продолжить. - О чем же? – поторопил отца Ибо. - Не могли бы вы оставить нам на несколько дней внука? – наконец спросил мужчина. – Нам бы очень хотелось познакомиться с Шанем поближе. - Я не решаю это один, - сразу же сказал Ибо и немного подумав, добавил – но я поговорю с Мэйли об этом. И я рад.. Когда его мама с семьей вернулись с прогулки, то все они собрались в гостиной, рассевшись на диванах. Им подали чай, и пока Шань возился на ковре, играя со своими любимыми игрушками, взрослые вели беседу. - Мэйли, детка, – Ван Юй обратилась к невестке – Мы с мужем хотели бы попросить вас оставить на несколько дней Шаня у нас, если конечно ты позволишь.. - она быстро взглянула на молчавшего Ибо, который бросил взгляд на жену – мы привезем вам его через несколько дней. Могли бы мы.. - женщина не договорила, пытаясь справиться с волнением. - Госпожа Ван, мы были бы очень рады, чтобы вы познакомились со своим внуком поближе, – наконец ответила Мэйли и бросив нежный взгляд на кивнувшего ей Ибо, добавила – Спасибо вам.. - Ну что ты, детка, – тут же всполошилась Ван Юй – это наша с отцом вина.. - Давайте не будем о плохом, – мгновенно перебил мать Ибо – сейчас праздники, а разговоры у нас совсем не веселые. – Он поднял чашку с чаем и сказал – За вас и за нашу семью.

***

Спустя несколько дней, Ибо с женой крепко расцеловали сына, затискав его в своих объятиях и попрощались с родителями, которые обещали приехать уже через несколько дней, погрузили чемодан в багажник и уселись в машину. - Ну ты чего ревешь? – спросил Ибо, улыбаясь – Он остается не у чужих людей же. - Я же никогда не расставалась с ним так надолго, – всхлипывала женщина – и уже скучаю по нему. - Милая, мы не увидим Шаня всего два дня, – Ибо завел двигатель и снова посмотрел на жену. Он потянулся к ее лицу и пальцем нежно стер блестящую дорожку слез. - Я понимаю, – Мэйли наконец улыбнулась и сказала – Ладно. Все хорошо. Поехали? - Да, – Ибо вырулил на дорогу и сосредоточенно уставился вперед. Трасса была довольно скользкая и Ибо вел машину предельно осторожно. Он бросил быстрый взгляд на притихшую Мэйли и увидел, что его жена задремала, слегка поежившись во сне. Он прибавил печку, и тихонько подпевал голосу, доносившемуся из радио. Спустя час, на улицу опустились сумерки и начал валить снег. Ибо еще сбавил скорость. Из-за крупных хлопьев снега, летящих в лобовое стекло, вид расплывался перед глазами, и Ибо уже думал встать где-нибудь на обочине и переждать усилившийся снегопад. Но все-таки, подумав еще, он решил добраться до первой заправки и там уже остановиться. Но судьба в этот день решила все за него. Он мягко повернул руль, входя в затяжной поворот и тут же его ослепил яркий свет фар несшегося навстречу грузовика. Ибо постарался уйти от столкновения, но у него не получилось. Руки, крепко держащие руль, вздрогнули от испуга. Раздался сильный грохот, треск и скрежет металла. Удар был такой силы, что его мгновенно оглушило. Голова резко качнулась вперед и он со всей силы приложился об руль. Мэйли резко распахнула глаза, успев только громко вскрикнуть. Тут же ее тело опалила жгучая боль. Удар пришелся на ее сторону, когда машину закрутило на дороге, и ее голова, дернувшись, с громким стуком ударилась об окно сбоку. Кровь сразу же залила обзор, она едва могла дышать от боли. Ибо заторможенно повернул голову в ее сторону и тут же потерял сознание. Ибо очнулся, лежа на снегу, не в силах пошевелить ни руками, ни ногами. Хлопья снега мокрыми и холодными каплями оседали на его горящем лице. Дышать было практически невозможно, словно его легкие проткнули чем-то. К нему кто-то подбежал, что-то кричал, пытаясь проверить его пульс. Ибо не мог говорить, лишь слабо мычал и пытался поднять тяжелую голову, чтобы посмотреть где его жена. Наконец ему удалось приподняться и слегка вытянуть шею. Боль немедленно прострелила все тело, но он успел заметить машины скорой, суетящихся людей вокруг его покореженной машины и тело, лежащее возле нее, накрытое белой тканью. - Нет... – прошептал он, едва шевеля разбитыми в кровь губами – нет, Мэйли... Он снова провалился в забытье, лишь горячие капли текли по обмороженным щекам. Мэйли была мертва.

***

Следующие несколько месяцев в памяти всплывали образы врачей, слезы родителей, он изо дня в день слышал одни и те же фразы. «Он чудом остался жив» «Две недели в коме» «Бедный мальчик. Такой молодой и уже вдовец» Родители перевезли его в частную клинику, в которой он пролежал больше полугода. В той аварии, унесшей жизнь его жены, он получил многочисленные травмы головы, ног, спины, когда его тело было зажато словно в тисках холодного бездушного железа. Чтобы извлечь их из машины, спасателям пришлось вскрывать ее, извлекая истерзанные тела. Ибо, как оказалось, "повезло больше". Он учился заново шевелиться. Учился жить с тем, каким он стал. Но ни самовнушение, ни лечение, ни поддержка семьи, ничего не помогало. Он тысячу раз хотел умереть, ему хотелось опустить руки и чтобы все оставили его в покое. Жизнь потеряла для него весь смысл. Он винил себя в случившемся и по ночам плакал в подушку, воя от боли. С телесной болью он постепенно смирился, но вот душевная не стихала. Ибо из бурной истерики переходил на дикий гнев, на себя, на окружающих, затем затихал и не разговаривал ни с кем, уходя в глухую неосознанку. Его тело существовало словно отдельно от души. Ненависть ко всему бурно цвела в нем. Он не мог смириться, что так все произошло. Ведь это он должен был умереть, а не Мэйли. Он обрек своего ребенка на жизнь без матери. Ибо часто вспоминал ее лицо, улыбку, радость, которая светилась в любимых глазах при виде него, и каждый раз беззвучно кричал в подушку и умирал каждую ночь вместе с ней. Родители часто приходили к нему, но он лишь отворачивался от них, замыкался в себе. Ибо прятал слезы от родных, делая равнодушное и холодное лицо. Но его постоянно покрасневшие и опухшие от слез глаза не могли никого обмануть. Душа же его выла, криком кричала, моля о помощи. Но изо рта не доносилось ни звука. Ван Юй ни разу не решилась привести к нему его сына. Она не хотела, чтобы малыш увидел своего отца в таком состоянии. Женщина сидела днями напролет возле кровати Ибо и держала сына за руку. Но тот словно не обращал на нее внимания. Он без единой эмоции на лице тупо смотрел в потолок и Ван Юй постоянно плакала. Трагедия, которая случилась в их семье, подкосила всех. Они с Ван Цао, казалось, разом постарели лет на десять. Виски обоих еще больше покрылись сединой, изможденные и уставшие лица постоянно находились в напряжении. Переживания за сына выбивало их из колеи. - Ибо, посмотри же на меня, – просила женщина, ласково поглаживая его холодные пальцы – я же не враг тебе. - Оставьте меня все в покое. – Ибо отвернул голову в сторону, не решаясь взглянуть на мать. - Ибо, жизнь продолжается.. - тихо сказала женщина, но не успела она договорить, как Ибо холодно процедил. - Да? У кого она продолжается? У Мэйли? Или у меня? - закричал он, с силой сжимая в кулаках простыни. - Ибо.. -Что Ибо? – он развернул голову и наконец взглянул на постаревшую за эти месяцы мать – Посмотри на меня, мама..я..калека.. - Врачи говорят.. - произнесла женщина, но Ибо снова перебил ее. - Что? – насмешливо спросил он. – Что это временно? Ван Юй слабо кивнула и слезы градом потекли из ее глаз. - Ты даже сама не веришь в то, что говоришь, – сказал он горько и снова отвернулся. Ван Юй поднялась на ноги и покачнулась. Она громко всхлипнула и тихо вышла за дверь.

***

Еще через несколько недель Ибо наконец выписали из больницы. Ван Цао помог ему усесться в инвалидное кресло и покатил сына на выход из так опостылевшего ему медицинского учреждения. Ибо равнодушно смотрел прямо перед собой, полностью уйдя в свои невеселые мысли. Он понял, что смирение его единственный выход, чтобы не двинуться умом и не слететь с катушек окончательно. Поэтому Ибо принял себя таким, каким стал. Из-за полученной травмы в той смертельной аварии, он повредил позвоночник и теперь не мог ходить. Он практически не чувствовал ног от колена до пальцев, лишь легкое покалывание при прикосновении к бедрам слегка ощущалось им. Родители привезли его на съемную квартиру, где Ибо жил с семьей до аварии. Отец с трудом вкатил коляску в двери лифта, а потом и в саму квартиру. Ибо без интереса осмотрелся вокруг. Когда-то давно он был так счастлив здесь. Сердце кольнуло, а взгляд заволокло невыплаканными слезами. Ван Юй подошла к нему и стерла со щеки покатившуюся слезу. Она порывисто обняла сына и прижала его к своей груди. Его родители на семейном совете приняли решение, что проживание в этой квартире больше невозможно для него. И как бы Ибо не отнекивался, отец решил присмотреть ему жилье неподалеку от них с матерью. Ибо лишь смиренно кивнул, и Ван Цао развил бурную деятельность. Дом нашелся не сразу. Все то время пока он занимался поиском, переоборудованием дома для комфортного пребывания в нем человека с ограниченными возможностями, Ван Юй постоянно находилась рядом с сыном. Она привезла ему Шаня, и мальчик нерешительно смотрел на своего отца. Ибо, едва дыша, глядел на сына. За всеми этими трагическими событиями он и не понимал, как сильно соскучился по своему ребенку. Малыш медленно подошел к нему и маленькими ручками потрогал коляску. С непониманием Шань посмотрел на Ибо своими большими глазками. - Папа, а почему ты все время сидишь? Почему бабушка катает тебя? – малыш исследовал инвалидное кресло, а горло Ибо сжималось все сильнее. Он едва держал себя в руках, чтобы не разреветься и не напугать своей начинающейся истерикой сына. - Папа болеет, зайчик, – ласково потрепала внука по голове Ван Юй, видя, что ее Ибо не может и слова сказать. – Но он обязательно поправится, я точно знаю. - Правда? – малыш недоверчиво посмотрел на женщину, и она, еле сдерживая рвущиеся из груди рыдания, кивнула – Правда–правда. - Ура!!! – воскликнул малыш и наконец бросился к своему отцу. Ибо захватил сына в свои объятия и крепко прижал свое сокровище к груди. - Папа, – позвал Шань. - М? – Ибо посмотрел в глазки ребенка. - А где мамочка? – вопрос раздался словно выстрел. Ибо замер, а его руки, обнимающие сына, задрожали. - Она.. она.. - он постарался придать голосу уверенности – Сынок, мама..она превратилась в ангела.. – голос его сорвался. Ибо понимал, что ребенок должен знать, что Мэйли больше не будет в их жизни. - Она еще вернется к нам? – спросил малыш, с надеждой заглядывая ему в глаза. - Нет, мой хороший, не вернется..но она обязательно всегда будет в нашем сердце, вот здесь, – Ибо приложил руку к груди сына и погладил.

***

Спустя несколько месяцев Ибо перевезли в новый дом. Отец расстарался на славу. Особняк был довольно большой и просторный. Минимум мебели, чтобы ему было легко передвигаться на инвалидном кресле, все полочки, ящички, кухонная утварь, все находилось в легкой доступности для него. Ибо благодарно посмотрел на отца и тот сжал руку на плече сына. - За домом прекрасный сад и много дорожек, по которым ты сможешь спокойно передвигаться, – сказал Ван Цао. – И еще. Вот познакомься, – мужчина кивнул в сторону вошедших в гостиную людей. – Это мистер Робсон, он твой водитель и помощник по всем вопросам. Это Лора, она экономка и еще готовит очень вкусно, а это, Стейси – она гувернантка, поможет тебе на первое время с Шанем. - Мне не надо.. – начал Ибо, отрицательно мотнув головой, но отец решительно перебил его. - Еще как нужно. Ибо, послушай меня, - он говорил твердо – Это лишь на время, пока не встанешь на ноги. Не отказывайся от помощи, прошу тебя. Ибо скривился от этих слов. «Встанет он. Как же» В ответ лишь благодарно кивнул. Отец с мамой, пробыв с обживающимися мальчиками несколько дней, отбыли к себе домой, а дни для Ибо с Шанем потянулись размеренно и тускло. Ибо старался много времени уделять своему ребенку, но очень часто быстро уставал и заботы о Шане брала на себя Стейси. Ибо закрывался ото всех в своей комнате и погружался в меланхолию. Ничто не радовало. Он словно постепенно покрывался коркой льда, под которую с трудом удавалось пробиться кому-либо. Лежа в своей кровати, он удрученно смотрел на свои ноги, пытаясь пошевелить ими, хотя бы совсем чуть-чуть, но весь потея от бессмысленных усилий, бросал эту затею. У него не получалось. Его мать часто звонила ему, они с отцом старались приезжать. Но Ибо на контакт не шел. Только лишь на ребенка отзывалась его душа. Он старался окружить сына заботой вдвойне, выполняя функцию не только как отца, но и пытался заменить мать, которую его малыш потерял слишком рано. Шань постепенно стал все меньше говорить про нее, из его сердечка уходила боль от утраты, и малыш весело скакал по дому, нашел общий язык со своей няней. Ибо же все чаще замыкался в себе, стараясь не уходить в истерику, которая постоянно накатывала на него словно снежный ком. Он прекрасно понимал, что не справляется с эмоциями. Но держался как мог. Ради маленького человечка, который стал его отрадой в жизни. Прошло 2 года. Родители приехали на празднование дня рождения внука. Шаню сегодня исполнялось шесть лет и малыш находился в предвкушении праздничного ужина и подарков. Ибо сидел в своей комнате, погрузившись в чтение очередного дела. Он, чтобы окончательно не двинуться умом, занялся адвокатской практикой и отец давал ему небольшие дела, с которыми его сын справлялся просто блестяще. Ибо устало откинулся на своем инвалидном кресле и потер глаза. Он плохо спал ночью. Снова. Ему постоянно снились кошмары. Он просыпался посреди ночи, покрываясь холодным потом. Ван Юй обращалась к психологам, Ибо даже прошел курс однажды, но ничего не заглушало страшных воспоминаний. Хотя они с Шанем научились жить без нее. Но тоска накатывала, скручивала, убивала. И тогда он терял аппетит и сон. Вот и сейчас. Ибо тяжело было привыкать к жизни на коляске. Он первое время с трудом выполнял самые простые действия. Ему трудно было помыться, сходить в туалет, выйти на прогулку, но постепенно он привык, хотя ему было нелегко. Курсы реабилитации результата не дали. Врачи говорили, что у него есть все шансы встать на ноги. И что помимо физической травмы, на ноги мешает подняться психологическая. Ибо тряхнул головой, выходя из своих мыслей, услышав настойчивый стук в дверь. - Пап, – Шань заглянул к нему и ярко улыбнулся – там бабушка с дедом приехали. Ты идешь? - Иди сюда, чемпион. – подозвал Ибо сына. Мальчик быстро юркнул в отцовские объятия и Ибо потрепал его по отросшим волосам. - Давно мы тебя не стригли, львенок, – сказал мужчина, зарываясь пальцами в темные волосы сына. - Ну, паап.. - мальчик смущенно отстранился – я же уже не маленький. - Конечно-конечно, прости. – Ибо посмотрел в серьезные глазки сына, которые до боли напоминали глаза Мэйли, и спросил – Ну а поцеловать в честь дня рождения тебя хотя бы можно? Мальчик склонил голову, задумавшись, а потом кивнул. Ибо рассмеялся и быстро чмокнул ребенка в нос. - Пошли? – спросил он. - Пап, а можно мне катить твою коляску? – задал вопрос Шань и Ибо тут же смутился. - Хорошо. - кивнул он. Уже вечером, уложив счастливого мальчика в кровать, который обложился полученными подарками, Ибо с родителями собрались в гостиной и Ван Цао сказал. - Ибо, у меня есть к тебе разговор. - Что такое, отец? – спросил тот. - Мы с матерью подумали вот о чем, – он внимательно проследил за реакцией сына и продолжил – Тебе необходим личный помощник. - Что еще за помощник? – удивленно спросил Ибо. – Тебе не кажется, что их у меня вполне хватает? - Я тут подумал, что было бы неплохо кому-то постоянно помогать тебе справляться с бытовыми делами. Мы же видим как тебе трудно выполнять обычные действия, – и видя возмущение в глазах Ибо, Ван Цао быстро поднял руку – дай мне договорить. Тебе все равно трудно самостоятельно помыться, выйти на улицу и много чего еще, а личный помощник тебе бы во все помогал. Да и к тому же, мы найдем человека, который смог бы делать тебе еще и так необходимые массажи. - Отец.. - возмутился Ибо. - Прошу, не спорь со мной, – попросил его Ван Цао, строго глядя на сына – Тебе станет намного легче жить. Ибо, тебе совсем не нужно переживать. Я сам всем займусь. Ибо задумался и понял, что ему действительно стало бы немного легче справляться со всем. Но также ему не хотелось присутствия постороннего рядом. Он метался, не зная на что решиться. Но потом обреченно кивнул. - Хорошо, папа. - через силу выдавил он.

***

Ван Цао уже на следующий день направился в агентство по подбору персонала и разместил свой запрос о поиске подходящего человека. Он полностью описал свои требования и дал номер своего телефона, решив, что не станет отвлекать Ибо, пока ему не попадется достойный человек. И вот спустя несколько недель ему позвонили из агентства и сказали о том, что нашли подходящего ему человека. Ван Цао немедленно назначил встречу в своем офисе. Он сидел в кабинете, когда его секретарь доложил о прибытии к нему посетителя. Мужчина отложил свои дела и попросил принести две чашки кофе. Раздался стук и он разрешил войти. Посмотрев на подошедшего к его столу парня, он указал на стул и сказал. - Присаживайтесь. Меня зовут Ван Цао и я ищу для своего сына личного помощника, – не церемонясь, перешел к делу мужчина и протянул руку симпатичному пареньку, вид которого сразу же расположил к себе и тот, ярко улыбнувшись, пожал ее, говоря. - Меня зовут Сяо Чжань. И мне очень приятно познакомиться с вами. Надеюсь, что смогу подойти на эту работу.