Иллюзия Убога

***

После смерти брата Арина не так уж и часто стала улыбаться, но начала задуматься о том, какие люди попадаются у нее на пути, и всем ли ее знакомым можно верить так же. Как и себе. Но даже себе она иногда не верила. В ту ночь, когда Тесеев сцепился с ее старшим братом, она навсегда для себя поняла, что не все люди в этом мире будут чистыми душой и полными добряками. И когда они с отцом долго сидели в участке, Арина все время смотрела на Васю Тесеева, который во время допроса не снимал с лица тупую улыбку. Он вечно бормотал что-то про батю, который заплатит, но даже участковый знал, что его отец алкаш, да к тому же, уже три года работает чистильщиком бассейнов. А ведь еще месяц назад они спокойно сидели за одним столом, как ей казалось, большой и дружной семьей. И возможно, так все и было, если бы Тесеев не закинулся перед застольем пакетиком наркоты, которую ему толкал его тупой дружок. В гостях его плотно накрыло, а вместо человеческих лиц перед ним возникли мерзкие морды животных. Вася, было, сначала накинулся на Арину, но Митька — ее старший брат, вовремя перегородил ему путь. Тесеев кричал, бился в истерике, вонзая раз за разом в тело Мити кухонный нож. Отец пытался его остановить, но он был слишком слаб по сравнению с Тесеевым. Арина сглотнула. Всегда нелегко возвращаться в прошлое, но что-то в этом полицейском участке все-таки оставило приятное послевкусие. Когда участковый протянул им с отцом какие-то бумаги, по всему коридору раздался заразительный и звонкий смех. А через минуту, в кабинет затащили мальчишку. Арина тогда словно увидела луч света в кромешной тьме, который точно вытащит ее с этого болота удручения. Этого парня она давно знала — Дениска Виноделов, соседский хулиган и заводила, а также по совместительству ее одноклассник. Они уже встречались тут в прошлом году, когда Арина оформляла заявление на кражу ниток из кружка вязания, который тогда курировала. Денис в тот же день тоже отличился: свистнул виноградную самогонку у дедов, распотрошил леопардовую шубу матери, а потом бегал в этом наряде по полю, вот только пахари этот приятный жест не оценили и вызвали ментов. Какого же было удивление, когда в участок приволокли шестнадцатилетнего парня, полностью голого, замотанного в лоскуты искусственной шубы, да к тому же, еще и пьяного. «У его родителей просто железные нервы» — подумала Арина впервые, еще не догадываясь о том, что через год Денис останется без опеки. Отец его, как и у всех, уже давно ушел за хлебом и, судя по рассказам других, успел обзавестись другой семьей. А может, и не одной. После всех бед, которые им пришлось пережить — ребята неосознанно начали кучковаться, держать вместе. Ведь тревожиться в компании всяко лучше, чем в гордом одиночестве.

***

И вот, когда дверь отвалилась, перед ней стояли две девы, совершенно не похожие на тех, которых она встречала ранее. — О, новое мясо! — воскликнула та, чья длина волос едва доставала до мочек ушей. Она бесцеремонно кинула свою сумку на одну из свободных кроватей, неумело стаскивая с себя ботинки. — Я Паллада, а эта женщина-кошка, — она указала на подругу, — Артемия. «Какая встреча» — мысленно закатила глаза Арина, закусывая нижнюю губу. Старшая сестра Саши Делосова вальяжно села напротив Арины, словно зная, что они сегодня пересекались. — Не знала, что ты тоже сюда поступишь, — Арина разлеглась на кровати, нарочно скрипя пружинами. — Я и сама не рада, — отозвалась Артемия, устало проводя ладонью по лицу, — отец сказал, чтобы я следила за братом, потому что, — Артемия прочистила горло, пародируя отцовский гонор, — «Он без тебя, как лошадь без пятой ноги!». И вот теперь я тут, на филологическом курсе. Так бы всю жизнь сидела в нашей деревне и занималась любимым делом! — Кстати об этом, — Арина прочистила горло, — тут по общежитию слушок ходит, что ты хахаля своего убила! — Чего? А, ты про Бротислава? — Артемия прислонила кулак ко рту, злорадно посмеиваясь, — он сам в костер прыгнул! Не я же его подтолкнула, пить меньше надо. Да и не умер он, а увезли в ожоговое отделение! Она определенно отличалась от своего «солнечного» братца, которые не успел заселиться в общагу, как уже завел себе в любовники Гришку с третьего курса слесарного дела, о чем гласили фотографии в общей беседе. Саша вообще отличался ото всех учащихся — постоянно думал, что он снимается в очередном драматическом сериале от «Нетфликс», еще не догадываясь о том, что все смотрят за ним, как программу «В мире животных». Когда он проходил мимо, то не хватало только закадрового голоса Николая Дроздова, который вкрадчиво будет объяснять, почему этот бабуин застыл около гардероба, разглядывая неповторимого себя в зеркале. Несомненно, благодаря красивому личику он собирал вокруг себя целую толпу поклонников, которая закрывала глаза на все его косяки, в том числе и невероятный тупизм. Кто-то из его последователей даже дал ему кличку «Аполлон», но ему, скорее всего, подошло бы только погоняло «Кличко». Еще в пгт он возглавлял драматический кружок, куда Ариша часто приходила послушать его стихи собственного сочинения, и она, глядя на того белокурого и голубоглазого красавца, никогда бы не подумала, что он может рассылать девушкам свои половые органы и трахаться на подоконнике с третьекурсником. Всю ночь Арине спалось неспокойно: перед глазами вспыхивали цветные всполохи, какие-то голоса обсуждали новости, но из-за общего шума Арина не могла расслышать и буквы. Звук сирены загремел так громко и резко, что Арина вскочила с кровати и, запутавшись в рваном пододеяльнике, упала на пол. Паллада, устало свайпнув вправо на экране телефона, откинулась обратно — надо собираться к первой паре. В отличие от первокурсниц Артемии, Полины и Арины, Паллада уже перешла на третий, но все еще заводила будильник для подруги. Хлопнув мокрыми ладонями по лицу, Полина натянула джинсы и, расправив футболку с гранатовым принтом, осталась у двери, ожидая Аришу. Когда они вышли, первое, что заметила Арина — была кромешная тьма в общем коридоре. — А что со светом? — сощурившись, спросила она. — Забей. Это Леха Прометеев в мае все лампочки на этаже повыкручивал, да домой увез, — раздался над ухом почти грубый мужской голос. Обернувшись, Арина увидела парня среднего роста, весьма подкаченного и с короткой стрижкой, будто он пять минут назад дембельнулся. — Понятно… — протянула Арина, понимающе кивая, — он что, клептоман? — Нет! Просто бедный! Клептоман этот! — Артем махнул рукой на курящего парня, который стоя на подоконнике, выпускал никотиновую дымку в открытую форточку. — Гоша Крылатый. Он тут все подчищает, так что за карманами следите, если что! Он с факультета журналистики и рекламы, так что пока будет зубы вам заговаривать — обязательно стащит что-нибудь! — А ты с какого факультета? — поинтересовалась Полина. — Я с физкультурного фака, до второго курса дожил! — ударив себя в грудь кулаком, заявил парень, — Артем Воеводов звать меня! Хотите, провожу? Я как раз свою Богиню жду около столовки. Синхронно переглянувшись, Арина и Поля пожали плечами, невольно соглашаясь такой компании. Пружинистой походкой Артем шагал первым, показывая пальцем на различные блоки, попутно рассказывая, кто из них ему там денег должен, а кому он зубы выбил и в каком количестве. — Что у тебя вечно в кармане брынчит? — не выдержала Полина. — А? — удивился Артем, но поняв, в чем дело, засунул в карман руку, вытаскивая оттуда несколько пластиковых фигурок, — это мои талисманы! Мои лошади! Пламя, Шум, Блеск и Ужас! — он трепетно демонстрировал каждую игрушку девушкам, объясняя значение каждой. — Ясно, еще один псих, — шепнула Арина на ухо подруге, и они тихонько рассмеялись. Артем деловито показывал библиотеку, которое они в шутку называли «Царство», кафешку «Жрец», которая в элитном обществе городских обросла кличкой «Оракул», где иногда творилась всякая вакханалия, и, несомненно, столовую, где главенствовал Виктор Кроносов — главный повар, благодаря которому дети в колледже еще не подохли с голоду. Каждое утро он жарил котлеты с макаронами, выставляя все на прилавок. Когда Артем, наконец, добрел до белоснежных столов, стоящих вряд, к нему в объятья прилетела дама в белой блузке. Ее волосы были закручены в аккуратные локоны, а за девушкой волочился шлейф из яблочных духов. Все ее движения были настолько легкими и непринужденными, что казалось, девушка находится в невесомости. Страстно поцеловав своего возлюбленного, она покосилась на Полину и Аришу, и те, смущенно отсалютовав, прошли дальше. Пары пролетели очень сонно и сумбурно. Арина постоянно думала, как там справляется Денис на факультете кройки и шитья с Медузой Горгоновной. Списавшись с ним и Полиной, ребята договорились встретиться в коридоре около кабинетов журналистики. Заметив черный и недовольный силуэт, Арина сразу узнала в нем Костю, около него — Полина. А Денис? Она заметила его у двери, где его уже окружили первокурсники-флористы, расспрашивая парня о своем. Дионис уже был в особом почёте у садоводов, которые прислушивались к каждому совету этого опытного огородника. Кто-то из толпы даже назвал его «Изобильным», «Раскрывающимся и Цветущим». Арина часто видела, как он с детства помогал матери на огороде и в саду, выкапывал картошку в самое пекло, ухаживал за виноградной лозой, которая обтянула их дом почти целиком, весной и летом украшая собой весь двор. Но потом ее не стало, Дениса взяла под опеку бабушка, а отец ушел в другую семью. Но охи и вздохи девушек все время сбивали мысли с правильного пути, и та представляла, как ее новоиспеченная подруга Артемия, и раскидает всех в пух и прах.

***

Арина думала, что университет намного отличается от школы, но, увы и ах, тут были такие же недовольные лица, строгие и не очень преподаватели, но в принципе, жить было можно. Пары — скучные, совершенно ничего не происходит, никаких приключений. И даже поход в столовую уже не казался таким грандиозным: льготники ожидали свои порции за столиками, обычные смертные стояли в очереди за супом от Кроносова, а мажорики и приближенные к учительскому составу стояли в кафетерии, обсуждая какие-то важные дела за кусочком круассана со сгущенкой. А еще Денис втянулся в какую-то элитную тусовку городских, и их теперь часто приглашали в их «тайное место» около «Жреца». Не то, чтобы Арине было там не интересно, но все эти вычурные и эстетичные посиделки явно были ей не по душе. И она бы жила и дальше, не зная другой стороны медали, если бы однажды на паре к ним в кабинет не зашел Он. Молодой полицейский, сдвинув фуражку на затылок, осмотрел всю аудиторию, цепляя карими глазами каждого студента, словно подозревая в чем-то страшном. Ариша сглотнула, когда преподаватель взмахом руки прекратил гомон. — Вчера вечером, в «Жреце» был найден труп второкурсницы Светы Семеловой. Его твердый голос эхом прокатился по замершей аудитории, все учащиеся словно застыли, наблюдая за листком, который маячил в руках у полицейского. На нем было изображено еще счастливое, совсем живое лицо Светки. Она улыбалась, смотрела прямо в камеру своими двумя черными, как угольки глазами, а темные волосы были собраны в две аккуратные косы. Арина видела ее тогда, в ночь, когда Дионис пригласил ту в «Жреца», чтобы зазнакомить со своими новыми подружайками, да и Полина, наконец, смогла вытащить Костю из библиотеки. Пока все сидели и слушали завывания Сашки, Света крутилась около Захара Зевсова, ректора университета, который, несмотря на разницу в возрасте, отвечал на ее флирт, сверкал глазами и поправлял вылетевший темный локон. Все старшекурсники уже давно все про него знали: филантроп, нарцисс, красавчик, ловелас и изменщик. То, что он не умел держать свой член в кармашке, уже не было ни для кого секретом, и даже его жена, завкафедры журналистики Галина Герасимова, все знала о его похождениях со студентками и даже студентами. Никто не знал, на каких успокоительных она сидит и что принимает, чтобы спускать все измены мужа. Но, как оказалось потом, измены не были самым шокирующим явлением в жизни Захара и Галины. У него были дети на стороне, причем точное количество он даже сам запомнить не мог. Арину выдернул из мыслей говор полицейского, который начал проходить по рядам, раздавая листочки с формой заполнения: где был, что делал, во сколько вернулся в общагу. Пригладив густые усы, Прохор Вячеславович покосился на Арину, а та отвела взгляд на белый лист, в котором не знала, что и написать, ведь она была там в ту ночь, но ушла, даже не подозревая, что празднество продолжится в таком ключе. Безжизненное тело Светы обнаружила Глаша Очагова, та самая девчонка с белой карешкой, которую Арина и Денис встретили на остановке. Своим криком она прервала всю тусовку, заставляя всех, включая Зевсова выйти в коридор. Вроде только что она подходила к стойке, а вот она уже лежит на ступенях, в луже собственной крови. Тогда у всех началась такая паника, что все взгляды и подозрения упали на бедную Глашу. Она не особо страдала, говорят. Но Арина видела сейчас ее лицо, видела всех, кто шептался, указывая на бедную девочку. Если бы Арина осталась тогда, изменило бы это ход истории? Смогла бы вычислить убийцу? Подозреваемых было много: все, кто тогда находился на закрытой тусовке. А еще и Арина с Денисом, которые ушли раньше, но могли вернуться и убить Свету. Но зачем?