Следы сияющей столицы

Обычное, скучное и очередное утро. Единственным его разнообразием был завтрак или же письма, доклады от студентов Йенса Бекке. Возможно ему даже в радость были эти мороки или сверхурочные работы, так как самому снимать апартаменты на улице Таубенштрассе выходило излишне дорого. Обычное число студентов-философов 2-ого факультета в его институте было не таким уж и большим, если не считать того, что на его территории постоянно проживала группа таких же простых, слегка сумасшедших и чертовски свободных в манерах и мыслях, молодых людей, перед которыми почти все остальные пасовали. Среди них с некоторых пор был - Йозеф Гофмейстер состоявший в категории ученых Однако характер у него был сложным, что было и так понятно по его имени. Дело было в том, что Гофмейстер делал иногда такие заявления, от которых трудно было остаться равнодушным. Но самое большое, что возмущало Йенса было раздутое самомнение Гофмейстера. Говоря проще, Гофмейстер считал себя не просто преподавателем литературы, а самым настоящим гением. В своих суждениях о вещах, по его мнению, не было ни одного факта, который бы не был им изобретен, причем им самим. - Вы без постоянного напарника, дорогой Бекке, - с высокомерием говорил и повторяет при каждой встрече Гофмейстер, - поэтому ваши работы такие серые и нудные. Йенс только молча морщился. Немножко рисуясь перед ним, Гофмейстер каждый раз рассказывал какое-нибудь очередное достижение. На этих выходных господин Бекке привычно сидел в пабе и пил красное вино. Его мысли собирались в единую идею, которая должна была бы стать проектом ,но увы ! Бекке не мог придумать ничего оригинального, что могло бы заинтересовать его и его студентов. Лишь две мысли, нет, даже... три, полностью захватили его : оплата апартаментов, поиски помощника для университета и избавиться от Гофмейстера. «Избавиться...??? » - Но мысли эти исчезали после третьего глотка вина, и господин Бекке снова начинал думать о работе. Заплатив бармену за напиток, молчаливо вышел из заведения и угрюмо шел по улице. Возможно те мысли не покидали его,а возможно он собирался искать себе помощника с которыми будет делить жильё , но в результате Бекке так и не пришел ни к какому решению. « Когда ты найдёшь себе помощника и получишь за это деньги, тогда и будешь заботиться о его комфорте, а не о своих проблемах. Никакого помощника. Что за мысли! Я сегодня весь день думал о ничтожной денежной проблеме. Нет, не так. С помощью таких мыслей не можно чего угодно добиться. Теперь ясно, что надо работать в две смены и считать эту проблему несущественной. Так что лучше эту проблему полностью выкинуть из головы, чтобы... » - тут его прервали. Кто- то схватил его за плечо. - Прощу прощения... – начал было голос из– за спины. Но Бекке не обратил на него внимания. – Послушай... – продолжал он. – У меня есть одно замечательное предложение . Мы можем покончить с этой проблемой за два дня. И даже бесплатно. Вы меня слышите? – Голос затих, а сам Бекке подумал: « Интересно, как это он сможет отделаться от него за два дня?» Впрочем, ответ на этот вопрос он не получил , что заставило обернуться его на голос мужчины. К большому удивлению за спиной никто не стоял, только лишь ветер шуршал листвой. Интересно, с кем это он мог так свободно разговаривать? Ведь Бекке увидел там только стену. Он пожал плечами и отправился назад. В этот вечер он был сильно пьян, так что не обратил на это никакого внимания. В общем, в эту ночь он отлично спал. На следующий вечер после университета все повторилось. Да и, пожалуй, на следующий тоже. Постепенно, с грехом пополам, Бекке привык к внезапным посещениям таинственного незнакомца. И в этот вечер он с трудом решил остаться дома. За окнами шел дождь. И в какой– то момент Бекке вдруг понял, что на него смотрят. Он решил сначала, что ему показалось, но потом почувствовал на себе чей– то пристальный взгляд. Не вставая с дивана ,он продолжал сидеть и сверлить глазами стенку. Может быть, это просто было его воображение, но ему показалось, что он чувствует чье– то постороннее присутствие. Да и чей взгляд он не мог бы не ощутить, потому что до этого часа его даже не покидала уверенность, что здесь кто– то есть. Ощущение чужого взгляда было таким сильным, что Бекке ощутил страх. В конце концов он попытался поймать загадочного собеседника ,но решил, что просто сходит с ума. « Уже который день... » – подумал он. Но на самом деле ему не хотелось вставать с дивана. Он все глядел и глядел в стену, не чувствуя даже того, как на него навалилась тяжесть. Неизвестный стоял прямо напротив него, и Бекке совершенно не видел его лица. Тогда он решил встать, и заметил, что поднимается на ноги. Он подошел к окну, чтобы еще раз выглянуть во двор, но тут вдруг за его спиной раздался какой– то звук. Бекке вздрогнул и обернулся, надеясь, что увидит привидение. Но вместо приведения перед ним был силуэт; он посмотрел на него, вздрогнул еще раз, наконец до него дошел весь ужас происходящего, и Бекке бросился в спальню. Он понял, что у него галлюцинации – но было уже поздно. На секунду он замер, затем повалился на кровать и стал бить себя кулаками в грудь. Постепенно он успокоился и понял, что все это ему не снится , он хотел себя успокоить что слишком выпил сегодня... нет, все было не так. Так думать было нельзя – от таких мыслей можно сойти с ума. Но он уже не понимал, что ему думать, потому что не мог думать о чем– нибудь другом. Поэтому он решил поскорее заснуть, и стал кататься по кровати в безуспешной попытке избавиться от кошмара. А потом сон все– таки победил. Воскресным вечером Йенс ели- как проснулся, вчерашние события он забыть уж никак не мог. Было бы хуже, если бы с ним случилось такое в самом начале его безумия. Но теперь что было, то было, а главное, он решил не ходить в паб и не пить любимое вино. Через несколько часов он с головой уйдет в свою работу . Он встал с кровати и стал собираться. Выйдя на улицу и разгуливая городом , он не сразу понял что кошмар продолжается: его встретил сам Йозеф. Его лицо выражало праздничность и ликование. Йенс хотел было повернуться, но Йозеф уже устремился к нему и залопотал: – Эй, дружище! Как твое здоровье? Все хорошо? Рад тебя видеть! – и для верности похлопал его по плечу. Этого Йенс вынести не мог. Он резко вырвался из– под его руки и пошел в сторону паба. Сгорбившись, как– то неестественно сутулясь, не поднимая глаз, он брел по тротуару, пытаясь не обращать внимания на пристававшего к нему "напарника" . Йозеф, хихикая, бежал за ним следом. У Йенса промелькнула странная мысль: может, это и есть тот... шанас? Нет,нет,нет! Йенс вошел в паб и угрюмо сел. Так пару часов они пили и болтали о всякой чепухе. Перед тем, как уйти, Йозеф предложил Йенсу ещё выпить, но тот отказался. Ещё спустя пару бессмысленных реплик оба вышли и направились к дому Йенса. Хоть шли оба молчаливо,но мысли посещающие молодого юношу - тревожили. Они были какие– то навязчивые, и он старательно отгонял их. Наконец, на улице совсем стемнело. Над притихшим городом поднялся туман. Внезапно Йенс встал и взяв Йозефа за рукав, отвел его и шли в непонятном направлении. Факт того, что они пьяные и что шли они в сторону его дома, сам по себе говорил об удивительном стечении обстоятельств: совершенно пустой ночной переулок. Некоторое время они молча брели по утопающему в тумане переулку, потом вдруг Йозеф начал зевать. Йенс выпустил его рукав и спросил: - Как...ты испортил мне жизнь! - крикнул с непривычной яростью Йенс. Он просто схватил своего знакомого за плечи и прижал к стене. - Как ты мог!..! Как ты мог...?!.. Я!.. Йенс изо всех сил затряс Йозефа и ему показалось, что кошмар закончится. Но он и не начинался. Вдруг он почувствовал, как Йозеф перестал вырываться . Йенс похолодел. Он знал, что сейчас произойдёт, и отшатнулся, увидев глаза, огромные и совсем не пьяные. Слегка посиневшие губы Йенса едва заметно дрогнули. Йозеф вдруг заговорил: - Разве ты сам не виноват в том что жалок ? Ты всегда винил всех в своих проблемах, которые были созданы из-за твоей глупости и самообмана. Я давал тебе советы, а ты...ты воспринимал их как насмешки. Кто всё время отвергал мои меня? Кто? Это ты, Йенс. И так будет всегда. Не тешь себя иллюзиями, что всё изменится к лучшему. Всё только начинается. Но это твой путь, ты его выбрал. - с такими словами Гофмейстер ушёл, не дожидаясь ответа, и растворился в темноте. Йенс упал, прижавшись к стене, и чувствовал, как его сотрясает дрожь. С тех пор он даже не видел в университете Гофмейстера. Студенты часто говорили что это были припадки Бекке, другие поговаривали , что он сам и есть Гофмейстер, третьи говорили, что он болен . Но ни Йенс, ни студенты так и не узнали всей правды. На следующий день, когда он пришёл на занятия, ему сказали, что его работа по литературе 16 века в академическом журнале стала причиной того, что его временно отстранили от занятий.