Даже через порево можно нести разумное, доброе и вечное.

— Может мне это всё не нужно? Антон, я же пишу порно. В книге секса, больше чем сюжета. Это явно не нормально! — в очередной раз кричит Арсений и бьётся головой об стол. Он уже год не может дописать книгу, первая часть которой бомбанула. Его муж, Антон (уже) Попов поддерживал его и каждую такую истерику доказывал, что даже через порево можно нести разумное, доброе и вечное. — Арсюша, это пятый раз за эту неделю, к слову сегодня только среда. Ты же сам понимаешь, что пишешь прекрасно и то, что это порнуха в чистом виде, ничего не значит. Людям нравится, а значит ты всё делаешь правильно, дорогой. И я с тобой не согласен, там есть сюжет и он прекрасный, — вставая с кровати и подходя ближе к голубоглазому, говорит шатен. Руки его ложатся на шею старшего, начиная её разминать. — Ты не понимаешь, я просто не могу уже писать эту порнуху. Все так приелось, если раньше это приносило эмоции, то сейчас это просто стало работой на каждый день. Я не ощущаю ничего! — громко вздыхая, шепчет брюнет и откидывает голову на плечо мужу. — Что там тебе не хватает, пойдем исправлять. Так сказать, добавлю свой вклад в твою книгу, — усмехается Антон, разворачивает кресло так, чтобы мужчина смотрел на него, и садится сверху. Не оставляя ни секунды на размышление или отговорки, зеленоглазый с жадностью впивается в шею, начиная яростно ее кусать и зализывать особо сильные следы своих деяний. Не ожидавший такого, брюнет заливается громким стоном наслаждения, ведь младший напал именно на чувствительное место и он этот маленький чертёнок, перешедший уже на ключицы, знает это. Старший конечно тоже отставать не планирует, запускает руки под свою же футболку на теле парня и ведёт ими от рёбер до бёдер, которые в конечном итоге и сжимает. Вырвав этим первый стон зеленоглазого за этот вечер, но они оба знают, что не последний. Оторвавшись наконец от шеи голубоглазого, шатен слезает с него и начинает стягивать с себя штаны. Под ними, как и ожидалось, ничего нет и уловив, что хочет Попов младший, Арсений начинает стягивать свои штаны тоже. Спустив их до колен, мужчина касается руками своего члена и с вызовом смотрит на застывшего мужа. На том лишь футболка, но и она не способна прикрыть все его прелести, а это и не нужно, по крайней мере сейчас. Хотя и в другое время, мужчина не отказался бы видеть своего мальчика в одной лишь футболке. Наконец прекратив играть в гляделки, брюнет манит младшего пальцами одной руки, а другой распределяет по члену смазку, которую успел забрать со стола, пока младший залип на него, ну или на его достоинство. Сколько бы не смотрел, всё равно восхищается. Сейчас по всей комнате разносится шоколадный аромат, и это ещё больше возбуждает обоих, хотя на самом деле больше уже только в космос. Увидев жест от мужа, шатен незамедлительно подходит ближе и закидывает обе ноги на стул, но к члену мужчины пока что даже не прикасается. Лишь целует его нежно, оттягивает губы своими и позволяет проделывать тоже самое. Сейчас важен не сам секс, сейчас важно показать Арсу те эмоции и чувства, которые будут и которые есть. Сейчас хочется не жёсткого траха, а нежного и медленного занятия любовью. Но брюнет не железный, поэтому спустя три минуты одних лишь поцелуев, он опускает бедра Попова младшего и подставляет свой член, к ещё раскрытой после утреннего «кофе» дырочке. Ощутив, как горячая головка упирается меж ног, не выдерживает и сам шатен. Он сильнее поддается бёдрами вниз и насаживается на половину, утопая в собственных стонах и наслаждении. Руки старшего всё ещё на его бёдрах, сжимают их, но дальше не двигаются, он знает, что Антону нужно привыкнуть. Поэтому только после долгих двух минут, и только лишь с тихой мольбы в самое ухо, голубоглазый насаживает до конца. Поза сейчас не самая удачная, в ней быстро не двигаться не получится, но это и неважно, ведь сейчас на первом месте комфорт и эмоции. А это, можно получить и без быстрых толчков, даже наоборот, тут подойдёт совсем медленные и аккуратные действия. Антон впивается в губы брюнета поцелуем и делает первый бёдрами, позволяя члену старшего выйти из него совсем на чуть-чуть и тут же насаживает обратно задевая простату. Громкий стон обоих тонет в поцелуе, а глаза шатена наполняются слезами, которые он уже не в состоянии контролировать. Двигаться часто становится всё сложнее и сложнее, ноги у зеленоглазого устают, но прекращать сейчас совсем не хочется. Скорее наоборот, хочется сильнее и чаще. Уловив то что младший совсем выдохся, мужчина берёт всё в свои руки буквально. Приподнимая Антона над собой, голубоглазый почти выходит из него, оставляя лишь головку, но шатен даже возмутиться не успевает, ведь в ту же секунду старший вскидывает бедра вверх и входит снова до конца, задевая простату. Новые стоны заполняют квартиру, брюнет двигается часто и сильно, с каждым толчком задевая простату и немного задерживаясь на ней. Попов младший стонет ещё сильнее, но тут уже старший затыкает его ещё одним поцелуем. Соседи явно будут косо на них посматривать следующую неделю, хотя может и больше, ведь они до сих пор косятся в их сторону, когда встречаются в подъезде, а с прошлого особо громкого раза прошёл уже месяц. Тогда они знатно устали и поломали новый стол, пришлось покупать новый, но прочнее. Антону тогда очень хотелось сказать продавцам, что прошлый стол проверку на прочность не вынес, но Попов убедил его этого не делать. И правильно, а то и в Икее на них странно смотрели бы. Шлепки и хлюпанья доносятся до ушей парней, и это ещё больше усугубляло ситуацию. Сейчас кончить хотелось до дрожи в ногах, а она, как раз была и доставляла дискомфорт. Но даже он терялся на фоне удовольствия и эмоций, которые одолевали молодожёнов. Кончить хотелось очень, сдерживаться сил уже не было, поэтому на особо сильном толчке не выдерживает Антон и сжимаясь, кончает так и не притронувшись к своему члену. Брюнет, ощутив, как сжимают его горячие стеночки, и как громко стонет младший, не выдерживает и кончает следом, прямо в мужа. Голова Попова старшего падает на плечо парня, а сам он пытается отдышаться от бурного оргазма. Силы его покинули, но вдохновение пришло, поэтому ещё не много посидев, он поворачивается к столу и начинает печатать текст. Шатен, так и остаётся сидеть на нем сверху, он кажется даже уснул. Но уснул явно очень счастливым.