Почему бы и нет.

Ложка нарочито медленно обводит ободок кружки, помешивая мерзкий остывший чай. Потускневшие серые глаза расфокусированно уставились куда-то в стену. Где-то на заднем фоне раздаётся тихое тиканье часов. Каждый тик отбойником ударяет по и так шатким нервам. Пальцы, до этого сжимающие ложку, выпустили ту из рук, разбрызгав капли. Но даже так, девушка не шелохнулась. Все её мысли были заняты лишь одним. Совершила ли она ошибку или оставила себе мнимое ощущение свободы? Минула неделя с их ссоры. За всё это время они так и не пересеклись. Что Хелен избегала пикового, что восьмой не желал попадаться на глаза. А если стычки и случались, двенадцатая прятала глаза в пол, восьмой же натягивал свою привычную маску безразличия. В сокрытии истинных эмоций ему очно нет равных... По итогу, казалось, все уже заметили напряжённую атмосферу между этими двумя, только, никто из них не желал посвящать хоть кого-то в подробности. Пик попросту не обязан оправдываться перед кем-то, да и не их это дело. Но не в случае с Хелен, которая хорошо общалась практически со всеми, поэтому пришлось посмотреть. И сколько бы Феликс не пытался выпытать хоть что-то у любимой дамы, ответом был короткий кивок и фальшивая улыбка с обыденной фразой: "Всё в порядке" Она не собирается отыгрывать жертву, но и терять свой образ не хочется. У неё уже в печёнках эти слезливые глазки и сладкие фразы о поддержке. Где был хоть кто-то из них, когда ей правда было плохо? Ну, уж нет. Уже слишком поздно играть в любящую "семью". У неё нет на это времени. Со всем навалившимся, девушка с головой ушла в работу, игнорируя всех остальных. Да и начальство, в последнее время, недовольно её мрачным видом и "витанием в облаках". Подруги даже забеспокоились, предлагая выпросить несколько дней на отдых. Впрочем, идея развеяться звучала не так плохо, если бы в те мгновения её не накрывали мысли о стыде и совести, которая так и тянулась своими холодными пальцами. Чтобы сковать её тонкую шейку до хруста, заставляя задыхаться от собственной лжи и трусости. До холодного пота и лихорадки. Глупо было бы не упомянуть, о потере сна с таким-то темпом жизни. Теперь её личико не выглядело таким уж миловидным. Щёки осунулись, кожа приобрела более бледный нездоровый оттенок, а под глазами пролегли мешки. Тело частенько начинало бросать в дрожь, а ещё девушка заметила, что начинает зябнуть всё чаще. Поэтому изящные вязанные кардиганы сменились на толстые свитера, которые она пыталась сочетать с одеждой. Всё же, сама по себе беловолосая была модницей и отступать от собственных устоев - не собиралась. Белая коса так же неизменно осталась при ней и покоилась на плече. Пускай на почве стресса волосы слегка поредели и утратили свой блеск и невероятную мягкость... Ничего. Она как-нибудь справиться... Так же, как и с замыленным зрением и белым шумом в ушах, ставшими очередными проблемами. Но, наверное, хуже всего перечисленного являлся один приставучий клон, который до сих пор носится с ней, как курица с яйцом. Не трудно догадаться про кого именно шла речь. Особенное место занял никто иной, как - Куромаку, вызывающий головную боль одним своим присутствием. Даже не успел открыть рот, а у неё уже чешутся руки запустить в него книгу, как он нередко делал в моменты вспыхнувшего раздражения. Хелен ума приложить не могла, чем вызвана такая гипер опека со стороны серого кардинала, что словно нянька пытался её поучать, задалбывая нравоучениями. К остальным он был более снисходителен и не так душен. Иногда даже возникало желание стравить его со всеми известной безбашенной Николь. Жаль только, что бубновая покинула их ещё год назад, отправившись грызть гранит науки на любимом химфаке. Впрочем, вернёмся к Куромаку. Только ступив на кухню, белобрысая пересеклась с представителем чёрной масти. - Приветствую Хелен Серьёзный взгляд серого кардинала окинул угрюмую девушку заваривающую чай. - И тебе не хворать, - раздражённо буркнула та, выкидывая мокрый пакетик в мусор. Маска святоши затрещала по швам, правда дела до этого не было. Скорее, все её мысли были заполнены лишь ненавистью к мужчине напротив, вызванная усталостью и проблемами с нервами. Да и совесть неумолимо грызла душу перед пиковым, который никак не хотел уходить из головы. Это и причиняло ей такие невыносимы страдания, вынуждая реагировать агрессивно. Наверное, "ромашковый чайок" был бы кстати... Поправив очки, Куромаку коротко хмыкнул. Ни на секунду не задумываясь, тот отложил бумаги в сторону, снова обращаясь к червонной. - Долго собираетесь так шарахаться друг от друга или наконец сядете и поговорите? Казалось, будто он читает её как открытую книгу, что только добавляло масла в огонь. Сложив руки на груди, "Курилка" откинулся на спинку стула. Прозвище приелось из-за Вару, вызывая мимолётную улыбку в уме, правда дама поторопилась сосредоточиться. - Тебе то какое дело? - уже не пытаясь казаться миленькой, девушка резко повернулась к королю, - Может уткнёшься в свои бумажки и не будешь лезть в чужие дела? - огрызнулась та и с громким стуком опустила чашку на стол. Как-то утомлённо вздохнув, трефовый совершенно спокойно продолжил. - Послушай, Хелен. Не знаю, что у вас с Пиком произошло, но так продолжаться больше не может. Мы все переживаем за тебя.. - спешно поправил, - За вас обоих, - нехотя добавил второй, поджимая губы, - Если тебе будет легче, то ты можешь поговорить об этом со мной. Не для кого не секрет какие отношения между Куро и Пиком. Врагами их точно не назвать, но и приятелями - язык не повернётся. Это тёмное болото из прошлого, разбираться в котором никто не желал. Сдерживая едкий смешок, "Святоша" небрежно заправила растрёпанную чёлку назад. - Издеваешься? - на физиономии отразились искрение эмоции, терпение было на пределе, словно курок который будет вот вот спущен. Меньше всего ей хотелось бы выслушивать поучения от него. - Я. Просто хочу по- - Помочь?! - речь была прервана взорвавшейся Хелен. Эта реплика стала последней каплей. - Я весь такой серьезный и умный. Знаю о том как жить лучше всех! Хелен, почему ты не вовремя? Хелен, почему не сообщила заранее? Ты можешь посоветоваться со мной, я помогу! - коверкая голос, дева с особым наслаждением пародировала трефового, сбрасывая на него всю свою язвительность и накопившуюся пустую ярость. Голос срывался с отвратительного писка на вымученный бас, режущий уши. Тирада лилась пару минут, дополняемая её претензиями и тем, что так давно хотелось высказать в лицо. Благо на маты она поскупилась. К концу девушка окончательно выдохлась, ощущая сухость во рту. Набрав в лёгкие побольше воздуха, как ни в чём не бывало, двенадцатая уселась напротив. Взмах ресниц и губы сами растянулись в едкой улыбке, - Похоже? - опустив подбородок на сложенные в замок руки, та с заметной издёвкой поинтересовалась мнением "собеседника". После данной воли эмоциям стало намного лучше. Светло-серые радужки скользнули по каменному лицу, дожидаясь увидеть соответствующую реакцию. Но вопреки ожиданиям, всё сложилось в точности, да наоборот. Второй лишь снял очки и, с привычной безмятежностью, принялся протирать линзы, прежде чем поднять свой спокойный взгляд на собеседницу. - Хорошо. Помимо этого, тебя ещё что-то беспокоит? Слегка оторопев, брови свелись к переносице, а взгляд уткнулся в стол. Не такой реакции ожидала червонная. Было бы легче, закричи он на неё, но к сожалению, такой вольности он ей не дал. От такого исхода, стало только хуже, теперь она выглядела маленьким капризным ребёнком в глазах старшего трефа. -... Ты собрался провести мне сеанс психотерапии? - с лёгким пренебрежением выдавила двенадцатая, понурив взгляд. И как только она докатилась до такого? - Как хочешь. Я тебя не держу. Ты в праве уйти прямо сейчас и продолжать выплёскивать свою злость на всех вокруг, - пожав плечами, Куромаку надел очки и безмятежно посмотрел на девушку, - Но, как вижу, ты всё ещё здесь Вздохнув, Хелен подняла глаза на собеседника, резко дёрнув руками. - К чёрту.

***

Знакомый кабинет в приглушённых холодных оттенках. Типичный деревянный стол с кипой бумаг. Две аккуратно заправленные кровати, расположенные у противоположно друг другу у стены. Излюбленный стул "Серого Кардинала", на котором тот восседает, не закрывая своего рта во время поучений о "правильной жизни". И, конечно же, так ненавистное кресло в котором Хелен коротает свою "пытку" в виде одного и тоже, только в разной трактовке. Если она не ошибается, то прибывает здесь уже пятый раз. Сидя напротив трефового, дама нервно потирает покрасневшие, от столь жёстких заламываний, пальцы. В его кабинете и по совместительству комнате, было до тошноты неуютно и противно. Та по инерции чувствовала, словно удостоиться чести по новой выслушивать тирады бессмысленной болтовни и однообразной чуши, которая у неё уже в печёнках. Пока второй всё же не соизволил начать, обращая на себя её рассредоточенное внимание. - Итак, что же между вами в итоге произошло? - сложив пальцы домиком, второй удобно расположился в кожаном кресле, сосредоточенно взирая на девушку, через свои излюбленные очки. "Началось..." - скривившись от столь идиотской ситуации, белая ёрзает на стуле, стараясь унять свою неприязнь к происходящему. - Что тут объяснять? Я просто высказала ему в лицо, что знаю о его неприязни ко мне Выпалила "пациентка", скрестив на груди руки. Зубы нервно прикусили щёку изнутри, зажав до первой боли. Ясно как день, что такое её вовсе не волнует, и не такое выслушивала. Да и в самом деле, не могла же она прямо высказать свою историю про отношения с мудаком, запоем и быстрым трахом с какими-то типами из баров, чтобы забыться и покинуть этот мир, хотя бы на мгновение. Ей впервые было стыдно за то, как она никчёмно коротает свою жизнь, проживая её как последняя потаскуха. Но хуже было то, что она втянула в это пикового, которого совершенно не планировала видеть в своей постели. И ведь всё равно пошла на поводу похоти... - Всё слишком сложно... - сдавленно промямлила Хелен, дёрнув кончиком носа, - Мне уже кажется, что это была идиотская идея... - Разве? - поправив очки, тот опустил взгляд на блокнот, - Если ты будешь врать, я не смогу помочь, - констатировал факт парень, прокручивая грифельный карандаш меж пальцев. Цыкнув, белобрысая свела брови к переносице и скрестила руки, откидываясь на спинку стула. - Ладно. Мы поссорились не только по этому поводу... Была ещё одна причина, из-за которой я не хочу с ним общаться... - собираясь с мыслями, девушка обводит комнату напряжённым взглядом, перед тем как продолжить, - Убери свой блокнот и карандаш в сторону. Всё, что будет сказано в этой комнате - останется здесь. Между нами. Если кому-нибудь скажешь, я буду всё отрицать. Импровизированный "психолог" послушно выполнил просьбу, приготовившись слушать. Тяжело вздохнув, Хелен прикрыла глаза в попытке сосредоточиться и погрузиться в собственные мысли, чтобы понять с чего брать начало. - Так... Думаю всё началось с того, как Фёдор выпустил нас в реальный мир...

***

Выходя из кабинета, у девушки оставалось мерзкое послевкусие. Может и зря она вообще затеяла всё это? Сама же всегда недолюбливала этого зануду, а по итогу ему душу и излила... Странное ощущение тревожности накатывало всё сильнее, вместе с размышлениями обо всей этой беседе. Она не раскрыла своих грязных грешков на счёт быстрых перепихонов и алкоголизма, так же в копилочку секретов попала история близости с пиковым. В оправдание пошла версия на счёт сдавших нервов и страдания от прошлых отношений. По сути и не ложь вовсе. Ведь так? Смотря на истинную ситуацию и картину в целом, белобрысой хочется ударить себя по лицу. Она поступила так глупо, выгнав Пика из своей комнаты, не дав даже прийти в себя. Она перегнула палку и искать жалкие оправдания - бесполезно. Сама бы сложила бы панику, если бы с её чувствами обошлись так грубо. Хоть Пик и хладнокровен снаружи, он же такой человек, в данном случае клон, как и все. И вполне имеет права на чувства. Ей попросту стало страшно, но чувство вины никуда не пропало. К сожалению, как бы она не пыталась забыться в плотских утехах, сбегая от истиной проблемы, кровоточащая рана не заживёт, если основательно не заниматься лечением. Оставшиеся рубцы будут уродливым шрамом напоминать о прошлом и жутко болеть. Хочет ли она подобного королю пиковой масти? Ответ - определённо нет... А вот другой вопрос. Готова ли она найти утешение в восьмом, используя его мимолётную симпатию?... От всего этого комка бессвязных мыслей и запутанных чувствах, появилось желание смотаться до ближайшего бара и выпустить накопившийся стресс. "И снова почувствовать себя дешёвкой?" - насмешливый голосок подсознания, ядовито нашёптывал правдивые гадости. Хелен только шумно вздохнула, прикусив кончик языка. Даже, если и так, это единственный способ снова получить избавление от своих кошмаров. Раньше же ей это помогало. С этого её зависимость и началась... Распахнув дверцу шумного заведения, дама глазами подбирала подходящий вариант. Больше пары напитков, она не возьмёт. Сегодня в её планах объездить симпатичного парнишку, выжав всё до последней капли. Но сидя за стойкой, почему-то радужки равнодушно скользили по лицам, которые тут же расплывались в густые мазки краски. Никто не привлекал взгляд, а может, она давно определилась и сама выискивала лишь одного человека, или в данном случае клона. Кого-то с карими глазами, похожими на горький шоколад, который она иногда грызёт в отсутствие вдохновения... Из раздумий вывел звон гранённого стакана, поставленным официантом, вскоре занявшимся другим заказом. Указательный палец скользнул мягкой подушечкой по прохладному стеклу, оставляя за собой мутный след. Всё равно исчезнет, как и её любовь и уважение к себе... - Могу угостить очаровательную даму? Сбоку предстала фигура юноши. Не соизволив взглянуть в лицо очередного "любовника", белая кивнула, залпом осушив стакан. Плевать кто это, они больше не увидятся. Хотя где-то глубоко внутри, сердце сжалось от осознания неправильности происходящего.

***

Ступив за порог номера, чужие губы прижались к шее, скользя ниже. Ладони обхватили талию, изучая достоинства фигуры. Пальцы сжали бедро, сминая мягкую плоть, двинулись выше. Подминая губы в кривую линию, Хелен затрясло. Никак не получалось настроиться. Руки сжались на плечах. Сердце забилось с новой силой. Перед глазами всплывал лишь один человек, знакомый с самого создания. Грубые черты лица. Холодный угрюмый взгляд, вызывающий табун мурашек. Распаляющий жар, одним лишь задумчивым поджатием губ или самом очаровательным низким баритоном. Узнаваемый запах хвои на спутанных прядях, въевшийся в память.. Из мыслей выводит лёгкий прикус и брошенная вскользь сальная пошлость. Ладонь по-хозяйски схватилась за ягодицу, вынуждая вздрогнуть. Тошнота подступила к горлу. Что же она делает? Нет... Нет! Не с ним! Остатки разума забили тревогу, приводя в чувства. - Стой. Перестань! Оттолкнув парня, Хелен как ошпаренная отшатнулась назад, тяжело задышав, - Я так не могу. Глаза растерянно забегали по комнатушке. Маленький номерок дешёвого мотеля, специально для таких мимолётных интимных встреч. "Прекрасное местечко", чтобы прочувствовать себя истинной ничего нестоящей потаскушкой... - Серьёзно? - возмущенный вздох раздражённо слетел с уст мужчины. - Я уже и так нормально потратился, а ты "не можешь"? - ступив ближе, тот потянулся к червоной, схватив за запястье. - Если дело в цене, то я заплачу. Только не строй из себя недотрогу и не ломайся Вздрогнув, Хелен замотала головой, постепенно осознавая реальность. Он сейчас ей предлагал деньги за ночь?... - Нет. Дело не в... - запнувшись, дама поторопилась взять себя в руки, голос стал серьёзнее - Я сказала: не хочу. Отпусти! - Да чтоб тебя... - выругавшись, шатен опрокинул Хелен на кровать. По искажённой в раздражении физиономии, читалась его решительность довести дело до конца. Вот тут холодок пробежал по спине. - П-погоди! Отстань! - скрип матраса под тяжестью тел, эхом отразился в комнате. Голосок дал слабину. Тело словно парализовало от страха. - Будешь рыпаться - врежу. Поняла? - не медля и секунды, мужчина схватился за юбку, задирая выше и оголяя округлые нежные бёдра. Пухлые губки растянулись в прямую линию на данное заявление. Ресницы ошарашенно встрепенулись. К вискам прилила кровь, от чего голова стала чугунной. Глаза лихорадочно забегали по спальне. По мере скольжения чужих пальцев по ляжке вверх, в сторону белья, белую сильнее трясло. Всё происходило как в замедленной съёмке. Мозг в какой-то момент попросту отключился. Она и не запомнила, как влетела коленом в нос насильника. Измученный вой. Матерная брань. Открытая сумка. Перцовый баллончик возле глаз разъярённого мудака с разбитым носом. Горячие капли крови окрапившие икру и белые простыни. Поросячий визг, перемешанный с рёвом и обещаниями мучительной смерти. В ярости, озверевший мужик со всей дури влепил по её плечу. Не успев пискнуть, Хелен отлетела на пол, больно ударившись боком об край тумбы. Подавив стон, та схватила сумку и поспешила унести ноги куда подальше отсюда.

***

Белая бежала домой, пролетая лестничные пролёты. Её лихорадило. Лёгкие раздирало в клочья, выдавливая рваные хрипы. Каждый глоток воздуха сопровождался адской болью в саднящем горле. Ещё чуть-чуть и она грохнется, то ли в обморок, то ли запнётся об собственную ногу. В любом из исходов ей суждено покатиться вниз. Вопреки прогнозам, растрёпанная бестия влетела в квартиру и, захлопнув дверь, скатилась по стенке вниз. Перед глазами вновь и вновь всплывала одна и та же картина. Она знала риски таких "знакомств", но обычно, ей везло на адекватов, которых она сразу же кидала после ночи. С ней могло приключиться что угодно. Страшно подумать о вариациях, не окажись в её сумочке перцовка. Трясущейся рукой загребая спутанную копну белёсой шевелюры, послышался нервный хик. С глаз брызнули слёзы. Сдавленный скулёж, слетел с искусанных губ. Страшно. Как же ей было страшно! В следующее мгновение хрупкая фигурка сжалась в комок, уходя в тихий вой. Липкий ужас сковал в мёртвой хватке своих, леденящих душу, объятьях. Удивительно, как никто не выглянул проведать пришедшую. Видимо, она пришла слишком рано и большинство домочадцев ещё не вернулось. А быть может, никому не было дела до двенадцатой и её "надуманных" проблем. Ну, что может быть не так у такой очаровательной и всеми любимой Хелен? Ворот свитера душил, не давая в полной мере надышаться. Оттянув, ногти впились в кожу на шее. Расцарапывая с какой-то больной фанатичностью до красных полос и сыпи. До сих пор ощущалась мерзость чужих поцелуев. Не осознавая ущерба, та вновь и вновь елозила пластинами по измученной подранной плоти. А ведь всего пару минут назад её шея могла похвастаться своей притягательной бледностью и бархатистостью. Рассудок окончательно погрузился в пучину отчаянья, не давая осознавать собственных действий. Пустой взгляд уткнулся в пустоту. Любой звук, помимо белого шума, ушёл на последний план. Застрявший в горле ком сдавливал и без того пострадавшее горло. Всё более громкие хрипы рвались наружу, вместе со всеми чувствами и эмоциями, которые она подавляла такое долгое время. Безумие накрывало волной тьмы не давая вернуться в реальность. Любая боль притупилась под давкой собственной вины. Мир вокруг схлопнулся, утаскивая её в собственные кошмары прошлого и настоящего. Под ногти забился тонкий слой эпидермиса. Жжение раздражённой ткани осталось без внимания, как и проступавшая кровь, которая так же оказалась размазана подушечками пальцев. Остановиться ли она когда заместо кожи останется лишь кровавое месиво? - Ен... Элен... Хелен! - кто-то с силой сдавил плечи, хорошенько встряхнув, - Приди в себя, дура! - резким рывком, белобрысую поставили на ноги. Запястье с силой сдавили, отодрав от разодранной шеи. Всё в миг стихло: и мерзкий шёпот, и звон в висках, даже собственные задыхающийся хрипы. Осознание реальности постепенно возвращалось в норму. Взгляд не сразу смог сфокусироваться на своём спасителе. Веер белоснежных ресниц сделал первые хлопки, смазывая туманную пелену. Постепенно приходя в чувства, замыленный от слез, взгляд скользнул по темной ткани знакомого свитера. Отблеск жёлтой склеры вызвал тихий всхлип. Неаккуратная чёлка заставила сердце больно сжаться. Шмыгнув носом, дрожащий голосок сипло выдавил слова: - Я отвратительна... - пальчики нервно сжали собственный рукав - Прости! Тогда я... - крупные капли задрожали на раскрасневщихся щеках - Я не хотела этого... Червонная пыталась собрать мысли в кучу, путаясь в словах и мыслях. Хотелось столько всего сказать, раскаяться, объясниться, а главное извиниться. Но новая порция истерики испортила все её планы. Грудная клетка шла ходуном, мешая вымолвить хоть что-то. Вечно хмурые брови на мгновение приподнялись. Хватка ослабла, выпуская тонкую конечность из хватки. Пик с долей изумления смотрел на заппуганную двенадцатую и её бессвязный монолог. Он давно простил её за ту выходку. Патлатый не нежный мальчишка, чтобы обижаться на подобное. К тому же, в ходе этих нескольких дней, у него было время порассуждать на счёт его признания. Оно действительно было несколько резким и неожиданным... В планах восьмого было переговорить с объектом симпатии чуть позже, чтобы дать время подумать над всем этим на трезвую голову. - Хей - легонько хлопнув по хрупкому плечу, лидер несколько стушевался. Успокаивать кого-то ему ещё не доводилось - Тише, Хел. Давай потом. Сначала успокойся. Впервые, патлатый неуверенно обхватил талию "Святоши", заключая ту в осторожные объятья, словно боялся сломать. Он обязательно расспросит её обо всём, но не здесь. Сейчас его нос несмело уткнулся в растрёпанную макушку, вдыхая так полюбившийся ему запах клубники. - Всё будет хорошо...