Хочешь, докажу?

Погожий осенний денёк. Заходящее солнце играет тенями собравшихся на лужайке людей, ласковый ветерок колышет траву и листья деревьев. В контраст спокойствию природы, по всему парку раздаётся роковая музыка. Немало популярный трек "Ты будешь гореть в аду" разлетался во все стороны, при чем пел его не просто кто-то, а сам автор песни — Тим Эрна, когда его голосу вторило два десятка Икстеров, заражая своей атмосферой всё, что было в радиусе километра: уже почти 6 часов Сокольники атаковал Х-пикник с самыми рьяными фанатами группы. Не считая Тима, тут собрались и многие небезысвестные Икстеры: Копикэт на пару с Жабиком в Прозерпиновой футболке, на которую охотилась Глюк, на пару с Копикэтом, Зефир с Зерошкой, честно старающиеся скрыть свою любовь, а также компания "Пенсионеров", в числе Хэл с Рифмоплеткой, Фокс с ключами от подвала, Дани и Лисички с **ем наперевес. И, конечно, тут была и генерал всей этой толпы — Полина. Пока певец отвлекся от гитары промочить горло, пара фанатов подскочила к нему с разными вопросами, на которые Артём с радостью отвечал. Конечно, среди этой "пары" обнаружилась и Полина. Поприветствов музыканта что-то затевающей улыбочкой, она сразу получила ответ: — Мой Бог, мы так давно не говорили.. - пропел Тим и улыбнулся, полностью переключая внимание на девушку. — О нет, Артём Олегович, только не надо общаться со мной строками из песен, - наигранно-обиженно протянула Полина и присела рядом с ним. — А то что? - к веселью в глазах примешалась шутливая наглость. — А то напишу фанфик, где ты будешь только так и говорить, - самодовольно ухмыльнувшись, отбила нападку она. — Мой Бог, только не это, прошу-у-у-у Вас, — не выдержав, рассмеялся заразительным заливистым смехом Тим, а за ним и Поля. — Вот меньше надо так делать, я, может, ещё и подумаю. А может и не подумаю... Оставлю тебя терзаться в догадках, что же в моих заметках сейчас. — Артём Олегович изобразил обиду до глубины души и отвернулся к гитаре: — Ну хоть она меня любит... — почти выдавив слезу, театрально прошептал он. — Ну всё, вот и напишу фанфик, где в главном пейринге будет стоять "Тим Эрна и гитара". Даже название прямо сейчас оглашу, ради тебя: "Роман Лес Паулос на улицах Москвы"... — продолжить девушке не дала бутылка воды (благо закрытая), пролетевшая мимо неё в соседнее дерево. — А-а-а, убива-а-а-ают, спаси-и-и-и-ите, — воззвала она, подняв руки и убегая от певца куда подальше в толпу Икстеров, которые за своего капитана встали стеной. И только Эникс проводил её равнодушным взглядом, а затем обернулся к музыканту. — Вот ты, значит, какой. Прямо при мне! С гитарой! Измена!!! — О Вселенная, помилуй, — устало улыбнулся Тим и вернулся к бедному инструменту, — хей, Икстеры, что играем дальше? * * * Спустя семь песен и примерно полчаса, вымотаны до смерти были абсолютно все: Жабик лежала рядом с Глюком, прижав к себе битый мерч, вторая же со скрещенными на груди руками шептала что-то типа "Я до неё ещё доберусь...", а над этой волшебной парочкой навис Копикэт, уперев руки в бока, и еле сдерживал гневные возгласы. Зефир с Зеро поодаль свернулись милым клубочком и лишь наблюдали за толпой сонными глазами, но готовые в любой момент присоединиться к активности. Самыми зажигательными же оказались, на удивление, "Пенсионеры": Хэл во всю использовала Рифмоплетку в действие, каждые несколько секунд выдавая лучшие стихи, которые только можно было услышать (и даря вдохновение остальным Икстерам), Фокс то и дело закрывала сквозняки из подвала — опасно для жизни — , а Даня с Лисичкой не ленились и подсовывали всем **й в пиале с ехидными улыбочками. Генерал сией армии показательно печатала что-то, скрываясь за стволом дуба, каждые несколько секунд косясь на Артёма Олеговича. В какой-то момент певец устал ловить её хитрый взгляд, а потому, тихо отложив гитару в сторону, поднялся и на цыпочках двинулся к дереву. Икстеры притихли, косясь то на одного, то на другого, пока главный фикрайтер банды слишком увлеклась описанием чего-то, а Тим притих за деревом, чуть нависнув над девушкой. — Миледи, а вы вот знали, что писать любовные истории о двух мужчинах нехорошо? — вкрадчивым голосом произнёс он. Полина вздрогнула и обернулась через плечо, смотря на то место, где музыкант был несколько секунд назад и, обнаружив его пропажу, замерла, выглядывая в молчаливой толпе Икстеров ответ. В итоге некоторые не выдержали и одними глазами указали ровно ей за спину. Поля испуганно моргнула и обернулась. Что и следовало предпологать, Тим стоял прямо за ней. "Ай!", — вскрикнула она, мгновенно отпрыгнув назад, обнаружив на себе кобальтовый взгляд. — Доброе утро, мил-леди, — с напускной нежностью произнёс Артём, протягивая ей руку. — Нехорошо пугать девушек, а писать любовные истории вполне себе хорошо, особеннó, про двух прекрасных мужчин, — обиженно парировала она, поднимаясь без помощи певца. — Ну хорошо, хорошо, постараюсь запомнить, — Тим вскинул руки, обозначая своё безоружие, — и всё таки, я не гей. — Конечно, верю-верю, — прыснула Полина, косясь на Эникса, который искренне изображал, что его тут нет. — А хочешь, докажу? — в ледяных глазах мелькнул присущий им фиолетовый блеск, когда исполнитель что-то задумывал. — Удиви меня, — ухмыльнулась девушка, также смело не отводя взгляда, хотя душу, казалось, одновременно сковало холодом и разожгло огнём. Певец лишь улыбнулся уголком губ в ответ, нежно прикасаясь к её рукам, а затем аккуратно переместил их к себе на плечи. На лице мелькнул последний, осторожный вопрос, за её согласием. Ухмылка на лице девушки стала ещё сильнее — не за просто так она предводитель такой армии — храбрости ей не занимать. Сцепив пальцы за шеей Тима в замок, она подтянулась к его бледным, но горячим губам. Но он опередил свою миледи, и она почувствовала жаркий, свежий поцелуй. Парень прильнул к ней, обняв за талию, и огонь пробежал по телам обоих. Весь мир ушёл на задний план для этих двоих, в какой-то момент все затихло настолько, что казалось, можно было услышать, как лист отрывается от ветки и приземляется на колышимую ветром траву. Несколько секунд их жизней замерли, сливаясь в этом мимолетном и бесконечно поцелуе, а затем Полина отпрянула, а руки Тима соскользнули с её талии и безвольно повисли в воздухе. — Доказал, — тихо прошептала она, заглядывая в манящие голубые глаза.