Возрождение ГГ

Называть "дедушкой".

Что касается замечательного человека, который устроил так, что вся безопасная зона превратилась в один большой барьер, Хо Цзайюань был чрезвычайно заинтересован. Если когда-нибудь представится такая возможность, он хотел бы хорошо и долго побеседовать с ним. Стоя на балконе, он медленно начал вычисления в соответствии с барьером безопасной зоны. Хотя его скорость была довольно медленная, но точная. Пока он считал, его поразило ещё одно открытие. Мало того, что этот таинственный мастер расположил всю зону в форме Пяти Элементов и Восьми Триграмм, внутри багуа также был скрыт гармоничный даосский барьер Инь-Ян, позволяющий охранникам безопасной зоны быть сильнее, устойчивее и энергичнее. «Это работа "школы даосизма"? Очень интересно...» Бормоча что-то себе под нос, Хо Цзайюань наконец повернулся и вернулся в комнату. Поскольку Цинь Цзюнь и Ли Цин накопили так много усталости за время долгого путешествия, пара сейчас глубоко спала. Поэтому он не хотел нарушать их покой и заставлять их сопровождать его на прогулку... Кроме того, теперь, когда они достигли места назначения, они останутся здесь на неопределенный срок, так что у них будет достаточно возможностей исследовать городскую базу. Таким образом, он в конце концов решил вернуться в своё пространство и помедитировать. Во вспышке серебристого света Хо Цзайюань исчез из комнаты. Маленький древесный дух, который поливал посевы водой, взятой из маленького ручья, немедленно бросил то, что он делает, и полетел к бамбуковому дому, как только почувствовал, что Хо Цзайюань вошел в пространство. «Чип... (Мастер).» Бросившись на Хо Цзайюаня, который сидел на полу, скрестив ноги, он приземлился на плечо своего человека. Одарив Хо Цзайюаня обычным приветственным поцелуем, он продолжал тереться своей щекой о щеку юноши. «Тебе было тяжело.» - с нежностью произнес Хо Цзайюань. Он действительно любит этого трудолюбивого маленького духа. С тех пор как он позволил маленькому существу остаться в пространстве, всё стало очень аккуратным и упорядоченным. Кроме того, тот факт, что он смог так быстро пробиться на четвертый уровень, было благодаря маленькому человечку, который добросовестно поливал персиковое дерево каждый день. Благодаря усилиям древесного духа персиковые деревья в первом, втором и третьем массиве будут плодоносить примерно каждые десять дней. Каждый раз, когда они это делали, Хо Цзайюань вознаграждал трудолюбивое существо одним персиком, а остальные использовал для приготовления персикового сока. Теперь каждый раз, когда он входил в пространство для самосовершенствования, он всегда выпивал глоток сока перед этим. Результаты от этого были отличные, что позволяло ему добиться вдвое большего эффекта, затратив всего половину усилий. Полдня культивации были сравнимы с тремя или четырьмя днями работы. Поиграв некоторое время с духом, он выпил глоток персикового сока и начал медитировать. С каждым вдохом богатая духовная энергия просачивалась в его тело, становясь плотнее с каждым мгновением. Он мог чувствовать, как она циркулировала по его венам и артериям, прежде чем осесть в сфере тепла в животе. До того, как мир перевернулся с ног на голову в его прошлой жизни, Хо Цзайюань прочитал больше, чем несколько романов сянься с бессмертными и знаниями о совершенствовании. Он также играл в несколько подобных игр, поэтому он знал, что в телах вымышленных культиваторов внутри лежало ядро. Однако самосовершенствование в реальной жизни отличается от игр. С первого по четвертый уровень, помимо того, что у него было много внутренней энергии, у него не было ядра... Поэтому он подозревал, что его метод совершенствования отличается от тех, которые он считал хорошими... После довольно продолжительной медитации в пространстве, когда Хо Цзайюань появился в комнате, небо снаружи уже превратилось в море красного и оранжевого. Тишина пронизывала всё помещение, ясно указывая на то, что Лон Чжанъе ещё не вернулся. Поскольку это был самый высокий этаж здания, интерьер ещё не потускнел благодаря всё ещё заходящему солнцу. Оценив ситуацию ещё на несколько секунд, он в конце концов решил принять душ и приготовить ужин. Поскольку в доме были электрические розетки, рисоварка Хо Цзайюаня, найденная в торговом центре города X, наконец-то могла быть использована с пользой. Промыв рис и поставив его вариться, он достал немного рыбы, мяса и овощей. С тех пор, как они вчетвером отправились из города Z в город А, пока обстоятельства позволяли ему готовить, у них всегда были теплые блюда и хорошая еда. Сложив вместе припасы в его пространстве и кольцо хранения Ли Цина, у них было всё, что им могло понадобиться. Даже после столь долгого приготовления, по оценке Хо Цзайюаня, они всё ещё могли позволить себе устраивать пир каждый день в течение восьми или девяти лет. Конечно, они не съели бы так много за один день, так что промежуток времени между сегодняшним днем и тем, когда у них закончится еда, вероятно, составит более десяти лет. Кроме того, даже если все мясо закончится, на его участке всё равно будут посажены свежие фрукты и овощи, которые никогда не иссякнут. Глядя только на кухню, становилось ясно, как божий день, что Лон Чжанъе был тем, кто не умеет готовить. Кроме нескольких новеньких кастрюль, сковородок, половников и другой кухонной утвари, здесь не было даже плиты. Поэтому Хо Цзайюань также достал плиту и газовый баллон, поставил их на кухонный стол, прежде чем помыть овощи и нарезать мясо. Он не знал, захочет ли Лон Чжанъе поужинать после возвращения со своей встречи, но после того, как они стали парой, у Хо Цзайюаня вошло в привычку готовить еду на двоих. В любом случае, его пространство даже лучше, чем холодильник, поэтому, если Лон Чжанъе ещё не вернется после того, как он закончит готовить, он просто сохранит еду в своем пространстве. Теперь Хо Цзайюань воздерживался от употребления мяса. Самое большее, он выпивал всего несколько глотков супа под бесстыдным взглядом Лон Чжанъе. Но Лон Чжанъе, с другой стороны, был из тех, кто любит есть мясо во время каждого приема пищи. Солдат также любил острую и соленую пищу, что являлось полной противоположностью Хо Цзайюаню. Поэтому он всегда готовил пять блюд: два мясных, два овощных и суп. Что касается Ли Цина и Цинь Цзюня, то их предпочтения не слишком отличались от предпочтений Лон Чжанъе, поэтому готовить для этих троих не составляло никакого труда. Говоря о Ли Цине и Цинь Цзюне, он также не был уверен, что эти двое проснутся вовремя, чтобы поужинать вместе. Сегодня Хо Цзайюань готовил суп из утиного бульона с грибами шитаке и острую жареную утку. Нарезав утку и грибы на крупные кусочки, он положил всё это в кастрюлю с водой и довел до кипения. Как только утиное мясо приготовилось, он вынул его из кастрюли и положил на разогретую сковороду. Добавив к мясу красный перец, зеленый лук, лук и имбирь, он некоторое время обжаривал всё вместе, прежде чем подать на тарелке, посыпав сверху несколько щепоток кунжутных семян. Другое мясное блюдо - тушеная свинина с китайской маринованной горчицей. Два овощных блюда - жареный тофу и смесь черных грибов, грибов шитаке и китайской капусты. Как раз в тот момент, когда Хо Цзайюань почти закончил готовить, открылась входная дверь, возвещая о возвращении Лон Чжанъе. «Дедушка, послушай меня, на самом деле...» «Не говори больше. Я определенно не соглашусь на это!» Ещё один человек вошел в дверь после Лон Чжанъе. Одного слова "дедушка" из уст солдата было достаточно, чтобы Хо Цзайюань узнал личность этого незнакомца. Главнокомандующий Лон - Лон Хаотянь. Подслушав обрывок разговора между дедушкой и внуком, казалось, что они увлечены спором по какому-то вопросу. Хо Цзайюань молча размышлял, стоит ли ему выйти и спросить, всё ли в порядке, когда тема разговора сменилась. «Но я...» «Нет необходимости объяснять. О? Какой ароматный...» Торжественный тон дедушки Лона резко изменился. При звуке неистового шлепанья ботинок по плитке, когда кто-то подбежал, Хо Цзайюань поднял взгляд, неся кастрюлю с супом к столу, но застыл, ошарашенный. Ибо в дверях комнаты стоял величественного вида старец с копной седых волос, одетый в черную военную форму, чьи сверкающие глаза были устремлены на юношу. «Э-э...» «Что за блюдо ты приготовил? Пахнет приятно, действительно ароматно! Можно мне попробовать?» Импозантный и царственный главнокомандующий Лон превратился в жадного ребенка перед несколькими ароматными блюдами, выставленными на стол. Столкнувшись с Лон Хаотянем, о котором он так много слышал, но с которым ещё не встречался, Хо Цзайюань чувствовал себя немного встревоженным и нервным. Теперь, однако, напряжение в его теле ослабело, поскольку нынешний вид главнокомандующего не был так устрашающ. Изогнув рот в улыбке, Хо Цзайюань протянул Лон Хаотяню пару палочек для еды. «Лон... Главнокомандующий Лон, пожалуйста, угощайтесь.» Поскольку это их первая встреча, они совсем не знакомы. Называть этого старшего "дедушкой" было бы слишком интимно и неуместно, что оставило бы у противоположной стороны плохое впечатление. Таким образом, имея это в виду, он остановился на обращении к Лон Хаотяню по его воинскому званию. Взяв предложенные палочки для еды, Лон Хаотянь сначала нацелился на острую утку. Острый соус немел во рту и растекался по вкусовым рецепторам. Верно, верно, это именно тот вкус! Действительно, слишком вкусно! Ещё раз щелкнув палочками, он взял кусок тушеной свинины. Когда Лон Чжанъе вошел на кухню с озабоченностью, написанной на его лице, вид его дедушки, который всего несколько минут назад недовольно ворчал, а теперь стоял перед столом, воруя кусочки с того и этого блюда, как ребенок, заставил его на мгновение потерять дар речи. Как получилось, что он не знал, что у его дедушки есть такая прожорливая сторона? «Дедушка, мы ещё не закончили обсуждать этот вопрос.» «Разве ты не имел в виду этого ребенка?» Отправляя в рот ещё один кусочек утиного мяса, Лон Хаотянь указал на Хо Цзайюаня концом своих палочек для еды. «Да.» «Ун, неплохо, неплохо. Делай всё, что тебе нравится. Дела молодежи - это не то, во что этот старик станет совать нос.» Красивое лицо Лон Чжанъе радостно просветлело, как только его дед произнес эти слова, его сердце забилось так, словно по нему мчалась тысяча лошадей. Ещё... Эй, он говорил и убеждал его с полудня до вечера, пока его слюна почти не высохла. Этот старик выдержал всё это со стоическим выражением лица, не собираясь уступать. Теперь, когда перед лицом нескольких вкусных блюд, он так легко согласился... Неужели дедушка всё это время дурачил его? «Дедушка, разве ты не говорил, что определенно не согласишься на это?» «Когда ты впервые связался со мной, ты сказал, что не можешь найти этого "Хо Цзайюаня". Я подумал, что раз ты не можешь найти подходящего человека, я найду женщину, которая позаботится о тебе. Но теперь ты сказал, что тебе нравится молодой человек. Как может ребенок хорошо позаботиться о тебе? Конечно, я не хотел соглашаться. Однако теперь я знаю, что этот ребенок искусный повар и к тому же довольно симпатичный... Он нравится этому старику, поэтому я передумал.» Выражение лица Лон Хаотянь снова стало серьезным, когда он смотрел на этого драгоценного внука, который сегодня днем разнес его стол в клочья. Тц, этот сопляк действительно не мог прожить и дня, не поссорившись с этим стариком. «Дедушка, спасибо тебе.» - сказал Лон Чжанъе с ослепительной улыбкой, обнимая Лон Хаотяня. «Хм, уходи, уходи. Ты ни капельки не дорожишь своим дедушкой. Я вырастил тебя и напрасно беспокоился о тебе.» - ворчал Лон Хаотянь, отряхивая своего драгоценного внука, прежде чем подойти к Хо Цзайюаню и пристально посмотреть на него. Немного вздрогнув от того, что он подвергся пристальному изучению Лон Хаотяня, в его сердце снова появился след нервозности. «Главнокомандующий Лон, могу я спросить... что-то не так?» «Ничего. Хм... очень хорошо. Не нужно называть меня главнокомандующим. Повторяй за Чжанъе и называй меня дедушкой.» Лон Хаотянь удовлетворенно кивнул. Однако его следующие слова чуть не заставили Лон Чжанъе и Хо Цзайюаня упасть в обморок от смущения. «Я говорю, драгоценный внук, как бы я ни выглядел, этому ребенку должно быть не больше пятнадцати или шестнадцати. Ты действительно можешь заставить себя наложить на него руки?» «Де-дедушка... Я уже миновал свой восемнадцатый день рождения...» Хо Цзайюань поправил с лицом, полным черных линий. Он действительно выглядит так молодо? «Действительно сложно сказать, ах. Тогда... Как тебя зовут?» «Хо Цзайюань.» *Дзинь –* Палочки для еды в руке дедушки Лона упали на пол, когда он в изумлении смотрел на Хо Цзайюаня.