Спонтанное самовозгорание

Стив лежит поверх покрывала, разглядывая потолок и обдумывая сложившуюся ситуацию, когда Стефани заглядывает в приоткрытую дверь. — Ты злишься? Он фыркает в ответ, поворачиваясь к ней лицом, и хлопает по кровати рядом с собой. — Стоило бы, но я настолько в замешательстве от вашего маленького заговора, что даже не знаю, какие чувства испытываю по этому поводу. — Прости, — Стеф ложится рядом, едва касаясь его локтем, — я должна была поговорить с тобой, а не делать что-то глупое. Но, Стиви, как ты себе это представляешь? Доброе утро, милый, я ненавижу всех твоих девушек, потому что хочу быть на их месте?! Идиотизм. Стив не думает, что сегодня ему хоть что-то может показаться смешным, но непроизвольно смеётся. — Ты права, Стеф, звучит ужасно. Но то, что вы с Харгроувом пытались провернуть ещё хуже. Стефани улыбается неловко и ведёт по его руке вниз от локтя к кисти, сплетая их пальцы в замок. — Кстати, где он? — Стив не сопротивляется, гладит большим пальцем ямку между её указательным и большим, как делал уже тысячи раз. — Тактично стоит за дверью, пока мы говорим по душам. — Харгроув и тактичность? Ну-ну. — Повежливей, Харрингтон, — Билли на пороге, в зубах незажжённая сигарета, в руке открытая банка пива. Стив никогда не думал о нём в сексуальном плане и понятия не имеет, что в Билли находит его сестра. Должно же быть что-то за этим фасадом из неконтролируемой агрессии, кривых ухмылок и альфа-замашек. — Стиви, — шепчет Стефани ему в ухо, касаясь кончиком носа его волос, — можно? Он встречается с ней глазами, её взгляд жаждущий и умоляющий, зрачки расширены и почти не видно ореховой радужки. — Давай проясним один момент, — выдыхает Стив, мягко касаясь её подбородка пальцами. — Только сегодня, сейчас, и мы больше не повторим этого и не будем обсуждать произошедшее. Никогда, Стефи. — Ладно, — кивает она и тянется к его губам, шепчет уже в рот, — я согласна. Поцелуй между ними изучающий и просительный, осторожный и слишком медленный. Стефани тянется ладонью под ворот его футболки и гладит пальцами ключицу, скользит по шее к затылку, зарывается ладонью в густые волосы. Руки Стива на её талии, там, где топ и юбка не закрывают обнажённой кожи, касания невесомые и обжигающие. — А меня поцелуешь, Харрингтон? — со смешком тянет Билли, он уже рядом с ними, упирается коленом в матрас, нависая над Харрингтонами. Стефани отстраняется от Стива, мажет губами по уху, тянет зубами за мочку. Стив охает и приглашающе размыкает губы, встречая горячий язык Билли не менее ловким своим. Целоваться с Харгроувом остро и мурашечно-хорошо, его рот властный, губы твёрдые, а ладони под футболкой Стива контрастно-холодные, оглаживают живот и бока. Стив мычит в этот рот, выгибается под руками — уже двумя парами рук, пальцы Стефани тянут футболку прочь, обнажая его поджарое тело. Его собственные пальцы дрожат от напряжения, расстёгивая молнию на юбке Стефани, оглаживая нежные бёдра под ней. Она вздыхает порывисто, занимая его рот поцелуем, пока оторвавшийся от его губ Билли метит засосами шею и грудь, оставляя цепочки одинаково ярких синяков на светлой коже. Торс Билли крепкий, гладкий, Стив скользит по нему взглядом снизу вверх, пытаясь вспомнить, кто из них троих снял с Харгроува майку. Наблюдать за поцелуем Билли и Стеф над ним невероятно горячо, губы Харгроува подчиняют рот его сестры, выпивают её до капли. Топ Стефани соскальзывает слишком легко, её грудь идеально ложится в его, Стива, ладони, упругая и мягкая. Бёдра Стефани прижимаются к его бёдрами, притираются тонким кружевом к жёсткому дениму. — Блядь, — выдыхает Стив сквозь зубы. Билли прямо за её спиной, его пальцы с нажимом проводят по её животу вниз, надавливают через все эти невозможные слои ткани на член Стива, и того подбрасывает возбуждением навстречу этим рукам. Он толкается под ладонь Билли, в бёдра Стеф и стонет протяжно и громко. — Твой голос меня заводит, детка, — хрипит Билли, расстёгивая пуговицу на его джинсах. Его глаза хитро блестят, его голос гипнотизирует, его рука забирается под бельё, грубо сжимая Стива, пока другая по хозяйски растирает влагу по кружеву трусиков Стеф. — Посмотри, какой мокрой ты её делаешь, Харрингтон. Потрогай. И Стив смотрит и тянется пальцами к пальцам Билли, оглаживает по скользкому, надавливает рукой Харгроува сильнее, выбивая из горла Стефани высокий и тонкий стон. — Горячая, нежная, мягкая, — пальцы Билли уже на ярких от их поцелуев губах Стеф, проникают в её приоткрытый рот на две фаланги. — Хочешь её ротик, Стив? Хочешь почувствовать, как сжимается её глотка? — Да. Стив не узнаёт свой голос, выходит какой-то хрип на грани слышимости. Билли растягивает в улыбке свои идеально очерченные губы. — Ты всё слышала, малышка, — Харгроув выпускает их обоих, подсаживается к Стиву, освобождая Стефани место для манёвра. — Только не дай ему кончить так сразу. Стив шлёпает его по бедру, несогласный с таким вариантом. Стефани сползает ниже, окончательно стаскивая с близнеца джинсы и трусы, насаживается ртом на его член, вбирая сразу глубоко, выцеживая из него умоляющий скулёж. Стив без ума от её ласкового языка и растянутых влажно блестящих губ, от того, как она умело щекочет его под яйцами и стонет, пуская одуряющие вибрации по всей длине. — Потрогай меня, — шипит ему в ухо Билли, толкаясь в подставленную ладонь. Пальцы Стива обхватывают его кольцом, растирают вязкую выступившую на кончике смазку по окружности. — Умница, Харрингтон, — Билли лижет его в шею, прихватывает зубами кожу, не причиняя боли. — Жёстче. И он слушается, ведомый голосом Харгроува, придрачивается, сжимая его сильнее, настраивается на тот же ритм, что задаёт рот Стефани, направляет её другой рукой, зарываясь пальцами в её мягкие рассыпанные по плечам волосы. — Ты подготовилась, малышка? — спрашивает Билли, и Стив протестующе мычит, когда Стеф выпускает его изо рта. — Да, — она усаживается Стиву на живот, дразняще потирается ягодицами о член, шуршит фольгой презерватива. — Вы оба такие послушные, — Билли целует Стива жадно и глубоко, вылизывает его рот отчаянно и голодно, сплетаясь языками. — Это так заводит, принцесса Харрингтон и принцесса Харрингтон. Он возвращается за спину Стеф, обхватывает её груди, заставляя прогнуться в пояснице, чем выбивает из Стива очередной отчаянный стон — головка его члена проезжается по её промежности, слишком влажно и слишком желанно. Билли ведёт в этой маленькой игре, а Харрингтоны, оба, охотно подчиняются. Стефани давно знает, что заставляет её дрожать в предвкушении и просить ещё, а Стив наслаждается возможностью отдать инициативу в чужие руки и просто получать удовольствие. Стефани шелковистая, податливая, выгибается на нём, упираясь ладонями в крепкую грудь, сжимает плотно, скользя языком в его рот. И Стив поддаёт бёдрами вверх, толкаясь в неё яростнее, сдавливает пальцами её ягодицы с такой силой, что непременно останутся синяки. — Вы, кажется, забыли про меня, — Билли давит на поясницу Стеф, ведёт рукой вверх по позвонкам, заставляя вытянуться струной вдоль разгорячённого тела Стива. — Настолько хорошо? — Очень хорошо, — скулит Стеф, чувствуя как он разводит её ягодицы, толкаясь внутрь двумя смазанными пальцами. — Пожалуйста, Билли. — Ты правда подготовилась, принцесса, — Харгроув почти рычит от нетерпения, надрывая упаковку зубами, — такая растянутая здесь для меня. Его пальцы сменяет твёрдый член, и Стив так остро чувствует проникающего Билли через тонкие стенки, что в глазах на мгновение темнеет от переполняющих его ощущений. — Нравится, Харрингтон? — Да, — стонут близнецы хором, и Билли прячет усмешку в плече Стеф, прикладываясь кусачим поцелуем. Он чувствует, как дрожат бёдра Стефани, как из последних сил держится Стив, давая ей привыкнуть к такой заполненности, и делает первый толчок, выскальзывая почти до конца. Стеф не стонет уже, кричит, кусая Стива в губы, ловит языком его шумные вздохи и хрипы, подставляется, раскачиваясь между ними, под две пары рук. Ладони Билли сталкиваются с пальцами Стива, сплетаются, скользят в разные стороны — Билли к бёдрам, натягивая их обоих на себя, выталкивая из них весь воздух, все мысли до единой, Стив зарываясь в волосы Стефани, сжимая их в кулаке. Это намного больше, чем каждый из них мог представить в самых смелых фантазиях. Больше, чем Стеф позволяла себе. Больше, чем Стив готов был. Больше, чем они оба могли выдержать. Стефани сжимается вся, каменея до кончиков пальцев. Её бьёт крупной дрожью от каждого из синхронных толчков и колет тысячами кусочков ядовитого удовольствия. И один бьющийся под ним в оргазме Харрингтон хорошо, а сразу двое просто одуряюще. Билли выскальзывает из неё, снимая резинку, кончает, намеренно пачкая их обоих, гладкую спину Стефани и крепкое бедро Стива. Стив выгибается, кусает сжатый кулак, давясь громкими стонами. Его скручивает оргазмом, придавливая избыточностью ощущений. Харгроув смотрит на них двоих, таких одинаковых, переплетённых, мокрых от пота, пахнущих сексом и им, Билли, и думает, что этот вечер определённо стоил всех приложенных им усилий, начиная с провокации с бир-понгом. — Охуительное, Харрингтон. — Что? — Твоё лицо, когда ты кончаешь.