Инквизиция и реинкарнация Часть I Пробуждение

Тьма - одно слово, но чувство, которое ощутить должен каждый, но не каждому дано. Тебе ясен факт, что все относительно тупиково, но когда приспосабливаешься, ты не чувствуешь паскудство, исходящие от места сего. А лишь холод, и скорое затухание сердца. В моем случае я проснулся, рукой ногой могу шевелить. Глаза видят, где положен? Не знаю! Вставая, все походило на склеп, коль трупу важному, а живому быть здесь рано...я умер? Вопросы рвали моё голодное чрево изнутри, каменные плиты, и кирпичи, справа на лево статуи наших богов. Я чувствую день, но смотрители пропали? Я стал судорожно надеяться на своё полузабытьё. Гроб был на полуокруглом крыльце, будто я царь, да и хоронят так только монастыри! Вставая на поверхность, я слышал эхо, плитка была замершая, толе август был, толе июнь, но окно было только надомной. Дальше в радиусе полной слепоты, еле виден проход, с колонами, и в дали свечами...я гол, но к счастью, замотать себя в ритуальную повязку. И вот ногами перебираю, и картину рисую мрачноватую. Снега вижу, да сугробы. Кто меня приютит? Кто хоронил - тот помнит, и вот ровная поверхность, я по ней ступаю, как новорожденный, не каких навыков не основавших, пытаюсь банально не упасть. Не имею понятия сколько я был здесь часов, но я выгляжу как мертвяк, но лучше чем тот, кто явился передо мной. На полу лежал бедный крестьянин, мёртвый и гнилой, но почему...почему чувство мол видеть это мне не впервой? Может..потому что выглядел как безбедный? Рубаха ещё свежая, не в крови. Одетая в кожаную жилетку. Брюки, почти как шаровары, а обувь это сандали. Ох грех же грех! Его обобрать! Но зачем о бедолаги забывать? Я снял с него одежду, от чего богу душу отдал не знаю. На лице отчаяние и агония нагретая, и печалью и страхом в очах долью заполненную. Труп деть куда? На место появления? Пришлось отправить его как марионетку, толстый, и большой, и по темени с ним бродить, ты ещё попробуй в гроб уложить! Трупным выделением пришлось сделать разметку. Пусть лежит, а я пойду ускорив шаг. Может кого позвать? Хотелось бы, но я перепуге. На лево алтарь, диве Марии, свечи при нём, и в воде, с права врата а не часом я взаперти? Подумал я...подумал, но не сказал...я пытался губы поднять, но не удалось. Самые ужасные кошмары, что не выдержали бы не одни мемуары оправдались, и материализовались в реальность - живой мертвец. Я не стону, и не рычу, как и каждый труп я тих.